Алексей Птица: Приключения байкера Коли

Глава 1. Уходя, уходи

– Ты стерва! Наглая, бессовестная стерва! Бездушная и беспринципная!

– А ты дурак! Мальчик, за которым постоянно нужно следить и периодически вытирать сопли! Я тебе не мать, следить за тобой! Катись! Да, именно катись, купил же ты себе самокат, вот и катись на нём куда подальше. Видеть тебя не могу и больше не хочу!!!

– Это не самокат, а мотоцикл!!!

– Да, насрать мне, что за дерьмо ты себе под задницу купил и возишься с ним в гараже. Итак, денег приносил, едва на жизнь хватало, а после того, как купил это железное дерьмо и вовсе их не стало! На блин ты мне нужен такой хороший, со своим мацациклом?!

– А ты, ты сколько получаешь?!

– Сколько получаю, все мои!

– Они наши, общие!

– Нет, твои – это наши деньги, а мои только мои! И всё, хватит! Уже всё в прошлом, надоел ты мне. Катись уже, дитё великовозрастное!

– Это я то, дитё великовозрастное?!

– А то, кто же? Не я же? Сроду такой не была!

– Да уж, да ты, ты… Да, пошла ты!

– Сам иди, иди – иди, самокатчик-дурачок…

Дверь перед моим носом громко захлопнулась, и я остался лицезреть тонкого, китайского металла дверь в свою собственную квартиру. Бывшую квартиру… Да, моя жизнь явно катилась под откос и чем дальше, тем быстрее. Очередной разговор на повышенных тонах ожидаемо ничего не дал. Нет, в душе я надеялся, что смогу хоть как-то повлиять на бывшую супругу, но надежды надеждами, а правда жизни правдой, и как обычно горькой.

Не вернёшь уже ничего обратно, всё прошло и проржавело, как эта самая дверь. И когда только успела эта ржавчина проникнуть в нашу семейную жизнь… А что уж говорить о простой железной двери?!

Я тяжело вздохнул и опёрся о косяк. Старая кожа моей любимой куртки грустно скрипнула. М-да, какие ж мы разные. Я оглядел загаженный подъезд стандартной пятиэтажки, находившейся в самом центре мелкого подмосковного городка. Хотел было сплюнуть, чтобы добавить антуража и заодно нагадить бывшей жене, но передумал.

Этому подъезду и без меня досталось, застарелый запах кошачьей мочи или собачей?! (я не спец, не разбираюсь), казалось, въелся в окрашенные зелёным старые стены кирпичного здания. Полузасохшие цветы на узких подоконниках подъезда давно требовали полива, но получали только бычки и остатки пива, вытряхиваемые туда из банок соседями подростками. Только лишь сердобольная старушка из третьей квартиры изредка заботилась о них, да и всё.

А сколько этот подъезд видел в своей жизни эмоций, пожалуй, и не сосчитать! Всё он видел! Крики радости, ругань, потасовки между пьяными и трезвыми, тайную любовь, как животных, так и людей. Сколько ног прошло по его ступеням, что уже убавили в толщине, несмотря на свою прочность, что называется на века? И теперь, старый подъезд являлся свидетелем очередной пропащей судьбы. Ну и пусть, что сделано, то сделано, назад дороги больше нет.

На улице шёл дождь и мне ужас, как не хотелось выходить из подъезда, но толку торчать возле двери? Мне уже сорок пять, волосы ещё не седые, хотя и уже вовсю готовятся стать ими, рост гораздо выше среднего, но излишне худ. Глаза серые, нос прямой, чуть скошен набок из-за удачного, но не для меня, удара по нему. Разведён, дочь живёт отдельно и вполне себе самостоятельна, жена? Не будем о грустном.

Делёжка совместно нажитого имущества ожидаемо закончилась ничем, квартира осталась жене, потому как досталась нам от её родителей, а нашу, честно купленную по ипотеке двушку, мы подарили дочери и вот теперь, после развода у меня остался только гараж да мотоцикл. Гол, как сокол, только «крылья» да старый гараж.

Отлипнув от окна подъезда, я с надеждой посмотрел в сторону двери бывшей, в надежде, что вот сейчас щёлкнет замок и она откроется, а вечно недовольный голос жены позовёт меня в квартиру. Несколько секунд я молча пялился в тягостном ожидании, пока горькая и окончательная правда не накрыла меня с головой. Стало тошно и беспросветно.

