Не прошло и получаса, как компания прикончила уху. Сытые мальчишки и кот блаженно растянулись на мягком, теплом песке, а Мартьян пошел мыть котелок. Дарина вызвалась помочь ему и начала отмывать ложки. Триш, Пима и Акаций лениво за ними наблюдали.

– Далеко ли путь держите? – поинтересовался старик между делом.

– Пока не знаем еще, – ответила девочка. – Едем куда глаза глядят.

– А откуда будете?

– Из Белой Гривы.

Мартьян замер с котелком в руках. Затем кивнул.

– Теперь мне все ясно, – сказал он. – Я вам, ребята, вот что скажу. Не знаю, что там на самом деле стряслось в Белой Гриве, но уже во все стороны слухи запущены, что из тамошнего сиротского приюта сбежали три опасных преступника.

Дарина побледнела, а Триш и Пима напряглись, готовые вскочить в любую минуту.

– Это не мы! – Дарина была готова провалиться сквозь землю.

– Говорят, это двое мальчишек и девочка, а с ними говорящий кот из кошачьего братства. Якобы они обокрали свою комендантшу и скрылись с ее деньгами.

– Вранье! – воскликнул Триш, но тут же испуганно умолк.

– Вот болван! – завопил Акаций и треснул парня лапой по затылку. – Всех нас выдал!

– Когда ты научишься держать язык за зубами? Придется теперь этого Мартьяна к дереву привязать, а в рот ему воткнуть рыбий хвост, чтобы тревогу не поднял! – не унимался кот.

– Какой славный котяра, – рассмеялся старик.

– Лесть тебе не поможет, – заявил Акаций. – Но ты продолжай, продолжай!

– Я о вас никому ничего не скажу, – спокойно произнес дед Мартьян. – Но у вас на шее видны следы от ошейников. Вы уж, ребятки, пока солнышко светит, старайтесь загореть посильнее. И шеи свои от людей пока прикрывайте, иначе схватят вас жандармы, и проблем не оберетесь.

Ребята молча переглянулись.

– А вы нас точно не выдадите? – недоверчиво прищурилась Дарина.

– Точно, – улыбнулся старик. – Я новые власти терпеть не могу. При старом короле у меня свой рыбный завод был – от отца по наследству достался. Но наместники императора все отобрали, и теперь приходится служить инженером на военном заводе. Так с чего мне им помогать? А кстати, что такого вы натворили?

– Да ничего, просто сбежали из приюта, – ответила девочка.

– А жандармы-то шуму подняли, – покачал головой старик. – Я думал, не иначе как банк ограбили. Совсем уже одичали имперские прихвостни! По всему округу только о вас и говорят.

– И не грабили мы Коптильду, – сказал Пима. – Она сама все украла, а на нас свалила.

– Да, дела… Сейчас по всей империи такое творится, – согласился дед Мартьян. – Кругом одни воры да жулики, и все они высокие посты занимают. При короле Ипполите такого не было. – Он насмешливо взглянул на Акация, сидевшего на песке рядом с Дариной. – Ну а ты чего молчишь, котейка? Скажи еще что-нибудь. Я никогда не слышал, как коты разговаривают.

– Когда нечего сказать, лучше помалкивать, – хмуро отозвался Акаций.

Мартьян не скрывал своего восхищения.

– Говорящий кот! – воскликнул он. – Ну не чудо ли? А еще что-нибудь скажешь?

– Не отвяжется теперь, – недовольно пробурчал кот. – Навязался же на наши головы.

Старик добродушно расхохотался.

– Его зовут Акаций, – улыбнулась Дарина. – Он наш друг. Хотя иногда хочется сунуть его в мешок да зашвырнуть подальше в кусты.

– Разве с таким душкой, как я, можно так поступить? – Кот сделал невинные глаза.

Мартьян захохотал еще громче.

– А вы где ночевать собираетесь? – спросил он, немного успокоившись.

– Мы пока не думали об этом, – призналась Дарина. – Сегодня вообще в лесу спали.

– В лесу опасно, – нахмурился дед. – Здесь сейчас столько разного сброда ходит. Жулики разные, грабители. Как бы вас самих не обокрали.

