Кабинет был небольшой, но аккуратный: высокий узкий шкаф в углу, стопки бумаг на подоконнике, старый герб Империи на стене, лампа тёплого света, от которой на столе ложилась ровная круглая тень. На рабочем столе – аккуратно разложенные папки, и справа – небольшой, уже изрядно потёртый блокнот в тёмно-синей обложке. Рядом лежала ручка с металлическим колпачком.

За этим столом сидел сухощавый старичок лет шестидесяти пяти. Но взгляд у него… я узнал бы такое в любом мире.

Это взгляд человека моей бывшей профессии – того, кто умеет и допрос вести правильно, и людей читать, как открытые книжки.

Он оценил меня моментально. Не в лоб, не грубо – а тем самым скользящим взглядом, который обычный человек даже не заметит.

Но я видел, как его глаза, ловя каждую мою паузу, каждое моргание, скользили по моим движениям и позе, будто делали быстрый скрытый анализ. И это было знакомо.

Значит, и здесь, в Империи, есть свои инструктажи по чтению людей. Абсолютно логично.

– Добрый день, молодой человек, – произнёс он спокойно. И сделал паузу, чтобы я представился.

Я чуть склонил голову.

– Роман Аристархович Крайонов? Уже, по идее, барон..

В ответ он также повторил мой жест и продолжил.

– Так вот господин Крайонов – последняя инстанция – это я. Мы должны подтвердить, что вы не собираетесь навредить Императору, Империи или императорской семье. Затем я выдам вам инструкции для аристократов: брошюры, правила поведения, обязательные действия при определённых событиях. Пока я готовлю документы – присядьте.

Он демонстративно поставил поставил папку перед собой и открыл её.

Я сел.

И в этот момент старичок буквально «сменил лицо»: глаза стали сосредоточенными, резкими, будто внутри включили сканер.

Он начал:

– Итак, Роман Аристархович. Вы хотите навредить нашему Императору?

– Нет, – спокойно ответил я. Это была чистая правда.

Он взял ручку и сделал пометку в том самом блокноте, который лежал справа от него. Небольшое, точечное движение кисти – и взгляд снова на меня.

Интересно, что именно он там фиксирует.

– Следующий вопрос. Вы готовы предать Империю вражеским сторонам?

– Нет. А у Империи есть вражеские стороны? – спросил я автоматически.

Он поднял на меня глаза, и пустая улыбка едва тронула уголки рта.

– Хороший вопрос. Я бы с вами его обсудил, но к счастью здесь вопросы задаю я. Или, к не счастью, – кивнул он уже почти иронично.

Снова ручка коснулась блокнота справа. Точная, спокойная отметка.

– Вы работаете на какую-либо враждебное формирование? Являетесь шпионом?

– Нет.

– Хорошо, – протянул он почти ласково, будто дедушка, хвалящий внука.

И снова – пометка. Я отчётливо слышал, как шариковая ручка царапнула бумагу.

– И последний вопрос. Вы хотите быть аристократом?

– Нет.

Вот тут он сбился. На долю секунды – но я это поймал.

Микродвижение глаза.

Лёгкая дрожь пальцев, держащих ручку.

Небольшой сбой дыхания.

Ответ его удивил.

– Интересно, – произнёс он после короткой паузы. – Впервые слышу, чтобы вступающий в родовой статус не хотел быть аристократом. И почему же вы тогда здесь?

– Всё очень просто…

Сделал я такую же паузу, как и он вначале, давая ему возможность представиться.

– Глеб Филиппович, – чуть склонил он голову.

– Так вот, Глеб Филиппович, – продолжил я. – Не я захотел. Канцелярия решила, что мне положен баронский статус. Поэтому я здесь. А кто я такой, чтобы спорить с законом Империи или решениями Императора?

Это рассмешило его по-настоящему.

Не пустая улыбка – настоящий короткий смешок человека, который услышал знакомую истину.

– Понимаю вас, барон Крайонов. Поздравляю. Вы вступили в статус официально. Теперь можете носить кольцо на среднем пальце правой руки – это знак преданности Империи.

Странное место, мелькнуло у меня в голове. Средний палец.

Но в Империи свои правила. И свои магические объяснения. Финальная точка магических плетений приходится именно на средний палец.

