Я шла, не оглядываясь, но не могла отделаться от чувства, что меня кто-то сопровождает. Это было не столько наблюдение, сколько нечто более глубинное. С каждым шагом я всё больше ощущала, как что-то изменяется в моей собственной реальности, как если бы я вырывалась из своего мира и попадала в другое место, другое время. И, может быть, я была уже не просто наблюдателем этого процесса, а его частью. Часть того, что происходило, и того, что исчезало.

Я остановилась на краю улицы, глядя на старое здание, которое всегда было в поле моего зрения. Оно казалось мне другим. В нём не было ни того жёсткого контраста, ни привычной формы. Его линии плавно сливались с небом, с облаками, с этой новой туманной реальностью. Я поняла, что это здание больше не существует в том виде, как я его знала. Оно стало чем-то эфемерным, как то, что всегда остаётся за пределами восприятия, но всё равно существует.

Я сделала шаг вперёд. И с каждым шагом я ощущала, как пространство вокруг меня меняется. Это не было неожиданным – я уже давно почувствовала, что всё идёт к этому, что я должна пройти этот путь. Я не чувствовала страха. Это было не чувство, которое могло бы двигать меня в этом пространстве. Я чувствовала лишь отсутствие всего, что я когда-то знала, и это отсутствие не приносило боли, а наоборот, давало какую-то странную лёгкость. Я была свободной от всех этих привязок, от всех этих вопросов, которые когда-то казались мне важными.

Я прошла несколько кварталов, не останавливаясь, хотя не знала, зачем иду. Я не могла понять, что движет мной, но это движение стало естественным, как дыхание. Оно было необратимым. Как если бы я уже не могла вернуться в ту реальность, которую я когда-то считала своей. Эта мысль пришла ко мне безболезненно. Я не сожалела, не пыталась остановиться. Я просто шла.

Я пришла к пустому парку. Там не было людей. Не было ничего, кроме тусклого света, который отражался от мокрой земли и луж. Деревья стояли, как молчаливые стражи, и их ветви казались мне неестественно тонкими, как если бы они были частью другого мира, не того, который я видела.

Я села на скамейку и посмотрела на небо. Оно было настолько темным, что казалось, будто оно не имело конца. Не было звёзд, не было луны. Просто пустота, которая затягивала всё, поглощала в себя. В этой пустоте не было места для страха или надежды. Только пространство, которое расширялось и сжималось одновременно.

Я закрыла глаза, и в этот момент шум снова прорезал тишину. Он не был ярким, он не был громким, но я его слышала. Это был не звук. Это было не что-то, что можно было бы выразить словами. Это было присутствие, которое невозможно было игнорировать. И я поняла, что это присутствие было не просто в воздухе. Оно было в самой ткани реальности. В моём восприятии. В моём теле. Оно стало частью меня, частью того мира, который я пыталась понять, но не могла.

Мои руки дрожали, когда я почувствовала, что снова что-то меняет форму. Я не могла больше контролировать это. Я не могла больше оставаться в этом теле, в этом мире. Всё вокруг меня начало плавиться, растворяться, как если бы я пыталась найти выход из этого лабиринта, который не имеет стен, не имеет пути, не имеет выхода.

Я поднялась и пошла обратно. Но я не знала, куда иду. И я не знала, что будет дальше. Я шла, и с каждым шагом ощущала, как реальность вокруг меня становится всё более зыбкой, как если бы я была частью этой зыбкости. Всё, что я видела, исчезало и появлялось снова, но уже не так, как раньше. Всё стало частью чего-то большего, чего-то, что я не могла охватить, но что я ощущала каждой клеткой.

Я остановилась в центре улицы и снова посмотрела на небо. И там, в этой безбрежной темноте, я почувствовала, что теперь я уже не могу вернуться. Мой мир больше не существовал. И не было уже ничего, что я могла бы потерять.

Глава 2. «Письмо в двоичном».

В тот момент, когда я впервые заметила странное сообщение, я не обратила на него внимания. В конце концов, такие вещи происходили ежедневно. Логи сбоев, ошибки системы, коды, которые не могли быть расшифрованы, или просто мусор, который я не стоила бы анализировать. Я пыталась игнорировать это, как всегда. Но что-то было не так с этим.

Я сидела за экраном, пытаясь вновь разобраться с проектом, который давно потерял смысл, как и весь этот мир. Я знала, что мне нужно было найти точку отсчёта, что-то, что вернуло бы хоть каплю уверенности в этот дистиллированный хаос, но мой взгляд постоянно возвращался к маленькому окну с бинарным кодом, который не должен был быть там. В начале я приняла его за очередную ошибку системы. Но это не был просто код. Я ощутила это в какой-то момент, когда второй раз взглянула на экран. И тогда этот странный набор символов в строке превратился в нечто большее.

Когда я вернулась к этому сообщению, я не сразу поняла, что это было. Строки на экране не могли быть просто случайным набором нулей и единиц. Это был код, но не такой, как все те, с которыми я привыкла работать. Это было что-то другое. Я пристально вглядывалась, но в голове не укладывалось, что именно мне нужно искать. И тогда, когда я увидела одну из строк в точности повторённой, я поняла, что это не ошибка. Код был слишком продуманным, слишком явным, чтобы быть случайным.

Я не могла отделаться от ощущения, что это сообщение было отправлено специально для меня. И, что более тревожно, мне не хотелось верить в то, что я думала. Как только я сфокусировалась на этой строке, моё сердце пропустило удар. Слово, точнее, его смысл: «Он близко».

