Когда мышцы были разогреты, я переодела обувь, сменив кроссовки на сапоги на большом каблуке. В так музыке, медленно покачивая бедрами прошла к пилону и взявшись за него рукой, обошла по кругу. Музыка резко сменилась на быстрый мотив, и я прогнулась, и словно кошка скользнула телом по металлу. Сделала несколько плавных шагов по кругу, и держась за шест, мягко закинула ноги покрутилась. Делала все на автомате, сама уже не понимала, как мое тело все это вытворяет. И потому полусогнув ноги, всем телом обвила железяку, кружась на ней вокруг. Голову запрокинула назад, ощущая долгожданную легкость за грудной клеткой. Ощущение, будто все мысли выветрились, отдавая меня полностью танцу.

Плавно и медленно я соскользнула вниз, прогнулась в спине, как кошечка и обернувшись спиной к шесту, присела, широко раздвигая ноги. Меня уносило далеко отсюда. И музыка, уже не энергичная сбивающая с ног. Теперь играла тягучая, медленная и страстная. Оттолкнувшись рукой от пола, я подняла бедра, все еще продолжая быть согнутой. Сделала несколько эротических движений вверх-вниз попой. Взмах ногой, и я уже лечу в воздухе, спиной касаясь холодного металла и кружась так, что мое тело поворачивалось и я снова грудью прижималась к шесту. Спина, грудь, наклоны. Соскользнула вниз, опускаясь на колени и широко разводя ноги, чтобы движение выглядело максимально сексуально. Напоследок закидываю голову назад и потянув за резинку, позволяю медному водопаду волос рассыпаться по моей влажной от пота спине.

Класс. Это то, что мне сейчас нужно. Танцы, лучше любой терапии у психолога.

– Браво! ― вздрогнула от мужского голоса и закатила глаза, пытаясь спрятать улыбку.

И как я могла забыть про него?

– Ты великолепна. Я до сих пор не понимаю, как тебя муж отпускает на подобные танцы?

Я обернулась и одарила Руслана колючим взглядом.

– Я разрешения должна спрашивать? ― хмыкнула, усаживаясь поудобнее и стягивая с ног сапоги на каблуках.

– Не знаю. Но двигаешься ты охренеть, как круто. Если бы видел впервые, подумал бы что тебе не больше тридцати.

– Не льсти, ― произнесла холодным тоном, прекрасно зная все его приемчики.

– Даже не думал.

Он прошел в зал, и продолжая нагло разглядывать меня, остановился около подиума с шестом. Высокий, красивый парень. Тестостерон так и прет. За ним девчонки молоденькие вьются, а он за мной бегает. Что не так с ним? Почему он смотрит на меня?

– Ну что, ― неожиданно присев рядом с моими ногами он пальцами прошелся по щиколотке, разгоняя по телу мурашек, ― хочешь, помогу тебе расслабиться, прийти в себя?

Его рука поползла выше. Кажется, Руслан вот‐вот взорвется от желания. А вот я готова двинуть ему в челюсть. Но, отделываюсь малым ― шлепаю по руке.

– Кыш отсюда, ― совсем парень совесть потерял.

– Почему ты такая? Холодной тебя не назовешь, вон как страсть бушует в тебе. Иди ко мне, ― он резко схватил меня за ноги и рванул к краю сцены, располагая свое тело между моих бедер, ― приласкаю, будешь просить добавки.

Я резко подняла ногу и носком оттолкнула Руслана прямо к груди. От чего он пошатнулся, и улыбнулся так, словно я уже ему дала.

– Неприступная, ― прорычал он, а я лишь посмотрела на него так, чтобы даже мыслей не возникало хватать меня.

– В следующий раз, Руслан, я буду в сапогах.

Схватив обувь, я сунула ноги в кроссовки под пристальным взглядом тренера. Развернувшись, посмотрела на него с недовольством и вышла из зала.

Тоже мне милфу нашел. Дурак!

Устало вздохнув, зашла в раздевалку и швырнула в сторону сапоги. И здесь покоя нет.

Черт! Потанцевала. Ощущения какие‐то гадкие. Ну молод парень для меня, что я поделаю?

А может мне уехать? Чтобы никто не цеплялся, в голову не лез, к телу не лип.

А что, к морю, например, съездить. Свежий воздух еще никому не навредил.

Дверь резко распахнулась и проеме показалась голова Руслана.

– Однажды крепость падет, и я буду очень долго погружаться в твое тело.

