Между тем автомобиль заныривает на подземную парковку в самом центре Москвы. Я люблю тут отдыхать. Можно и вкусно поесть, и прогуляться до Красной Площади… Да, я тот редкий москвич, кто с огромным удовольствием лишний раз посмотрит на Храм Василия Блаженного. Несмотря на то, что в детстве меня постоянно сюда таскали. Однако сейчас не до этого. Надо поесть и… Успеть скататься в Тулу… Хотя нет, сегодня мы попросту не успеем.

Это невозможно! Не то что день наперекосяк… Еще и завтрашний целый день насмарку! Мы выходим из машины. И я очередной раз отмечаю, что Нюра идет как принцесса. И волосы ее лежат локонами по плечах, и курточка идет… Юлька одевает дочку со вкусом. Как куклу, даже лучше. И что самое главное, Нюра чувствует себя в своей тарелке.

Ребенок теряется лишь когда мы заходим в ресторан. Тут-то я понимаю, что несмотря на красивую одежду и хорошие манеры, практики посещения общепита у Нюры нет.

Она замирает на пороге и обводит глазами большой темный зал. В этот момент к нам подходит улыбчивая администратор, которая прекрасно меня знает:

– Андрей Николаевич, добрый день! Сколько вас будет?

– Двое. Я и эта очаровательная девочка! Кстати, а вы могли бы приготовить куриную лапшу?

На лице девушке на мгновение появляется растерянность, но она тут же натягивает на себя доброжелательную улыбку:

– Я думаю, с этим проблемы не возникнет! Разрешите я вас провожу?

Нюра выглядит мрачной. Она смотрит то на администратора, то на меня. И когда мы садимся за столик, она произносит:

– Я никогда не была в ресторане.

– Когда-то надо начинать, – я протягиваю ей меню, – Суп я тебе заказал, а второе выбирай сама. Что там мама тебе готовила? И десерт туда же.

В этот момент Нюра на меня смотрит как минимум как на предателя. Обычно что есть решает мама. Ну а я… Делаю вид что этого не замечаю. Блин, ну не объяснишь же ребенку что не все взрослые компетентны во всех вопросах одинаково.

– Здесь темно и шумно, хуже чем в группе.

– В какой группе?

– В детском саду. Там тоже маленькие столики и гремят ложки. – она брезгливо оглядывает зал, в котором на самом-то деле не так уж и много людей, и ложками никто не гремит, только фоновая приглушенная музыка.

– Здесь кормят лучше чем в детских садах. – оправдываюсь перед ребенком. Да, такого мне еще делать не приходилось.

И пока мы делаем заказ, на меня наваливаются мысли: учится ли Нюра в школе? Как она проводит время? Куда ее девать днем? О боже! Я когда ее забирал, об этом совсем не подумал. А теперь, когда очаровательное создание сидит и хлопает ярко голубыми глазами, выясняется, что все совсем непросто. В общем, надо аккуратно все выяснить. Однако я не успеваю ничего спросить, когда она первая начинает допрос.

– Папа, а ты пьешь?

– Чай или кофе…

– Алкоголь.

Черт! Они все сговорились что ли? То отец рассказывал что я умру пьяный под забором, теперь ребенок справки наводит. Интересно, это я как-то не так выгляжу?

– Нет, я пью только по праздникам, – не свожу глаз с девочки, – А почему ты спрашиваешь?

– Мама говорила что ты не можешь сдержать свои желания. И поэтому вы расстались.

Боже… Этого ребенка хочется запереть в хранилище Ленинской библиотеки. Потому что те слова, которыми она говорит… Это сколько книг прочитать надо? Ну и следующий вопрос: это какие желания я не контролировал? Или не я.

– Мама ошибается, – натягиваю на себя улыбку. А вообще, когда Юлька выздоровеет, я ей устрою… Встречу у фонтана. Это ж сколько она наговорила на родного отца! – Я очень скромный.

Нюра недоверчиво оглядывает меня.

– Ты скромный, а обедаешь в ресторане.

Спорить с Нюрой смысла нет, поэтому я перевожу разговор на другую тему:

– Ты ходишь в школу?

– Я пойду в первый класс в следующем году, – гордо заявляет. Я уже расслабляюсь, но девочка тут же добавляет, – А сейчас я хожу в хореографическую школу.

