– Понял, спасибо, это ценная информация, – кивнул я. – Если не успеваешь отдыхать, делай медитативные упражнения по крайней мере два раза в день.

– Не получается, – с сожалением выдохнул Константин. – Стыдно признаваться, но я на них засыпаю.

– Да, тогда и в самом деле ничего не остаётся, кроме как выспаться, – усмехнулся я. – Но я всё понимаю, в текущей обстановке это нереально.

– Увы, – ответил Багратион. – Спокойной ночи, ваше высочество. До завтра.

– Увидимся, друг мой, – кивнул я и отключил связь. Постепенно вырисовывался портрет возможного противника. Молодой, с мощной уникальной техникой и специфическими условиями её применения.

Если я всё правильно понимал, его дар воздействовал на материю, распространяясь словно помехи в слое нашего мира. Микроскопические беспорядочные сдвиги, создаваемые за счёт резонанса. А значит, теоретически, его можно блокировать или разрушить, как и любой другой конструкт.

Вот только всё это было не более чем моими догадками, проверить которые можно было лишь на практике. И если я ошибаюсь, то нас ждёт быстрая и неминуемая смерть.

– Дорогие супруги, у нас сегодня день семьи, – объявил я, когда девушки собрались за ужином.

– И что это значит? – удивлённо спросила Инга.

– Это значит, что сегодня мы будем спать в одной кровати, – ответил я. – Просто спать, без дополнительных нагрузок, если вы подумали о чём-то пошлом. Но вместе. Так что надевайте свои любимые пижамы…

Надо ли говорить, что пришли все в максимально открытом и провокационном белье. А Мария даже чулками с поясом пренебрегать не стала. Учитывая, что задумка была совсем в другом, я всё же не стал разочаровывать девушек и возможных шпионов, которые могли ждать удобного момента для нападения.

Чувство беспокойства начало нарастать, когда довольные супруги уже мирно спали по бокам от меня, а Ангелина даже приобняла Ингу. Я старательно делал вид, что безмятежно сплю, когда установленный на окно щит лопнул. Мгновенно открыв глаза, я вскочил с кровати и увидел перед собой закутанного в чёрное по самые глаза человека, в руке которого была катана с почернённым проводящим лезвием. Ясно, значит, в этот раз враг подготовился лучше и предусмотрел, что на жертве может быть щит.

– Не знаю, понимаешь ли ты меня, но я предлагаю тебе сдаться, – максимально вежливо и миролюбиво сказал я, опускаясь с кровати. – Первый и последний раз.

Ответом мне был резкий выпад катаны, направленный в горло.

Глава 4

Лезвие с тихим гудением рассекло воздух и подставленный под него щит. Противник тут же ударил по воздуху второй рукой, и я увидел, как пространство искажается, идёт полупрозрачной рябью, и эта волна натыкается на второй щит, у самого моего тела. Голова слегка загудела, но больше ничего не произошло.

А потом, не дожидаясь повторной атаки, ударил я. Подсёк противника, словно кеглю ломом, ниндзя перекувырнулся, почти не получив повреждения, и тут же ринулся к окну, не намереваясь участвовать в честной драке.

– Куда?! – я создал два пресса, один за другим. И если первый противник рассёк, то второй откинул его от окна вглубь помещения. Несколько раз перекувырнувшись через голову, противник вскочил, словно неваляшка, и бросился на меня. Учитывая, что делал он это в полной тишине, смотрелось жутко, наверное.

Вот только я этих мечников, рассчитывающих на своё искусство фехтования, наелся досыта ещё со времён турниров. Тот же Мишка Долгорукий умел куда больше меня, и чем ему это помогло? Ровно ничем. Так и этот невысокий, почти на голову ниже меня, убивец тоже отчаянно махал проводящим мечом, с лёгкостью разрубая мои конструкты, которыми я пытался его поймать. Я ведь обещал патриарху пленника.

– Нельзя, – резко сказал я, когда ниндзя, поняв, что просто не успевает тыкать в меня катаной, ринулся к девушкам. На них висел защитный купол, так что они спокойно спали, не слыша ничего происходящего снаружи, но тут и слышать было нечего, только свист клинка да тяжёлые вздохи нападавшего.

