Операция «Немезис» была беспрецедентным заговором, разработанным ради возмездия за беспрецедентный геноцид нового времени. Скромная группка коммерсантов, интеллектуалов, дипломатов и бывших солдат – все недостаточно подготовленные, со скудными ресурсами и практически без опыта в специальных операциях – фактически уничтожила целое бывшее правительство. Члены группы дополняли друг друга: тихие и стойкие участники работали вместе с романтическими визионерами; импульсивные подстегивали осторожных. В эпоху, когда связь осуществлялась по кабелю, а передвижения – либо по железной дороге, либо пароходом, им удалось образовать настоящую международную команду, несмотря на то что им не хватало ни людей, ни денег. Они покрыли своей тонкой сетью Европу и Ближний Восток, а дальше перешли к последовательному и эффективному уничтожению целей. В итоге миссия операции «Немезис» была исполнена, а последствия вышли далеко за рамки необходимого отмщения. Само же маленькое сообщество коммерсантов, редакторов и ветеранов вскоре затерялось в истории, столь же неожиданно, как некогда возникло, – и теперь практически забыто. Это рассказ о них.

Часть 1

Глава первая
Восход империи

Ne mutlu Türküm diyene! [ «Какое счастье быть турком!»]

Кемаль Ататюрк

Я армянин, он турок. Какое вам дело?

Согомон Тейлирян

История армян-христиан и мусульман-османов богата и сложна. Армяне процветали в Малой Азии еще на заре письменной истории. Фактически именно армянский тагавор^[14] создал первое христианское государство в 301 году нашей эры^[15], а предки турок-османов захватили эту же территорию около семисот лет спустя. К семнадцатому веку мусульманская Османская империя завоевала и поглотила территорию от Европы до Персии, включая древнюю родину армян. На пике своего развития османы демонстрировали в культуре и науке утонченность, не уступавшую величайшим цивилизациям, существовавшим до современной эпохи.

Не будет преувеличением сказать, что оба народа – и мусульманские, и христианские подданные султанов – веками жили в единой цивилизации. Лучшее свидетельство тому – захватывающие дух мечети Стамбула, заказанные семьей султана и спроектированные армянином Мимаром Синаном^[16]. В этих мечетях отражено величие династии султанов и эстетическое совершенство, воплощенное Синаном. Одно не могло существовать без другого.

Слова «турки» и «армяне», вошедшие в обиход с конца девятнадцатого века, вроде бы просты: турки – жители Турции, а армяне – Армении, верно? На самом деле турки не всегда назывались турками, армяне же были родом отнюдь не только с восточных окраин Малой Азии, но и с российского Кавказа, а также населяли плодородные земли Киликии^[17] к северу от Сирии. Если оставить в стороне религиозные различия, у двух народов было много общего в культуре и образе жизни. И те и другие называли своим домом примерно одну и ту же обширную территорию. Фактически за последнее тысячелетие они беспрестанно смешивались путем религиозного обращения, браков и сложной османской практики девширме́ – систематического принудительного обращения в ислам определенного количества христианских юношей. В конце концов, основной идентичностью стала религия.

Интересный пример такого смешения – амшенцы, мусульмане, живущие в горах у Черного моря. Считается, что амшенцы – потомки армян, которые спаслись от мусульманских набегов много веков назад, поселившись в этом регионе и со временем забыв о своих корнях. Теперь они считают себя турками, хотя и говорят на армянском диалекте и сохраняют некоторые христианские ритуальные практики (например, элементы крещения). В двадцатом веке, когда железные дороги и автомобили связали территорию Малой Азии, отдаленные амшенские деревни влились в остальную Турцию. Амшенцы переезжали в более населенные города и, считая себя «турками», были поражены, что какие-то люди говорят на их горном диалекте.

На протяжении тысяч лет армии различных империй вновь и вновь завоевывали полуостров, раскинувшийся от Средиземноморья до Кавказа, от Сирийских пустынь до Черного моря. В разные эпохи эти земли захватывали и селились на них хетты, греки, персы, римляне, византийцы, арабы, сельджуки, монголы, русские и, наконец, османы. Каждая империя приносила с собой свою культуру и перемещала сюда своих подданных. В течение тысячелетий здесь жили не только десятки этнических и религиозных групп, относившихся к курдам, туркам, арабам, персам и грекам, но и евреи, рома^[18], албанцы, узбеки, арабы-христиане, амшенцы, лазы, туркмены и юрюки, грузины, халдеи, таджики, зазы, а позже татары и черкесы, помаки, казаки и уйгуры. Трудно поверить, но в какой-то момент истории даже французские норманны вторглись в восточную Анатолию. Захватчики смешивались с теми, кто пришел раньше, и с теми, кто вынужден был бежать сюда из далеких родных краев. До начала современной эпохи в этом регионе чаще, чем где-либо еще на земле пересекались самые разные народы. И насколько мы можем судить, опираясь на самую древнюю письменную историю, на протяжении всех этих захватов и миграций здесь всегда жили армяне: от тагаворов до крестьян.

