Наталья Александрова: Нож гладиатора

Серия «Артефакт & Детектив»

© Александрова Н.Н., 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Анна подняла глаза на мужа и поглядела на него с улыбкой. Он стоял, держа в руке бокал с вином, и говорил тост. Анна не вслушивалась, потому что знала, что он благодарит сотрудников за то, что они так хорошо работают, за то, что они поддерживают его, хозяина фирмы, когда наступают трудные времена, за то, что он всегда может на них положиться, что они все – хорошо спаянная команда…

В общем, все как обычно, слова все знакомые, и ничего оригинального в них нет. Ну а что еще хозяин и директор фирмы может сказать на праздновании ее, фирмы, десятилетия? Все-таки круглая дата, поэтому сняли дорогой ресторан, устроили праздник, несмотря на то, что времена, конечно, наступают для фирмы трудные.

Но про это Анна толком ничего не знает, муж не обсуждает с ней дела. С самого начала так постановил: дома – ни слова о делах, для этого есть фирма. И сотрудники доверенные.

И сотрудницы…

Анна привычно одернула себя. Следить за лицом!

У нее всегда неплохо это получалось: приятное выражение, приветливая улыбка, никого из сотрудников, особенно сотрудниц, не выделять, ни с кем не разговаривать слишком доверительно, держать дистанцию.

Жена шефа должна держаться вежливо, но никакого панибратства. И никаких личных отношений, даже с секретаршей.

Ну Анна не из тех жен, которые сами находят мужу секретаря. Или же всячески задабривают ее, засыпают мелкими подарками, чтобы та докладывала жене, куда ее муж поехал в пятницу вечером после работы, в то время как жене сказал, что у него срочное дело. Или что его вызывают в налоговое управление.

Ага, в пятницу вечером.

Нет, Анне это было не нужно. Она и так знала все про своего мужа.

Тут она перехватила взгляд женщины, сидящей напротив, и спохватилась, что слишком долго сохраняет на лице улыбку. Это было нехорошо, и Анна срочно убрала приклеенную к губам улыбку и переменила позу.

Эта женщина… Ольга, кажется, давно работает в фирме. Кажется, в отделе кадров. Да, взгляд такой… профессиональный, приметливый… нужно быть с ней осторожнее. Хотя что она может ей, Анне, инкриминировать? Они с этой Ольгой ни разу двух слов не сказали, только при встрече кивали друг другу.

Анна всегда знала, как и с кем нужно говорить. Кому-то похвалить внешний вид – дескать, видно, что из отпуска, хорошо отдохнули, сотрудницам помоложе только улыбнуться вежливо, сотрудникам мужского пола кивнуть и улыбнуться только глазами и сразу отойти, не напрашиваясь на комплимент.

А если кто-то все же отважится сказать комплимент, то улыбнуться рассеянно, вроде как будто и не слышала.

Но вот с этой Ольгой у них никогда не было проблем. Точно так же она проявляла обычную вежливость к жене хозяина, и видно было, что она, Анна, Ольгу не интересует. И это было совсем неплохо.

Муж как раз закончил свою речь, все захлопали, потом подняли бокалы, выпили, зашумели, потом встали с мест, чтобы, как выразился муж, протрястись и освободить место для горячего.

Кормили в этом ресторане неплохо, но для Анны слишком жирно. Впрочем, это было неважно.

Задвигались стулья, зашаркали ноги, застучали каблуки, вслед за остальными поднялась и Анна.

Не хотелось никуда идти, но остаться было нельзя, уже официанты ждали, чтобы начать суетиться возле стола.

Незаметно она взглянула на часы. Да, времени еще много до конца праздника.

Мужа рядом уже не было, Анна привычно поискала взглядом и вскоре нашла его в компании мужчин-сотрудников, что собрались в дальнем конце зала.

Что ж, ясно, что подходить к нему сейчас не следует. Анна не из тех жен, которые как прилепятся к мужу в самом начале вечера, так и не отлипают до конца. И еще смотрят на окружающих с таким видом, как собака сторожевая: мол, частная собственность, не то что не трогать, а и близко не подходить!

Неприятное зрелище.

Со стороны мужчин послышался громкий хохот. Ну небось анекдоты неприличные рассказывают.

