– Мужики вчера спрашивали, почему пирожки с рисом и яйцом из меню исчезли. Заведующая столовой сказала, что пока некому их печь. Вроде как Егорова уехала на несколько дней к родне в Могилёв. Пообещала, как вернётся, то сразу пирожки появятся.

– Хорошо бы, – мечтательно подхватил его товарищ. – Светкины пироги – это бомба! Да и сама она баба с выдающимися достоинствами!

Мужики заржали, а я уставился на свои начавшие трястись руки. Ведь стало понятно, кто был в моём видении.

Как я сразу не узнал её голос? Светка поила водой пропавшую год назад Машу. А это значит, что обе девушки живы. Но где они? И как там оказалась Светка?

Спрятав руки под столом, я попытался успокоиться. И начал насильно запихивать в рот еду, чтобы не вызвать подозрения. Только как тут успокоишься?

На самом деле ничего нормального в происходящем нет. Это что, моё предназначение – стать крайним в новой жизни?

В понедельник и вторник Светки не было. Да и парни подтвердили её отсутствие. Но почему заведующая заявил, что повариха уехала к родне? Скорее всего, после того, как Егорова не вышла в понедельник, начальница просто начала выгораживать лучшую повариху.

Возможно, Света раньше ездила к родне. Вот добренькая заведующая и написала за сотрудницу заявление на отгул или отпуск за свой счёт. Насколько я помню, родители Егоровой переехали в Могилёв недавно. Настоящих подруг, кроме Людки, у поварихи нет. А моя бывшая на своей волне к свадьбе готовится и никого в упор не замечает. Выходит, что пока на работе не поднимут шум, пропажу не хватятся.

Вот засада. А ведь я, скорее всего, последний, кто разговаривал в воскресенье со Светой Егоровой. И это видело полгорода. Помог поднести сумки на свою голову. Кто тогда станет главным подозреваемым? Если бы не пропала Маша, то можно было отнестись к ситуации спокойно. Но сейчас, когда за мной следит журналистка «комсомолки», ситуация может взорваться в любой момент. «И что же теперь делать?» – спросил я себя, подходя с подносом к окну для сдачи посуды.

– Если Светка завтра не выйдет, пойду жаловаться, – заявила забравшая поднос работница, обращаясь к своей коллеге.

Я сразу превратился в слух, сделав вид, что рассматривать листочек с меню на неделю.

– Марин, да ладно тебе. Ну выйдет она не завтра, так в пятницу. Тебе-то чего?

– Того, что приходится чужие обязанности выполнять, – продолжила девушка в белом колпаке. – Меня заведующая даже на день не отпустила, когда из деревни родня приезжала. А Светкины прогулы прикрывает.

Моя догадка насчёт заведующей столовой подтвердилась. Та действительно покрывала отсутствие лучшей поварихи. Только долго это не продлится. И вообще, надо действовать на опережение. На выходе с проходной удовлетворённо кивнул, заметив стоявшую в сторонке «копейку» с журналисткой внутри.

Пора форсировать события.

– Ты джинсы с туфлями купил? – спросил я друга, окинув взглядом его спортивный прикид.

– Когда б я успел? Мы же с тобой вчера в село мотались. А сегодня целый день на работе. Но если надо – рядом с родителями один моряк дальнего плавания живёт. Он всяким импортным барахлом торгует. Можем к нему вместе зайти. Поможешь мне шмотьём затариться?

– Да без проблем. Сейчас сядем на мотоцикл и съездим к твоему мореману, – пообещал я, поворачивая вместе с другом к общаге.

– Лёха, а к чему такая срочность? – поинтересовался Рыжий.

– Ну я же тебе обещал, что в ресторан пойдём. Вот в пятницу и посетим «Чайку». Только для этого мы должны быть модными и красивыми.

Отходя от проходной, я снова заметил уборщицу, которая вместе с журналисткой не отрывала от меня глаз.

Глава 6. Кольцо сжимается

Стоило завернуть в частный сектор, как «копейка» журналистки прекратила нас преследовать. Ну наконец-то! Наверное, устала за мной гоняться. Или поняла, что красная машина больно приметная, и я, в конце концов, её обязательно срисую. А возвращение мотоцикла в центральную часть города можно постеречь у гаражного кооператива. Отсюда несколько выездов, но каждый виден, если занять правильную позицию.

