Так давно повелось, что чаевничаем мы в гинекологии… В лаборатории маловато свободного места, да и… Ушей здесь много, что уж говорить… В прошлом году я должна была стать заведующей, но… «Любимые» коллеги устроили бунт, потребовав у главного оставить на должности семидесятилетнюю Клару Игоревну… Грозились уволиться, писать жалобы в Министерство… С тех пор на меня косо смотрят. Не доверяют, считая выскочкой…

– Слушай, мне тут пациентка страшную историю поведала, – вручая мне блюдце с тортом, произносит Зоя. – Помнишь Люду Анисимову? Ну… Черненькая такая, с каре.

– Да, Зой. И что с ней стряслось?

– Муж, узнав о ее беременности, потребовал аборт! А дело было в другом вообще. У него была любовница и… Тоже беременная! Молодуха какая-то с его работы.

– Надеюсь, она его послала? – закатываю глаза я.

– Да. Еще как… далеко и надолго. Когда собираешься разводиться, лучше помалкивать… Мало ли… Любовницы сейчас чокнутые пошли.

Слушаю вполуха, думая о своем. Вот как говорить Илье о малыше? Не нужна я ему… И он не нужен… А жить с человеком, зная, что он ничего, кроме жалости, не испытывает, такое себе…

Может, он сам мне скажет обо всем? Ну, должен ведь он что-то предпринять? Черт, я трусиха… Сказать Зое боюсь, маму расстраивать тоже не решаюсь… Она с утра раз пять звонила, про Бусю спрашивала.

Может, уволиться? Найти новую работу, пройти специализацию? Я ведь мечтала быть хирургом, но после рождения Макса изменила решение… В лаборатории платят меньше, но и рабочий день у меня до обеда…

В полной задумчивости бреду к машине, не понимая, как реагировать? Зачем Илья приезжал в больницу? Что он хотел от этой Лады? Не терпелось потрогать ее? Примчался с утра пораньше, чтобы зарядиться энергией любимой?

Я ведь только хаос в его жизнь приношу, ведь так? Раздражаю, задеваю… Мешаю, наверное?

Запускаю двигатель, понимая, что сдохну, если не поделюсь с кем-то… Надо поговорить с мамой. Что-то решать с квартирой… Наверняка, Илья захочет привести Ладу к нам домой… Господи, мы ведь два года назад переехали… Илье, наконец, удалось выплатить кредиты и расплатиться с долгами перед рабочими…

Мы так радовались… Пять лет назад на одном из складов произошел пожар. Сгорел весь материал и готовящаяся к отгрузке продукция. Илья залез в кредиты, я устроилась подрабатывать в частную лабораторию. Мы крутились, как могли, чтобы выбраться из ужасной ситуации…

И тут такое… Спокойствие, относительная стабильность и… любовница, как вишенка на торте. Ей-богу, тогда было лучше…

– Мамуль, привет, как ты себя чувствуешь? – решаюсь позвонить матери.

– Неплохо, дочка. Вот, иду с процедур домой. Решила прогуляться, пока погода хорошая.

– А не хочешь поехать соревнования к Максу? А потом посидим где-нибудь, поболтаем?

– Давай, Маришка. Я не против. Сейчас только такси вызову и…

– Я заскочу за тобой.

Мама выходит к перекрестку, а я звоню сыну, обещая приехать к спортивному комплексу без опозданий.

– Что стряслось? Раньше ты бы ни за что меня не позвала, – плюхается на переднее сиденье мама.

– Мамуль, – тянусь, чтобы обнять ее. – Просто я…

На работе я еще держалась, а тут… Всхлипываю, качая головой и пытаясь подобрать нужные слова.

– Илья мне изменяет, мам.

– Ты уверена? – хмурится она, стирая с моих щек слезинки. Ее руки – шершавые, сухие и такие родные…

– Да. Сегодня репортаж снимали в больнице, я видела, как они целовались… Илья и Лада Архипова – ведущая в новостях.

– И ты не подошла? Не выдрала этой дряни патлы?

– Мам, ты серьезно? Они отсняли материал в кабинете главного и смылись. Мне надо было бежать вслед и требовать объяснений?

– Извини, милая. Что-то я… Я просто опешила от такой новости. Илюша и… измена. Что собираешься делать?

– Разводиться. Что же еще?

– А с ним ты поговорить не хочешь?

Паркуюсь возле входа в спорткомплекс, издали замечая машину Ильи… Ну, надо же, вспомнил о сыне? Решил поиграть напоследок в заботливого папашу? Или совесть замучила? Как он сыну собирается говорить о Ладе? А, может, они уже знакомы? Нет… Макс бы точно рассказал… Покрывать горе-папашу он не стал бы.