Надо отдать ему должное, несмотря на рост, и активное использование мною всех чакр, я едва успевал отклоняться от его атак, а противник, наоборот, с каждой секундой будто ускорялся, да ещё и конструкты мои умудрялся отбивать. Но при этом ясно, что он их не видел, иначе давно бы ринулся напрямик к входной двери, ничем не перекрытой.

Вместо этого он ещё больше насел на меня, пытаясь прирезать и одновременно атакуя своими волнами. Удар клинком, и тут же, с другой руки, искажение. Было неприятно, прямо скажем. Возможно, потому что я не мог использовать полный купол, а сквозь щели между сферами волны проходили.

В один момент он сосредоточился, и у меня даже заболела голова. Я невольно замедлился, чуть нагнулся, и противник тут же прыгнул на меня с занесённым мечом. Это он зря. В тот же миг пресс впечатал его в высокий потолок. Катана оказалась зажата в вытянутой вперёд руке, вторая конечность прижата к телу.

– Фуф… ну вот ты и попался, – с облегчением проговорил я, но противник, страшно, под неестественным углом вывернув кисть, ударил лезвием по собственному плечу, разрубив и удерживающий конструкт, и одежду с плотью. Перекувырнувшись в воздухе, он по-кошачьи приземлился на ноги и тут же рванулся в атаку с неукротимым упорством.

Будь на моём месте обычный человек – нет, даже я сам, но в своей версии полугодовой давности, – этот ниндзя расправился бы с нами за считаные мгновения. Однако сейчас его шансы были ничтожны. И всё же он оставался чертовски быстрым и почти неумолимым, если бы не необходимость постоянно уворачиваться от материализующихся в воздухе ядер, прессов и меча, что полыхал в моей руке синим пламенем.

– Хватит дёргаться, – недовольно сказал я, уклоняясь от очередного молниеносного выпада, доставшего мою головную сферу. Удар волны я поймал на щит. Но тенденция была неприятной. Он начинал успевать, словно подстраиваясь под мой темп. А что хуже всего, мне приходилось постоянно воссоздавать защиту. Даже один пропущенный удар искажением, в долю секунды, мог закончиться очень неприятными последствиями. Хотя я чувствовал, как восстановившиеся и наполненные энергией меридианы сопротивляются враждебному воздействию.

Противник всё ускорялся, действуя как заведённый. И если в первые мгновения боя мне казалось, что схватка окажется лёгкой и предсказуемой, то теперь я едва мог сдерживать напор ниндзя. Враг, кажется, выучил мои излюбленные приёмы и подстроился под них, перепрыгивая подножки и уворачиваясь от ядер почти на автомате, а большие конструкты разбивая катаной.

Чувствуя, что иного выбора у меня не осталось, я прибегнул к крайней мере: создал сужающееся кольцо пресса и нанёс одновременный удар клинком. Не знаю, на что я рассчитывал. Может, на то, что конструкт разрубит проводящий металл, как это было на крейсере «Огайо»? Но тогда на мне был резонансный доспех, усиливающий мощность. А возможно, просто лезвие вражеского клинка оказалось прочнее когтей Черепа.

Однако ни я, ни мой противник точно не ожидали такого: когда клинки столкнулись, они не уничтожили друг друга, а просто… отскочили! Словно самые заурядные мечи. Я надавил сильнее, мгновенно шагнув вперёд, но противник обманным движением уклонился, пропустил меня мимо себя и попытался использовать мою же силу против меня, придав своему клинку ускорение.

К его несчастью, он ступил именно в то место, которое я подготовил, и кольцо мгновенно сомкнулось у него на шее. Невидимое и почти невесомое, оно по моей команде сжалось, превратившись в стальной ошейник, сдавивший его горло. Глаза противника от ужаса расширились, он судорожно стал скрести пальцами по горлу, а потом в отчаянии поднёс к шее лезвие катаны. Но стальная удавка уже впилась в плоть, и разрубить её, не разрезав при этом собственное горло, было невозможно.

– Кажется, я говорил, что предлагаю сдаться лишь однажды? – с усмешкой выдохнул я. – Теперь выбора у тебя не осталось.

