Да Фон наклонил голову, всё так же оставив руки, заложенными за спиной, и вышел.

– Я не жалею о нас, Цю Юэ. Хочу, чтобы ты знала, – прошелестел за спиной его шёпот из того будущего, которое ещё не наступило.

Снова эти видения, звучащие как предостережения! Я не позволю им свести меня с ума!

Спустя пару минут в комнату вбежали мои сообщницы.

2

– Он накажет тебя? – Чжу Сон вытаращила глаза и задрожала в предвкушении ответа.

Захотелось надавать ей пощёчин.

Мне вдруг показалось, что она была бы рада, если бы избавилась от меня. Тогда бы она заняла место главной танцовщицы и змеи в постели Да Фона.

А может, скромница-подруга метила и повыше. Кто ей помешает, проникнув в постель начальника личной стражи наследного принца, сдать всех сообщников с потрохами в расчёте на милость и защиту нового покровителя?

И снова перед глазами промелькнула картинка: вот Чжу Сон идёт в покои господина до того, как мы с ним завершим празднование последним диковинным танцем, в котором магия дракона переплетена с другой, древней магией танца ,посвящённой луне женщины.

И рассказывает ему всё.

Во время последнего танца Да Фон проткнёт меня мечом, А Чжу Сон станет его лазутчицей. Любовницей. И получит избавление от влияния Ордена «Красной змеи». А заодно и покровительства влиятельного и привлекательного мужчины.

И деньги. Красивые платья. Украшения, достойные знатной госпожи.

А моё тело по-тихому сожгут по обычаю на заднем дворе.

Я мотнула головой, и картинка пропала.

Надо быть настороже и действовать на опережение. Самой намекнуть Да Фону, что я готова сотрудничать.

– Нет, он предложил мне совместный танец в конце праздника.

– Это великая честь! – ахнули почти одновременно близняшки.

– Какой танец? – Чжу Сон не унималась.

Видно было, что ей досадно, что меня, мало того, что не наказали, так я ещё стала на шаг ближе к Да Фону. Я заметила, какими глазами она на него смотрела, когда думала, что никто не видит!

И почему это меня вообще волнует? По уму предложить бы ей поменяться местами: мол, ты обольщаешь главу стражи, а я с близняшками возьму на себя его сподручных. Поднесу отравленное питьё.

Тут же на ум пришла та сцена, когда Да Фон протягивает мне стакан с ядом.

– «Смерть Дракона». С мечами, – ответила я.

Не было времени порыться в памяти и понять, что за танец, но светлячки заверили, что знают, как и что. Я и успокоилась. По лицу девушек было видно, что зря.

Айминь и Мэйнли всплеснули руками и переглянулись, а Чжу Сон поджала губы.

– Нас не учили этим танцам. Его знают только драконы.

– Вас не учили, а со мной их разучивал учитель Шу. Ты же понимаешь, названая сестра, к какой роли меня готовили! Было бы глупо проколоться на таких мелочах!

Чжу Сон ничего не ответила. Да и времени не было.

Уже когда мы переоделись в красивые розовые платья с развевающимися рукавами, взяли по паре бумажных вееров цвета закатного неба, моя «подруга» пробурчала, что надо бы послать весточку мастеру Шу о том, что план поменялся, но времени отвечать не было.

Люди Да Фона посадили нас в закрытую повозку, запряжённую парой белых кобыл, и мы двинулись во дворец.

Я бы с удовольствием поглазела по сторонам, но окна были занавешены, а на мои попытки отдёрнуть тёмную ткань, чтобы впустить больше света, ехавший с нами стражник заметил:

– Госпоже не следует так делать! Завистливых глаз много, не приведи Боги, стрелу пустят.

– Разве кто посмеет? – захлопала глазками Чжу Сон.

Она везде пыталась вставить свои «пять копеек». С недавнего времени из кожи вон лезла, чтобы сделать вид – она больше всех радеет за успех дела.

Но дело было не в этом, я видела. Ей понравился глава клана Водного Дракона!

– У генерала много врагов. Змей, которые норовят выползти из тьмы и заползти под королевский трон.

Я постаралась сохранить спокойствие. Змея – это просто сравнение, или генералу известно про Орден? Если знает про название, то и всё остальное для него не тайна.

