Двигатель завёлся, что называется, с полпинка и грозно затарахтел, разгоняя своим рёвом вечернюю тишину. В гаражах сейчас никого не было и грозный рык мотора напугал разве что приблудных собак, но их мне не жаль. Пусть боятся, жалкие шавки! Гм.

С боков мотоцикла крепились дорожные сумки, в которых чего только не было, главным образом всякий хлам, а на заднем седле стоял бокс, в котором лежали в данный момент пустые алюминиевые банки. Девок я сейчас на нём не возил, так как за развлечения надобно платить, а мне нечем. Простой ездой по дорогам на мотоцикле никого уже не удивишь, да и возраст уже не тот, чтобы заманивать подобным, ну и женский контингент, мне доступный, уже весь из категории милфа. Таким мой мотоцикл, что банный лист на толстой жопе, им Крузака подавай или этот, как его, Хавал!

Не сказать, что на лицо я страшен, но и красавцем не назовёшь, хотя лёгкий костюм байкера скрадывает недостатки, а уж, как красит его же хороший шлем! Шлем, правда, у меня старый, видавший виды, но никто же вблизи его не рассматривает?! Шлем и шлем, а уж тем более ночью. Ночью все кошки серы, а все мотоциклисты чёрны.

Поиграв рукояткой газа, я добился ровного урчания мотора готового везти меня куда угодно, хоть в ночь, хоть в дождь, хоть в Москву, хоть к чёрту на кулички, но мне туда не надо. (Ох, как я жестоко ошибался!) А ну так вот о банках, я просто мимоходом их собирал, потом плющил и сдавал в таком виде на пункт чермета на котором и работал. Профессиональная деформация так сказать, не могу пройти мимо цветмета, а завтра на работу, вот и сложил их в бокс, чтобы отвезти сразу и сдать. Сегодня просто решил совершить последнюю попытку поговорить с женой и о них забыл. Можно снять сейчас, но зачем?

Кстати, я вспомнил, что если уж куда-то ехать провеяться, то лучше съездить в круглосуточную «Ленту», продуктов там подкупить, да пива пару банок или больше, чтобы уж расслабиться от всего пережитого сегодня или завтра после работы. Да и времени не будет завтра заезжать, а сейчас там ни очередей не будет, ни толкучки и ехать всего двадцать километров.

Решено, забрав с собой кошелёк, одевшись потеплее, нацепив на голову вязанную шапочку под шлем, я уселся на мотоцикл, и неспеша тронулся. Выехав из гаражной зоны, направил мотоцикл в сторону центра города и проехав по основной улице, как водится Ленина, выехал на Волоколамку и прибавив скорости поехал в нужную сторону.

Машин в это время на трассе находилось немного, и спокойно доехав до магазина, я припарковался и прошвырнувшись по-пустому в этот час гипермаркету набрал целую корзинку колбасы, рыбных консервов, добавив к ним три литровых банки китайского пива. Подумав, купил ещё конфет и хлеба с чаем, положил в корзину банку растворимого кофе и банку какао, который тоже любил, но пил редко. Сахар и пару пачек макарон взял просто для того, чтобы уж не заморачиваться потом. Вспомнив о соли, кинул в корзинку и её.

Уже стоя на кассе, взял одноразовую зажигалку и пачку жевательной резинки в пластинках, с изображением арбуза на упаковке. Кажется, ничего больше не забыл. Полусонная кассирша, пробила товар и приложив карточку к платёжному терминалу я вышел из магазина. На парковке стояла тишина, так как машин почти не было, как и пьяных компаний. Уложив всё купленное в боковые походные боксы, завёл двигатель и спокойно выехал с парковки.

Мой китайский смартфон, самый обычный и уже совсем старый, показывал 23.10, тоже самое время показывал и недорогие кварцевые часы фирмы «Casio». Можно ещё проехаться по пустынной трассе мимо леса до ближайшей крупной развилки, а там развернуться и домой, как раз к двенадцати и успею.