Что ж, пойти в туалет, как говорят, освежиться, подправить макияж, губы хоть подкрасить. Хотя там как раз с дамами и столкнешься, нужно будет вступать в беседу.

Анна ощутила некоторое неудобство и незаметно повела плечами. Это новое платье… как-то в нем непривычно.

Вроде бы сидит неплохо, у нее вообще фигура хорошая, ничего лишнего, даже скорее она худая. Она не слишком любит одеваться, и шопинг тоже ее не привлекает, но не могла же она явиться на юбилей фирмы мужа в платье не старом, конечно, но в таком, которое уже все видели.

И хоть редко она появляется на общих сборищах, но можно с уверенностью сказать, что все ее наряды сотрудницы мужа знают наперечет. И обсуждают долго и со вкусом.

Так что потратила время на походы по магазинам. Платье красивое и дорогое, но как-то ей некомфортно. Впрочем, может быть, платье тут ни при чем. Даже, скорей всего, не в платье дело.

Тут кто-то тронул ее за руку.

– Аннушка… – послышался за спиной знакомый голос, и Анна тотчас обернулась с приветливой улыбкой, которую не пришлось специально натягивать на лицо.

Геннадий, старинный друг и заместитель ее мужа. Не просто заместитель, а деловой партнер. Знакомы они давно, с тех пор как Анна замуж вышла, Генка у них и свидетелем на свадьбе был.

Раньше они домами, что называется, дружили, пока Гена с женой не развелся. Анна тогда удивилась даже, вроде бы все хорошо у них было, и вдруг…

Но с Генкиной женой они не в близких отношениях были, никуда отдельно от мужей не ходили, по телефону не болтали, так что та уехала куда-то к родителям в другой город и не попрощалась, даже эсэмэску не прислала.

Анна не обиделась, дело житейское. И с Геннадием этот вопрос в разговоре не затрагивала. И хоть он держался как обычно, ничуть не изменился, Анна все же слегка насторожилась.

Мужчина он теперь одинокий, свободный, нужно поменьше с ним контактировать.

Потом муж, посмеиваясь, сообщил, что у Гены появилась девушка, потом – вторая, третья, то есть пустился Генка во все тяжкие. Пару раз Анна видела его подружек. Ну не так чтобы интересные, но молодость все искупает. Ну и ладно, не ее это дело.

Но отношения дружеские они сохранили, поэтому сейчас Анна искренне обрадовалась встрече.

– Что-то я тебя не видела, ты где сидел? – она дружески погладила его по плечу.

– Ты как всегда отлично выглядишь! – сказал он, но в глазах его на этот раз не было обычного восхищения, так что Анна слегка забеспокоилась.

Что-то у нее не так с лицом или с платьем? Да не может быть, чтобы Генка заметил такие тонкие нюансы! Мужчины, они вообще ничего не замечают.

Он немного помолчал, потом вздохнул тяжело и сказал, не глядя ей в глаза:

– Аня, мне нужно с тобой поговорить.

– Случилось что-то? – она не то чтобы встревожилась, но просто Геннадий усиленно отводил глаза и топтался на месте.

О, она прекрасно умеет замечать, когда мужчина находится не в своей тарелке…

– Да не то чтобы случилось, но… – он посмотрел ей в глаза с явным усилием.

– Ну, хорошо, говори…

– Нет, тут слишком шумно… – и он потянул ее к выходу из зала.

Через маленький коридорчик они прошли в комнату, где стояли два мягких дивана и низкий столик, а в углу горел торшер с розовым абажуром, напоминающим тюльпан, только вверх ногами.

Анна знала, что это считается комнатой отдыха, только непонятно, с чего гостям отдыхать, и так они не слишком перерабатывают, жуя и танцуя.

– Присядем! – Геннадий кивнул на диван.

Она отказалась, увидев, что он закрыл дверь. Да что, в конце концов, с ним такое?

– Ну, я слушаю!

– Аня! – он потер виски, собираясь с силами. – Аннушка, послушай! Я… я хочу сказать, что… в общем, мы с тобой… то есть я, ты мне давно нравишься… очень нравишься, и я хотел… – внезапно он схватил ее за плечи и притянул к себе.