А что, если это всё, наши танцы и прочее, ловушка генерала?

Я похолодела от ужаса, что даже не успею всё объяснить ему, как меня прикончат! А если успею, то Да Фон не поверит. Какой-то другой мир, способность Цю Юэ чувствовать опасность и прочее.

Легче убить заговорщиц – и всех делов.

Я взглянула на лица близняшек и подивилась их спокойствию. Они слушали стражника из отряда Да Фона с вежливым любопытством. Будто всё, что он говорил, их не касалось.

Интересно, они смотрят на того, кого им предстоит убить в случае успеха нашего предприятия, и им его не жалко? Впрочем, в глазах моих соратниц, когда они говорили наедине со мной, я видела лишь фанатичный блеск.

Мы, сироты, не знали другой семьи, кроме Ордена. Мы оставались ему верны. За редким исключением.

Этим исключением были Цю Юэ и я.

– Приехали! – донёсся бас снаружи, и дверь отворили.

В глаза ударил яркий свет.

Глава 5

1

Мы выступали при открытии празднества.

По знаку распорядителя заняли место во внутреннем дворике, вышли шеренгой и расположились на огромных барабанах, стоявших перед ступенями, ведущими к трону. На троне в центре сидел сам Император Сэнлин –  седовласый мужчина с длинной аккуратной и тонкой бородой, и его жена –  Императрица Цань.

Я никогда не видела их ранее, да и прежняя хозяйка тела тоже, но мне понравились их открытые благородные лица.  Рядом с ними и немного позади сидели трое сыновей, среди которых я легко узнала наследного принца.

Хотя бы потому что рядом с ним сидел сам Да Фон. Вероятно, они были друзьями, потому что принц – ровесник Да Фона – обращался с ним без снисхождения.

Как с равным.

Из памяти Цю Юэ я извлекла лишь лекции мастера Шу, который вдалбливал своим подопечным, что наследный принц Гуи Инь – тиран и деспот, а его брат, второй, подобен своему имени.

Чен Суан  переводилось как «утреннее солнце». И заговорщики надеялись, что на место «лавров героя» придёт это самое солнце, и Империя снова воссияет в своём величии.

И в самом деле внешне средний брат был красивее и харизматичнее, но я видела на его молодом лице следы порока. Любит прикладываться к жёлтому вину. Его здесь звали хуанцзю.

А Ордену это известно? Или верхушка просто хочет возвести на престол более покорного правителя?

Пока я стояла на центральном барабане и ждала, когда заиграет музыка, успела два раза покрыться холодным потом. Гуи Инь слушал Да Фона, а потом дал знак музыкантам повременить. Нас разоблачили и сейчас арестуют!

Я судорожно думала, что бы такое предпринять, чтобы не убили. Сказать правду о заговоре? Тут без вариантов, убьют. Всё отрицать? Так Чжу Сон, я покосилась на подругу, которая строила глазки Да Фону, всё расскажет без утайки. Ещё и нас троих выставит палачами, а себя жертвой.

Да Фон указал на Чжу Сон, и та улыбнулась мужчине. Змея!

А мне вдруг захотелось самолично придушить этого Водного Дракона! Тут накануне меня покровительством манил, а самому плевать, кого из нас первой класть в свою постель. Бабник!

Призвать все проклятия на драконью голову я не успела, наследный принц подошёл к отцу, склонился, вытянув вперёд руки и соединив их перед собой, что-то там проговорил, и музыканты завели унылую мелодию.

Первой начинала я. Подняла веер, покрутилась на месте. Благодаря памяти тела и светлячкам, спрятанным под платьем, движения выходили плавными, красивыми. Веер трепыхался в моих руках, будто огромная бабочка.

Вскоре к танцу присоединились и три остальных девушки. Со стороны, должно быть, это было красивое зрелище, потому что по его завершении, когда тело уже начало ныть от напряжения, Император с супругой и все остальные члены семьи поблагодарили нас, а к моим ногам даже упал кошелёк с золотыми монетами.

Но радоваться было рано. Тут наследный принц объявил, что по завершении представления, нас всех ждёт необыкновенный танец с мечами.