– О… Здравствуй, Илюша. Ты тоже решил посмотреть матч? – непринужденно произносит мама, завидев Илью.

– Да, удалось выбраться, – улыбается он. – Маришка, привет, родная. Все в порядке?

Илья тянется, чтобы коснуться меня губами, совсем недавно целующими другую… Я резко отстраняюсь. Не могу… Не могу, понимаете? Тошно и больно.

– Идем, а то опоздаем. Как у тебя на работе? – спрашиваю его сухо.

– Все так же. Потому и не стал задерживаться. Пообедаем потом? Все вместе?

Глава 4

Марина.

Не понимаю, что чувствую? Ясное дело – боль, одиночество, обиду… Наверное, любая женщина ощущает такое? Или нет? У каждой своя боль предательства? Приправленная особыми эмоциями?

– Давай же, Ма-акс! – кричит Илья, увлеченно наблюдая за игрой сына.

Сынок у нас – атакующий защитник. Талантливый, увлеченный баскетболом парень, моя гордость… С ранних лет было ясно, что Максим вырастет таким же высоким, как отец. Сильным, широкоплечим, надежным… Мне тогда так казалось…

«Вот же кому-то повезет», – мечтательно протягивала я, глядя на Макса.

«И мне повезло», – спешила добавить…

– Маришка, а ты чего такая тихая? – похлопывает меня по плечу Илья. – Все в порядке?

– Да. А ты почему, вдруг, такой громкий? Успехи на работе?

– Вон, вон, смотри, – снова отвлекается он, следя за игрой. – Макс! Давай, сын!

Смотрю на раскрасневшееся, родное лицо мужа и… боюсь… Вот, что я испытываю, кроме обиды и злости… Безумный страх остаться одной. И дело даже не в деньгах, вовсе нет… Да и беспомощной дамочкой меня сложно назвать. У меня есть работа, образование. Мама, в конце концов… Не пропаду… Просто я не представляю себя без Ильи, понимаете? И думать не могу о себе, как об отдельном, чужом человеке…

Горечь растекается внутри, как яд… Не буду я ему ничего говорить. Боюсь… Безумно, отчаянно боюсь, что он прямо сейчас вывалит на меня правду…

Так, мол, и так, Марина, я ухожу к другой… Он это, конечно, скажет, но позже… Мне отдышаться нужно, осознать, а еще… Да что я такое говорю?  Я ведь врач и знаю, что очаг воспаления нужно вырезать полностью и быстро, а не по кусочкам… Нет, в таком деле нельзя медлить…

– Мариш, все в порядке? – вырывает меня из задумчивости Илья. Трется подбородком о мое плечо и чмокает в щеку… Господи, как же гадко… Ей-богу, неизвестность вот-вот приведет меня к расстройству личности. Илья остается моим мужем, отцом моего сына и родным человеком, сохраняяпри этом статус предателя.

– Да так… На работе проблемы. Я вряд ли смогу посидеть с вами в кафе, Илюш. Нужно вернуться.

– Мариша, а нельзя отпроситься? – укоризненно спрашивает мама.

– Да, Марин… Что на твоей дурацкой работе может случиться? Пробирка лопнула? Или стекло треснуло? Микроскоп сломался? Она меня бесит, понимаешь? – взрывается он.

– Илюша, что случилось? Ты бы тон сменил, здесь люди, вообще-то, – строго произносит мама. – И что за предъявы? С чего вдруг тебя стала не устраивать работа Марины?

– Денег она не зарабатывает, Татьяна Михайловна. Просиживает штаны, вместо того, чтобы заниматься чем-то полезным.

– Чем, например?

– Собой, – выдыхает он.

– Илюш, а как ты думаешь, мне подойдет красное, короткое платье? – едва сдерживая слезы, спрашиваю я. И улыбочку кокетливую выдавливаю… Ну, прямо, как Лада Архипова… Разве что на десять лет старше.

– Нет, Марина. Тебе оно не подойдет. Будет смешно смотреться.

– Это почему? А если я волосы распущу и немного их осветлю? И туфли куплю на шпильке… Может, мне устроиться на…

– Хватит, Марин. Я давно пытаюсь до тебя достучаться. Ты стала… Прости, но ты неважно выглядишь. Понимаю, что нет времени на себя, но… Сколько еще мне намекать, чтобы ты поняла? Если бы работа приносила деньги и удовольствие, а то… Нет ведь! Пустая трата времени. Ты могла бы потратить его на что-то полезное – заботу о доме, себе…

– А-а… Мам, наверное, Илья о спортзале говорит, – глуповато моргаю я.

