Неведомые тени (страница 4)
Я хмыкнул, но с места не сдвинулся. Стараясь не зацепить лишнего, аккуратно закрепил инфракрасный нагреватель над чипом аналогового препроцессора.
– Артем! – Сбоку послышались шаги, и ноги в громоздких ботинках остановились прямо напротив моего лица. Больше ничего разглядеть из-под массивного кожуха магнитных катушек было невозможно.
– Не можешь без меня обойтись, да? – поинтересовался я, выставляя режим нагрева.
– Что ты там делаешь? – Обладатель ног согнулся и засунул веснушчатое лицо под кожух.
– Вадимыч жаловался, что на последнем прогоне контроллер дурил, пришлось переключаться на резервный. Хочу чип перепаять.
– Сейчас? – изумилось лицо. – Совсем с ума сошел? Минаев вот-вот московских гостей приведет, будет показывать, как все здесь работает. Написал, что уже вышли. А Орлов ждет, когда мы ему блок поменяем.
– С блоком все равно долго провозимся. – Я подцепил отпаянную микросхему вакуумным пинцетом, осторожно отделил от платы и отложил в сторону. – Дай еще двадцать минут.
– Но Минаев!..
– Придумай что-нибудь.
Я сосредоточился на работе. Нужно подготовить контакты и аккуратно припаять новый чип, а времени в обрез. Тут требовалось все внимание.
Прошло целых два года с момента моего переезда в Новосибирск. Чудесных, надо отметить, два года. Ни разу с момента переезда я не пожалел о сделанном выборе. Ложные воспоминания совсем притупились, их вытеснила реальная жизнь. Моя собственная реальная жизнь. И хоть прошлое не желало возвращаться ко мне, настоящее с лихвой это компенсировало. Работа в институте мне нравилась, я часто зависал здесь до глубокой ночи, готовя стенды к новым испытаниям или возясь с наладкой очередного капризного прибора. Ребята помогали, с некоторыми мы были почти друзьями, хоть я и продолжал держать некоторую дистанцию.
Подключив планшет к сервисному разъему и прогнав диагностику, я вылез из-под кожуха. Быс-тро собрал инструменты и успел выскочить в коридор за минуту до того, как делегация дошла до лаборатории. За дверьми меня уже ждал обладатель веснушчатого лица, Антон. С этим смешливым молодым инженером я работал в одной смене с момента появления в Институте ядерной физики. Но к ситуациям, подобным сегодняшним, он так пока и не привык.
– Мы не успеем, Артем, – серые глаза были полны беспокойства.
– Успеем, – я хлопнул его по плечу и первым зашагал в сторону ангара Орлова.
Антону в июне предстояло защищать магистерский диплом, и он надеялся на аспирантуру. Его очень интересовала научная работа, поэтому волновался он сейчас по любому поводу. Интересно, я тоже когда-то был таким?
Мы зашли в ангар, поднялись на второй этаж, балконом огибающий основное помещение.
– Вот этот узел, – Антон присел возле блока накачки позитронного ускорителя, – под замену.
– Ремонтировать будем или под разбор? Что у него сломалось? Скинь задание.
Тренькнул коммуникатор: пришла сброшенная Антоном заявка. Я нечаянно зацепил взглядом вчерашнюю переписку и невольно улыбнулся: научил я таки ребят разбавлять шуточками серьезные рабочие чаты.
Разобравшись, чего хотел Орлов, я разложил инструменты. Надо же, чтобы снять блок, мне сейчас даже голову включать не требовалось – руки сами делали что нужно. А вот два года назад, несмотря на хорошую теоретическую базу, начинал я тяжело. И если бы не этот веснушчатый парень, может, после первых неудач и совсем отказался бы от контракта.
Закончили мы к вечеру, как и планировали.
Антон пожал мне руку и ускакал по своим делам, а я прошелся еще раз по лабораториям, проверяя, все ли в порядке. Уже на выходе из здания столкнулся с Вениамином Игоревичем. Ведущий архитектор информационных систем Вениамин Игоревич Колесов был грузным седовласым человеком лет шестидесяти пяти. Ко мне он относился как к какому-нибудь дальнему родственнику, даже несколько раз приглашал в гости.
