Салма Кальк: Особенности обучения диких котов

1. Минута славы

– Коллеги, я приветствую вас в новом учебном году, – начал ректор Академии, профессор Жак де ла Мотт.

Совещание с заместителями и прочими важными фигурами по вопросам начала нового учебного года прошло вчера, сегодня можно заняться, наконец, любимым делом – поговорить о насущном с деканами факультетов.

В ответ раздались нестройные приветствия. Строгая и подтянутая Марион де Саваж улыбнулась и кивнула, деканы стихийников отозвались в силу характера и темперамента, свойственного их стихиям, дорогая супруга Клодетт, декан целителей, усмехнулась и глянула хитро. Декан менталистов Роже де Рьен-Лоран кивнул, раскладывая вокруг себя многочисленные папки. Декан прикладников Арианна Гобер вежливо поздоровалась. Отсутствовал Жан-Александр де Саваж, декан некромантов и предшественник де ла Мотта на посту ректора, и профессор уже хотел спрашивать у госпожи Марион, где с утра носит чёрта старого, в смысле – супруга уважаемой дамы, но тот появился из своих некромантских путей прямо посреди кабинета и шумно выдохнул.

– Я же вовремя, да?

Уважаемая дама спрятала смешок и кивнула на соседнее кресло. Профессор Саваж расположился, нашёл где-то во внутреннем кармане пиджака внушительного размера планшет и выложил перед собой.

– Итак, коллеги, завтра у нас вводные занятия на всех факультетах. Марта, что там с расписанием по аудиториям?

Марта Эбер, бессменный секретарь в течение последних пяти лет, доставшаяся де ла Мотту от Саважа, подала списки. Очень упорядоченная молодая дама, прямо благословение господне – что для него сейчас, что, как понимал де ла Мотт, для его предшественника.

– Пожалуйста, господин профессор.

Дальше проговорили – кто в какой лекционной аудитории. Стихийникам и прикладникам, как самым многочисленным, традиционно отдали самые большие, некромантов меньше всего, они поместятся в самой маленькой, остальные тоже распределились.

– Следующий вопрос – преподавание отдельных предметов. Что там у нас с новичками?

Новые преподаватели были почти у всех – лучшим выпускникам всегда предоставляли возможность испытать себя за кафедрой. Подготовленные маги, способные научить других – это очень важно. Поэтому пусть молодёжь пробует свои силы. И коллеги отчитались – у кого сколько, какой опыт, какие предметы.

– У нас не решилась проблема с преподавателем анатомии, – вздохнула Марта. – Господин Дюлак пока ещё не вышел из госпиталя, а из остальных преподавателей целительского факультета пока никто не согласился.

Н-да, анатомия. Общеобразовательная анатомия, ясное дело, которая обязательна для всех – в разном объёме, но раз мы тут о силах, живущих в нашем теле, то должны и об устройстве этого тела знать. Все – и прикладники, и боевики. Целителям-то анатомию преподают просто с утра и до вечера, у них совсем другая программа.

– У меня есть предложение, – профессор Саваж, который некромант, смотрел ласково и будто без задней мысли, но он вообще всегда так смотрел, и это не означало ровным счётом ничего.

– Излагайте, коллега.

– Студентка выпускного курса, получившая подготовку на медицинском факультете университета. Уверяю вас, отличную подготовку. И работавшая некоторое время по специальности, прежде чем поступить к нам.

Точно, у Саважа ж была такая особа удивительного свойства. С образованием, с профессией, с какой-то непростой ситуацией – а он взял её под крылышко и заботится. Можно было бы подумать всякое, но де ла Мотт знал супругу Саважа давно и хорошо, и детей их знал, и внуков, и вообще. Не о чем там думать.

– Студентка? – нахмурился Роже де Рьен.