Изо всех сил пытаюсь изобразить на лице спокойствие и покорность…

– Ох… Что-то мне уже не хочется досматривать матч, – произносит мама. – Не понимаю я твоих претензий, Илья. Тебя что-то не устраивает? Хотя… Я не должна вмешиваться. Это ваша жизнь, ваша семья… Считаю, что вам стоит поговорить наедине.

Ну вот он, момент истины… Илью одно мое присутствие будоражит, раздражает… Кажется, все закончится быстрее, чем я думала…

– Нет, черт… Меня все устраивает. Просто мне жаль Марину.

Ах, ему жаль… Ему меня жалко, понимаете? Теперь я отчетливо вижу, почему мой драгоценный муж не решается поговорить откровенно? Он боится меня ранить. Считает, что я ни на что не способна… Не справлюсь без него… Если бы Илья считал меня сильной, не ходил бы вокруг да около… А признался сразу…

– А ты меня не жалей, муженек, – сипло произношу я. – Говори уже правду… Я сильная, справлюсь…

– Да какую правду, Марин? Ты о чем, вообще? Все, заканчиваем этот разговор. Я безуспешно пытаюсь вытащить тебя из рабочего рабства, но ты… Ты видишь не заботу в моих словах, а…

– Погоди, Илюш. Так ты прямо скажи, что хочешь посадить меня на шею, обеспечивать все мои нужды. Ты ведь на это намекаешь?

– Вообще-то, нет, – сухо отвечает он. – В городе полно вакансий с более высокой зарплатой и гибким графиком. Ты хотя бы попробуй… Макс давно вырос, можно уволиться из чертовой лаборатории и…

– Хорошо, я подумаю, – провоцирую его я. Давай же, милый, скажи мне правду уже…

В сумке вибрирует смартфон. На экране всплывает сообщение Зойки:

"Завтра теледива Лада Архипова придет снимать репортаж о лаборатории. Оденься красиво!"

Ах, вот, в чем дело? Илюша не хочет, чтобы жена встречалась с любовницей на одной территории?

Глава 5

Марина.

Выгляжу я неважно, Илья прав… Натуральные, русые волосы, минимум макияжа, следы усталости на лице…

Одежда обычная, из массмаркета, недорогая… Мы совсем недавно выплатили кредит за ремонт, какие уж тут наряды? Не до них мне… К тому же соревнования сына отнимают львиную долю заработков. Наверняка, Лада Архипова – девушка свободная… Тратит только на себя, да и времени у нее море. И посуду она не моет, потому что не готовит. Питается травой или блюдами из ресторана. Да и те ей привозят курьеры…

Господи, зачем я, вообще думаю о ней? С моей фантазией впору написать роман…

К моему удивлению, Илья никуда меня не отпускает. Настаивает, чтобы я отпросилась с работы и провела время с семьей. В скором времени он будет мало времени проводить с Максом. А со вторым малышом… Его он вряд ли захочет видеть.

Скорее всего, Лада родит ему наследника, ждать не станет…

– Марин, как мне тебя порадовать? Ты извини, что я прицепился с работой, просто…

– Просто другие женщины из твоего окружения к чему-то стремятся? Ты на это намекаешь?

Он краснеет, отводит взор… Легко сжимает мои плечи и выпаливает:

– Парни с работы рассказывают, как их жены развиваются. Чему-то учатся, ходят в спортзал, общаются с подругами. Какие-то курсы проходят, путешествуют. Я не со зла, поверь…

А с чего, родной? Почему я, вдруг опротивела тебе? Месяц ты ко мне не притрагиваешься, ночуешь в кабинете или отворачиваешься, буркнув пожелание спокойной ночи… Не позволяешь приласкать тебя, поцеловать… Ничем не делишься…

– Хорошо, я завтра уволюсь. И в спортзал запишусь.

– Правда?

Боже, неужели, он верит, что сможет снова полюбить меня? Пытается себя успокоить? Разве можно оживить сдохшего осла, возродить чувства?

Я прекрасно понимаю Илью… Человек он порядочный… Во всяком случае, был таким раньше. Вот и пытается переосмыслить УЖЕ принятое им решение уйти. Хватается за возможность поменять хоть что-то… Не в себе. Во мне! Думает, я уйду с работы, и он влюбится? Или запишусь в спортзал и ка-ак… стану другой?