Здесь каждому сословию полагалась своя одежда и аксессуары к ней. Чтобы издалека по расшивке на платье или заколке было видать: это идёт знатная дама!

Каждая из нас мечтала однажды ей стать. И каждая знала: мечта почти несбыточна.

Едва мы обмыли руки, как нас пригласили в столовую. Да Фон уже сидел во главе прямоугольного стола, нас слуги рассадили по обе его руки. Моё место было рядом с Чжу Сон по правую руку от хозяина, близняшки сидели напротив.

За столом было не принято разговаривать, пока глава не обратится к тебе. Я и молчала, чувствуя, что мастер Шу не так уже и прогадал. Цю Юэ понравилась главе клана Водного Дракона.

Он присматривался ко мне. Не каждый день встретишь деву, танцующую древний танец дракона с таким мастерством, будто она сама родилась им.

Вскоре подали рис в маленьких пиалах. Он тут ко всему шёл вместо хлеба!

И разнесли тарелки с воком.

Пахло изумительно! Я сглотнула слюну и поняла, что безумно голодна.

– Я хочу отблагодарить вас за танец. А у Цю Юэ в тарелке говядина. Это мой личный знак для вас, госпожа Ли.

Мне показалось, что он надо мной издевается. Говядину в стране ели только знатные: ценное тягловое животное простолюдинам не полагалось.

А я обычная танцовщица с улицы.

В чашки для вина налили жёлтый напиток. На основе риса, разумеется, на вкус он был как слабенькое вино.

– Вы безмерно добры, господин.

Разговор не клеился. Я чувствовала на себе взгляд Да Фона и не знала, что говорить и как себя вести. Пользоваться палочками я умела ещё дома, любила суши и роллы, но одно дело есть ими иногда кругляши из риса, а совсем другое – пытаться ухватить тонкую лапшу.

Я нервничала, делала ошибки. И нервничала ещё больше, понимая, что хозяин смотрит больше всего времени на меня.

Время от времени я подглядывала за сёстрами: те ловко орудовали палочками, будто вилкой. К счастью, за столом было не принято торопиться.

– Я думаю, после праздника вам необходим покровитель, – начал хозяин, без обиняков предлагая свою помощь.

И уставился на меня, будто оказал мне великую честь.

Мол, благодари, смертная, падай ниц, ползи в постель. В душе Цю Юэ что-то откликнулось на этот кусок жирного мяса, брошенной голодной собаке. Блин, я уже думаю, как здесь принято: витиевато, со сравнениями и подвывертами!

Сёстры прекратили есть и уставились на меня в ожидании ответа.

Я уткнулась в тарелку, а потом резко подняла голову и ответила, глядя в тёмно-синие глаза дракона.

– Прошу прощения, господин, но я танцовщица, а не какая-нибудь гуницзи (прим. гуньцзи –   вид государственных проституток в древнем Китае, работа дозволялась законом)! Меня никто не продавал в «Дом Радости». Прошу прощения ещё раз, но я наелась и хотела бы вернуться в комнату.

Встала на ноги, поклонилась, сложив руки перед собой, и выбежала прочь.

3

Наверное, я произвела революцию! Посягнула на святое, потому что стоило дойти до комнаты под изумлённые взгляды слуг, как светлячки вырвались из-под одежды и закружили около головы.

Запищали разом:

– Она всех погубит!

– Себя погубила, нас дома и корма лишила!

– Цю Юэ просто бы поблагодарила и рассказала притчу о куропатке и соколе, что преследовал её.

– И что за притча? – спросила я.

Во-первых, чтобы прервать их раздражающий писк, во-вторых, чтобы узнать что-то новое. Надо быть губкой – впитывать что говорят, едят, как себя ведут. Знаний тела, памяти Цю Юэ катастрофически не хватало.

Вот и сейчас вляпалась: Да Фон решит, что я сумасшедшая, а сумасшедших нельзя допускать на праздник Дня рождения Императора.

– Она их не знала, надо просто говорить с умным видом, – получила я единодушный ответ. – Только в притче, поняла? Мол, это не ты против, а притча такая.

 Вскоре дверь отодвинулась в сторону, и ко мне пожаловал сам хозяин.