– Ты в отпуск-то едешь? – поинтересовался он, здороваясь.
– Еду. – Мы вышли на крыльцо и почти синхронно достали по пачке сигарет из карманов.
– Куда? – Колесов притормозил рядом с уличной пепельницей и прикурил. – Не в горы, надеюсь?
Историю с моей амнезией Колесов знал хорошо, на всех корпоративных встречах ее любили пересказывать.
– Да, надо бы в горы сходить, – съехидничал я ему в тон, – но нет. В этот раз в Питер поеду, давно хотел. А тут совпало – Летная академия обновила симуляторы и устраивает неделю открытых дверей. Любой может попробовать себя в роли пилота. Игрушка, конечно. Полетать на симуляторе в космосе и с обычным VR-шлемом можно, но…
– Я читал. Так-то не совсем игрушка. Там имитация настоящего места пилота со всеми приборами. И на подвесе кресло перемещается как при реальном полете. Интересно, конечно. – Колесов бросил на меня лукавый взгляд. – А не староват ты для пилота? В академию берут до двадцати пяти лет, если я ничего не путаю.
– Староват, – грустно улыбнулся я. – Но погонять на симуляторе это мне не помешает. Как думаете, Вениамин Игоревич, доживем мы с вами до времени, когда любой сможет слетать на выходные к Сатурну, Как сейчас на Байкал?
– Тю! – Колесов расхохотался. – До такого и в XX веке много кто дожить хотел.
– То есть нет? – Я притушил окурок о пепельницу и сунул руки в карманы.
– Ты, может, и доживешь, а я уже вряд ли. – Колесов отправил свой окурок вслед за моим. – Кстати, у меня дочка в Питере. Написать ей? Устроит тебе экскурсию, подскажет, куда еще сходить можно.
Я пожал плечами. Дочка Колесова, Настя, была самой младшей из его детей. Двое старших, практически мои ровесники, жили вместе с семьями тут же, в Новосибирске. Настя училась в Санкт-Петербурге. Если ничего не путаю, в этом году ей исполнилось двадцать четыре.
– Неинтересно ей со мной будет, Вениамин Игоревич.
Колесов пожал плечами в ответ, мол, как знаешь. И протянул руку, прощаясь.
– Ну, до завтра, Артем.
– До завтра.
Я проводил его взглядом. Несмотря на позднее время, домой идти не хотелось. Выйдя за территорию института, я немного потоптался на месте и двинулся в сторону Обского моря, просто прогуляться.
* * *
Симулятор впечатлял. Когда я говорил, что так же погонять можно и с обычным VR-шлемом, точно погорячился. Симулятор представлял из себя полноценное место пилота: анатомическое кресло с системой компенсации перегрузок, окруженное мониторами и консолями управления. Был здесь и шлем, но не простой VR, а одна из последних AR-моделей, с улучшенной векторизацией изображения с камер.
Желающих попробовать себя в роли пилота набралось много. Нас разбивали на группы и по очереди отправляли в лекционный зал. «Научиться пилотированию за сорок минут – выполнено». Выходя из зала, я невольно усмехнулся. Запомнить и правильно применять все, что говорили, было нереально. Оставалось лишь уповать на то, что сломать симулятор невозможно, а виртуальное падение корабля на планету пилоту ничем, кроме горящих от стыда ушей, не угрожает.
Но когда, устроившись в кресле, я активировал AR-шлем, все, о чем рассказывал лектор, полностью вылетело из головы. И, как ни странно, это ничуть не мешало. Заполненный людьми демонстрационный зал исчез, сменившись рубкой космического корабля. Мозг отключился, а руки сами активировали полетные программы. Я прошелся по каталогу, перебирая трассы вокруг Земли и Луны. Сбросил предустановленные, выбрал точкой назначения Цереру. Вывел на монитор текущее расположение планет в системе и прокинул маршрут так, чтобы до самого пояса идти с постоянным ускорением. Определил координаты точки, в которой нужно будет переключиться с разгона на торможение, упаковал все в трассу и запустил полет. Разгон прокрутил со стократно ускоренным временем, а на торможении переключился на десятикратное.