– Госпоже Кариньян почти тридцать лет, и у неё изрядный жизненный опыт. Она не испугается, – отмахнулся Саваж. – И ей по программе нужна в этом семестре педагогическая практика. Однако, одно важное обстоятельство сейчас ограничивает её возможности в плане специальных дисциплин – она не может передвигаться в тенях и делать кое-что ещё. Поэтому анатомия видится мне для неё идеальным вариантом. И для нас всех, к слову, тоже.

– Когда ей рожать? – нахмурилась Клодетт, глядя Саважу прямо в лоб.

– Ну что же вы, Клодетт, вот так прямо, – забавлялся Саваж.

– Да видела я её вчера, что уж там, – отмахнулась Клодетт. – Так когда?

– Вскоре после Рождества. Этот семестр точно доработает.

– И она справится? Как она вообще – в порядке? – для Клодетт на первом месте здоровье.

– Она железная, – сообщил Саваж. – Я б не справился со всем, с чем справляется она.

Марион Саваж снова тихонько усмехнулась.

– Если других соображений нет, то, Саваж, передайте госпоже Кариньян, что завтра ей нужно подойти в учебный отдел и решить вопрос с оформлением. А мы сейчас займёмся самой приятной частью нашей сегодняшней работы…

– Будем есть праздничный торт? – поинтересовался Саваж.

– Сверим списки первокурсников, – де ла Мотт подавил острое желание скатать лежащий перед ним лист со списком в шарик и швырнуть им в Саважа.

Все, кроме помянутого Саважа, принялись либо перекладывать бумаги, либо листать страницы в телефоне или планшете. Де ла Мотт попробовал сурово глянуть на некроманта, но тот пожал плечами.

– У меня всего шестеро, по ним других вариантов нет. Я их всех и так помню. И у нас в этот раз есть одна девочка!

– Даже не местная, а из-за пролива, – вспомнил де ла Мотт. – Так, коллеги. Окончательные списки у всех есть. Письма первокурсникам разосланы. Просмотрите, пожалуйста, своих – не упустили ли мы кого. Вообще, конечно, у нас в этот раз прямо цветник. Старший в своём поколении настоящий Саваж, младший настоящий Роган, также представлены де Риньи, Дювали и некоторые другие…

– И де ла Мотты, – не спустил Роже де Рьен. – Настоящие. Парочка. У нас, вообще, как, здание-то устоит?

– Ну что вы, Роже, можно подумать, у нас не внуки, а дикари какие-то, – преувеличенно выразительно сказала Клодетт. – Пользуетесь тем, что ваши дети уже выучились, а внуки ещё малы? Так подрастут, и мы их тоже здесь увидим.

Да отличные внуки, что там, думал профессор де ла Мотт. Очень хорошо сдали вступительные экзамены, и если по Филиппу разногласий не было, то о Клодетт ещё и поспорили – где ей лучше учиться, с её-то данными. Эх, Донна ещё не знает, какая, говоря студенческими словами, подстава её ждёт. Невестка у профессора была суровой и строгой, но раздолбаю-сыну с ней было хорошо. И внуки получились отличные. И целитель от бога, что уж говорить. Ничего, всё перемелется.

Ему уже хотелось, чтобы прямо сейчас наступило завтра, потому что день зачисления в Академию он любил больше всего на свете. Вспоминал своё зачисление и чувствовал себя счастливым. Потому что – всё было правильно.

И он очень надеялся, что у завтрашних первокурсников тоже всё будет правильно.

* * *

– Ну, Тей, ну, скажи. Ты же знаешь!

Жан-Филипп де Саваж, старший внук обоих профессоров Саважей, обхаживал тётушку. Теодора Монтенеро, урождённая Саваж, боевой маг и капитан Магического Легиона, тоже имела отношение к Академии – пробовала себя в качестве преподавателя. Более того, именно она будет вести практику по боевой магии у первокурсников, так сказала бабушка. А раз Марион де Саваж, декан боевого факультета и полковник Магического Легиона, сказала, значит, так и есть.

