Елена Левашова: После развода. Вернусь любой ценой

Глава 1

Марина.

– В Краснодарском крае усилится ветер. Порывы достигнут двадцати пяти метров в секунду. В Новороссийске ветер достигнет ураганной силы – тридцать четыре метра… – льется приторный голос ведущей, а на экране телевизора мелькает ее фигурка в коротеньком, красном платье.

– Илюш, выключи телевизор, – прошу мужа я. – Ешьте быстрее и…

Дел по горло… У Макса соревнования после обеда, а меня попросили приехать в больницу пораньше… Зойка кучу несуществующих дел выдумала. И все из-за нового начальства, прибывшего из столицы.

– Может, надо было встать пораньше? – бурчит он, не реагируя на мою просьбу. – Тогда бы ты все успела. И, вообще, Марин…

Да, наверное, он прав… Точно бы все успела. И сырники испечь вместо яичницы, и прибраться… В коридоре валяются наши с Максом грязные кроссовки, в ванной полно нестираного белья… Еще и Буся – старая мамина такса, у нас… Разве я могла отказать матери приютить любимицу на время ее болезни? Конечно, нет…

– Илюш, не ругайся. Мама выздоровеет, и Буся вернется домой. Дождь вчера так внезапно начался, что… Ну, постираю я все… С работы отпрошусь пораньше и…

– У тебя на все отговорки имеются, – взрывается он, переводя взгляд на экран телека – там продолжает расхаживать вдоль географической карты барышня в красном.

– Да, пап, ты чего такой злой? – удивленно вскидывает брови Макс, с аппетитом уминая яичницу. – На работе что-то случилось?

– У меня тоже случаются казусы на работе, – спешу сгладить углы я. – Но это ведь не повод так…

– Да какая у тебя работа, Марин? Может, ты займешься чем-то стоящим? – не успокаивается муж. Остервенело отодвигает тарелку и глотает остывший кофе.

Хватаю пульт от телека со стола, но Илья перехватывает мою руку.

– Какая муха тебя укусила? При чем здесь моя работа? И почему вдруг она не стоящая?

– Родители, не ругайтесь. У меня соревы после обеда. Пап, ты придешь? – поднимается с места Макс.

Не узнаю мужа… Что у него стряслось? Никогда ведь ничего такого не было… Да и что может случиться? Илья – владелец предприятия, инженер с физико-математическим образованием, гордость родителей и университета. Отказался от сотрудничества подрядчик? Не беда. На его место придут десять новых… В чем тогда дело?

В последнее время Илья частенько не в настроении. Бурчит, ругается или уединяется в кабинете… Молчит. Спит плохо… Думает о чем-то, не слышит ни черта… Все, что я говорю – мимо ушей…

– Да потому что, Марин, – отвечает муж. – Что в ней хорошего? Вонь одна и… низкая зарплата. У тебя ведь уйма возможностей, миллион… В спортзал сходи, смени гардероб. И работу…

– Сынок, возьми ключи от машины и спускайся, – бесцветно произношу, бросив взгляд на Макса. – Я скоро приду.

Макс треплет Бусю по голове и натягивает кроссовки – другие, почище. Грязные продолжают стоять посередине прихожей немым укором…

Когда дверь за сыном закрывается, я хватаю пульт и выключаю телевизор.

– Илья, что с тобой? Пялишься в экран, будто там блокбастер показывают. Тебя так погода интересует? От нее зависит успех твоей фирмы или…

– Не выдумывай, Марин. Просто… Извини, – сдувается он. – Три подрядчика прекратили поставки. Суворов увольняться собирается, да и…

Он замолкает, запуская пятерню в густую, русую челку. Подхожу ближе и обнимаю его за плечи… Илюха у меня высоки-ий… Широкоплечий, видный. Он вымученно вздыхает, обнимая меня в ответ. Не понимаю, зачем ему нужно выплескивать злость на меня? Обвинять, сыпать претензиями, корить за работу? Ну, не глупость ли? Чем ему моя работа помешала?

– Илюш, а я-то здесь при чем? Я виновата в твоих проблемах? Или… кроссы эти дурацкие, бардак в квартире? Я так же работаю и…

– Извини, Марин. Я перегнул. Просто… Задолбался.