– «Смерть Дракона»? – спросил старичок-император. – Мы увидим танец в двух ипостасях? Это поистине достойный подарок!

Что ещё за Стаси? Пусть бы и танцевали вместе с драконами!

Как оказалось, они говорили о событии, когда мужчина танцует с женщиной. Здесь такое было в  диковинку, считалось, что мужчина и женщина, танцующие вместе, соединяются особой магией.

Глупости всё это!

– И всё же, сестра, откуда ты знаешь этот танец? Ты ведь не из клана Драконов? – не унималась Чжу Сон.

– Тебе что, завидно? Знаю и знаю, – шикнула я на неё. Близнецы обернулись к нам, взволновано и часто заморгали. Будто заплакать разом собирались.

– А мастер Шу знает о твоём умении?

Нет, Чжу Сон просто заслуживает хорошей трёпки. Как названная старшая сестра, я ей её устрою!

– А мастера Шу здесь нет, уяснила? Я главная! Доложу учителю, что ты смела спорить со мной во время задания, – я понизила голос до шёпота.

Мы уже стояли во внешнем дворе, среди других артистов. Каждая группа держалась своих, но рисковать не стоило. Я уже и своим не доверяла.

Узнал же Да Фон по итогу как-то о Цю Юэ и её танцовщицах! О том, что они заговорщицы. Тут без предательницы не обошлось!

– Прости меня, названая сестра, – Чжу Сон испугалась не на шутку. Побледнела, глаза расширились, губки задрожали. Близняшки принялись сочувственно гладить её по спине с обеих сторон.

И все трое начали умолять помиловать. Мне стало всех жаль.

Дурочки!

– Не бойтесь, всё под контролем.

– Ты изменилась, Цю Юэ, – с уважением во взгляде произнесла Чжу Сон, когда успокоилась. И поклонилась мне в очередной раз.  – Мастер говорил, что учение меняет человека. И знания, и воля. И уверенность в своей правоте.

Тут что, никто ни в чём не сомневается? Например, в том, что наше дело благое?

Конечно, я не спросила их напрямую.

Вскоре нас пригласили в отдельный зал, чтобы накормить. Я едва прикоснулась к еде, объясняя, что мне нужна концентрация для танца.

И тут же вошёл слуга и попросил пройти за ним только меня. Ничто во мне не шевельнулось в предчувствии опасности, поэтому я не беспокоилась. Лишь наблюдала.

 Слуга отвёл меня в соседний дом, в комнату, где уже было приготовлено белое платье-халат с широкополыми рукавами. И узкий синий пояс.

Переоделась я быстро, уже знала, как и что мотать вокруг тела.

– Госпожа Цю Юэ, господин Да Фон ждёт вас, – служанка низко поклонилась, но я успела заметить страх в её глазах.

Спрашивать её, однако, было бы бесполезно.

Во внутреннем дворике меня уже ждал начальник личной стражи наследного принца. Я даже не сразу узнала его: на нём было белое ханьфу – туника до колен, которую здесь носили мужчины-воины, но этот вариант явно предназначался для особого торжества.

 Белая рубашка с длинными, широкими рукавами, отороченная по пройме голубым шёлком. Распущенные волосы, перехваченные на темени в кулю, –  я бы не узнала Да Фона во всём этом.

И он сделался ещё красивее, мужественнее в моих глазах, чем обычно.

Словом, я обомлела.

– Пойдём выберем мечи, Цю Юэ, – окинул он меня довольным взглядом, в котором вспыхнула знакомая мне по прошлому миру искорка. Так мужчины смотрят на женщину, когда она им нравится. Как кот на сметану, стоящую на столе.

Пока ещё не достать, но тут важно выждать момент.

Мы прошли через весь двор в оружейную, я чувствовала его взгляд, упирающийся мне в шею, будто лезвие.

Да Фон впустил меня в каменное строение, напоминающее кузню, и запер за собой дверь.

– Поговорим начистоту, Цю Юэ, – произнёс он изменившимся голосом, и я почувствовала себя в мышеловке.

Но виду постаралась не подать.

– Даю тебе последний шанс. Я собрал о тебе сведения. И о твоей танцевальной школе. Не хочешь ни в чём признаться?

2

Да что ещё такое?!