Вскоре внимание зевак привлёк приехавший полицейский гравимобиль. Кода из него вышли детективы, некоторые полицейские заметили, как они контрастно вместе смотрелись, из-за разницы в возрасте: умудрённый опытом статный старик и его молодой ученик. Первый производил впечатление человека с воспитанием из зажиточного слоя, а второй словно провёл своё детство на подработке под палящим солнцем после занятий в школе для среднего класса. Детективы, подойдя к одному из рядовых, охранявшему периметр, достали свои прозрачные пластины-андройды. Активировав устройства с помощью своих отпечатков пальцев, они зашли в рабочее для полицейских приложение и открыли qr-код. Пока рядовой через планшет сканировал данные, молодой детектив оглядывал грязный трущобный берег. Ему было сложно представить более мерзкое пасмурное утро, чем у загаженного залива под взором множества зевак. Старший коллега чувствовал не только это, но и то, что его напарника гложет ещё что-то, но решил оставить предположения на потом. Наконец, рядовой смог подтвердить данные бывало старшего следователя Донала Хикса и молодого полицейского ассистента Александра Джастиса.

– Прошу! – рядовой пропустил детективов через ограничительный барьер.

– Кто обнаружил останки? – идя вместе с коллегой к месту преступления, Донал мельком мазнул взглядом на зевак.

– Анонимный звонок. – объяснил рядовой. – Это находка бросается в глаза даже из далека. Так что, когда мы приехали, тут уже толпа была. Мы, конечно, приняли меры, как того требует протокол, но боюсь, что новость о сундуке уже утекла в интернет.

– Вот тупое быдло! – фыркнул следователь Хикс.

– Ну, у кого-то всё же хватило совести вызвать полицию. – пробурчал под нос ассистент Джастис. – Возможно, это сделали те, кто обнаружил сундук.

Детективы подошли к находке. Внешнее состояние не вызывало у них никаких сомнений в том, что сундук длительное время пробыл на дне Орлиного залива, и достать его могли только трущобные ныряльщики.

– Обычный сундук. – Александр сделал несколько снимков. – Никаких опознавательных знаков брендов. Такой можно приобрести, где угодно.

– Действительно. – Донал достал маленькие зажимы для носа. – Готов?

Коллега молча взял один из них. Защитив себя от тошнотворного запаха, детективы открыли сундук. При виде ужасающего месива, которое когда-то было человеком, следователь едва слышно произнёс: “Бедняжка.”

– Бедняжка? – удивился ассистент Джастис. – Вы уверенны, что это она?

Донал молча указал коллеге на руку в сундуке. На двух пальцах были едва заметны следы маникюра.

– Какой ублюдок с ней это сделал? – процедил сквозь зубы Александр.

Старший ничего не ответил. Велев ассистенту подготовить всё для сбора образцов для анализа, Донал включил на своей пластины-андроид видеозапись.

– Среда. Шестое октября триста двадцать седьмого года от основания Катридаграда. Время девять часов сорок три минуты утра. – произнёс следователь для протокола. – В девяносто шестом районе Восточного округа на берегу Орлиного залива найден сундук с женскими останками. Как того требует протокол, мы будем называть неопознанную жертву Девой до тех пор, пока не будет установлена её личность.

Едва ассистент приступил взятию образцов с Девы, как он тут же озвучил свои предложения: “Части тела в состояние сильного разложения, но я думаю этот процесс могли искусственно ускорить или же останки длительное время держали в другом месте, а потом уже бросили в залив. Иначе бы ныряльщики обнаружили этот сундук намного раньше.” Взяв образец с тканей Девы, Александр поместил их в портативный экспресс-анализатор. Устройство выявило не только споры, ускоряющих процесс разложения, но и следы серной кислоты.

– Да уж… Снять отпечатки уже не получится. Похоже кто-то очень хотел сделать идентификацию невозможной. – прокомментировал Донал, взглянув на зевак. – Район криминальный, и кто-то из них, наверняка, решил снова применить свой преступный опыт в деле.

– Возможно, но не факт. – сомневался Александр. – Сундук могли выбросить и в более благополучном районе, а потом он по течению, усиленном фильтрами, мог осесть тут. Думаю, можно посмотреть по районным камерам.