Только вот окончательных известий о том, на какой факультет зачислен означенный Жан-Филипп, в просторечии Жанно, никто не сообщал. Такова традиция – все всё узнают на торжественной церемонии, завтра. На предварительном собеседовании ему назвали три возможных варианта, как и всем остальным. Но ему, конечно же, хотелось на боевой факультет – чтобы как отец, как Тея, как бабушка, как другие знакомые достойные люди, в конце концов. Нет, стихийный или ментальный факультеты тоже имеют право на существование, но это совсем не то, о чём он мечтает. И о чём мечтают его друзья.

Тея наверняка знает, но молчит. Хитро улыбается.

– Ты же знаешь, что никто тебе ничего не скажет, такова традиция. Был бы ты некромантом, у тебя бы не было вариантов, – усмехнулась она.

– Ладно, про меня ты не скажешь, а про Флинна и Франсуа?

Друзья уверены, что он-то всё разузнал, просто молчит. Потому что не могут поверить, что бабушке без разницы, внук ты или нет, правила для всех.

– И про них не знаю, – рассмеялась Тея. – Только не вздумай ночь не спать, ясно тебе?

Ну вот ещё, ночь не спать. Немного-то нужно, а то стоять завтра и зевать, куда это годится? Но пока ещё можно связаться с Флинном и спросить – уже сейчас идём кататься или по темноте.

Родители подарили мотоцикл на окончание школы – ещё бы, первый ученик среди всей параллели, все дела, и Жанно был счастлив без памяти и подарком пока не насытился. Но был готов катать друзей – они пока ходили безлошадными, как посмеивался отец. И пока ещё нет никаких занятий, отчего бы не пойти и не погонять по вечернему городу?

* * *

Анна дёрнулась на стук в дверь – впрочем, она всегда теперь дёргается. Конечно, никто без её разрешения не войдёт, и вообще она всегда запирается заклинанием, но всё равно неприятно.

– Кто там? – спросила она.

– Анна, тебе нужна помощь в подготовке на завтра? – спросила госпожа Шеню.

– Нет, благодарю вас, – вот ещё, помощь.

Она сама всё давно приготовила. Блузка, юбка, сумка, украшения. Утром придёт госпожа Сандрин, мамин стилист, и вместе с Жозиной, маминой камеристкой, уложит Анне волосы. Жозина не захотела уехать с мамой, когда та отправлялась в Другой Свет, и отлично справляется с нуждами и вещами Анны. Анне проще – свой человек. Хоть отец и хотел уволить Жозину, а для Анны нанять кого-то другого, но Анна не позволила. Хоть она всегда была вежливой и почтительной дочерью, но тут поняла – если не отстаивать своё, то его и не останется. Достаточно того, что отец расстался с мамой и завёл себе эту… госпожу Шеню. Анна не понимала, что в ней такого – она же обычная! Правда, маг. А мама не маг, вот совсем. Но красавица, а эта? Хорошо хоть, Анна уродилась в отцовскую родню, а то пришлось бы уехать вместе с мамой, зачем она была бы нужна отцу без магической силы? А так – наследница.

Хуже всего, однако, оказалось то, что у госпожи Шеню тоже был ребёнок от предыдущего брака. Сын Леон, ровесник Анны, тоже окончил школу в этом году. И он оказался не просто магом, но некромантом – как отец его отца. У некромантов даже с наследованием сил всё не как у людей! То через поколение, то через три. И, конечно же, отец настоял, чтобы этот Леон пошёл учиться не в колледж в своём Авиньоне, а в магическую Академию Паризии! Вот, наша Анна тоже поступила на первый курс. Анна, ты ведь расскажешь Леону, какие документы нужны и куда?

Анна тогда ответила, что представления не имеет, какие документы нужны на факультет некромантии – потому что куда ему ещё-то? Но отец только вздохнул и сам отвёз Леона в Академию – подать документы и договориться о вступительных испытаниях, все нормальные люди уже их сдали в тот момент и ждали письмо с известием о зачислении!