Замолкаем. Савелий, ведя машину, успевает с кем-то переписываться. Я пытаюсь не зацикливаться на остром взгляде Давида. Но он как два лазерных луча – оставил ожоги, которые даже сейчас продолжают разъедать плоть.

Завтра у меня два собеседования. Чем больше собеседований, тем лучше. Тем больше шансов изолировать себя от этих контактов.

Удивительно, как после той больной зависимости и неконтролируемой тяги моя одержимость поменяла полюса. Теперь я одержима идеей бежать от Росса на ту часть земного шара, где мы точно никогда не встретимся.

– Сав, ты установил программное обеспечение? – поворачиваю к нему голову, силой воли выдергивая себя из неприятных размышлений, – Уже пора благодарить тебя?

Я видела, что мой ноутбук, упакованный в заводскую коробку, лежит на заднем сидении. Не верю, что он просто катался там несколько дней.

– Установил, – говорит он, – Даже обои выбрал.

– Какие? Свое фото?..

– А как же!..

Я смеюсь, Савелий сдержанно усмехается.

– Спасибо!.. Что бы я без тебя делала?

– Новая версия немного отличается от предыдущей, – предупреждает он, – Но я думаю, ты разберешься.

– Если нет, то спрошу у тебя.

Двор моего дома, как это стабильно случается каждый вечер, забит под завязку, но Савва все равно находит место и выполняет идеальную параллельную парковку всего в паре десятков метров от нужного подъезда.

– Зайдешь? – спрашиваю, желая отблагодарить его хотя бы сытным ужином.

– Накормишь?

– Обижаешь, – дергаю за рычажок дверцы и не слишком элегантно выхожу из машины.

Савелий забирает мой ноутбук, и мы вместе заходим в подъезд.

– Здрасте, – сталкиваюсь с соседкой этажом ниже.

Она смотрит на Савелия с улыбкой. Кивает обоим. Наверняка, уверена, что он мой любовник. Появляется здесь не так часто, как мог бы приходить мой парень, но все же регулярно на протяжении уже пяти лет.

Пока он запускает ноут, чтобы показать все обновления, я готовлю ужин на скорую руку – натираю специями мясо курицы и отправляю его с овощами в аэрогриль.

– Давай старый, – предлагает Савва, – перекину сюда приложения.

Я притаскиваю его из комнаты и сажусь рядом с другом.

– Госсуслуги?.. – ржет, листая вкладки, – Даже ни одного сайта знакомств?.. Ни одной порнушки?

– Отстань.

– Не, Ксюх, серьезно, – не унимается Шалимов, – Это же ноут моей бабули!

– Блин, Сав!.. – толкаю его в плечо, – Ноутбук мне для работы, вообще-то… Ну и киношку посмотреть.

– Стыд и срам, Климова!

– Заткнись, ясно!..

– Ладно! – успокаивается он, – Короче, установил винду и драйвера. Видюхи и мозгов хватит, чтобы не только киношки смотреть, но и играть в крутые игрушки…

– Я не играю в игрушки.

– Знаю.

Показывает, как пользоваться панелью и где найти все мои приложения.

– Спасибо!.. – порывисто обнимаю за шею и смачно целую в щеку.

– Кормить будешь?

– Да!

Бросаюсь к аэрогрилю, чувствуя, что немного покраснела. Я давно отвыкла от открытого проявления эмоций, и порой теряюсь в ситуациях, когда это случается.

Во время ужина болтаем обо всем на свете. Савва рассказывает о фестивале автозвука, который прошел на прошлых выходных в Москве, а в следующем месяце пройдет у нас. Я – о работе. О просроченном договоре и о том, как Саша хотела прикрыться мной.

– Что с новой работой?

– Завтра еще два собеседования.

– Где?

– Салон красоты и помощник секретаря в строительную фирму, – озвучиваю, понимая, как странно это звучит.

– Пиздец.

– Просто я разослала резюме вообще по всем местам, где требуются сотрудники.

– Давай, я у нас узнаю?..

Савелий работает программистом в IT-компании, сфере, где я не смыслю абсолютно ничего.

– Что я там буду делать? Варить кофе?..

– А помощник секретаря, по-твоему, чем занимается?