– Посмотреть можно, но… В подобных районах быдло любит ломать камеры. Якобы мы вторгаемся в их частную жизнь.

– Да, знаю, но всё же проверить стоит.

Но прежде нужно было довести осмотр до конца. Состояние останков не давало никаких шансов на зрительное опознание физических характеристик и причины смерти. Надежда была только на корнера. Велев упаковать останки в чёрные мешки, детективы вернулись к своему гравимобилю. Внутри салона они включили полицейскую андроид-систему, превращающую лобовое стекло в монитор, и через неё зашли на портал городских видеокамер. Как и предполагалось ранее система была сломана во многих частях трущоб Восточного округах.

– Минуту. – Александр обратил внимание на карту города за позапрошлый день. – Ночью были сломаны камеры, как будто…

– В одном направлении, как один путь. – понял Донал. – Действительно, слишком странно для совпадения.

Выключив систему, следователь завёл мотор гравимобиля и направил его по следу сломанных камер.

Во время пути Донал снова обратил внимание на подавленное состояние своего коллеги. Следователь Хикс не думал, что это было связано с Девой, ибо вместе им приходилось раскрывать и более жуткие дела.

– В чём дело, Алекс? – наконец, спросил Донал. – Ты всё утро как в воду опущенный.

– Да я… – немного поколебавшись, коллега всё же решил поделиться. – Это из-за Гиты… Написала, что на днях приедет вещи забирать.

– Ну, я могу предположить, что расставание – дело непростое. Тем более вы сколько прожили вместе? Два года?

– Два с половиной… Скорее бы она уже всё забрала.

– Что ж… Не всем в отношениях везёт с первой попытки.

– До сих пор удивляюсь, как у вас так получилось… Кстати, как ваша жена?

– Пока держится молодцом. Она не теряет боевого духа, хоть врачи и дают не утешительный прогноз… Я ей очень горжусь.

Алекс решил промолчать и не рушить оптимизм своего коллеги историями из интернета, в которых при неоперабельной опухоли головного мозга шансы очень малы.

Приехав по следу, детективы провели опрос продавцов ближайших ларьков и гравизаправок, который в итоге дал свои плоды. Среди них нашлись свидетели, которые видели позапрошлой ночью чёрный гравифургон, внутри которого они заметили похожий сундук. Хоть серийные номера они не смогли опознать из-за грязи, однако цвет и модель уже были зацепкой.

Глава 2

Уважаемая Патриша Хайрок,

Благодарим вас за то, что снова отправили резюме в нашу компанию. Мы ценим любого, кто хочет помочь нам стать лучше. Однако, к сожалению, мы вынуждены отклонить вашу кандидатуру. Призываем вас не расстраиваться, ибо наша компания нуждается в новых кадрах каждый месяц. Возможно, в следующий раз количество свободных вакансий будет увеличено, и выберут вас. Информация о новом наборе будет размещена на нашем официальном сайте в следующем месяце.

С уважением,

Ваша Белла Рейн.

Читая очередной отказ, присланный на панель-андройд, Триша не могла определиться, из-за чего ей было больше всего обидно: от самого ответа или же от того, он пришёл, когда она сидела в очереди в одном из донорских пунктов Беллы Рейн. С каждой неудачей её самооценка опускалась всё ниже и ниже. Триша не могла понять, почему ей отказывают, ведь она считала себя достаточно привлекательной, чтобы стать одним из лиц этой компании. Первое, что приходило в её голову, это то, что фотографии, которые она прикрепляла к своему резюме, выдавали в ней жительницу трущоб. Это ещё сильнее вызывало у Триши недоумение, ибо она знала, что многие, так называемые, представительницы красоты Беллы Рейн были выходцами из этого социального слоя населения Катридаграда. Да и более приличная фотосессия была не по карману. И это незнание того, чего ей не хватало, погружало её в чувство собственной неполноценности.

В самокопание Патриша провела до тех пор, пока не подошла её очередь зайти в кабинет доктора. Увидев постоянного донора, он произнес дружелюбно: “Рад снова тебя видеть, Триша!” Однако она пропустила это мимо ушей, ибо её внимание привлёк баннер Беллы Рейн на стене. Красивая модель в блестящем вечернем платье на фоне роскошного интерьера опустила настроение ещё ниже, и Трише пришлось напрячься, дабы не пустить слезу.