Дом моряка дальнего плавания стоял невдалеке от жилища Санькиных родителей. Он ничем не выделялся, кроме доносящегося из окна голос Высоцкого, поющего о пользе утренней гимнастики.

Несмотря на бегающую во дворе собаку, Рыжий смело открыл калитку, а затем заглянул в распахнутое настежь окно.

– Боцман! – позвал он.

Через несколько секунд музыку выключили, а в окне появился мужик лет сорока. Высокий, усатый и в тельняшке. Этакий классический моряк из фильмов.

– Санька, это ты под окнами тарахтишь? Тебе чего? – спросил он и оценивающе посмотрел на меня.

– Батя сказал, ты недавно из рейса вернулся. Наверняка шмоток заграничных привёз. Хочу чего-нибудь прикупить.

– Купить он хочет. А лаве у тебя имеется?

– Конечно, я пол-лета в колхозе деньгу заколачивал, – Рыжий хлопнул по карману брюк.

– А дружок твой чего молчит? Тоже покупатель или просто посмотреть? Сразу предупреждаю, здесь не картинная галерея, – мореман ещё раз окинул меня взглядом.

– Боцман, всё нормально! Лёха – свой пацан. Со мной в колхоз мотался, так что деньга есть, – произнёс друг.

– Ну, раз финансы позволяют, тогда не стойте на улице, а залетайте в хату, – мужик кивнул на дверь.

Зайдя внутрь, мы поздоровались с хозяином за руку, и тот указал на табуретки, стоящие в комнате:

– Падайте на банки, пассажиры, – Боцман сам уселся в кресло. – Говорите, что конкретно нужно? У меня здесь не «Берёзка», но чего-нибудь подберу.

Быстро окидываю взглядом большую комнату. Вполне обычная мебель с вкраплениями заграничного антуража. На стенах несколько плакатов с девчонками в бикини. На столе стопка журналов Playboy и Penthouse. Рядом раскрытая пачка сигарет с верблюдом и ополовиненная бутылка виски Johnnie Walker Red Label. Прямо рекламная акция, рассчитанная на неискушённого советского покупателя.

Но больше всего меня заинтересовал огромный двухкассетный магнитофон с грудой аудиокассет рядом. Мечта любого меломана в СССР! Санька также с вожделением уставился на Sony.

Этим дело не ограничилось. На стуле лежали несколько пар джинсов, а на диване –груда цветастых упаковок с какой-то мелочью.

– Боцман, как сплавал? – спросил Санька.

Судя по резко изменившемуся выражению лица хозяина дома, тот остался очень недоволен формулировкой вопроса.

– Санька, плавает дерьмо в проруби, а моряки ходят!

– Значит, правильно говорить капитан дальнего хождения? – спросил Рыжий, подлив масла в огонь.

Для взрыва красноречия моряка много не понадобилось. Поэтому он сразу разродился небольшим докладом о морской терминологии с использованием таких выражений, как «сухопутная крыса», «рубить концы» и «тысяча якорей». За две минуты Саня прослушал лекцию про гальюн, камбуз, рундук, палубу и прочие кубрики с иллюминаторами. При этом Боцман ни разу не оскорбил Рыжего и обошёлся без мата. Мы даже немного поржали.

Закончив, моряк снова смерил нас взглядом и указал на меня:

– Значит так: мы с тобой одной комплекции и роста. Чего-нибудь подберу, – затем Боцман обратился к Рыжему: – С тобой, пловец хренов, сложнее. Но тоже поищем. Теперь говорите конкретно, чего задумали?

– Нужно Саню для похода в ресторан «Чайка» экипировать, – честно признался я.

– Этого рыжего обормота в ресторан? – Боцман с сомнением покачал головой. – Да его даже в смокинге на порог администратор зала не пустит.

Друг сразу запыхтел, как паровоз, но промолчал. Ведь понятно, что моряк шутит. Между тем мореман распахнул шкаф и начал там копаться.

– Сейчас поищу, кажется, местная фарца у меня не всё выгребла.

Порывшись в фирменных шмотках, он достал джинсы Levi’s и положил Саньке на колени. Затем добавил к ним водолазку и лоферы с кисточками.

– Вот этот прикид будет в тему. Как раз для ресторана.

Рыжий резко вскочил, зашёл за ширму, принявшись надевать вещи. А я посмотрел на раскрытый шкаф.