– Господин! – поклонилась я ему, ожидая отповеди за моё поведение.

Не поднимала на него головы, но распрямилась и ждала, пока он заговорит.

– Ты дерзкая девчонка, Цю Юэ Ли, и заслуживаешь наказания за то, что непочтительно ведёшь себя в доме человека, давшего тебе еду и работу. Твоим покойным родителям должно быть стыдно за тебя!

Я стояла и еле сдерживалась, чтобы не ответить. Мол, накормил миской вока, уже собирается в постель тащить, а я должна радоваться!

– Но ты обучена танцам. Хорошо знаешь дело, которому служишь, – он ходил вокруг меня, как лис возле курятника. Кружил драконом, и мне вдруг захотелось увидеть его в звериной ипостаси. Интересно, каковы эти Драконы?

Как Змей Горыныч?

– И ты каким-то чудом овладела танцем Дракона в женской ипостаси. Мне нужна такая танцовщица, Цю Юэ, потому что ты не представляешь, насколько уникальна! А я собираю редкости со всей империи. Ты должна пополнить мою сокровищницу.

Вот так значит! Должна – и точка! Что там ты хочешь сама, плевать!

– Я правильно понимаю, господин, что, даже если я бы отказалась от вашего предложения, вы бы меня не отпустили? И как вы собираетесь принудить меня к сожительству?

Только бы не силой! Порылась наскоро в памяти Цю Юэ, но ничего не нашла о том, пытался ли глава клана Водного Дракона овладеть ей силой. Кажется, она воспользовалась другим планом под названием «Змея в постели». Добровольно предложила себя Да Фону.

Дракон молчал, зараза!

Смотрел на меня, будто обдумывал мой вопрос.

Я решилась сказать первой:

– Я бедная сирота, воспитанница танцевальной школы, но у меня есть честь, господин, и я прошу вас оставить её нетронутой.

Неправда. Цю Юэ не так невинна, как кажется.

– Хорошо, давай заключим соглашение.

О, я даже голову подняла!

Он остановился напротив меня, аккуратно взял за плечи и встряхнул:

– Или ты метишь в наложницы наследного принца?

– Нет, господин, – удивилась я, надеюсь, вышло довольно искренне.

Но эта мысль требовала обдумывания. В библиотеке этого наследного принца хранится тот самый свиток, который способен вернуть меня домой!

Но мне нужная для этого и сила Да Фона, это он открывает проходы в другие миры!

– Я думала об этом, вы правы. И мой учитель говорил, что для любой сиротки лучше стать игрушкой высокопоставленного господина, чем работать для публики за миску рисовой похлёбки.

– Твой учитель прав.

Сейчас бы самое время рассказать

Наконец, хозяин дома опустил руки и отошёл на шаг, разглядывая меня так, будто видел впервые.

– Ты знаешь, что я Дракон, верно? И тебе известно, что мы обладаем особым нюхом даже в человеческом облике. Мы способны различить чужую магию.

Я кивнула, хотя ранее понятия об этом не имела.

– Тогда скажи начистоту, кого ты прячешь под платьем?

Молниеносным движением он достал кинжал из рукава и полоснул по моему платью с такой силой, что оно вмиг упало к ногам.

Я осталась в нижнем белье. Перед чужим мужчиной.

Глава 4

1

Светлячки! Я о них и позабыла!

Они стайкой выплыли из-под разорванного ханьфу и спрятались за моей спиной.

Здесь не носили бюстгальтеров, вместо него на мне была безрукавка на пуговицах, застёгивающаяся спереди, трусики были хоть и больше тех, к которым я привыкла, но всё же отдалённо напоминали современное бельё.

И всё же мне сделалось не по себе, что он разглядывает меня, будто ощупывает фрукт на рынке, проверяя, не гнилой ли.

– Что вы себе позволяете, господин! – я закрылась руками, но он уже всё осмотрел.

– А ты принесла сюда чужую магию! Знаешь, что это означает? Что ты имела злые умыслы.

– Расскажи ему, что мы безвредны, – пропищали светлячки.

Их понимала только я, но то, что их мог видеть Дракон, было скверно.

– Он сам это знает, просто хочет тебя попугать, – отозвался другой светлячок.