– Может, сходим вечером куда-нибудь? Или в отпуск уедем? Как тебе идея?

Господи, да что с ним такое? Илья будто сквозь меня смотрит… Коротко обнимает и торопится улизнуть. Обувается, снимает с вешалки пиджак…

– Не знаю, Мариш. Буду разгребать дела. Скорее всего, домой приду поздно. И на соревнования Макса… не успею. Извини.

Третье «извини» за утро. Или пятое…

– Ладно… беги. Скажу Максу, что у тебя совещание. Или… В общем, что-нибудь придумаю.

Илья уходит, а я сгружаю грязные тарелки в раковину и переодеваюсь. Прямые джинсы, белая футболка, удобные, кожаные кеды. Илья никогда не обращал внимания на мою одежду… Да и претензий к моему внешнему виду не предъявлял… Он и себе-то ничего дельного выбрать не может. Все я покупаю – рубашки, джинсы, обувь… И всегда муж доверял моему вкусу. А сейчас что? Неужели, дело в работе?

Спускаюсь к машине, на бегу здороваясь с нашей консьержкой.

Хороший сегодня день… Солнечный, немного ветреный, пахнущий зарождающейся осенью… Сухие, осенние листья шуршат под ногами… И мои грустные мысли растворяются без следа… Все у нас будет хорошо, все наладится…

Сажусь за руль и со вздохом произношу:

– Макс, папа не сможет приехать на соревнования. Не обижайся, родной.

– Так я и знал. Ты-то приедешь?

– Я точно да. А потом в пиццерию сходим, ладно?

– Ладно, мамуль.

Глава 2

Марина.

– Зойка, привет, прости, что опоздала. Наш новый, таинственный босс не лютует? – врываюсь в кабинет УЗИ – именно там трудится моя коллега и подруга Зоя Ивановна Карпова.

– Тише ты… У меня студенты. Навязали на мою голову. Если главный не прекратит лебезить перед ректором универа, ей-богу, я в Минздрав пожалуюсь! Ты согласна побыть моделью?

– В целом да… А что смотреть будем?

Подхожу к окну, замечая припарковавшиеся возле входа машины телевизионщиков. Главный что-то такое говорил, помню… Открытие нового филиала клиники, инновации, современное оборудование, расширение штата… Нашу лабораторию тоже модернизируют. Может, у меня появится новый кабинет? Или зарплату повысят?

– Маришка, переодевайся и дуй в кабинет, ладно? Я пока своим охламонам расскажу о строении женских, половых органов.

– Ну ты даешь, Зоенька, – вспыхиваю я, набрасывая на плечи халат и собирая волосы в хвост. – Другой модели нет?

– Нет. Сонька и Алиса помогают главному с телевидением. Ты бы видела, какие там фифы приехали. Закачаешься просто… Знаешь Ладу Архипову? Ну… ведет программу о погоде? Ты телек, вообще, смотришь, Филиппова?

– Угу… Как раз сегодня видела ее.

И сейчас вижу… Красное платье, длинные, выглаженные до блеска волосы, стройные ноги… Высокая, полная, тяжело вздымающаяся от волнения, грудь… Зойка еще что-то бубнит напоследок, а потом дверь захлопывается, возвращая тишину…

И в ней – напряженной и звенящей – боль кажется еще острее… Жгучая, необычная – я никогда не чувствовала ничего подобного… Она для меня в новинку. Вцепляюсь в край подоконника и жадно пью ее… Захлебываюсь ощущениями, не веря своим глазам и… Веря им. Ну, здравствуй, боль предательства…

Я тебя не ждала, а ты приперлась… Впилась в меня, как клещ, и высосала все живое за секунду…

Возле этой… Лады мой муж. И его машина с включенным двигателем тут же… Он трогает ее плечи, гладит их, не сводя с нее взгляда… Лада кокетливо высвобождается из объятий Ильи и касается его щеки. Целует моего мужа, гладит его по волосам…

Ее пальцы ложатся на его виски, веки… Туда, где совсем недавно были мои пальцы… Выходит, никакой Илья не мой? Общий?