Мой взгляд застыл, а ком в горле сжался так сильно, что я почувствовала, как кислород покидает лёгкие. Я заставила себя оторваться от экрана, но это не помогло. Все мысли начали заплетаться, будто тот же код проник в мой мозг и стал частью моих собственных реакций. Как я могла не заметить этого раньше? Как это могло быть правдой? Я, как и многие другие, давно убедилась, что Данила исчез. Он ушёл. Исчез в тени, и с того времени я не слышала о нём ни слова. Мы с ним, как две звезды, которые случайно пересеклись, но никто не знал, что будет дальше. Я пыталась забыть его имя. Я пыталась заглушить это воспоминание. Но теперь… Теперь этот код в голове не давал мне покоя.

Я начала расшифровывать его снова. Строка была не просто набором нулей и единиц. Она давала мне информацию, которую я не могла игнорировать. Мозг автоматически преобразовал её в текст. Это было сообщение от Данилы, или… от чего-то другого. Я пыталась думать рационально, но всё, что приходило мне в голову, было неадекватным, нелепым. Данила не мог быть жив. Его смерть была подтверждена. Мы похоронили его.

Но теперь, когда эта строка была передо мной, я не могла больше оставаться в своём состоянии равновесия. Я посмотрела на другие экраны, на другие устройства в комнате, чтобы вернуть себе привычное ощущение контроля. Всё было спокойно, но вдруг на одном из мониторов снова загорелась эта строка. Не было шума, не было предупреждений, просто она появилась. В другом устройстве. Мелкие помехи на экране, ещё одно подтверждение того, что я не ошибаюсь. Это было не случайное совпадение. Это было направлено ко мне. И тогда я поняла: это было не просто письмо от человека, который когда-то был рядом. Это было послание от сущности, которая использовала его имя как приманку.

Моя рука дрожала, когда я снова взглянула на строки. Я могла бы выключить устройства, перестать искать, но я знала, что это не поможет. Внутренний страх, который я ощущала, был реальностью. Я пыталась сопротивляться, но осознавая, что от меня не зависит ничего, я вдруг поняла ещё одну вещь. Он близко. Он был не просто кем-то, кто возвращался. Это была угроза. Он был не живым, а чем-то более сложным, более странным, чем я могла себе представить.

Я встала и подошла к окну, прислонившись к холодному стеклу. Мои мысли казались такими пустыми, что я чувствовала, как они разрываются на части, но не могла собрать их обратно. Этот код продолжал повторяться в моей голове, как застывший звук, который был всегда, но с каждым разом становился всё более ясным и громким. Неважно, что я делала – я не могла от него избавиться.

Я обернулась и снова взглянула на экран. Мой взгляд упал на ту же строку, но теперь она не просто сидела там. Она начала двигаться. Легкое колебание, которое я сначала приняла за глюк, теперь оказалось настоящим. Эти нули и единицы двигались, как живые существа. Они не просто сидели на экране – они оживали. С каждым обновлением они становились всё более плотными, как молекулы, которые сгущаются и начинают склеиваться. Я почувствовала это давление, как если бы весь мир сжался до размеров этого сообщения. И в тот момент я осознала, что мне не оставалось времени. Я должна была действовать.

Но что я могла сделать? Этот код был не просто сообщением. Это была ловушка. И я оказалась в её центре, не в силах выбраться.

Я снова закрыла глаза, пытаясь выдохнуть, заставить себя успокоиться. Но этот шум продолжал нарастать. И когда я открыла глаза, экран передо мной снова обновился. И снова те же символы. И в этот момент я поняла, что молчание – это тоже выбор. И этот выбор уже опасен.

Я сидела перед экраном, не в силах оторвать взгляд. Строки, которые раньше казались просто ошибочным набором цифр, теперь приобрели другой, зловещий смысл. "Он близко". Я пыталась рационализировать это, и всё равно знала: ничего хорошего в этом нет. Я отключила все устройства, но сообщение продолжало появляться, как если бы сама система мне говорила, что я не могу убежать. Он был не просто человеком. Не был живым. Что-то в этом сообщении было не из мира людей, что-то гораздо старше, скрывающееся за привычной оболочкой кодов и логов.

Я вскочила с места и метнулась к окну, открыв его на ходу, чтобы впустить хотя бы немного холодного воздуха. Город, как всегда, лежал у моих ног, его огни тускло мерцали, но для меня всё выглядело как серый, безжизненный пейзаж. Я не могла избавиться от этого ощущения, что меня преследует нечто, нечто, что не имеет человеческого облика, но ощущается всё более настойчиво. Я не могла игнорировать это. Я не могла просто сидеть и ждать, как меня подловит эта невидимая сила. Но что мне делать?

Я шла по комнате, обрабатывая очередной прилив страха. Я заставила себя взять в руки стакан воды, сделать хотя бы одно действие, которое могло бы вернуть меня в привычное русло. И тут снова на экране – новое сообщение. Повторение. Тот же код. Я пыталась снова расшифровать его, но каждый раз эти нули и единицы оказывались для меня всё более закрытым, невидимым миром, в который я всё глубже погружалась. Я ощущала, как эти символы проникают в меня, как если бы они были частью моего тела, а не просто кодом на экране.

Я стояла у окна, думая, что мне делать дальше, но была полна решимости понять, что происходит. Вдруг я заметила движение в углу глаза. Экраны вокруг начали мигать. Это было странно – всё устройства в комнате начали менять свою картину, их логика менялась, как если бы они говорили со мной, посылая меня туда, где я не могла понять, что происходит.

Код был не просто сообщение. Он был частью чего-то большего. Я повернулась к терминалу и снова взглянула на строки, которые теперь начинали приобретать форму. Это было не просто письмо от Данилы. Это было нечто большее. Существо, не определённое в своём существе. Оно перехватывало сигналы, скользило по ним, записывая меня как часть системы. Данила… Нет, это был не Данила. Он был инструментом, приманкой для чего-то, что сейчас было гораздо ближе.