Буквально из ниоткуда появились в комнате ожидания и два свидетеля, один от короля, а другой, как представитель независимой гильдии алхимиков. Оба внимательно выслушали олдмастера, внимая каждому его слову, фиксируя его речь на бумаге, что записывали два пришедших вместе с ними писца, после чего дали расписаться лорду Стайнкеру удостоверив, что он уничтожил следы своей неудачной деятельности полностью, на что получил соответствующую индульгенцию.

***

Первым моим ощущением после прилёта оказалась боль. Боль во всём теле, что ощущалась так, как будто я переломал все кости. Может быть, так оно и есть, по крайней мере, в первый несколько минут я так и думал. Однако, шевельнув обоими руками, встав на ноги и ощупав голову, я понял, что это не так. Болели рёбра, отчего я с трудом набирал в лёгкие воздуха, то ли словил ушиб, то ли сломал ребро или получил трещину в ребре, но моё падение явно не прошло без последствий, жаль, что я так и не купил себе моточерепаху, что защищает корпус мотоциклиста, оттого и получил по рёбрам.

Это мне ещё повезло, что я свалился в болото, правда, не совсем, потому как грязи только танки не боятся. Отплёвываясь от грязи, кусков старых пожухлых листьев и прочего дерьма, что набилось в рот вместе с дождевой водой, я стал осматривать место падения.

Мотоцикл лежал кверху тормашками прочно завязнув в грязи и даже погрузившись в неё примерно сантиметров на пять, представляя собою весьма унылое зрелище. Кругом черным-черно, хоть глаз выколи, ни Луны, ни звёзд, сплошная темнота, видны лишь близлежащие деревья с голыми, торчащими ветками, да такие же голые, но весьма густые кусты.

Я переступил с ноги на ногу, добротные мотоботы чавкнули, засасываемые болотной жижей. А судя по весьма специфическому запаху, это именно, что болото, вот ведь! Правда, насколько мне помнится, на этом участке трассы, точнее, возле неё, никаких болот не наблюдалось, их уже давно осушили. Может повезло в недавний бочаг попасть? Гм, такое иногда случается, климат меняется, вода то приходит, то уходит. Вообще, вокруг торфяных болот было раньше много, может быть поэтому. А может быть и нет.

Тут я вспомнил о своём смартфоне и желая себе подсветить, достал его. И что я увидел? А то, что он разбит, не пережил, собака, моего падения, всё стекло в трещинах, да ещё и вода попала внутрь, отчего он успешно не включался, как я его не теребил и не мучил. Всё, сдох суслик, оставьте его на мех. М-да…

Вот если, что-то случается у меня, то сразу ВСЁ и исключительно плохое, хорошее, как правило ходит не скопом, а по одиночке, чтобы не смущать своего носителя. Я переступил с ноги на ногу, заставив почву захлюпать сильнее, а сделав вперёд несколько шагов, внезапно провалился по колено в мягкий мох. Куда же я попал, сууука? Тихо матерясь, я стал ходить кругами вокруг мотоцикла, то и дело натыкаясь на голые, колючие ветки.

Пока ходил, чуть ли не по колено проваливаясь, нашёл свой шлем типа «модуляр». Ощупал его, понял, что он слегка треснул, но хоть не сильно, носить можно, но очень осторожно. Попытался поставить на колёса мотоцикл, но тщетно, он слишком погрузился в грязь, чтобы я смог самостоятельно, без чьей-либо помощи или помощи подручных средств его перевернуть. Он тяжёлый, зараза, неудобно, к тому же ни хрена не видно.

Голова закружилась от усилий, и я уселся прямо на мотоцикл, то есть на его двигатель, думать думу горькую. По всем прикидкам я самостоятельно отсюда не вылезу, надо искать помощь. Непонятно, где я вообще и насколько далеко улетел в лес. Через пару минут напряжённых размышлений, я обратил внимание на то, что вокруг царит мёртвая тишина, понятно, что ночь на дворе, но полная тишина откуда?

Я прислушался. Действительно, только редкий шелест веток, разгоняемых слабым ветерком, да странные, немного пугающие звуки, доносящиеся совсем издалека. Ни рёва двигателей машин, двигающихся по трассе, ни голосов людей или гула в небе от пролетающих в вышине самолётов. Вообще ничего, только звуки местного леса. Странно.