– Не расстраивайся. – доктор сразу понял причину. – В следующем месяце обязательно повезёт!

Для Триши это было слабое утешение, ибо она слышала его с начала года. Почувствовав неловкость от её грустного взгляда, доктор молча указал ей на кушетку. Пока Триша устраивалась поудобнее, врач подготавливал всё, что нужно для забора крови. Это был единственный компонент Беллы Рейн, известный общественности, и один из способов для жителей трущоб раз в месяц заработать на пропитание на две недели.

Зная, как некоторые люди боятся игл, доктор обычно отвлекал доноров разговорами. Однако, какого было его удивление, когда именно Триша стала инициатором беседы.

– Неужели я настолько уродлива? – зажмурив веки, она повернула голову на бок.

– Триша, ты очень привлекательная девушка. – доктор, взяв в руки шприц, почти бесшумно подошёл к ней. – Просто в Катридаграде очень много красавиц. Думаю, специалисты по подбору каждый месяц встают перед очень трудным выбором.

Триша лишь устало выдохнула и нервно задёргала рукой. Доктор намёк поняла, и сделала всё быстро. После сдачи крови, он внёс данные в компьютер, и отдал Трише карточку, через которую она могла получить на кассе оплату.

– Увидимся через месяц, Триша. – не отрывая своего взора от монитора, попрощался доктор.

Она же, как обычно, молча покинула кабинет, громко хлопнув дверью.

Подойдя к кассе, Патриша отдала карточку. Женщина, мельком мазнула её взглядом, после чего начала заносить данные в компьютер. В ожидании оплаты Триша подняла голову на широкий экран, который был включён на новостях. Корреспондентка с микрофоном в руке, стояла у грязного берега Орлиного залива. На переднем плане подпись: “Дева в сундуке.” Подобное не удивило Тришу, ибо свежие криминальные сводки Катридаграда чаще всего пополняли преступления в трущобах. Она даже знала о существовании тотализатор на раскрываемость, в котором её свояк Лео любил просаживать деньги, заработанные старшей сестрой Раисой тяжёлым трудом на заводе. А тем временем корреспондентка по ту сторону экрана просила зрителей сообщить полиции, если в их семьях пропала кто-то из девушек или женщин. Вместе с окончанием репортажа на панель-андройд Триши поступил звуковой сигнал. Убедившись, что оплата поступила, она забрала из гардероба свою старую кожаную куртку и покинула пункт сдачи крови.

По дороге в метро Патриша зашла, как ей казалось, в приличный продуктовый магазин для жителей среднего класса. При виде свежих фруктов и овощей, а также готовой запечённой еды, у неё слюна всегда подкатывала к горлу. Однако Триша жила не одна, чтобы себе это позволить. Бюджет распределялся на семью из пяти человек, поэтому её путь лежал к прилавкам с консервами и к сухим продуктам. Набрав запасы на месяц, Триша уже собралась идти к кассе самообслуживания, как вдруг её взгляд упал на отдел сладостей. Перед глазами предстали детские воспоминания, когда мать только по большим праздникам могла купить небольшой пакетик конфет, который Раиса, Патриша и их младшая сестра Эйлла делили между собой. В этот момент Трише стало жалко свою маленькую племянницу Джой, которую родители практически не баловали. Представив, как Раиса и Лео будут злиться, Патриша решила порадовать самого маленького члена своей семьи, мысленно послав сестру и свояка куда подальше, и купила плитку тёмного шоколада с изюмом.

Возвращаясь с покупками на метро, Триша, сидя в вагоне, смотрела на своё отражение в фронтальной камере панель-андройд, вспоминая об очередном отказе. Она никак не могла понять, что с ней не так. Да, Триша не могла позволить себе дорогие средства для чистки кожи, её мелкие кудри подстригли и покрасили в карамельный цвет давно, как подарок на день рождения, и голову у неё даже не всегда получалось нормально помыть больше одного раза в месяц. Одежду донашивала за матерью и Раисой или же просто давали в дар более зажиточные бывшие одноклассники. Но Триша знала, что могла бы попытаться всё это исправить, если бы ей дали шанс. А пока оставалось только сдерживать слёзы от обиды на себя.