Как Лилия могла выйти замуж за такое ничтожество? Или у нее не было выбора? Я мало что смогла выудить из закромов ее разрушенной памяти, поэтому бесцеремонно подтянула к себе ее супруга. Ладонью обхватила подбородок, не позволяя отвернуться, и заглянула в глаза, безжалостно пробиваясь вглубь, в сознание, ища там нужное и отбрасывая остальное, как мусор.

Заглотив его воспоминания, я перекинулась на «свекровь», жадно выпив ее до последней капли. Новоиспеченные «родственники», словно поломанные куклы, стояли посреди комнаты и глупо хлопали глазами. А я тем временем обхватила голову ладонями, пытаясь совладать с пульсирующей болью в висках.

Чужие воспоминания были невкусными и колючими. В них не было сострадания к юной Лилии, зато полыхала жажда наживы.

Не от великой любви Карл женился на сироте из южного Сандер-Вилла. Он пошел на это ради денег, предложенных человеком в черных одеждах. Всего-то и надо было забрать беспомощную девчонку из города, жениться и проследить, чтобы она никогда не вернулась обратно. А еще лучше сделать так, чтобы по истечении двух лет брака ее и вовсе не стало. Тогда и денег дадут в два раза больше.

И он бы справился с задачей. Если бы не я.

Большего в их головах я найти не смогла. Их не интересовали ни причины такого заказа, ни последствия. Они даже имени заказчика не знали, как и лица. Все, что их волновало, – это деньги

Эльма очнулась первой. Громко вздохнув, она принялась удивленно озираться по сторонам и растирать свои жирные бока:

– Что ты сказала?

– Достань мне платье, – приказала я, – и ни слова соседям о том, что здесь происходит.

Эльма ушла, а ее хилый сынок, до сих пор не справившись с наваждением, как завороженный продолжал рассматривать меня. Люди – слабый народ. Сущность молодой демоницы дурманила и сводила их с ума. Плохо…

Я сбежала в этот мир не для того, чтобы кружить головы всяким ничтожествам. Я здесь, чтобы скрыться от гнева Варраха и восстановить свои силы.

Каждое мое влияние на других, каждое вмешательство в фон угасающего мира – след, по которому меня можно обнаружить.

Досадливо цыкнув, я пригасила свои силы, загнала их глубоко под броню. Взяла под жесткий контроль, поклявшись, что лишний раз и по пустякам не буду к ним прибегать.

Вскоре Эльма вернулась со свертком, в котором обнаружилось платье – простое, но чистое, – легкая нательная рубаха и белье. В отдельном мешке болталась обувь – кожаные ботиночки на низком каблуке.

Я облачилась в новую одежду, шнуровкой подогнала ее по размеру, обулась. Волосы заплела в тугую косу.

– Собери мне в дорогу.

Слегка пошатываясь, Эльма побрела в кухню. Одна ее рука плетью болталась вдоль тела, вторая судорожно сжимала замызганный подол, а в глазах плескалось непонимание, смешанное со страхом.

В небольшую заплечную сумку она положила флягу воды, сверток с теплыми пирогами и несколько яблок.

– Запряги Сэма, – дала я последнее распоряжение Карлу и вышла на крыльцо.

На улице стояла прекрасная летняя погода. Над белеющими ромашками кружились шмели, ласточки с оглушительным писком пронзали голубое небо… а в окнах домов торчали любопытные лица жителей деревни.

Я поймала их всех.

Взяла в плен волю каждого и прогнула под себя, меняя их восприятие. Теперь никто даже под пытками не сможет вспомнить, что у Карла была жена. Я стерла у этих людей все воспоминания о ней. Отныне я просто случайная путница, о которой они забудут, стоит мне только исчезнуть из виду.

Если кому-то из ищеек Варраха удастся проследить меня до этого мира, то дальше их ждет пустота. Лилайи больше нет. Растворилась.

Вот теперь можно начинать новую жизнь.

И больше точно никакой магии!

Я спрятала ее еще глубже, возвела нерушимые стены, чтобы укрыть от чужого дара. Закрылась от всего мира и, довольная собой, направилась к конюшне позади дома.

Там под ветхой крышей неспешно жевал траву такой же ветхий мерин. Когда-то пегий, теперь он был отчаянно седым. Длинная серая челка падала на глаза, нечесаный хвост лениво отгонял назойливых мух.