Малая Азия – это место, где Восток встречается с Западом, Азия – с Европой, что сделало великий город Константинополь точкой, через которую неизбежно проходило большинство путей, вели они на восток или на запад, на север или на юг. Наверняка первые люди шли через эту землю на север из Африки. Согласно Библии, Ноев ковчег нашел пристанище на священной горе Арарат, возвышающейся над самыми восточными пределами Армянского нагорья. Шелковый путь пересекает эту же территорию. Османская империя связала Европу и Ближний Восток, Северную Африку и Балканы. К моменту ее распада примерно треть подданных султана были европейцами, треть – анатолийцами и еще треть – арабами или африканцами. Накануне Первой мировой войны Константинополь был одновременно европейской и ближневосточной столицей. Веками его населяли мусульмане, христиане, а также евреи, и в конце девятнадцатого века это смешение отражало соотношение жителей империи в целом: примерно пятьдесят на пятьдесят – мусульмане и христиане. Малая Азия всегда была местом сближения.

С первых же лет османского завоевания, когда армяне стали подданными султана, вся военная, административная, клерикальная власть была сосредоточена в руках турок-мусульман, наследников огромной военизированной империи. Зачастую работу, которой гнушались мусульмане, выполняли христиане и евреи, став ремесленниками, купцами, торговцами и банкирами. В ранний период Османской империи общество разделялось не столько по религиозному признаку, сколько на «тех, кто воевал в ее войнах, и тех, кто за войны платил». Людей, принадлежавших к военно-административной структуре на службе султана, называли аскеры. Класс же налогоплательщиков, напротив, был известен как райя (от арабского слова, означающего «стадо»). Со временем этим словом стали называть христианское крестьянство.

Задолго до того, как в Малую Азию пришли османы, после смерти Иисуса Христа в первом веке апостолы новой еврейской конфессии, основанной на его учении, путешествовали по отдаленным землям, распространяя «благую весть». Неудивительно, что некоторые из них оказались в Армянском тагаворуцюне, который примерно во времена Христа существовал как автономный, хотя и подчиненный Римской империи регион. По легенде, Святой Иуда (также известный как Фаддей), один из двенадцати апостолов, первым добрался до Армении, а по прибытии обратил в христианство дочерей тагавора. Спустя несколько лет святой Варфоломей также посетил Армению и обратил еще больше народа, включая сестру тагавора. (Кажется, в раннехристианскую эпоху женщины были более склонны к обращению в христианскую веру, чем мужчины.) Эти миссии плохо закончились для апостолов: оба обрели мученическую смерть, Иуда Фаддей в Бейруте, а Варфоломей – в Албане Армянской^[19]. Последнего в христианской иконографии традиционно изображают распятым вниз головой или же со снятой заживо кожей; так, в «Страшном суде» Микеланджело он сжимает собственную содранную кожу. Поскольку ранние христиане в Армении были обращены непосредственно первыми апостолами, армяне называют свою христианскую церковь Апостольской.

Согласно Тертуллиану (которого многие считают первым христианским летописцем), к 200 году н. э. в Армении образовались многочисленные христианские анклавы. Армянские правители того времени придерживались политики Римской империи, пытаясь искоренить эти тайные общины. Они подвергали последователей Иисуса все более жестоким гонениям так же, как римляне, пытавшиеся уничтожить новый культ, где бы в империи он ни прорастал.

Около 300 года н. э., спустя два с половиной века как апостолы начали обращать людей, император Диоклетиан стал одним из самых активных противников новой веры. Это была эпоха, когда христиан обмазывали смолой и поджигали или посылали на бой с голодными львами в римском Колизее на потеху толпе. Тагавор Армении Трдат, будучи союзником Диоклетиана, следовал его примеру и печально прославился пытками и убийствами христиан.

Ко двору Трдата прибыл странствующий монах по имени Григорий. В этой точке история усложняется, поскольку, согласно преданию, Григорий был не только христианином, но и сыном Анака, убийцы отца Трдата. (Некоторые источники утверждают, что Григорий специально искал Трдата, чтобы искупить грех отца.) Когда Трдат узнал, что молодой монах – сын Анака, он подверг его пыткам и бросил в подземную каменную темницу, усеянную трупами и кишащую змеями. Сегодня над этим подземельем находится армянский монастырь Хор Вирап, и по сей день паломники-армяне, посещающие историческую родину, аккуратно, друг за дружкой, спускаются по крутой железной лестнице в мрачную пещеру.

Легенда гласит, что Григорий находился в одиночном заключении целых тринадцать лет, пока тагавор Трдат продолжал наводить ужас на верующих. Как утверждает историк пятого века Агатангелос, во время заточения Григория тридцать семь христианских дев, спасаясь от римских преследований, прибыли в тагаворуцюн Трдата. Тагавор возжелал одну из монахинь, Рипсимэ, известную своей красотой. Рипсимэ же, давшая обет целомудрия, отвергла ухаживания Трдата. Разгневавшись, тагавор замучил и убил Рипсимэ, а затем и остальных юных дев (одной, впрочем, удалось спастись – это была святая Нино, покровительница Грузинской православной церкви, основателница христианства в Грузии).