Весь на эмоциях, опустив голову вниз, я спустился на первый этаж, ткнул не глядя пальцем в середину чёрного кружка домофона. Дверь мерзко запиликала и толкнув уже её, я вывалился в поздний осенний вечер, встав прямо под нависающим бетонным козырьком подъезда.

За то время, что я разговаривал с бывшей, дождь только усилился и теперь его могучие струи, нагоняемые порывистым ветром, хлестали направо и налево норовя ударить меня прямо в морду лица. Что ж, так мне и надо за всю свою никчёмную жизнь.

Какое-то время я стоял, пользуясь тем, что меня никто не видел, а темнота и вой ветра смешивали на моём лице дождь и скупые мужские слёзы, пока не устал вот так вот стоять. Мимо подъезда прошли прохожие, блеснула фарами соседская машина, быстро уткнувшись бампером в бордюр и недолго поработав двигателем затихла.

Щёлкнула автомобильная дверца и наружу полез толстый мужик. Серёга со второго подъезда. Сейчас увидит меня и начнёт: – ну что Колян, жизнь не задалась? А я вот тебе говорил!

Мысленно послав его заранее на три буквы и ещё куда подальше, я надвинул на брови кепку, поднял воротник старой куртки и решительно шагнул в ночь, направившись в сторону гаража. В нём я сейчас и жил, гараж у меня тёплый, просторный, даже есть второй этаж, там, правда, места всего лишь на лежанку и тумбочку, но мне пока хватает. Я по жизни не притязательный, послезавтра на работу, а дальше, дальше посмотрим, пора уже что-то в жизни менять, хотя бы работу, а то я опущусь на самое дно с такой-то жизнью.

Дождь между тем резко усилился, и я пошёл быстрее, то и дело перепрыгивая через попадающиеся мне на пути лужи. Путь мой шёл через городской сквер, но я его прошёл быстро, нигде не задерживаясь и, честно говоря, боясь нарваться на пьющую компанию или мигрантов, от которых так просто не отобьёшься, разве что баллончик с газом носить, который у меня, кстати, имелся.

Правая рука машинально опустилась в карман куртки и нащупав цилиндрический предмет, отдёрнулась обратно. Не панацея, конечно, но перцовый газ в морду не сильно приятная штука, даже если нападающих будет двое. Однако в такой дождь все прятались по домам и мне навстречу никто не попался. Вскоре я подошёл к гаражной зоне, что вплотную примыкала к железной дороге Москва-Волоколамск. От недалёкого перрона, как раз отходила поздняя электричка, и приветливо свистнув быстро промчалась мимо, весело перестукивая колёсами вагонов.

Здесь и находился мой гараж под номером пять. Дождь уже лил, как из ведра, когда я забрался внутрь, сразу попав в другой мир. В гараже было сухо и тепло, привычно и знакомо. Здесь никто ничего от меня не требовал, не орал и не упрекал.

Посередине гаража стоял, блестя хромом и чёрным автомобильным лаком мой мотоцикл – Yamaha DRAG STAR 1100, 2008 года. Настоящее чудо! Кастомный, два комплекта сидушек, пластиковый бак, длинная вилка, всё сделано в Японии. Прошлый хозяин добавил зарядку USB, поставил дополнительный свет с кнопки и лампу головного света с линзой, ну и стоп фару.

С правой стороны, там, где была установлена дополнительная фара, скалил зубы хромированный череп со скрещёнными костями. А на обоих кожаных сиденьях смотрели на мир нанесённые на них персонажи ковбойских сказок. Силуэт дикого Билла с двумя револьверами и деваха в шляпе с револьвером наголо. Красота, да и только!

На дворе 2025, а мотоцикл 2008 года, но он и правду этого стоил, купил я его пять лет назад, ровно за 500 тысяч, подмарафетил, сделал ТО V-образного движка, заменил некоторые мелкие части, вложив ещё порядка пятидесяти тысяч и вуаля! Драконья звезда заиграла новыми красками!