При моем появлении мерин всполошился, тревожно захрапел, попятился и сбил с ног Карла, пытавшегося затянуть подпругу.

– Стой ты! Окаянный! – Карл зло замахнулся, но ударить не успел.

Я перехватила его руку, сжимая так, что он жалобно застонал, а потом и вовсе вышвырнула из конюшни.

– Свободен, – затем вернулась к перепуганному мерину и коснулась ладонью мягких трепещущих ноздрей. – Тише, малыш, тише.

Он чувствовал зверя, хищника, способного разорвать в клочья, но я говорила с ним, и мягкий голос его успокаивал. Наконец конь судорожно всхрапнул и расслабился, доверчиво подставляя голову, чтобы я почесала его за ухом.

– Молодец, Сэм.

Взяв его под уздцы, я вышла на улицу. Поправила сумку, закрепленную на его спине, еще раз окинула взглядом притихшую деревню и вскочила в седло. В длинном платье было неудобно, но разве демоницу, сбежавшую из темных подземелий, можно расстроить такими мелочами? Тем более когда впереди такое путешествие!

Торопиться мне было некуда, заняться нечем, поэтому я решила вернуться в родной город Лилии. Туда, где у нее осталась небольшая усадьба, по наследству доставшаяся от родителей.

Вот так Сандер-Виллу досталась честь стать временным прибежищем Верховной демоницы.

Глава 8

Мир был слишком слабым. Я не ощущала ни всполохов, ни линий силы. Тишина. Полная и беспросветная. Лишь легкое марево, намекавшее, что когда-то этот мир жил полной жизнью. Единственным источником, как и прежде откликавшимся на магию моего рода, был песок. В нем не было дикого жара, как в песках Красной пустыни, и не было пьянящего аромата, как в песках из Прибрежных топей. В нем не было даже холода, что пронзал насквозь в мертвых песках Истока Миров. Зато он был мягким, теплым и податливым. И щедро делился теми крохами, что имел.

Торопиться было некуда. Я продвигалась вперед медленно, не жалея времени на остановки. То сворачивала в чащу леса, где искала землю, нетронутую ни лапой зверя, ни ногой человека, то опускалась на песчаное дно прохладной реки, с которой мне было по пути. Собирала по крупице энергию, постепенно подпитывая истощенные резервы.

Спала под открытым небом, открываясь свету далеких звезд. Птицы не беспокоили мой сон, звери обходили меня десятой дорогой.

Все это по капле восстанавливало мои собственные силы, угнетенные отравой и заточением. Иногда сквозь сон мне слышался голос Варраха, приказывающий вернуться, но я закрывалась от него и спала дальше.

Муж сделал свой выбор, я тоже. Больше я к нему не вернусь.

Неделю мой путь пролегал вдоль главного тракта. Затем он уходил направо, я же свернула на более узкую дорогу, забиравшую влево. До Сандер-Вилла оставался день езды.

В последнюю ночь моего путешествия начался проливной дождь. Пришлось расчищать место под опущенными еловыми ветвями и спать на подстилке из прелой хвои, время от времени просыпаясь от встревоженного храпа мерина. А с утра, едва солнце забрезжило над горизонтом, мы продолжили путь.

Еще на подъезде к маленькому городку я почувствовала, что он не так пуст, как хотелось бы. Четко различалось присутствие нескольких Темных – слабых, с разбавленной кровью и человеческими корнями. Потомки вырожденцев, случайно оставленных кем-то из демонов.

Были и Светлые, причем одного из них – достаточно высокого ранга, с крыльями – я различала особенно четко. Он не был настолько сильным, чтобы почувствовать Высшего демона, но мог доставить мне проблем. С ним придется разбираться позже.

Я снова убедилась, что силы под замком и не привлекут нежелательного внимания.

Еще один поворот, и раскатанная повозками дорога вывела меня к долине, ровно посередине рассеченной ярко-голубой лентой реки. На одном берегу стоял Сандер-Вилл, на другом раскинулись возделанные поля и паслось пестрое стадо.

Красиво. Спокойно. Но меня больше интересовало поместье Лилии. В памяти светился небольшой двухэтажный дом с уютным крыльцом и резными наличниками. Он утопал в зелени и цветах. Спереди лужайка, а позади яблоневый сад, который по весне пах так пленительно, что можно было захмелеть.