Я тяжело вздыхаю. Не то, что бы я была против работать с Саввой в одной компании. Тут другое – не слишком ли многим я буду обязана ему?

– Я подумаю, ладно?

– Думай, – роняет он, снова отвлекаясь на переписку в телефоне.

Остаток вечера мы проводим за просмотром фильма – катастрофы. Савелий на полу у дивана, а я на диване с ведерком ванильного мороженого в обнимку. Эта традиция родилась, когда после развода я до жути боялась одиночества. Иногда Савва оставался даже ночевать.

– В субботу Токарь прилетает. Эдик собирает всех по этому случаю на даче. Пойдешь?

– Он мне не писал, – говорю, наблюдая, как Савелий обувает кеды в прихожей.

– Мне звонил, позвал нас обоих.

Максим Токарев наш бывший одноклассник. После вуза перебрался на пмж в Штаты, но наведывается в родной город стабильно пару раз в год. И каждый раз всех нас собирает.

– Пойду, – соглашаюсь, решив, что встреча с одноклассниками сейчас будет очень кстати.

Савва выпрямляется и накидывает капюшон худи на голову.

– Спасибо! – благодарю еще раз.

Поднимаюсь на носочки и, повиснув на шее, прижимаюсь губами к щеке. На языке вертится шутка, что ему пора бы обзавестись нормальной девчонкой, но сострить я не успеваю. Обвив одной рукой мою талию, он отрывает меня от пола и вроде бы случайно мажет губами по моим.

– Шалимов!.. – восклицаю возмущенно, – Нафига так делать?!

– Как?..

В голову ударяет кровь. Толкнув его в грудь обеими руками, я делаю шаг назад и ударяю по плечу еще раз.

– Не пойду никуда!

– Забей…

– Иди в жопу!

– Забей, Климова!.. – смеется он, – Я не хотел. Это случайно вышло.

– Мы же договаривались, Сав!.. Ты обещал!

– Я помню. Больше не прикоснусь, клянусь!

Я так зла на него, что не удерживаюсь и толкаю снова. Савелий продолжает хохотать, но мы оба понимаем, что ничего смешного в этом нет.

Нельзя нарушать равновесие, нельзя пересекать границы, о которых мы договорись когда-то. Нельзя этого делать, если мы хотим продолжать дружить!

– Остынь, Ксюх! – перехватывает мое запястье, – Я все помню, ясно?.. И твое решение уважаю.

– Наше решение, – вставляю я.

– Наше, – подтверждает Савва, хотя вряд ли так на самом деле думает.

Глава 9

Ксения

– Два американо, пожалуйста, – прошу Игоря, бариста из кофейни, в которую я ежедневно заглядываю перед работой, даже если сильно опаздываю.

Сегодня я вовремя, и мне кажется американо – это именно то, что нам сегодня нужно с Александрой. Она истерила накануне, когда поняла, что Росс вычислили ее косяк на раз – два и потребовал объяснительную в письменном виде, которая наверняка пойдет в личное дело.

– Ксюх, слушай, – говорит трубка ее голосом, когда я захожу в лифт и нажимаю нужную кнопку костяшкой пальца.

Двери закрываются и связь прерывается, однако двух ее слов оказывается достаточно для того, чтобы выбить меня из состояния равновесия. Картонный держатель для двух стаканов кофе ощущается кирпичом в руке.

Прижавшись спиной к стенке лифта, я уже примерно знаю, что услышу от нее.

– Слушай, Ксюх, я приболела, – договаривает начальница, когда я сама ее набираю.

– Нет, Саш…

– Вирус подцепила, наверное, – слышу в динамике ее сбитое от быстрой ходьбы дыхание и звуки утреннего города, – Всю ночь не спала. К утру температура поднялась.

– Саша!

Врет ведь! Врет!..

– Еще и перенервничала вчера с этим договором…

– Напиши объяснительную и отправь ее по почте!

– Я в больницу пошла! Я с сегодняшнего дня на больничном, Ксюш!..

Зажав телефон между ухом и плечом, толкаю дверь нашего кабинета. В нем сыро и прохладно, потому что мы забыли вчера закрыть окно.

– Думаешь, в это кто-то поверит? Считаешь Росса идиотом? Он не идиот, Саша!..