– Нам надо добраться до какого-нибудь постоялого двора, – сказал Пима. – Мы могли бы даже заплатить за ночлег. Тут ничего такого нет поблизости?

– Насчет постоялых дворов не знаю, – пожал плечами Мартьян. – Но если ехать весь день, к вечеру доберетесь до города Чугунная Голова. У меня там есть домик на окраине, в нем живет моя дочь с внучками. Можете остановиться у них, они будут рады гостям.

– Чугунная Голова? – удивился Триш. – Никогда не слышал такого названия.

– А вы когда-нибудь выезжали из своей Белой Гривы? – спросил Мартьян.

Ребята одновременно покачали головами.

– Тогда немудрено, что вы не слышали о Чугунной Голове. Это самый крупный город в наших краях. Центр округа. Белая Грива и все ближайшие деревни находятся в его подчинении. В этом городе сосредоточена вся крупная промышленность нашей империи. Сплошные фабрики да заводы. На одном из таких я и работаю. Раньше мы делали больших шагающих роботов для военных. Но потом правительство решило, что это слишком дорого и не оправдывает затраченных средств. Теперь мы строим дирижабли и дельтапланы для армии императора.

– О! – восторженно воскликнул Пима. – Шагающие роботы! Я много о них слышал, но ни разу не видел.

– И не увидишь, – сказал Мартьян. – Когда имперские Эсселиты начали общаться с колдунами из других миров, они обнаружили странное местечко под названием Глубинные Империи. Технологии там не чета нашим, сильно шагнули вперед. Вот техномаги Глубинных Империй и поделились с нашими инженерами методикой создания больших боевых роботов. Только их давно не производят. Может, где-то на свалках и найдется что-то, но действующих единиц уже не осталось.

– А много существует других миров? – зачарованно спросила Дарина.

– Этого никто точно не знает. Говорят, некоторые колдуны способны проходить туда, используя зеркала и различные диковинные артефакты. Но сам я такого никогда не видел.

– А на дирижабли с вашего завода можно взглянуть? – не унимался Пигмалион. – Мы видели их только в небе, а я всегда мечтал рассмотреть хоть один вблизи.

– Ну это ты по адресу обратился, – улыбнулся старик. – Могу устроить для вас экскурсию. Я ведь и сам скоро возвращаюсь в Чугунную Голову!

Глава третья,
в которой кочевники возвращаются из столицы

Король кочевников Гамед Наварро и его свита, состоявшая из шести человек, провели в столице четыре дня. Именно на такой срок для них было выписано разрешение императора Всевелдора Первого. Без этой бумаги власти восприняли бы их появление в городе как незаконное вторжение, что вполне могло стать причиной войны с Берберией – страной кочевников. Но указанный срок подходил к концу, и Гамеду с его людьми следовало поскорее покинуть столицу.

Кочевники закупили много бумаги и чернил, которые в их краях считались редким товаром, приобрели ткани и средства для выделки шкур животных. Затем Гамед отправил покупки в Берберию под охраной четверых своих людей.

– Рискованно королю оставаться в столице всего с двумя телохранителями, – осторожно заметил один из них.

– Ничего, – улыбнулся Наварро. – Поезжайте вперед, а мы последуем за вами. И берегите товары. Они понадобятся нашим детям для учебы и нашим женщинам для шитья новых нарядов.

С Гамедом Наварро остались молодой шестнадцатилетний паренек Рекс и Артемид Трехо – настоящий великан, считавшийся правой рукой короля. Было принято решение покинуть столицу на поезде. Добираясь до вокзала, а затем на перроне кочевники старались не привлекать к себе лишнего внимания, чтобы не заинтересовать жандармов и сыщиков из тайной полиции. Встреча с императором вышла не самая приятная, и Всевелдор наверняка затаил злобу, так что у кочевников был повод для волнений.

Император мог запросто подослать к Гамеду наемных убийц. И если в своих землях берберийский король не опасался слуг Всевелдора, то здесь ему следовало держать ухо востро. Даже на поезд кочевники сели, сменив свою обычную одежду из шкур на неприметные дорожные плащи.