Выехав на трассу, я прибавил газу пользуясь пустынной дорогой и быстро разогнавшись помчался по тёмной трассе, испытывая ни с чем не сравнимое удовольствие от ощущения скорости и быстрого движения. Все тревоги и плохие мысли выдул из моей головы встречный ветер и растворил адреналин, что впрыснули мне в кровь надпочечники.

Мощная фара подсвечивала мне путь, и я несся дальше, ожидая перекрёстка, на котором собирался повернуть. А вот и он, рёв мотоцикла не давал мне слышать звуки, что рождались вокруг меня, иначе бы я не нёсся сломя голову так и дальше. Впереди меня появилась старая газель, которую я постепенно нагонял. Она как раз проезжала перекрёсток, когда у неё вдруг распахнулась одна из створок задней двери и из неё вывалилось запасное колесо.

Упав на дорогу, оно поскакало, двигаясь по непредсказуемой траектории в мою сторону. Судорожно сжав передний и надавив на задний тормоз, я попытался сманеврировать, чтобы уйти от столкновения, но колесо, как будто бы чувствовало, куда я поверну и повторяло за мной манёвр стремительно приближаясь ко мне.

Миг, и оно свалилось плашмя прямо перед передним колесом мотоцикла, что, наехал на неё на скорости, ударился, и взвился в воздух преодолев несколько десятков метров, а может быть и больше, после чего рухнул прямо в растущий с правой стороны дороги лес. Это незабываемое ощущение полёта я не забуду, наверное, до конца своей жизни, сколько бы мне не дано прожить. Миг у меня захватывало дух от полёта, а потом, я с диким треском упал в густые ивовые заросли.

Но в тот миг, когда мотоцикл на мгновение завис на самой вершине параболы своего полёта, прямо перед ним возникло и быстро стало расширяться во все стороны кольцо, сильно напоминающее, гм, в общем в нём проглядывала космическая или лучше сказать, вселенская тьма. Вот в эту тьму он и рухнул вместе со своим седоком. А дырка мира, тут же схлопнулась, проглотив в себя добычу.

Провалившись в другой мир мотоцикл разбрызгивая во все стороны болотную жижу, ломая тонкие и не очень ветки, смог какое-то время проехать вперёд, не роняя меня на землю, пока его инерция не закончилась на толстой ветке и встав на переднее колесо, он опрокинулся вперёд, единовременно скинув своего седока, то бишь меня, со своего седла.

Удар, треск, искры из глаз, и я потерял сознание, а мой верный товарищ ещё некоторое время крутил колёсами заглохнув, пока и они не остановили свой бессмысленный бег.

Глава 2. Другой мир

Лорд Стайнкер терпеливо дожидался своей очереди на открытие окна в другой мир. Происходя из захудалого рода наследников Ротехауса, он надеялся одним решением избавиться от своих проблем. К нему он готовился целых три года, накапливая нужную для этого сумму.

Всего-то нужно оплатить переход и сбросить в другой мир неудачные поделки собственных занятий алхимией, очень опасных, от которых в прямом смысле дохнут кони и не только они. Недаром после одного из неудачных экспериментов в его небольшом замке, а точнее подвале с алхимической лабораторией передохли все крысы, и начали постепенно чахнуть люди.

Да, что там говорить, он и сам едва не отправился на тот свет, и всё неугомонный монах-неудачник, выгнанный в своё время из монастыря ордена Святых грешников.

При воспоминании об этом неликвиде у него на языке сразу стало формироваться ругательство, да не одно и даже не два, а целая кавалькада самых грубых и уничижительных эпитетов, благо дам поблизости не наблюдалось и можно было не стесняться. Изрыгнув из себя целый поток самых изощрённых ругательств, он немного спустил пар и вновь уставился на заветную дверь в подвал Говорящего со Вселенной. Между прочим, олдмастера.

Услуги олдмастера оказались баснословно дороги и если бы не специальный указ короля, то ноги бы его здесь не было, но то вещество, что они состряпали вместе с этим монахом, оказалось настолько ядовитым и к тому же испускало невидимые смертоносные для всего живого лучи, что в дело вмешался королевский надзор над оборотом алхимических средств.