Лилия бы сейчас возвращалась домой, рыдая от умиления, а я рассматривала это место лишь как временное убежище, в котором можно зализать раны перед новой битвой.

Сдавив пятками бока мерина, я дернула поводья:

– Мы почти на месте.

Конь, тряхнув серой гривой, перешел на легкую рысь, а я устремила взор на Сандер-Вилл, изучая его издалека, подмечая детали.

Город оказался крошечным – три улицы с севера на юг и еще две с запада на восток. Одно-и двухэтажные домишки в окружении ухоженных палисадников сверкали чистыми окнами. В центре возвышалась часовня и расстилалась площадь, а в конце главной улицы выстроились особняки главенствующих семей.

По кругу, на отдалении от центральной оживленной части, располагались усадьбы, одна из которых принадлежала Лилии, а теперь мне. И ближайшая дорога до нее проходила через центр города.

Сразу от его границ грунтовая дорога сменилась крупной брусчаткой, и цокот копыт стал гораздо громче. По мере того, как я продвигалась вглубь Сандер-Вилла, навстречу попадалось все больше людей. Они смотрели на меня с нескрываемым интересом и, стоило мне проехать мимо, начинали шушукаться, не подозревая о том, что я все прекрасно слышу.

– Она вернулась!

– Как только посмела?! Бесстыдницы!

В памяти Лилии было слишком много пробелов, поэтому я не могла понять, в чем дело. Да и какая разница? Чужое мнение меня не интересовало.

Я кивнула одному, лениво подмигнула другому и улыбнулась, заметив, как вытянулись их лица. Столь явное возмущение сладким медом легло на душу демона.

Однако сейчас меня больше волновало приближение Светлого. Желая увидеть его воочию, я направила жеребца ему навстречу и вскоре выехала на центральную площадь.

Глава 9

Площадь была вымощена серым камнем, а просветы между ними отсыпаны речным мелким песком. В центре стоял помост для выступлений, по периметру ровным кругом выстроились ухоженные дома.

Мельком отметив детали, я уставилась на мужчину, работавшего возле помоста. Он был по пояс обнажен. Темные брюки, перехваченные красным тканным ремнем, сидели низко на бедрах, открывая взору красивый рельеф живота и темную полоску волос, уходящих от пупка вниз. Под блестящей от пота загорелой кожей перекатывались тугие мышцы, когда он тяжелым молотком забивал гвозди в расшатавшуюся опору помоста.

Его движения были спокойны и уверены, в развороте плеч – стать и плохо скрываемая сила. Черные, как вороново крыло, волосы неровными прядями падали на лицо, не позволяя как следует рассмотреть его профиль.

Несмотря на темную масть, мужчина был Светлым. Тем самым, кого я почувствовала еще издалека. Сильный. Если прикрыть глаза и посмотреть на него внутренним взором, можно увидеть очертания ослепительно-белых гигантских крыльев.

Молоток замер в сантиметре от шапки гвоздя, так и не ударив. Светлый обернулся ко мне.

Глаза у него оказались карими. Красивые.

Я усмехнулась. Светлый почувствовал мой заинтересованный взгляд, но почувствовать демоническую сущность ему было не под силу.

Отвесив чопорный поклон, я снова пришпорила коня, но, проехав пару метров, заметила того, чье присутствие сложно почувствовать. Он легкой тенью, призраком пустоты, маячил над городом, и если не встретить лично, то не поймешь что к чему.

Я встретила. И увиденное мне не понравилось. Это был Охотник. Один из тех, кого нанимали за деньги или ценные артефакты, если требовалось кого-то найти. Например, сбежавшую из-под охраны своевольную королеву…

Я внутренне оскалилась, но он прошел мимо меня, даже не удостоив взгляда. Значит, не по мою душу здесь. А зачем тогда?

Сандер-Вилл начал казаться мне странным. Сильный Светлый, причем не одинокий (я чувствовала и других), Охотник, немного Темных – и все они собрались здесь, в маленьком городке на задворках угасающего мира.

Подумать об этом мне не удалось, потому что дорогу преградили двое высоких мужчин в форме с эмблемами защитников на груди – местные стражи порядка.