Красивый мотоцикл, что и говорить. Моя любовь! Я только не мог до конца расшифровать его название. То ли это Звезда дракона, то ли драконья звезда, то ли звезда сопротивления, как его расшифровывал переводчик, а может это название – американизм, ведущий своё начало от слова драгстер, то есть автогонщик или автомобиль, участвующий в автогонках. Не знаю.

Мне больше всего нравился другой вариант перевода – Дорожная звезда, коротко и по делу. Я вообще, не любитель много говорить и делать… Ну это я на себя наговариваю, и не так всё грустно и двусмысленно. Нет, работать я умею и могу, но много работать не люблю, мне хватает, да и вообще, от работы кони, говорят, дохнут. А может быть я просто ленив, как и многие.

Встав возле мотоцикла, я с любовью провёл рукой по его поверхности словно лаская, на что, как мне показалось, он радостно вспыхнул в электрическом свете отблеском лака. Настроение чуть улучшилось, но не сильно, поднявшись на галёрку, сварганенную из досок и кусков профиля, я уселся на кровать и взяв пульт старого телевизора щёлкнул кнопку «вкл».

Экран телевизионного приёмника вспыхнул и показал картинку очередного информационного репортажа. Послушав пару минут, я скривился, опять в стране всё хорошо и замечательно, вот только жизнь за пределами Останкино немножко по-другому выглядит, не так бравурно и красиво. Успехи и победы уже не выглядят, как успехи и победы, да и вообще…

Нажав на нужную кнопку, я переключил его на другой канал и стал смотреть развлекательную программу с тупым юмором, от которого на душе становилось тошно. Несмешные и пошлые шутки вызывали чувство омерзения, в конце концов мне это надоело, и я переключил ещё на один канал, потом ещё на один, ещё, пока не бросил пульт на кровать оставив звук на минимуме и не уставился в одну точку прямо перед собой.

В чём-то я разгильдяй и пофигист, но вот дошёл же до такого, что уткнулся лбом в стенку, которую ни подвинуть, ни пробить. Семьи нет, работа опостылила, да и платят копейки по нынешней то дороговизне. Тут на одно метро, блин, разоришься, я же не пенсионер и карту москвича мне ещё долго не увидеть, даже в мечтах.

Я работал на пункте приёма чермета, согласен, не слишком приятная работа и не денежная, но мне нравилась. Раньше я мог больше получить, если приносили приборы времён СССР, там детальки всякие с позолотой и прочим, с их разбора и получал добавку к зарплате.

Но народ ушлый пошёл и пить почти перестал, не несут уже ничего, а платят мало на пункте приёма, тоже ужимаются. Металл подешевел, владелец в убыток пошёл, ну и работникам срезал зарплату…, сволочь! Плохо мол работаете, некачественно. В общем, а и да пошло оно всё!

Достав телефон, я глянул на экран. Почти десять часов вечера, делать ничего не хотелось, пить тоже, спать тем более. Настроение паршивое, дальше некуда. Сгоняю я, пожалуй, куда-нибудь развеюсь, приключений найду себе на пятую точку. Тьфу, тьфу, тьфу.

Нет, специально не буду искать, но больно тошно мне, погоняю на мотоцикле, освежусь, мысли дурные из головы выветрю, может на душе станет легче, спать явно буду лучше. А сейчас дороги пустые почти, ездить удобно, да и не в Москву я поеду, а в противоположную сторону.

Додумывая последнюю мысль, я вышел из гаража и с удивлением увидел, что ливший, как из ведра дождь, резко прекратился. Ну и славненько! Глянув на хмурое небо, затянутое дождевыми облаками из-за чего не видно ни звёзд, ни Луны, я выставил ладонь вперёд, убедившись ещё раз, что дождь окончательно прекратился и вернулся в гараж.

Драгстар по-прежнему сиял полиролью отсвечивая в лучах мощной электрической лампочки. Я ещё раз провёл по нему ладонью, снял чехол, что частично закрывал его, проверил бензобак, убедившись, что он практически полон и стал выкатывать из гаража, предварительно распахнув двери.

– «Ну, что, красивая, поехали, кататься, от пристани отчалил теплоход, на палубе мы будем кувыркаться, пока кораблик вдаль от нас плывёт», – промурлыкал я себе под нос безбожно перевранную песню. Отставив подножку, повернул ключ зажигания и нажал на кнопку пуска заставив рыкнуть мотор рокочущим басом.