Видимо придётся ждать до утра или передохнуть немного и вновь попытаться вытянуть из грязи мотоцикл. Стрельнуло болью ребро, причём резко, я охнул и невольно схватился за правый бок. Всё же куртка хуже моточерепахи, уже в который раз пожалел я, и в этот момент услышал протяжный звериный вой.

– Оба-на! Это, что ещё за хренотень?

И словно в ответ на мои слова послышался ещё более протяжный и громкий вой, меня аж всего передёрнуло. Сердце сжалось в необъяснимой тревоге и застучало ещё быстрее, разгоняя по жилам «застывшую» от страха кровь.

– Волки?! – сам себя спросил я и тут же ответил, – какие ещё волки в ста километрах от Москвы и в десяти километрах от ближайшего посёлка? Здесь леса нигде нет, длиннее пятисот метров.

Однако, мои уши меня ещё никогда не подводили, и я явственно слышал звериный вой, очень напоминающий волчий. Нет, я никогда в живую не видел и не слышал волков, но с детства смотрел телепередачи о животных, да и как не знать волков? Зверь хоть и редкий сейчас, но всем в России знакомый.

Пока я думал, да гадал, да наполнялся страхом неминуемой, как оказалось, встречи, беда приближалась. Вой послышался в третий раз, и уже гораздо ближе. Они, что, тоже на мотобайках разъезжают? Уж больно быстро добежали. Так, ладно, а что делать то? – я оглянулся кругом, ища чем можно отбиться от пары волков или сколько их там, блин, есть?

Пока я искал оружие, теряя мгновения, волки или кто там за них пришёл по мою душу, появились уже совсем близко, так, что, подняв голову в направлении очередного воя я увидел мелькающие между деревьев парные, яркие огоньки их глаз.

«Всё, приплыли, дорогие товарищи! Командор, свистать всех наверх, наша старая калоша, кажется, готовится идти ко дну», – процитировал я вслух фразу из какого-то старого пиратского фильма.

И всё же я нашёл кое-что для своей защиты, успев достать из кофра пристёгнутого к седлу мотоцикла два предмета. Теперь в одной моей руке лежала палка сырокопчёной колбасы, а в другой, складной нож, которым я и собирался эту колбасу резать дома.

Наверное, со стороны я представлял очень жалкое зрелище, но зрителей вокруг, кроме стаи волков я не наблюдал, и потому глубоко всё равно, кто там или что там, со стороны обо мне думает. Прижавшись спиной к мотоциклу, высоко подняв воротник кожаной мотокуртки, надев снова на голову шлем, пусть и с открытым забралом, я внимательно следил за приближением светящихся огоньков.

Глаза мои уже немного привыкли к царившему вокруг меня мраку и потому я смог разглядеть кто ко мне пожаловал в гости. Всего я насчитал три пары огоньков, по всем меркам меня отыскала небольшая стая, против которой у меня только колбаса и раскладной нож. Нож, кстати, не такой уж маленький, но он не охотничий. Это против человека он ещё мог быть полезен, а против дикого зверя, защищённого толстой и прочной шкурой, отнюдь.

Глупо погибнуть в километре от трассы от диких животных в чахлом подмосковном лесу, здесь же мусора больше, чем животных. А уж волков найти вокруг на добрую тысячу километров, это надо постараться ещё…, и я вот постарался! И всё же, в какой-то мере, мне повезло.

Я спасся после столкновения с запасным колесом от Газели, хотя мог бы и шею себе свернуть или переломать все кости, но отделался только ушибом или трещиной в ребре, и вот получил такой коленкор с прокруткой. Нате, любезный, стаю злых и диких псов, очень хотящих кушать, вернее жрать.

А глаза-то какие у них огромные, как блюдца, блин, и в высоту, что-то намного выше, чем обычные, крупные собаки, что сродни волкам. Это, что за звери такие страшные, а?!

А «волки», приближаясь ко мне, стали вставать на задние лапы, ростом оказавшись почти вровень со мной, а во мне так-то сто восемьдесят пять сантиметров. М-да… Темнота не давала мне разглядеть их со всех сторон, но и то, что я смог увидеть, напугало меня до икоты.