Мне пока плести особо нечего – но мой дар продолжал работать. По крайней мере, с появлением кота я практические перестал ловить случайные чужие эмоции на предметах. Контроль становился легче.

Старичок пододвинул ко мне праздничный пакет с золотой тесьмой.

– Здесь приветственный комплект для новых аристократов: документы, справки и небольшой подарок. Рад пополнению Аристократов Империи такими спокойными и адекватными людьми.

– Спасибо, и всего доброго, – я встал и покинул кабинет.

Подарки от Империи это хорошо. Но я то понимаю, что к подаркам и проблем накидали.

Глава 2

Выйдя из кабинета, сразу встретил взгляд Ксюши – в нём читался вопрос: «Ну чё там?». Я показал ей средний палец, показывая тем самым, что её счастливое лицо тут совсем не к месту. Она закатила глаза, но через секунду подпрыгнула, обняла меня и тихо прошептала на ухо:

– Поздравляю, мой господин.

Хихикнула, слезла с моей шеи и куда-то умчалась к выходу.

Вот дурёха, подумал я про себя, и двинулся за ней.

И заметил про себя: «А приятно всё-таки».

Она скрылась за каким-то поворотом, а я внезапно понял, что, кажется, забыл, как вообще сюда пришёл. Слишком много этих кабинетов.

Так… по логике, если это двадцать восьмой, то нужно идти по уменьшению. Двадцать восемь – значит, второй этаж. На крайний случай, если вдруг вообще не найду, всегда есть запасной пожарный выход под названием «окно». Но нет, слава богу, картографическим кретинизмом я не страдал, так что выход из этого филиала ада нашёл быстро.

И тут меня ждал ещё один сюрприз: возле чёрной «восьмёрки» стояли трое – Ксюша, Женёк и тот самый парень, которого мы видели в центральном зале Канцелярии. Тот, кого встречали с почестями.

Его мимика изменилась: теперь это был дружелюбный, спокойный человек. Он переключил подачу, голос, поведение – всё подстроил под ситуацию.

Это заставило меня напрячься.

И ещё я заметил отличия между «первым» и «вторым» появлением. Как на картинках «найди десять отличий». Первое – его выражение лица: добродушное, располагающее. Второе, куда сильнее удивившее: на среднем пальце у него появилось кольцо. Такое же, как у меня.

Кольца в Империи чётко различались по цветам.

Белое – барон.

Зелёное – граф.

Фиолетовое – герцог.

Красное – князь.

И ещё было кольцо из трёх цветов – красного, фиолетового и зелёного – для детей Императора и самого Императора. Удобно: сразу видно, кто перед тобой стоит.

И вот передо мной стоял такой же зелёно-глазый, «белокольцовый» паренёк. Тоже барон.

Я решил подойти к этой дружной компании и узнать, что происходит. Не потому, что боялся, что моих помощников уведут. Я боялся другого – что этот парень принесёт новые проблемы в мою жизнь. А у меня и без него их хватало.

Спускаясь по лестнице – массивной, каменной, с чёрными ступенями и металлическими перилами, – я ещё раз отметил масштаб здания. Белый крупный камень, строгая архитектура, каждый сантиметр которой будто кричал: «Вот здесь власть. Я – власть. Я управляю всем в Серпуховской области». И ступени были продолжением этого посыла.

Отдельный пандус для женщин с колясками и для людей с ограниченными возможностями выглядел странно – последних в Империи было очень мало. Это удивляло меня с самого момента попадания в этот мир: он словно был более «идеальным» по умолчанию. Здесь почти отсутствовало понятие врождённой инвалидности. Нет, конечно, были люди, которые теряли конечности или здоровье из-за войн, аварий, столкновений. Но чтобы ребёнок рождался с пороками… я не встречал. Возможно, у простолюдинов такие случаи иногда бывали, но крайне редко. Медицина и маги-лекари здесь действительно делали чудеса – вплоть до коррекции проблем ещё в утробе. И это входило даже в базовую имперскую страховку. Была и расширенная, но за неё нужно было платить. Поэтому что она предоставляла я в точности не знал.

К этому моменту я уже подошёл ближе и услышал разговор. Говорил тот самый парень с чёрными волосами – Демид.