«Черт! – думала Анна раздраженно. – Черт, черт, этого только мне не хватало!»

И как она не догадалась, для чего этот идиот Генка зовет ее поговорить? Ведь она чувствует этих мужиков заранее, по взгляду, по жесту может определить, о чем он думает и что сделает. И как же она так прокололась? Всегда была начеку, а тут вот…

Все эти мысли промелькнули у нее в голове с быстротой молнии. Что делать? Дать ему коленкой по самому чувствительному месту, плюнуть в физиономию и уйти? Нельзя, будет скандал, обязательно кто-нибудь увидит и разнесет эту историю по всем сотрудникам. Дойдет до мужа, да еще в таком виде…

Нет, Анна не может такого допустить. Только не здесь.

– Гена, – сказала она мягко. – У нас всегда были с тобой хорошие отношения. Ты старый друг моего мужа, ты много раз бывал у нас в доме. Скажи, неужели я когда-нибудь давала тебе хоть малейший повод так ко мне относиться?..

Он молчал, потом пробормотал какое-то ругательство и слегка ослабил хватку. И только было она собралась рвануться и отойти от него, как дверь распахнулась с грохотом.

На пороге стоял ее муж Андрей, и с первого взгляда Анна поняла, что он здорово пьян. Сзади него заглядывали в комнату еще какие-то мужские физиономии, Анна не разглядела. И когда только успел муж так набраться? Вроде бы только недавно речь связно говорил, а теперь… Глаза горят, волосы растрепаны… ужас какой…

– А, Генка… – заговорил муж, окинув их наглым взглядом, – вижу, что все прошло успешно. Молодец, пятерка тебе!

– Что это значит? – Анна наконец вырвала свои руки и отступила на шаг.

– Аня, это… это совсем не то… – забормотал Геннадий.

– Как это не то, когда именно то? – захохотал муж. – Значит, выиграл ты наш спор, что уж тут говорить. Потом сочтемся!

– Вот как? – Анна по глазам Геннадия видела, что он все отлично понял.

Ей не надо было ничего объяснять, она догадалась, что эти мерзавцы поспорили на то, что Генка сумеет ее соблазнить за очень короткое время, что не пошлет она сразу его подальше.

Ну это же надо…

Анна почувствовала, что лицо ее вспыхнуло огнем, и дала себе волю. К черту вежливость и хорошие манеры! Пускай видят ее взгляд!

Остальные не видели ее лица, но Геннадий попятился в испуге. Она размахнулась и залепила ему здоровенную пощечину.

Удар был настолько силен, что он не удержался на ногах и свалился на диван.

– О, круто! – сказал муж, и тогда она повернулась к нему, заметив, как мерзкая улыбочка потихоньку сползает с его лица.

– Дай пройти! – одними губами проговорила она, и он шагнул в сторону.

Две хари, которые маячили за ним, мигом растворились. Анна на одном дыхании пролетела коридорчик, вышла в холл и увидела дверь туалета. Кажется, это то, что ей сейчас надо.

Запереться в кабинке, выдохнуть накопившуюся внутри ярость, унять колотящееся сердце, дождаться, когда в ушах перестанет звонить пожарный колокол, снова сделать если не приятное, то хотя бы спокойное отстраненное лицо и незаметно исчезнуть из этого ресторана.

Вызвать такси, а потом дома обдумать случившееся и решить, как быть. Как жить дальше…

В туалете, к счастью, было пусто. Анна задержалась у зеркала и вгляделась в свое отражение. В глазах ее было с трудом сдерживаемое бешенство. Хотелось упасть прямо здесь и биться головой об пол. Или голыми руками выломать из стены сушилку и шандарахнуть ею в первую же попавшуюся мужскую физиономию.

Хорошо бы, конечно, сюда вошел муж…

Нет, то, что он устроил, переходит уже всякие границы… Хотя какое там, границы она установила только для себя.

Она держалась столько времени, старалась не давать себе поблажки, терпела все. Просто заморозила себя, связала канатами, сковала стальной цепью. Это не просто так, это для дела. Ей оставалось уже совсем немного… оставалось потерпеть еще два года – и тогда можно будет начать новую жизнь. Но теперь чаша ее терпения переполнена… Нет больше сил!