Между тем, звери сомкнули кольцо вокруг и начали осторожно подкрадываться, решая одним прыжком преодолеть оставшееся расстояние и покончить со мной. Единственно, что им немного в этом мешало – это болотистая почва, что начала проседать под их лапами, а где-то даже не выдерживая их вес, принимать в себя то одну, то другую ногу.

– Э, да вы чо, волки позорные?! – тонким голосом от переживаемого мною страха, попытался я их остановить. – А ну давай назад. Осади! Осади я сказал! Если голодные, то вот вам, колбасочка, она вкусная, салями называется, лично солил и коптил. Не верьте, что в магазине куплена, и оболочка у неё самая натуральная, а не пластиковая, правда, правда!

От страха я начал нести чушь едва осознавая себя, пытался направить мысли в нужное русло и найти выход из создавшейся ситуации, но выхода не было, и я продолжал нести ахинею, всё больше теряя голову. Звери меня внимательно слушали, даже приостановились подчинясь рыку своего вожака, что тоже смотрел и слушал меня плотоядно облизываясь, да так, что густая, тягучая слюна капала вниз, стекая по его длинным, изогнутым клыкам. Судя по его морде, он не ожидал, что я умею говорить или наоборот, ожидал, но не слышал никогда русскую речь.

Вот в него я и кинул колбасу с криком: – На, держи, сука! Она вкусная!!!

Волки дёрнулись в атаку, но их вожак успел предупреждающе рыкнуть, одновременно ловя летящую в него палку колбасы. Раскрылась огромная пасть, белые и острые, как кинжал, клыки, длиной с мой перочинный нож, сомкнулись на колбасе и перекусили её пополам одним движением челюстей.

И тут я понял, что это совсем не волки, а неизвестно кто. Зверь сгрыз мою колбасу в течении десяти секунд, его глаза вспыхнули каким-то инфернальным огнём, он задрал голову кверху и завыл. Этот вой всколыхнул всю округу заставив затрепетать даже ветки давно сбросившие с себя листья.

В этом вое слилось очень многое: и радость от пойманной в ловушку добычи, и торжество, и предвкушение вкусной пищи. Всё это я осознал в одно мгновение отчего бившая меня холодная дрожь, внезапно отступила, отдав место в моей голове одной единственной здравой мысли.

Она оказалась проста, как и всё гениальное. Баллончик! – мелькнуло у меня в голове, я переложил в левую руку нож, а правую сунул в карман куртки боясь, что ничего в нём не найду. Я ошибался, пальцы почти сразу же нащупали холодный цилиндрический предмет. Ага, есть! Значит, мы ещё повоюем, хоть и недолго.

***

Вожак небольшой стаи волколаков, изрядно потрёпанных жизнью и постоянными неудачами, сейчас бродил во главе стаи по Свалке, так назывался участок местности, в котором они сейчас пребывали, так его здесь называли. В этом лесу случалось разное, по большей части необъяснимое даже с позиций их мира.

Нет, ничего особо страшного этот лес не нёс, болота имелись гиблые, но немного, аномалии бродячие, но попадались редко, иногда случались сумасшедшие маги, что бродили здесь в поисках выхода в другие миры. Химеры или порождения некромантов тоже захаживали на Свалку, но особой любви к этому месту не питали и поохотившись, исчезали.

Иногда сюда проваливались различные предметы из других миров, по большей части бесполезные или непонятные, но иногда встречались такие, после которых на некоторое время исчезал целый участок леса, болота или предгорий, что входили в состав территории Свалки.

Опасное и непредсказуемое это место Свалка, и только сильная нужда или не менее сильная страсть к приключениям, заставляла посещать данное место представителей разумных рас мира Сталтус.

Волколаки в поисках добычи, проиграв более сильным сородичам и преследуемые охотниками, стали изгоями и только потому обратили свои горящие жаждой крови глаза на это место. Изначально их стая, войдя на территорию Свалки, состояла из пяти особей, но долгая цепочка неудач и опасности уменьшили их количество, осталось только трое самцов. Единственная самка погибла в неизвестной аномалии будучи разорвана ею на куски, допустив досадную оплошность.

Добычи долго не попадалось, за исключением уж совсем мелкой, и вдруг такая удача! Они почувствовали человека, им оказался не один из тех, кто здесь жил, а пришлый. Местные обладали целым рядом защитных приспособлений и отлично вписывались в это место, обладая опасными знаниями или умениями, поэтому с ними никто не хотел связываться.