– Дверь закрой с той стороны!

Он оскалился и все же прикрыл дверь. А я с горечью вздохнув, покачала головой.

Придурок.

Точно уеду. Прямо сейчас и забронирую номер в отеле.

Я, море, и свобода. Когда такое было в последний раз?

Глава 6

Мои мысли все же немного утекли в приятную гавань. Туда, где я уже вовсю плещусь в теплой водичке и загораю на красивом берегу моря, лежа на шезлонге. Но с подобными желаниями нужно немного повременить. Нет, билет на самолет я все же купила. А еще забронировала номер в шикарном отеле на берегу моря. Только как бы теперь не пришлось отменять все.

По дороге домой мне позвонили из офиса мужа. Я так и не поняла, где делся его зам, но садиться в кресло Бориса на время его отсутствия некому. Хоть бери и маромойку эту назначай, чтобы обанкротила его. Так вроде жалко, столько трудов вложено. Или не жалко?

Развернув машину, я поехала в сторону офиса, по пути набирая директора по развитию, а по совместительствую мою хорошую подругу.

– Да, Лер, привет.

– Анжела Витальевна, а вы в курсе, что ваш главный на больничной койке тусуется?

– Как? ― удивленно произнесла она, чем‐то стукнув по столу. ― Что с Борисом?

– В аварию попал. В коме лежит, жить будет, даже не сомневайся.

– Подруга, тон твой оставляет желать лучшего.

– Да, как и вся жизнь. Ладно, не обращай внимания. Ты лучше скажи, где зам Бориса? Аркадий Валентинович.

– Так он в отпуске.

– Прекрасно, ― выдохнула с сарказмом и бросила взгляд в зеркало дальнего вида, перестраиваясь на другую полосы, ― я сейчас буду.

– Собрать всех?

– Нет, это лишнее. Я уже еду.

Сбросив вызов, отложила телефон и попыталась успокоиться. Как же мне хотелось послать всех нахер, честное слово. Если бы не предательство мужа, я бы реагировала на все иначе. А теперь же мне ничего делать не хочется ради него. С другой стороны, я понимаю, что его компания, это наследство моих детей. Потому нет, нужно немного пошевелиться. Но от отпуска отказываться я не собираюсь.

Через полчаса припарковавшись у огромного здания, офис которого занимает четыре этажа, я поняла, что буквально нахожусь на грани. Всю дорогу до офиса, какого‐то черта мои мысли занимала эта Вика со своей дочерью. Единственное, что я понимала ― ребенок ни в чем не виноват. Ну не виновата малышка, что родилась у этих…

Выдохнула.

Не виновата.

А теперь сгребай свои тощие косточки, Валерия, и иди в офис.

Так хотелось влепить себе подзатыльник, но выглядело бы это не очень. Потому забрав вещи, поторопилась на проходную.

Спасибо, Боренька, что пропуск не отнял.

– Наталья Степановна, здравствуйте. Сделайте, пожалуйста, два кофе, ― попросила я секретаря Анжелы и постучавшись, прошла в кабинет.

– Ну ты и взъерошенная. Как ты?

– Привет, подруга, ― наклонилась через стол и клюнула ее в щеку.

– Привет. Рассказывай.

– Да нечего рассказывать. Я сама толком ничего не знаю, кроме того, что у моего мужа черепно‐мозговая. К тому же, по всей видимости, уже лет пять, не меньше.

– Не поняла, ты о чем?

Я выдохнула, и плеснув из графина в стакан воду, сделала несколько жадных глотков.

– Он мне изменяет, Анжел, ― выдохнула я, со стуком возвращая стакан на стол.

– Ты уверена? Борис? Наш главный, и тот, с кем ты столько лет прожила под одной крышей?

Ее удивлению не было предела. Как и моему.

– Да, тот самый, подруга. Уверенности у меня хоть отбавляй.

Она ошарашенно выпучила на меня глаза.

– Как тебе можно изменять? Ты же богиня.

– Ой, давай без этого, прошу. Молодым девчонкам изменяют, а я уже вон, на списании.

– Не говори глупости, ― шлепнула ладонью по столу.

В кабинет постучали, и после слов «войдите», Наталья Степановна принесла нам кофе. Дождавшись, когда мы снова останемся одни, я положила в кофе ложку сахара и принялась тщательно размешивать.

– Анжел, у него дочка. Три года.