Приплыли. Нет, так-то теперь я понимаю, откуда эта походка, прямая спина… Но черт! Теперь надо искать приличную хореографическую школу в Москве, а значит, нужна еще одна машина и водитель, чтобы возить Нюру. И что, если ей новая школа не понравится?

Вот смотришь на Нюру, и понимаешь. Надо было слушаться папу и жениться на дочке министра. Любой. Они конечно потомственная интеллигенция и все такое, но по факту все, кого я встречал, простые, как русская трехлинейка!

А тут на тебе! Хореографическая школа и куча прочитанных книг в анамнезе. И не ровен час, еще выяснится, что Нюра грамотнее меня будет.

– Мы найдем тебе школу тут, не переживай.

– Я не переживаю, – спокойно отвечает ребенок, – Кстати я хожу не только на хореографию…

Глава 7. Андрей

Нет, я конечно знал что детей надо развивать, обучать, водить на кружки… Но в случае с Нюрочкой у меня возникает твердое ощущение что я не потяну. Как Юлька-то все тянула? Загадка.

– Ну и какие кружки ты еще посещаешь? – интересуюсь, но без особого энтузиазма. В этот момент к нам подходит официантка и с очаровательной улыбкой ставит первое.

– Приятного аппетита! – произносит девушка.

Я решил уподобиться дочери и тоже заказать какой-нибудь суп. Дочери… Нет, мне бы сейчас хотелось, чтобы именно я оказался причастен к появлению на свет такого золота! Но что-то мне подсказывает, что если бы папой был я, то Нюра занималась бы не балетом, а била стекла и прыгала по чердакам. Хотя… Нет никаких гарантий что она этим не занимается тоже.

– Спасибо, – громко отвечает Нюра и приступает к еде, – Я занимаюсь рисованием и лепкой, скульптурой. Еще я хотела пойти в музыкальную школу, но мама сказала что мне будет тяжело. Хотя было бы классно играть на скрипке или на пианино, а еще петь!

Ох, Юлька, никогда не думал что буду тебя благодарить за то что не отдала дочь в музыкалку. Потому что ребенок, скрипка, собака и хореография в одном доме – это верный путь в дурку.

– Ну, ничего, лепка тоже прекрасно, – киваю, – Кстати, как суп?

– В целом вкусно, но мама готовит лучше.

Лучше чем в топовом московском ресторане? Я сдавленно вздыхаю. Наши отношения не дошли до той стадии, чтобы Юля мне хоть что-то приготовила… А жаль.

Черт! Вот я баран! Пока суть да дело, надо озадачить Службу Безопасности. Пускай узнают что с Юлей, и можно ли ей помочь. А завтра я уже заеду в больницу подготовленный. И пока снова из головы не вылетело, я пишу сообщение своим помощникам. Небось сидят прохлаждаются. Знаю я их трутней.

– У тебя есть подружки? – пока мы обедаем с Нюрой, и я отмечаю про себя, что вопреки опасениям, с ней и правда интересно! Хотя передо мной маленькая девочка. Но слов из песни не выкинешь. Она очень развитая и сообразительная. И в моей голове уже возникает мысль, как Нюра отправится в лучшую школу, потом в лучший Университет… У Нюры будет все и немного больше.

– Да, у меня на хореографии есть лучшая подруга Влада! Она замечательная!

И дальше ребенок меня погружает в подробности своей жизни. В целом, если Нюра расслаблена, сразу становится заметно, что она совсем кроха. Такая же, как и другие маленькие девочки. Она тоже любит мультики про принцесс, играть в куклы и разные игры.

Когда мы заканчиваем обед, и официантка забирает тарелки, Нюра произносит:

– Спасибо, все было очень вкусно.

Меня это отчего-то удивляет. Даже я не такой воспитанный. Поэтому и мне, чтобы не ударить в грязь лицом, приходится улыбнуться и сказать… Тоже самое.

Мы выходим из ресторана, когда Нюра уточняет:

– Мы сегодня не поедем к маме и за собакой?

– Нюрочка, – беру ее за ладошку, – Туда часа три, и обратно. Мы просто не успеем все это сделать, понимаешь?

– Понимаю, – недовольная. Но не спорит. А мне становится стыдно что не смог ребенка порадовать. Еще раз смотрю на часы, скорее машинально. На работу уже ехать поздно. А что самое веселое, завтра меня тоже там не будет. Надо прикинуть что по планам и дать распоряжения заму. Обычно я бизнес так не забрасываю. Даже в отпуске в обнимку с компьютером, а сегодня… Впрочем, исключения тоже должны быть. Иначе я совсем рехнусь.