Да Фон тем временем подошёл на шаг ближе, как лис, и всё смотрел на меня, как на куницу. Весьма упитанную для того, чтобы стащить именно её.

– Разрешите мне одеться, и я вам всё объясню, – миролюбиво ответила я, отодвигаясь от мужчины.

Он был привлекателен физически, от него веяло какой-то древней властью, чего мне очень не хватало в современных мужчинах, похожих на тюленей, и тело натренированное, и эти руки, вероятно, умеют обнимать женщину.

И мне захотелось это проверить. Немедленно!

Моргнула, и наваждение исчезло! Он псих и убийца, Машка, не забывай этого!

– Может, мне просто отдать тебя пыточным палачам?

Он снова схватил меня за плечи и легонько встряхнул, но так, чтобы не причинить боли.

Блефует, гад!

– Я маг, а мы можем уходить из жизни, просто остановив дыхание, – вспомнила я очень кстати.

Память Цю Юэ потихоньку раскрывалась и давала всё больше доступа к знаниям этого мира.

– А светлячки мои, господин, безвредны, и вы, уважаемый глава клана Водного Дракона, это знаете. Просто хотите напугать бедную сироту!

Я попыталась высвободиться из его цепких пальцев, улыбалась, а сама костерила его про себя на чём свет стоит. Чувственные губы, красивое, но мужественное лицо – привык, что дамы сами на него прыгают!

Но он был мне нужен, чтобы открыть проход в мой мир. Сделать это можно было лишь по доброй воле.

Как у настоящей Цю Юэ получилось-то? Обманом, вероятно. Глава клана тщеславен, наверное, взяла на понт: мол, покажи, а то сомневаюсь.

Пока я раздумывала, он уже наклонился и поцеловал меня в губы. Еле коснулся своими губами моих, но меня, как током пронзило, а в ногах появилась какая-то слабость.

– Драконье обаяние! – пищали светлячки у меня над головой.

Их предупреждение сработало!

Я всё-таки вырвалась.

– Хочешь-таки понравиться наследному принцу? Зачем? Денег и у меня достаточно.

– А я говорила, что мне нужны только деньги?

– Значит, власть, – кивнул он и отошёл в сторону, заложив руки за спину. – Одевайся и приводи лицо в порядок. О твоих светлячках поговорим потом. Подозреваю, что они дают искру твоей магии.

Я расслабилась, опасность миновала. И совершенно зря.

Краем глаза каким-то чудом заметила летящий в меня кинжал и отпрыгнула в сторону с проворством горной лани, встав в боевую стойку.

Кинжал воткнулся в картину на стене на уровне моей головы.

– Так и знал, что ты владеешь боевыми искусствами!

Этот Да Фон точно псих! Он же мог убить меня!

Впрочем, я  быстро поняла, что, даже если бы убил, ничего ему за это не было бы. Сказал, что я заговорщица. А он в ночь разоблачил меня.

– Владею, – ответила я, смело глядя ему в глаза. Снова нарушила долбанный этикет, но поняла это слишком поздно. – Девушка, выросшая в приюте, должна защищать себя.

– Выросшая в приюте не может найти учителя, способного обучить так ловко отпрыгивать в сторону от пролетающего кинжала.

Он ходил по комнате, рассматривал пейзажи в традиционном стиле, развешанные по стенам. Уверена, он сам их и выбирал.

И сейчас игнорировал меня, чтобы дать иллюзию: вопросы он задаёт из любопытства. Просто из желания поддержать разговор, но я видела, что это не так.

Цю Юэ была обучена искусству ведения беседы, не говоря уже о других талантах, которые бы никто не стал развивать в неизвестной сиротке. Если её не готовили для особой цели.

– Вы правы, господин.

Лучше правды может быть только полуправда.

– Меня учили для того, чтобы я смогла принести деньги, пользу и славу своей танцевальной школе, господин.

– Вот и будет видно, Цю Юэ. На сегодняшнем празднике по его завершении мы с тобой исполним танец вместе. «Смерть дракона», слышала о таком? Конечно, да. Вот и сделаем сюрприз его императорскому величеству и всей венценосной семье. Готовься, Цю Юэ, а меч тебе выдадут перед нашим танцем. Вот и посмотрим, насколько ты хороша.