– Справедливо, – кивнула Геката. – Но они не поняли не потому, что я им запретила. Они запретили это сами себе, мне и напрягаться не пришлось.

– В смысле?

– У большинства людей, живущих на территории Черного Города, есть определенное представление о Воплощениях. Как правило, завышенное и искаженное, именно поэтому перед нами традиционно бухаются на колени. Станет ли божество притворяться кем-то другим? Вообще опускаться до такого?

– Маловероятно, – оценил Марк.

– Вот именно. Даже если они увидели какое-то сходство между мной и Великой Жрицей, даже если бы однажды уловили имя «Геката», обращенное к Жрице, они запретили бы себе воспринимать его всерьез, потому что Воплощение не стало бы ввязываться в такой маскарад. Они не знают, кто я, потому что не хотят знать, это лучшая маскировка.

– Внешней маскировкой ты тоже не пренебрегла.

– Потому что разоблачить меня попытаются не только свои, но и чужие. Со своими мы разобрались. Чужие относятся к Воплощениям с меньшим трепетом, однако они видели меня только издалека. В общении с ними нынешней маскировки достаточно.

– И все равно я не понимаю, зачем.

Его настойчивость не раздражала Гекату, видно, она и сама понимала, что догадаться о таком невозможно. Она пояснила:

– Как раз потому, что Воплощение – ценнейший ресурс Черного Города. Если бы я стала путешествовать открыто, я сама привлекла бы слишком много внимания. Одни попытались бы поймать меня, чтобы убить, изучить или вернуть за выкуп, выбери любой вариант. Другие не стали бы общаться честно, опасаясь неверным словом нарваться на немедленную смерть от моей руки. Короче, хлопотно и неудобно. Да и потом, не нужно, чтобы тот, кого мы разыскиваем, выяснил, что за ним послали Воплощение, раньше срока.

– А пока он не знает, что с экспедицией ты, основной целью остаюсь я.

– Только не говори, что испугался!

– Не больше, чем раньше. Просто обозначаю факт.

– Ты уже знаешь, что Черный Город недавно даровал мне способность полностью маскировать свой сигнал и отправлять ложные данные любым возможным сканерам, – напомнила Геката. – Я для всех теперь не просто какая-то подозрительная тетка, а стопроцентный человек.

– Иллюзия продержится ровно до того момента, как ты разберешь на составные части местную армию.

– Ты и багаж из машины номер два как раз нужны для того, чтобы мне не пришлось этого делать, – сказала Геката. – Это не только вопрос выбора. Я держу отчет перед Черным Городом. Если я применю силу, меня обязательно спросят о причине, и причина должна быть очень серьезной. До ее появления меня обязаны защищать вы. Остальные уже усвоили, теперь скажу и тебе: меня нужно защищать не «как будто» я беспомощна. Я на этой миссии действительно беспомощна. А если я перестану быть таковой, миссию можно считать завершенной.

Марк сильно сомневался, что это действительно правильный подход к такому заданию, но спорить не видел смысла – раз решение уже принято. Он предпочел сосредоточиться на дороге и на подготовке к тому, что их ждет.

Первое порадовать не могло: пылающие озера сменились безжизненной каменистой пустошью, на которой даже дорог как таковых не было, машины просто выбирали для проезда участки поровнее, которые постоянно менялись из‑за частых землетрясений. Самыми примечательными элементами пейзажа становились бесформенные металлические руины, но и они попадались на удивление редко. Казалось, что здесь успели провести уборку, только вот непонятно, кому такое могло понадобиться. Даже в ясные дни земля едва отличалась от неба, а уж когда налетали облака, горизонт попросту исчезал, стирался, и создавалось впечатление, что впереди лишь воронка гигантского урагана.

– Какой-нибудь инструктаж насчет Семи Ветров будет? – спросил Марк. – Или базовой информацией все ограничится?

Такой информации как раз было немного: крупнейший независимый город, сохранивший порядок и защиту, перевалочный пункт для караванов беженцев, для Черного Города – не угроза, однако и не союзник. На этом – всё. В глубине души Марк подозревал, что о Семи Ветрах особо не рассказывали, чтобы у ценных специалистов не зародилась шальная мысль сбежать туда, но такие версии лучше держать при себе.

– А что, Бардас еще не откашлял основные инструкции? – удивилась Геката. – Любит он тянуть до последнего… Ему было велено проинформировать вас после того, как он дежурил тут.

– Наказывать будешь?

– Смысла нет, да и нехорошо, если покажется, будто ты докладываешь мне. Думаю, он делает это прямо сейчас, дождался, пока ты уйдешь.

– Тогда я останусь с минимумом информации, а у него будет возможность заявить, что это совпадение, – усмехнулся Марк.

– Да, примерно так… Не проблема. Он все равно не расскажет тебе столько же, сколько я.

– В принципе, я помню лекции о независимых городах еще со времен академии…

– В принципе, можешь забыть, – поморщилась Геката. – Такие лекции носят скорее пропагандистский, чем информационный характер. Да и потом, Семь Ветров – слишком уникальная штука, чтобы уместиться в какие-то общие характеристики.

Насколько было известно Марку, независимыми городами считались территории, которые были невелики и не обладали могущественным покровителем, но при этом обеспечивали своим жителям хоть какую-то безопасность. Образовывались они обычно на месте крупных мегаполисов прошлого, использовали их ресурсы и наслаждались стабильностью несколько лет – пока не появлялась новая угроза, к которой они были не готовы. Тогда стены рушились, жители превращались в беженцев, а город продолжал свое существование уже как руины, пожираемые дикой природой.

Семь Ветров создавались с нуля – возможно, это и стало причиной их долголетия. В какой-то момент несколько крупных кланов кочевников сумели договориться между собой. Среди них было достаточно профессионалов, которые могли построить достойное убежище и обеспечить ему нужную защиту.