Да, именно эти виды и снились мне по ночам. Я убрал руки с консоли управления и просто смотрел, как меняется звездный рисунок. Как на одном из экранов вырастает Церера, закрывая дышащий звездным светом поток Млечного пути.
Пискнул таймер: отведенное время закончилось. Картинка на экране замерла, и я нехотя начал стаскивать шлем.
У входа, перед монитором, на который выводились картинки со всех симуляций, уже стояла следующая группа в сопровождении инструктора. Встретившись со мной взглядом, он мотнул головой в сторону экрана.
– Здорово. Вы пилот?
– Нет, – я невольно улыбнулся.
– Жаль, – искренне огорчился инструктор. – Позвал бы учиться, но правила, знаете же? Берем только до двадцати пяти лет.
– Знаю, – я по инерции продолжал улыбаться. – Но спасибо за возможность понажимать на кнопочки.
Выйдя на крыльцо, я в буквальном смысле пошел куда глаза глядят, подгоняемый ветром. Удивительно, как легко мне удалось справиться с симулятором. Почему-то было ощущение, что я занимался пилотированием кораблей всю жизнь. И тут я буквально споткнулся, замерев как вкопанный. Как же я сразу не догадался?! И сны, и эта быстрая адаптация к симулятору… Видимо, в своей прошлой жизни, до гор, я много играл в VR-игры, предпочитая космическую тематику. Вот их эпизоды и склеились в умирающем от переохлаждения мозге, заменив тусклые реальные воспоминания яркими игровыми картинками. Я чуть не расхохотался в голос от такого простого ответа. Загадки – они иногда такие загадки…
А вокруг меня раскинулся чудесный Санкт-Петербург. Хотелось лететь вперед, взбегать на вздыбленные палубы мостов, касаться холодного камня дворцов, проводить руками по изгибам кованых чугунных решеток. Хотелось надышаться Питером. Пить кофе, глядя на питерскую весну. Жить в ней. Чувствовать ее каждой по́рой на теле. Здесь, в этом городе, со мной когда-то случилось что-то прекрасное, или, может быть, еще только случится. Такое, что даже сквозь время наполняет меня жизненным восторгом.
Насте Колесовой я так и не позвонил. Девчонке наверняка есть чем заняться, кроме как меня выгуливать. Но и без ее сопровождения я обошел весь Питер, побывав даже в спальных районах. Иногда останавливался напротив многоквартирных домов, смотрел на бликующие окна. Размышлял, какие люди живут за ними, чем сейчас заняты и что у них на душе.
А вскоре отпуск закончился. Дни опять замелькали, как спицы в крутящемся колесе. Незаметно промчалось лето, прохлюпала холодными лужами осень, и не успел я оглянуться, как пришла зима.
* * *
– Опять один будешь? – Колесов стоял на крыльце несколькими ступеньками выше меня, отчего его вопрос звучал еще более снисходительно.
– Меня все устраивает, Вениамин Игоревич. – Я ускорил шаг, пытаясь побыстрее уйти и избежать этого разговора, но попытка не удалась.
– Тёма, ты сколько уже живешь в Новосибе? – Колесов, несмотря на свою комплекцию, довольно проворно спустился следом за мной.
– Третий год.
– Вот! И это третий Новый год на моей памяти, который ты собираешься встречать в одиночестве.
Я закатил глаза.
– Еще раз повторяю, приходи встречать с нами! – Колесов недовольно пыхтел, идти в моем темпе ему было тяжело. – Сыновья твоего возраста, вам будет о чем поговорить. Настя подружку притащит.
– Тоже двадцатичетырехлетнюю?
– Да не строй из себя деда, не настолько ты ее старше, – фыркнул Колесов.