Тошнота накатывает внезапно… Я ей едва не захлебываюсь… Зажимаю рот ладонью, не переставая подглядывать за ними…

Вот, значит, в чем дело? И работа у меня дурацкая, и одета я неподобающе… И дом у меня далек от идеала… Никакой эстетики и модных гаджетов. Нарядов, украшений, туфель на десятисантиметровой шпильке…

Лада отлипает от Ильи, а он… Притягивает ее к груди, покрывая поцелуями ее шею, подбородок… Она качает головой, взмахивая ладонью в сторону стоящих возле торца здания машин.

Отпусти ты ее, дурачок… Ей репортаж снимать надо, а не вот это вот все… Поцелуи, ласки…

Интересно, давно они вместе? И где встречаются? Он снимает ей квартиру? А ее машина – такая же красненькая, как платье, на чьи деньги куплена?

Господи… Что мне делать теперь? Как дальше жить, если я не представляю жизни без мужа? Ощущения, будто у меня прямо сейчас отрезали ногу… Потому что за пятнадцать лет брака он стал моей… Да, ногой и рукой, сердцем, мозгом… Мной.

Надо бы отлипнуть от окна, а я не могу… Соскучилась по… особенному, наполненному страстью и жаждой, взгляду мужа… Восхищением, желанием… Прямо сейчас он так смотрит на другую женщину – не меня… А для него – триггер, источник раздражения…

И как я раньше не додумалась, что дело не в работе? Дура… Влюбленная, наивная дура…

Нервно сглатываю и несусь к раковине… Меня рвет. Умываюсь и глотаю воду из-под крана… Держись, Марина, не реви! Только не сейчас. Не из-за подлого предателя…

– Марочка, ты идешь? Мы готовы, – зовет меня Зойка. – Эй… Чего ты там?

– Не успела толком поесть, голова закружилась. Уже иду.

– Может, кофе?

– Я в порядке, Зой. Потом…

Студентов немного. Зойка иногда соглашается провести семинары с использованием методов функционального исследования. И делаем мы это на безвозмездной основе… Ну, почти… Если главный заставит, нет никакого шанса отказаться. И плевать на текучку, пациентов и отчетность.

– Здравствуйте, – прочистив горло, произношу я.

– Подходите ближе, сейчас я покажу вам, как исследуют органы малого таза. Для качественной диагностики необходимо спросить у пациентки, какой у нее день цикла? От этого напрямую зависит толщина миометрия и…

Зойка льет мне на живот гель, студенты всматриваются в черно-белый экран, а я… Я не могу выбросить из головы взгляд мужа…

Не шикарные волосы или губы блондинки, вовсе нет… И не ее ходули на каблуках… Он давно не смотрел на меня ТАК… И не целовал тоже…

Тоска разливается в душе, пропитывая горечью все… Обездвиживая, уничтожая… Если бы я была растением, наверняка засохла и рассыпалась…

– А почему ты не сказала, чт? – спрашивает Зоя.

– Что, прости? – вздрагиваю я.

– Почему ты промолчала о беременности? Срок шесть недель, Марин.

– Как? У меня же… У меня вот только двенадцатого были… Или не были? – хлопаю ресницами я. – Это ошибка какая-то, Зоя Ивановна.

– Где ошибка? Вот это?

Она разворачивает экран, а я вижу отчаянно бьющееся сердечко моего малыша… Крохотного, но уже никому, кроме меня, не нужного…

– Шесть недель? – неверяще повторяю я.

– Все с ним в порядке, Маришка. Вернее, Марина Федоровна. – Марин, ты что, правда, не знала?

– Нет… Я уже не ждала, Зоя. Ты же знаешь, что после Макса…

– Знаю. Десять лет бесплодия. Маринка, я в шоке просто… Ты рада? А Илья как обрадуется, мамочки… Вечером скажешь ему?

Даже не знаю, что говорить? О чем стоит сообщить в первую очередь? О ребенке или разводе?

Глава 3

Марина.

Зойка десять раз все перепроверила… Я беременна, сомнений нет… У меня будет малыш… И он не нужен его отцу-предателю…

Что теперь делать, господи? Я ведь так любила Илью… Так люблю… Я все для него…

– Что-то ты слишком задумчивая сегодня, Филиппова, – режет подаренный пациентом торт Зоя. – Все в порядке? Токсикоз есть или…

– Нет пока… Небольшой. Торт я, пожалуй, съем.