– Мы можем приятно провести время. Давай погуляем по городу? Можно сходить в магазин какой-нибудь.

Смотрит на меня недоверчиво. Видимо считает что я не слишком разбираюсь в досуге для маленьких девочек. Поэтому я поспешно добавляю:

– А вы с мамой как обычно проводите свободное время? Гуляете? Или в кино ходите?

– Когда как. Но в основном гуляем. В воскресенье. У мамы воскресенье выходной.

– И где вы гуляете? – держа девочку за руку, я вывожу ее из торгового центра как раз в сторону Большого Театра.

– В Тульском Кремле, – объясняет ребенок.

– А мы погуляем в Московском.

Однако ребенок замирает. Ее бровки тянутся к переносице. Она поворачивается ко мне и произносит:

– Это Большой Театр?!

– Да, – киваю.

– Я хочу туда! Пожалуйста! – лицо Нюры становится таким просящим, что я невольно расплываюсь в улыбке. Ну конечно, ребенок, который увлекается хореографией, не может не быть в курсе, что такое Большой Театр! – У нас в зале висит фотография Большого Театра! И если я скажу что я там была, все умрут от зависти!

– Не вопрос, давай сходим, там касса есть, узнаем, есть ли билеты. И купим, – ну слава Богу! Хоть где-то удастся порадовать ребенка!

– Да, спасибо! – Нюра буквально тянет меня за руку, чтобы я шел быстрее. Мы подходим к Большому театру… И конечно же на сегодня билетов уже нет…

– Есть на балет “Жизель”. В субботу. Через три дня. Пойдет?

– Да, пойдет! – Нюра кивает, глаза горят, а я… Понимаю что пара билетов – штука недешевая. Особенно партер! Но! Будем надеяться что искусство того стоит. По крайней мере я последний раз был в театре лет пятнадцать назад. Отец пинками заставил идти. Ох, как же я возмущался! Считал что это унижение – мужику идти на балет! А сейчас… Сейчас я уже так не считаю. Но вот что там в этой “Жизель” показывать будут, надо бы погуглить. Заранее. А то позориться перед маленькой девочкой совсем не хочется.

– Смотри, – показываю ребенку только что купленные билеты. И Нюра со всей своей непосредственностью сообщает:

– Вот теперь я начинаю верить что ты хороший папа.

Глава 8. Андрей

Ну хоть где-то не оплошал. Сам удивляюсь тому, насколько я рад похвале от маленькой девочки. Ну ничего. Лиха беда начало.

Мы с Нюрой прогуливаемся до Красной Площади. Правда уже вечер и прохладно, но девочка с интересом все разглядывает. И когда мы подходим к памятнику Жукову, она с восторгом произносит:

– Мы с мамой были тут один раз, но давно. Я была совсем маленькой! – и говорит с таким важным видом, будто сейчас-то она большая! Однако просто гулять не выходит. Нюра меня заваливает вопросами: кому памятник, что он сделал? Что это за здание? А это?

Слава богу что в архитектуре Москвы я разбираюсь гораздо лучше чем в балете, поэтому я рассказываю и все показываю. И даже испытываю странную гордость от того, что я, такой умный, способен ответить на вопросы собственного ребенка.

Правда следом опять мерзкая мысль: “А мой ли?”

И самое интересное, что если я час назад еще планировал сделать тест ДНК, то сейчас не хочется разочаровываться. Лучше думать что он мой, нежели твердо знать что отец какой-то посторонний тип.

Замерзшие, мы заходим в ГУМ, который сейчас изнутри украшен большими кленовыми листьями. Нюра задирает голову, и на ее красивом личике написан восторг! А я и сам рад немного расслабиться. По пути нам попадается детский магазин, и по взгляду Нюры я понимаю, что ей ужас как туда хочется!

Ну а я же папа! И папа не абы какой, а с возможностями, поэтому мы конечно же идем в этот самый магазин.

Не успеваю переступить порог, как Нюра отпускает мою руку и тут же оказывается возле полки с игрушками. А я поглядываю на вешалки с одеждой. Так-то Юлька молодец, девочка хорошо одета, но вдруг надо что-то еще? А есть надо, то что?