Путь их лежал на восток, туда, где располагались земли берберийцев. Обычно кочевники путешествовали на лошадях, но в этот раз они оставили животных в маленьком поселении Бургервиль, расположенном между столицей и городом Чугунная Голова, поскольку изначально было понятно, что визит к императору – опасное предприятие. Если бы кочевникам пришлось быстро убегать и скрываться, лошади стали бы серьезной помехой. Но все обошлось без неприятностей, поэтому теперь можно было забрать скакунов.

Коней берберийцы оставили на небольшом постоялом дворе на окраине Бургервиля, принадлежавшем старому знакомому Гамеда по имени Балагур. Их связывала искренняя многолетняя дружба, так что кочевники могли быть спокойны за своих любимцев.

Колеса поезда монотонно стучали по рельсам. Берберийский король задумчиво смотрел на своих спутников. Как и большинство представителей своего народа, Гамед и Артемид обладали крепким телосложением. Рекс же выглядел несколько иначе. Это был высокий юноша с гибким мускулистым телом и бронзовой от загара кожей. Голубые глаза – редкость среди берберийцев – придавали его лицу особую выразительность. Его длинные каштановые волосы, по берберийскому обычаю, были перехвачены кожаным ремешком на затылке.

Отличие Рекса от других кочевников имело свое объяснение, считавшееся страшной тайной для всех, кроме короля Гамеда и его приближенных. Дело в том, что Рекс появился на свет не в степях Берберии, а в королевском дворце, нынешней обители Всевелдора Первого и Лионеллы, и при рождении ему было дано иное имя.

Двенадцать лет назад он был известен как принц Конрад, сын наследного принца Рэма и внук короля Ипполита. Когда произошел дворцовый переворот и к власти пришел Всевелдор, Рексу едва исполнилось четыре года. Мальчика чудом сумели вывезти из дворца в самый разгар боя. Он совершенно не помнил тех событий. Знал лишь только, что после долгого и опасного пути попал в семью короля Гамеда, который и воспитал его как собственного сына.

С детства Рекса учили стрелять из лука, сражаться на мечах и владеть прочим оружием берберийцев. Солдаты империи давно перешли на огнестрельное вооружение, но кочевники по-прежнему предпочитали благородные клинки.

Гамед Наварро считался одним из лучших бойцов. Он передал свои умения Рексу, и теперь они частенько тренировались, устраивая нешуточные поединки в королевском шатре. Таким образом Гамед поддерживал себя в хорошей физической форме, ну а Рексу любые тренировки были только на пользу.

Юноша отлично держался в седле, ориентировался на местности и хорошо управлялся с домашними животными. Кочевники жили за счет разведения скота, так что это умение тоже было очень важно. Гамед считал, что в жизни парню все пригодится, поэтому гонял его наравне с остальными мальчишками своего племени.

Рекс любил и уважал берберийского короля как родного отца. Мать же ему заменила Марта Грегуар Эсселит. Она жила в стране кочевников много лет, обучая грамоте их детей, и всегда относилась к юноше с материнской лаской и добротой. Поговаривали, что она служила гувернанткой при дворце старого короля Ипполита. Рекс не знал этого наверняка, а сама Марта не любила делиться тяжелыми воспоминаниями и старательно избегала разговоров на эту тему.

Поезд прибыл на вокзал Бургервиля. Кочевники вышли из вагона, незаметно огляделись в поисках возможной слежки. Не обнаружив ничего подозрительного, они пересели в почтовый дилижанс и направились в сторону трактира Балагура.

Всю дорогу от самой столицы Рекс хранил молчание. На него произвело огромное впечатление посещение императорского дворца. После скромных шатров кочевников, обтянутых звериными шкурами, величественное каменное сооружение стало для юноши настоящим потрясением. Рекс вдруг поймал себя на мысли, что смутно вспоминает эти залы. Он играл здесь совсем маленьким мальчиком, а родители, которых теперь не было в живых, следили за ним с улыбкой. Все изменилось по вине проклятого Всевелдора и его подручной ведьмы!

Гамед Наварро догадывался, что творится у юноши на душе. Когда спутники пересели в дилижанс, король решил поговорить с ним и дать высказать все, что накипело.

– Как тебе император и его придворные? – спросил король, положив руку на плечо Рекса.