– Я только что получил баронский статус. Хотел бы с кем-то отметить. Друзей у меня нет. Как вы на это смотрите? Вы такая… прикольная пара.

Ксюша сразу замахала руками:

– Не-не-не, ты неправильно понял! Мы не пара. Мы помощники детектива.

– О! Вы детективы?

– Не-не-не, мы не детективы…

Слишком он строит из себя тупого, подумал я.

– Добрый день, коллега, – сказал я, подходя ближе.

Я демонстративно протянул руку – кольцо ведь носилось на правой кисти, чтобы собеседник сразу понимал, кто перед ним.

Парень посмотрел на моё кольцо и оживился:

– О, вы тоже сегодня получили статус барона? Или вы здесь по другим делам?

– Да, тоже сегодня, – ответил я. – Разрешите представиться. Роман Аристархович Крайонов.

Он потянул руку в мою сторону, и в этот момент у меня на шее ожил вечный спящий чёрный засранец:

«Осторожно. Берегись, рука».

«Ага. Понял, как ты работаешь. Сейчас было не до тебя чёрный.»

Потому что в следующую секунду его ладонь легла в мою – и кожу реально подморозило. Холод прошёл не поверхностно, а как будто провалился внутрь, тонкой ледяной струёй, от которой пальцы свело по суставам.

Он пожал руку и ровно произнёс:

– Очень приятно. Господин Роман Аристархович. – Сжал он чуть сильнее руку. И тут же представился сам: —Демид Давидович Мариарцев.

А руку он не отпустил. Наоборот – усилил сжатие.

Холод становился плотнее, глубже, прожигая уже не кожу, а будто саму кость. Тот самый ледяной ожог, когда так холодно, что почти горячо. Но я стоял и терпел – не из колбасы сделан.

– Так что вы предлагали моим спутникам? – спросил я, не дёрнувшись.

Он наконец отпустил. Лицо при этом осталось идеальным, неподвижным – гладкая маска без единого намёка на эмоции. И даже если бы я что-то уловил, вероятность девяносто процентов, что это была бы лживая эмоция. Слишком уж он стабилен.

Я бы понял такую выдержку у того старика, с которым разговаривал пару минут назад, но не у парня моего возраста. А может, чуть старше. Контроль у него был не только над лицом – жесты, мимика, дыхание, всё подогнано так, чтобы не выдать ничего лишнего. Когда он подносил руку, я не увидел ни малейшей угрозы. Просто движение. Просто рукопожатие. Как будто и правда – ничего особенного.

Опасный тип. Очень опасный.

– Мы же в принципе, тоже думали отпраздновать… – встряла Ксюша, – ведь так, Ром? То есть… простите, господин Роман Аристархович.

Я закатил глаза. «И ещё ты мне, егоза, повыпендривайся,» – пронеслось в голове.

Но вслух сказал спокойно:

– Ну, в принципе, да. Как видите, у нас не особо торжественная карета, – я показал на восьмёрку. – Всего две двери. Так что вам, вероятно, придётся пригнуться и сесть назад, со мной. Если вы решите с нами отпраздновать.

Сажать его рядом с Ксюшей я точно не хотел.

«Ревность, Рома? Серьёзно? Фу-фу-фу, прекращай. Сейчас точно не время.»

Передо мной стоит человек, который держит эмоции намертво, и даже сейчас я не понимаю, что у него в голове. А я думаю о чём? О том, чтобы он не сел рядом с девушкой. Великолепно. Просто идеально.

В голове я, честно говоря, ожидал, что он откажется – всё-таки праздновать мы собирались чуть позже. Сначала я планировал заехать к Алексею и узнать адрес мастера по покраске, который работает с краской-хамелеон. А он, собака… стоит счастливый, что мы согласились.

Вот тут я так и не понял: это я смог с него эмоцию считать, или он сам мне её выдал. Но эмоция была настоящей.

– Да нет, – он улыбнулся так, как будто по настоящему был бы рад провести с нами время, – у меня нет никаких дел. Поэтому да, поехали вместе и отпразднуем. Только я, наверное, предпочёл бы ехать не на заднем сиденье, а вызвать такси. Так что давайте выберем какой-нибудь хороший ресторан в Серпухове. Если что – я угощаю. Это же я первый пригласил вас на мероприятие.