– Я. Заболела, – выдавливает раздраженно, – Мне все равно поверите вы или нет. Я имею законное право на больничный и выйду на работу со справкой от врача.

Я скидываю вызов и бросаю телефон на стол. Бессильная ярость давит на виски.

Сегодня мне как минимум придется наведаться в приемную Давида, чтобы забрать договоры с подписи и унести новые. А еще в одиночку доделывать отчет.

Сука.

Я знаю, как она ходит на больничные. Сама пару раз оформляла через нее, но… поступить так со мной сейчас…

Я зла до дрожи.

Росс звонит по служебному перед перерывом на обед. Сам.

Мои пальцы трясутся, когда я принимаю вызов.

– Слушаю.

– Жду Колесник у себя, – говорит Давид ровным безэмоциональным голосом.

– Она заболела. Ушла на больничный.

– Не удивлен, – отвечает он, – Зайди за договорами.

– Кхм… – горло саднит от того, с каким усилием из него выходит каждое слово, – Оставь их в приемной, пожалуйста. А я оставлю у секретаря новые договоры на подпись. Их всего два.

Вместо ответа в трубке раздаются короткие гудки.

Нет, он все-таки идиот, если решил использовать грубость в качестве щита. Будь я такой, как пять лет назад, он меня не остановил бы.

Быстро распечатываю договоры и кладу их в папку. Раньше мы отправляли их электронкой секретарю Родимцева, но теперь нам велено приносить их в распечатанном виде лично и быть готовыми к уточняющим вопросам.

Причесавшись у зеркала, я слегка щипаю щеки кончиками пальцев – слишком бледными они выглядят. Не хочу, чтобы мое внутреннее состояние отражалось на внешнем виде.

Это удел неуравновешенных, не умеющих контролировать реакции своего тела малолеток.

– Добрый день, – здороваюсь с Валерией негромко.

Она кивает мне, не переставая клацать по клавиатуре, и указывает взглядом на лежащую на углу ее стола папку с подписанными договорами.

– Отлично… – бормочу, забирая ее, – А эту оставлю на подпись, окей?

В момент, когда я собираюсь поменять их, слышу позади звук приближающихся мужских шагов. Узнаю его мгновенно.

Внутренне ощетинившись, застываю.

– Зайди, – велит Давид, шагнув мимо меня.

Его подавляющая энергетика сносит ударной волной.

Сначала окунает в кипяток, а в следующую секунду пронзает ледяными иглами.

Затылок и плечи каменеют.

Словив полный любопытства взгляд Валерии, забираю обе папки и захожу в кабинет вслед за Россом. Кажется, он не слишком озабочен вопросом конспирации.

– Закрой дверь, – просит он, обходя длинный стол и усаживаясь во главе него в кожаное кресло.

Делаю то, что он сказал и, подойдя ближе, кладу перед ним договоры на подпись.

– Присядь, – ровным прохладным тоном.

В груди начинает штормить. Короткие команды Росса вызывают ярое отторжение. Я уже давно не его ручная собачонка, готовая ради ласкового слова ходить на задних лапках.

– Подпиши договоры, и я пойду.

– Минуту, – бросает он, что-то печатая в телефоне.

Затем он звонит кому-то, требуя понижения кредитной ставки, и только после этого смотрит на меня.

Пристально. Долго. Не скрывая интереса.

Моя кожа горит, пока я вынуждена терпеть это.

– Твоя начальница действительно заболела, и таким образом она пытается избежать ответственности? – спрашивает, наконец, – Она тоже ищет новую работу?

– Я не знаю, – отвечаю тише, чем мне хотелось бы.

– Не знаешь?

Молчу несколько секунд, группируясь и собираясь с силами.

– Я не знаю ответа ни на один из твоих вопросов.

– Прикрываешь ее?

– Нет.

Не знаю, видит ли он, как меня разрывает от злости. Колесник все-таки подставила меня!

– Кто из вас двоих курирует договор с МакМаркетом?

Так и не занявшая ни один из предложенных стульев, я стою в двух метрах от его стола. Нарастающий в ушах шум начинает путать сознание.

– Колесник? – догадывается, не дождавшись ответа.

– Да. Подпиши договоры.

Давид двигает папку к себе, открывает ее и читает первый из них.

– Эти стоит проверить? – поднимает на меня глаза.