– Ну а тебе чего? Тоже джинсы? – поинтересовался усатый контрабандист.

Качаю в ответ головой:

– Джинсу я у местных барыг прикупил. Мне бы кроссовки и кожаный пиджак.

– Кроссовки найду. Себе в этот раз две пары привёз. У тебя же сорок четвёртый? – В этот раз киваю. – Кожаный пиджак тоже есть. Ты знаешь, сколько он стоит?

– Две или три сотни? – предполагаю наугад.

– Пятьсот минимум, – Боцман ухмыльнулся, увидев мои округлившиеся глаза. – Однако под джинсы предлагаю взять вот это. Дёшево и сердито.

После чего мореман вынул из шкафа светло-синий летний пиджак с кожаными вставками на рукавах. Это не заплатки, а так было задумано модельером. В принципе, смотрится неплохо.

– Вот! Модно, молодёжно, дёшево и сердито. И это не кожа, летом париться не будешь. Брал для себя в Италии, но сейчас лаве позарез нужны. За сто восемьдесят уступлю. Только давай без торговли, всё равно скидывать дальше некуда.

Как ни странно, но в мыслях собеседника я прочитал, что это разумная цена. Ещё и со скидкой.

Тут Боцман вытащил из коробки тёмно-синие кроссовки Adidas с тремя белыми полосками и упругой подошвой:

– Натуральная фирма, а не фуфло, что в Москве начали в прошлом году шить. Отдам за сто двадцать.

Я померил и понял – это моё. Конечно, триста рублей жалко. Но как говорится, встречают по одёжке, а значит, надо соответствовать.

Пока я расплачивался, из-за шкафа вышел Саня.

– Совсем другое дело! – моряк поднял большой палец, – Правда, придётся малость укоротить. Просто заворачивать штанину – это неправильно. Отдай Тамаре, думаю, она справится. Кстати, как там она? Лекарства, что я в прошлый раз привозил, помогли?

Мысленно Боцман действительно беспокоится. Нормальный мужик! А я его контрабандистом окрестил.

– Не знаю, что помогло, но мамка выздоровела. И на работу уже вышла.

– Это хорошо! Передай ей с батькой привет от Толика. И вот – подарок.

Боцман протянул упаковку с цветастым шейным платком. По его спутанным мыслям я понял, что в молодости у моряка были особые отношения с будущими родителями Саньки.

Мои предположения подтвердились, когда Анатолий объявил Рыжему цену в двести рублей. На этот раз он скинул конкретно. Судя по улавливаемым мыслям, моряк мог отдать ещё дешевле, по старой дружбе, но ему очень нужны деньги.

Я знаю, на что он собирает. А когда увидел на столе одинокую видеокассету, невольно присвистнул. Ибо сомневался, что в семьдесят девятом в Союзе появились массово видеомагнитофоны. Или я чего-то путаю? Мне казалось, что толчок видеоиндустрии в СССР дал выпуск отечественных видаков «Электроника».

Тут же я вспомнил, что когда-то читал про войну форматов. А кассета Боцмана отличается от привычных мне VHS.

– Можно посмотреть? – спросил я.

– Если угадаешь, что это, без проблем – ответил Боцман.

– Видеокассета. Кажется, формата «Betamax».

– Откуда такие познания? – удивился моряк.

– Читал про видеомагнитофоны в журнале «Юный техник», – соврал я.

– И что думаешь?

– Думаю, видео скоро весь мир захватит. В каждом доме будет видеомагнитофон.

– Ну ты хватил – в каждом доме! – Боцман усмехнулся. – Знаешь, сколько видак стоит?

– Хороший аппарат может стоить дороже машины. Думаю, пять или даже семь тысяч. Если не десять.

Судя по мелькающим мыслям Боцмана, я оказался недалёк от истины. Хотя сумма просто безумная! Мужики говорят, что за десять косарей можно взять кооперативную двушку – там, где их строят, конечно. В наших палестинах такого жилья нет.

– Да, дороговато! – ответил моряк.

Я же убедился в версии, что он хочет привести два видеомагнитофона следующим рейсом. Один себе, второй на продажу. Боцман загорелся этим делом, но для осуществления задуманного приходится собирать все денежные запасы. Ведь помимо валюты на покупку техники, нужно потратиться на контрабандный провоз. Деньги за купленное нами сегодня как раз завершили сбор. А через пять дней Анатолию уже в рейс.