По жалобе соседей-лордов, (он им это ещё припомнит!), приехали два королевских эксперта и проверив полученное вещество серебристого цвета, подтвердили, что это смертельно опасный яд, распространяющий вокруг себя лучи смерти, которые способны свести в могилу человека за очень короткое время.

Все записи об этом веществе изъяли, а сам порошок, уложенный в окованный железом и собранный целиком из свинца небольшой сундук, обязали утилизировать в другой мир. Расходы за это возложили на лорда, как и оплату хранения порошка в специальном хранилище в одном из отдалённых районов королевства Фулс, изобилующего древними склепами.

По непроверенным слухам, его действие решили проверить на тамошних духах и нежити. Результат ошеломил, большинство духов, обитающих в тех склепах, развоплотились, а нежить, успешно нападавшая на людей время от времени, потеряв почти половину своих особей, поспешила покинуть давно обжитое место начав шататься по окрестностям, пугая при этом честной народ замогильными криками и жалобами на своё житьё-бытьё…

После такого поворота событий, у лорда оставался только один выход, подчинившись приказу короля оплатить расходы по выбрасыванию столь удачно-неудачно получившегося вещества в другой мир, что имело огромную цену. Деваться некуда, над ним уже зелёные вонючки из предгорий смеяться стали, а уж, что дальше будет?! И ведь не отравишь гадких гоблинов, сразу поймут чьих рук дело, и откуда, что взялось.

Внезапно, прервав грустные мысли лорда, дверь распахнулась и оттуда вышел коротышка-подмастерье. Мазнув равнодушным взглядом по физиономии ожидающего, что принял тут же надменное выражение, он произнёс одну только фразу: – деньги принесли?

– Да! – так же кратко ответил лорд Стайнкер и протянул небольшой, но очень тяжёлый мешочек с белым золотом.

Говорящий со Вселенной почему-то не признавал рыжее золото, а отдавал предпочтение платине, что звалось в этом мире белым золотом. Пришлось собирать его, обменивая у гномов, которые его умели добывать и использовать в расчётах между собою. Этот метал у них признавался ходовым, не считая более редких сплавов из него, ещё более огнеупорных и устойчивых ко всем видам химического и магического воздействия, в том числе и легендарный орихалк.

Да и тот, как знал лорд Стайнкер, имелся целых трёх видов: – белый, самый дорогой и редкий из них, жёлтый попроще, и самый простой – чёрный.

Подмастерье, сжав в руке мешочек с монетами, благосклонно кивнул и исчез за дверью, а лорд облегчённо вздохнул. Раз деньги взяли, значит, сделают. Сундук стоит в преддверии Ада, как тут называют небольшое, закрытое со всех сторон толстыми стенами с магической подпиткой и мощными печатями помещение.

В этой комнате есть только один вход, и он же выход, вот в него и помещают те предметы, от которых хотят избавиться, переправляя их в другие миры, направляя на них огромную магическую энергию, доступную лишь немногим в этом мире. Иногда случаются побочные эффекты, ведь прокол Вселенной не проходит бесследно иногда впуская в их мир, что-то и с той стороны, в зависимости от различных условий, которые никто предсказать не может, да и понять, собственно, тоже.

Если же что-то или кто-то проникает в их мир извне, то попадает куда угодно, оставаясь наградой или наказанием для нашедшего. Неживое попадает часто, а вот люди или животные, чаще животные, проникают очень редко. Есть также и путешественники между мирами, очень сильные маги самых экзотических рас часто прячущихся под личинами местных, но с ними борются всем миром, если находят, и борются весьма успешно. Ведь их мир под названием Сталтус, очень сильный мир, с очень мощной и главное, очень разнообразной магией.

Расплатившись, лорд не мог уйти пока не дождётся удачного завершения отправки. Ждать пришлось долго, почти до самого вечера, но дело того стоило. Наконец, его ожидания завершились и к нему вышел не подмастерье, а сам олдмастер, одетый уже не в рабочий костюм мастера-алхимика золотого ранга, а в одежды богатого горожанина-одарённого.