– Построить из чего? – уточнил Марк. – Насколько я понял по карте, город стоит чуть ли не в середине пустыни.

– Не чуть ли, а в середине. Это удобно: никакая хреновина не совьет гнездо по соседству.

– Вопрос о материалах остается открытым.

– Скоро сам закроется, когда ты все увидишь, – загадочно пообещала Геката. – Такое словами описывать – только портить, лучше положиться на собственные глаза! Изначально это была скорее крепость, в которой все кочевники дружно прятались от невзгод бытия. Но время показало, что с «дружно» у них дела обстоят не очень, род человеческий к такому склонен. Заслуга основателей в том, что они не разбежались и не поубивали друг друга. Они договорились существовать вроде как рядом, в некоем союзе, но сохраняя собственное управление. Таким образом сформировался город с семью кварталами плюс общая территория между ними.

Насколько удалось разобраться Марку, каждый квартал представлял собой внушительную часть города со своими законами и своим лидером, которого там именовали Ветром. Геката охарактеризовала это как «инфантильный символизм».

Общая территория предназначалась для торговли и совещаний. Единого правления у Семи Ветров не было, но вот уже почти сотню лет у местных вожаков хватало ума избегать глобальных ссор, способных привести к крушению всего города.

– Хотя интригуют они там знатно, – добавила Геката. – За эти годы в некоторых кварталах и правители, и уклад жизни глобально поменялись. Где-то старые законы держатся. Но пока они знают, что по отдельности долго не проживут, какой-то шанс на будущее у них есть.

– Так что за кварталы? Или это мне тоже нужно увидеть своими глазами?

– Нет, внутри все не так примечательно, – признала Геката. – Тоже интересно, но масштаб оценить сложно, тут знать надо. Нам в сфере последних событий наиболее интересны медики. Эти лечат и местных, и беженцев, изготавливают лекарства, а главное, устанавливают протезы. По большей части полуграмотная шваль, самоучки, но встречаются и действительно крутые специалисты, по разным причинам оказавшиеся в Семи Ветрах. Их главные преимущества – удачные изобретения и доступ к мутировавшим травам, которого у нас нет, потому как мы эти сорняки давно выпололи с эгоистичной целью выживания.

– Если продавец игрушек действительно там, насколько легко его будет найти?

– Думаю, «легко» – последнее слово, которое применимо в такой ситуации. В правлении у медиков матриархат, но мягкий, ненавязчивый, слишком уж сильно квартал зависит от врачей-мужчин. Если совсем упрощенно, девочки между собой решили, что они главные, но особо об этом не орут. Их лидер славится чем угодно, только не адекватностью, так что действовать нам придется даже осторожней, чем хотелось бы.

Марк без любых пояснений понимал, что они просто не смогут заявиться к медикам с требованиями: это бессмысленно и вызовет настороженность раньше времени. Пока что Геката планировала изображать переговорщицу Черного Города, присланную для укрепления дипломатических отношений как таковых. А для этого ей нужно было наладить контакт со всеми кварталами.

– Реальной боевой мощью обладают только два квартала, – уточнила она. – Конструкторы и воины. Воины сильны традициями и дисциплиной, а еще тем, что разработали уникальный боевой стиль, который впечатляет и сейчас, когда пехота по большей части бесполезна. Плюс, внутри Семи Ветров, в условиях ограниченного пространства, они по-прежнему эффективней большинства машин. Конструкторы, они же инженеры, они же механики, изобретают, строят и продают машины разного толка, боевые в том числе. В обоих кварталах, кстати, стабильно идет наследование внутри одной семьи, без каких-либо переворотов, что тоже способствовало развитию. Остальные четыре квартала не представляют для нас угрозы, да и большой пользы от них ждать не стоит.

– Мы говорим о большинстве.

– Для тебя станет открытием то, что большинство способно оказаться бесполезным?

Марк ожидал, что она утрирует, такая привычка за Гекатой водилась. Однако оказалось, что она всего лишь оценивала кварталы с перспективы боевых способностей.

В этом плане отличиться могли разве что проводники. Они не жили в Семи Ветрах постоянно, там они проходили подготовку. Но они традиционно оставались сами по себе, и при возникновении реальной угрозы они скорее разбежались бы в разные стороны, чем выступили единым фронтом.

Кормильцы по большей части оставались безобидны – сплошь фермеры и собиратели. Собственная линия обороны у них была, но представленная нанятыми воинами и машинами, закупленными у конструкторов. На их удачу, в продовольствии нуждались все, поэтому кормильцев берегли.

Развлекателей и вовсе мало кто воспринимал всерьез. И все же этому кварталу позволили существовать, он образовался в период, когда Семь Ветров превратились в достаточно сытое и безопасное место, чтобы люди начали задумываться о чем-то большем. Они даже вспомнили, что такое скука! Теперь квартал предлагал самые разные забавы, от кулачных боев до интерактивных спектаклей. По популярности, впрочем, лидировали публичные дома.

Ну а последний квартал предназначался для путешественников. Его постоянное население было немногочисленным, в основном торговцы. Они пользовались тем, что чужакам разрешалось селиться лишь на определенных улицах и заходить только на общую территорию, в другие кварталы – уже нельзя. Правитель все равно был, в его обязанности входил контроль за порядком и предотвращение любых угроз со стороны путешественников.

Марк пока не брался сказать, какие кварталы будут ценны для их экспедиции. Очевидный вариант он принимать по умолчанию отказывался – если бы продавец игрушек был предсказуем, до погони за ним вообще дело не дошло бы. Нет, им, вероятнее всего, придется обыскать весь город, знать бы только, как это сделать так, чтобы их на месте не убили.