Невыносимо долгий путь друг к другу (страница 7)
На следующий день в ординаторской Инна Кирилловна потребовала от меня подробного отчёта о покупках.
– В двух словах и не расскажешь, – со смехом ответила я. – Почти весь багажник у Артёма своими обновками завалила.
– Так ты с Артёмом ездила?! – радостно переспросила Инна. – Ой! Он ТАКОЙ замечательный парень! Ты к нему обязательно присмотрись…
Неожиданно Инна оборвала себя на полуслове и прикрыла рот ладошкой.
– Прости, прости, прости, – быстро проговорила она, умоляюще глядя мне в глаза. – Я обещала не лезть в твою личную жизнь, а сама опять сватаю тебя за Артёма.
– Всё нормально, – снова рассмеялась я. – За Артёма можешь сватать, он мне понравился. Хороший парень, сразу видно.
Инна энергично закивала головой:
– Вот именно, сразу видно! А эта вертихвостка взяла и бросила его через год после свадьбы. Представляешь?!..
– Что за вертихвостка? – сразу спросила я, чувствуя, что обрела в Инне не только хорошую подругу, но и источник ценнейшей информации.
– Светка, жена его непутёвая. Сначала обхаживала его целый год, прямо проходу парню не давала. А как только влюбила в себя и женила, так начала из себя королеву строить. Шубы ей, да бриллианты подавай…
– Ну, это, увы, не редкость сейчас… У многих девчонок крышу сносит при виде больших денег, – сказала я, отметив про себя, что сама в своё время тоже не избежала подобного соблазна.
– Так, если бы только это… – грустно посмотрела на меня Инна. – Денег-то ему никогда не было жалко. Слава Богу, после родителей кое-что осталось, да и сам трудился, не покладая рук…
– А что же тогда?
– На сторону она почти сразу поглядывать начала. Скучно ей, видите ли, было одной дома сидеть, пока муж старается, деньги ей на цацки зарабатывает. Татьяна Ильинична по доброте душевной возьми, да и пристрой её на работу в агентство, которое организацией гастролей и концертов занимается.
Расстроенная вконец, Инна встала, налила себе чаю, взяла печенье из вазочки и снова опустилась на свой стул. Сделав глоток из кружки и громко хрустнув печенюшкой, она продолжала:
– Светке, конечно, такая работа сразу понравилась. Целыми днями перед артистами разными можно задницей вертеть. А однажды какой-то певец, широко известный в узких кругах, сказал ей, что у неё имеется большой творческий потенциал.
Несмотря на серьёзность момента, мне вдруг стало смешно. Какие, однако, страсти разгораются в некоторых семьях. Бедный, Артём! Нелегко ему, видимо, пришлось в браке.
– Вот тебе смешно, а она всерьёз решила стать певицей! Начала посещать уроки вокала! – Инна не выдержала и сама рассмеялась. – А потом это начинающее дарование давай приставать к Тёме, чтобы профинансировал ей клип.
– А он что?
– Отказал, разумеется… Что он, совсем дурак, что ли, деньги-то на ветер бросать. Да и не настолько он богат, чтобы продюсером для жены становиться. Ладно бы, если бы талант хоть какой-нибудь был…
– Светлана, я так понимаю, не смирилась с отказом? – предположила я.
– Какое там! Давай ультиматумы мужу выдвигать, или помогаешь мне с музыкальной карьерой, или развод. Артём просто разбит был вечными скандалами, не знал, что делать. А однажды домой возвращается, а там пустота. Ни украшений, ни денег, что дома хранились… Ничего! И красотуля вместе со всем этим добром исчезла.
– Просто исчезла и всё? Без объяснений?
– Дня через два позвонила Артёму и сказала, что едет на гастроли выступать с какой-то группой. Попросила у него развода, потому что влюбилась в некоего Стасика из этой самой группы.
– И как она сейчас? – спросила я.
– А кто её знает? Солирует, наверное, где-нибудь по кабакам… – улыбаясь, ответила Инна. – Если девушка внушила себе, что она певица, с этим уже ничего не поделаешь.
Просто удивительно, до чего порой бывает слепа любовь. И мы, ослеплённые ею, выбираем себе в спутники совершенно неподходящих людей.
Причём, судьба изо всех сил подаёт нам отчётливые знаки, сигнализируя об опасности, но, подобно неразумному мотыльку, мы летим на огонь страсти, обжигая души и сердца.
– Инна, а что там за история с родителями? – осторожно спросила я.
– О-о, это такая трагедия, – горестно покачала головой моя собеседница. – И за что Артёму выпало столько испытаний, не знаю…
Инна тоскливо посмотрела в окно, потом начала вспоминать трагические события шестилетней давности:
– Помню, лето подходило уже к концу, но всё ещё стояла жара. Я как раз была в кабинете у Татьяны Ильиничны, когда ей позвонили и сказали, что её старший брат Лев Ильич вместе с женой разбился на машине. Насмерть. Оба… Водитель фуры заснул за рулём и выехал им навстречу…
– Ужас какой! – только и смогла вымолвить я.
– Таня как закричит, слёзы стеной… Я ничего понять не могу, вызвала Алексея, он прибежал, и мы вдвоём насилу добились от неё, что случилось. Поставили успокоительное, она рыдать вроде перестала, но всё повторяла, уставившись в одну точку: «Как я Артёму скажу? Как Артёму скажу?», – голос Инны дрогнул, она достала из кармана носовой платок, чтобы вытереть выступившие слёзы.
Немного успокоившись, она продолжила:
– Потом Алексей поехал разыскивать Артёма, он в это время где-то на озере отдыхал и был недоступен по связи. Я с Таней неотлучно находилась. Лев Ильич такой мужчина был… Знаешь, такие мужики бывают, всю родню на себе тащат. Вот и он такой… Большая трагедия для всей семьи…