В полутьме глаза противника метнули молнии ярости. Он резко развернул клинок катаны остриём к себе, обхватил рукоять обеими руками и со всей силой и скоростью вонзил его себе в живот. Точнее, попытался – потому что на середине пути я, воспользовавшись его секундным замешательством, перехватил запястья ниндзя вторым кольцом и сжал их. Раздался сухой хруст тонких костей, и оружие с лязгом покатилось по полу.

Ниндзя издал нечленораздельный вопль – и это были первые звуки, что он издал с момента появления в моей спальне. Подобрав катану, я ослабил давление конструктов, опустив их так, чтобы противник оказался на коленях.

– Таран, вы на местах? – спросил я, доставая из тумбочки КПК. Но тут же заметил, что экран устройства даже не загорается. Похоже, тонкая электроника не выдержала воздействия импульсов, что применял ниндзя во время боя.

К счастью, девушки, хотя и проснулись и теперь с интересом наблюдали за происходящим из-под одеяла, были в полном порядке и не спешили вскрывать купол изнутри.

– Инга, подай мне рацию, – попросил я, снимая защиту. Девушка мгновенно поняла, что я имею в виду, и вручила мне компактный наушник-передатчик, оставленный у её подушки.

– Штурмовая группа, приём. Вы на позициях? – сказал я и с облегчением выдохнул, услышав в ответ знакомый голос.

– Так точно, здание зачищено, внутри только мы, – немедленно отозвался Таран. – Выдвигаться к вам?

– Да. На всякий случай используйте объёмные щиты. Те, кто пока не способен их создавать, – держитесь на безопасном расстоянии, – предупредил я и, отключившись, взглянул на девушек. – Вас это тоже касается. Он вроде бы уже не опасен, но перестрахуйтесь. Активируйте щиты и идите оденьтесь. Минуты через три здесь яблоку негде будет упасть.

– Мог бы и предупредить, – буркнула Мария. Она вскочила первой, схватила сброшенный шёлковый халатик и упорхнула в гардеробную. Инга и Ангелина тоже поднялись, как вдруг ниндзя, до этого лишь тихо стонавший, запрокинул голову, насколько позволял ошейник, и завопил что есть мочи.

Я было усмехнулся: какой толк орать, когда тебя уже сковали по рукам и ногам? Но в следующее мгновение мне стало не до смеха. Вообще! Реальность вновь поплыла. Воздух, предметы – всё, что не было прикрыто щитами, – пошло рябью. Я накинул на себя и девушек защитный купол, опустив его до самого пола, но в тот же миг предметы в комнате начали плавиться и растекаться.

Я попытался ударить противника конструктом, чтобы заставить его замолчать, но тот рассыпался, не долетев и полметра. Тогда я подхватил катану, и сам шагнул к вопящему врагу, но в тот же миг напор усилился. Первый из моих щитов лопнул, и пришлось срочно отступать. Единственное, что радовало, – у этой твари в лёгких не могло быть много воздуха. Стоило ему хоть на секунду замолкнуть – и рот он уже не откроет.

По крайней мере, я на это рассчитывал. Но всем моим планам не суждено было сбыться. Казавшийся надёжным и монументальным пол, а следом и потолок, пошли волнами, и через несколько секунд враг провалился в образовавшуюся дыру. Я прыгнул следом, приземлившись в облаке едкой бетонной пыли, но противник, сокрушивший оковы силой своего крика, уже прыгнул к окну и побежал.

– Северная сторона, второй этаж, сейчас выпрыгнет! – заорал я в рацию, нажимая кнопку вызова. Не успел я договорить, как противник ударился плечом о стекло, но его массы не хватило, чтобы выбить прозрачный бронированный пластик. Тогда ниндзя вскинул переломанные руки, попытался использовать их как таран, но снова безуспешно. А когда он начал судорожно заглатывать воздух, я уже был рядом.

Пресс ударил по противнику, впечатав его в стекло и вышибив остатки воздуха из лёгких. Ниндзя всё же умудрился оттолкнуться, но лишь для того, чтобы мой кулак вошёл ему в живот на несколько сантиметров. Судя по звуку, его тут же вырвало прямо в маску, что мне было только на руку, но, помня предыдущий опыт, я не собирался останавливаться.