– Охренеть. Вот это новость! ― протянула подруга, откидываясь на спинку кресла и о чем‐то задумываясь. ― Даже спрашивать не буду, откуда ты узнала. Это так больно.

Говорить про реакцию сына я не стала. Это уже слишком личное, чтобы выносить на обсуждение даже с подругой.

– Что планируешь делать?

– Разводиться. Тут и думать нечего. Но сейчас мне нужно найти Аркадия Валентиновича. У тебя есть его номер?

– Конечно, секунду.

– Набери ему.

Я сделала глоток кофе внимательно наблюдая за подругой. Да, ошеломлена она была не меньше моего. Не удивительно. Мы с ней дружим со студенческой скамьи. Целая жизнь. В общем‐то, как и у меня с мужем. Только как оказалось, для него это ничего не значило.

– Недоступен.

– Еще раз пробуй. Или через соцсеть.

Да хоть в колокольню звони, заместитель Бориса оказался недоступен. Не удивительно, ведь мужчина в отпуске.

– Ты знаешь, куда он планировал лететь?

– Нет, ― прикусив губу, покачала головой.

– Набери начальника безопасности. Пусть выяснит.

Анжела кивнула, и тут же принялась выполнять мою просьбу. Я понимала, что срываю человека из отпуска, но в компании нужен заместитель босса, или тот, кто готов взвалить на себя ответственность.

Безопасник пришел в кабинет с результатами уже через пятнадцать минут. Андрей Романович протянул мне листок с адресом, который был… Черт, серьезно? Отель, в котором я забронировала номер?

– А вы пробовали звонить в отель?

– Да, конечно. Но мне сообщили, что он ушел с группой в поход в лес. А там связи нет.

– Надолго?

– Четыре дня.

Я выругалась, чувствуя злость на все происходящее.

– Спасибо. Вы можете быть свободным.

Мужчина кивнул, и бросив заинтересованный взгляд на Анжелу, вышел из кабинета.

– Подруга, несколько дней тебе придется побыть главной. Больше я никому не доверю.

– Я постараюсь не подвести.

Я кивнула.

Попрощавшись, я сжала в руке листок с адресом и покинула здание компании.

Интересное у меня путешествие намечается.

Так ли ты в походе, Аркадий Валентинович? Или есть что скрывать?

Глава 7

Сама от себя не ожидала, но состоянием мужа я не интересовалась. О нем было кому позаботиться, и вряд ли он нуждается в моей поддержки. А лишний раз слышать Вику не было никакого желания.

Больно мне? Кончено! Чувствую ли я обиду? Безусловно. Я прожила с этим человеком двадцать три года! Целых двадцать три года! Это просто немыслимо. Столько всего вместе пережито. Рождение двух детей, отпуска, совместные посиделки с друзьями, семейный встречи, ну и конечно были много и грустных моментов. Но все это было прожито вместе. Я никогда подумать не могла, что разведусь. Не после стольких лет брака. Казалось, что мы уже срослись, склеились. Мы ― единое целое, которое невозможно разорвать. Но, как же я ошибалась, наивно веря в любовь мужа, в его верность, в уважение.

Плотно сжав губы, сдержала себя от желания расплакаться. Слезы – это жалость к себе. А мне себя жаль не было. Я уважала себя, и не считала виноватой в измене мужа. Он возвращался всегда в чистый дом, где на ужин горячая вкусная еда. Где его ждет любящая женщина, которая не забывает ухаживать за собой, чтобы всегда оставаться для мужа привлекательной. Чего в последнее время нельзя было сказать про самого мужа. Тут не поспоришь, года идут, мы не молодеем. Но если бы он в зал ходил, выглядел бы куда лучше. Но Борис предпочитал в свободную минутку поваляться около телевизора. И нет, лишнего веса у него не было, но ведь куда круче, когда мужик подтянут. Мечты‐мечты, как говорится.

Забрав сумку, я выбралась из авто и подняла взгляд на окна квартиры в которой живет мой сын.

Не могла я улететь, не поговорив с ним. Если в ситуации с мужем виноватой я себя не считала, то в поведении Ильи пока не знала кого винить. Хотелось бы мне верить, что я ничего не упустила.

Собиралась нажать на кнопку домофона, но мне повезло, из подъезда, как раз выходили жители дома, и я проскочила внутрь. Не уверена, что сын открыл бы для меня дверь. Раньше я бы и своим ключом воспользовалась, теперь же… почему‐то не решалась.