– Я рада, что тебе нравится, солнышко! Я постараюсь привозить такое почаще, – спокойно ответила я.

Взгляд брата нервировал. Конечно, он не шел ни в какое сравнение с тем, какой был у Беркута. Там меня словно ледяным ушатом воды окатили, но тем не менее сути дела не меняло.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать про твою работу? – скрестил он руки на груди.

Этот допрос от, по сути, ребенка раздражал и нервировал. Я, быть может, и не обращала бы на него внимания, но, после того как сегодня столкнулась с отцом своего ребенка, была несколько напряжена. Мягко говоря.

– Леша, мы сейчас не будем это обсуждать, – спокойно ответила я.

Кожу все еще жгло, внутри поселилась тревога, а меня катало на волнах от полной уверенности, что я со своей семьей под защитой, до чувства непередаваемой опасности.

Ну, по сути, что может сделать мне Беркут? Раскопать, где и с кем я живу, как работаю. Даже если он узнает про мою дочь, я даже не представляю, что может натолкнуть его на мысль об отцовстве.

– А когда? Я видел тебя на фото в одном из каналов и хочу знать, что за работа у тебя такая? – сорвался на крик он.

Сонная Мия дернулась и с опаской уставилась на своего дядю. Они были не разлей вода с самого детства. Еще бы, ведь он проводил с ней львиную долю времени, пока я работала, моталась по делам опеки и прочему.

Можно было сказать, что первым словом моей дочери только по счастливой случайности стало «мама», а не Леля. Так она звала его с детства. Я взяла сонную малышку на руки.

– Я сказала, что мы поговорим об этом позже. Но я тебя хочу предупредить, чтобы ты не делал выводов, о которых потом придется пожалеть. А еще не вздумал наговорить мне того, за что потом будет стыдно.

Мой голос звучал строго. Брат сразу же приосанился, но надо было понимать, что этот бунт придется гасить в зародыше. Что за канал он вообще видел?! И где?

Нет, дом хозяина часто снимали в разных фотосессиях, а его антураж не раз становился местом каких-то мероприятий и даже производства фильмов. Но никогда персонал не участвовал в этом.

Со всеми нами был подписан договор о неразглашении, не говоря уже о том, что он работал с обеих сторон, на нас могли устроить охоту папарацци, и все это понимали, так что наши личности держались службой безопасности в большом секрете.

То, о чем говорил брат, скорее всего утечка. Незапланированная и более чем спорная. Мне надо узнать откуда и отправить соответствующую информацию ребятам. Мало ли… Хозяин строго следит за конфиденциальностью всего происходящего.

Он как-то обмолвился, что это в первую очередь из-за нас. Мы приносим в его жизнь праздник и радость. Антураж, который позволяет ему чувствовать себя кем-то особенным и не выпавшим из творческой обоймы.

– Мари, когда тебе за семьдесят, и ты всю жизнь жил в театре и театром, то нет никакого желания менять фейерверк красоты на унылую пенсию с санаториями. Да и зачем? Но вот подставлять вас я не намерен.

А дальше шли справедливые рассуждения, что, засветившись раз в таком месте, потом человеку будет непросто отмыться. И я полностью согласна с ним.

Один взгляд Беркута чего стоил… Он же как раз и вынес мне приговор. Такая! То есть продажная и развратная. Шлюха, что ублажает престарелого эксцентричного старика. Никак не меньше. Точнее, главная среди шлюх. Бриллиант.

Я пошла укладывать дочь. Это случается довольно редко, так что я наслаждалась общением с ней. Каждая проведенная минута вместе у нас на вес золота.

Она доверчиво жалась ко мне, лопотала свои рассказы про садик и друзей. Показывала все игрушки по кругу, а потом заснула, мило приоткрыв ротик.

Она не была похожа на Беркута в общепринятом смысле. Белокурые волосы, светлые глаза и в целом кукольная мордашка выдавали в ней мини-копию меня. Но было что-то такое неуловимое…

Это сложно описать словами. Просто очень часто становилось понятно, что она ЕГО дочь. Мимикой, взглядом, всплесками характера. Я мало знала Кирилла, но он так ярко отпечатался в сознании, как будто появлялся в нашей жизни регулярно.

Когда Мия уснула, я вышла из комнаты и сразу же столкнулась с братом. Тот времени не терял, а молча протянул мне свой мобильный.

Тяжело вздохнула, разговора не избежать. А я так хотела переключиться и подумать. Прикинуть чем нам может грозить появление отца Мии и хотя бы предположить, варианты. На всякий.

Но как только я увидела фото на экране, все это вылетело из головы. Потому что в одном и каналов социальной сети имелась целая статья, посвященная развратному месту старого извращенца.

И фото там тоже были. Очень много фото. А еще лично мне стало понятно, что слила их в сеть моя приятельница Вика…

Глава 14. Марика

Беркут не выходил из моих мыслей целый день. Да как он мог, когда стоял перед глазами, а кожа до сих пор горела в местах, где его пальцы касались меня.

Я не понимала, почему не могу задвинуть эти ощущения на задний план. Тем более сейчас, когда вылезла реальная проблема, а не потенциальная. Мне же предстояло сделать выбор.

Очень страшно решать судьбу другого человека. Как я поняла, что статья от Вики? Да все просто. Я видела ракурсы, узнавала день, когда все это было снято, да и вообще на одном из фото торчал ее маникюр.

Я должна была сообщить хозяину и его службе безопасности как можно скорее. Я обязана была доложить о происшествии, чтобы все было подчищено.

Канал хоть и был закрытым, но брат же как-то туда попал? Да и в нем было слишком много подписчиков, десятки тысяч просмотров. В целом, такая качественная помойка со сплетнями, разоблачениями и прочими мерзостями.

Там были десятки наших фото. В том числе и моих. Причем все вывернуто так, словно у нас там оргии, Содом и Гоморра. Боже… Интернет же помнит все, и если моя дочь когда-то такое увидит…

– То есть, ты хочешь сказать, что только готовишь там? Вот в таком виде? Чулки не жмут? – не сдержался брат.

Я же была близка к тому, чтобы влепить ему пощечину. Еще от него не хватало выслушивать. Возомнил себя моралистом и теперь решил мне высказать! Огрызнулась:

– Мне надо повторить несколько раз? Я нашла прекрасную работу, которая хоть и с особенностями, но за столько лет ни разу меня не подводила. Я чувствую себя там в гораздо большей безопасности, не говоря уже о востребованности и взаимоуважении.

– Ага! Вижу я твою востребованность и уважение! Ходишь как… Ты сама знаешь, как кто, – обиженно воскликнул он.

Какой же Лешка еще ребенок! Словно маленький закомплексованным мальчик, играющий в строгого папку. Но я не позволю ему высказывать мне подобные претензии. Ни сейчас, ни когда-либо.

– Если ты не слышишь, то это твои проблемы, Леша. Я не собираюсь перед тобой ни отчитываться, ни оправдываться. Мне повезло с этой работой, а вот ты мог бы проявить уважение ко мне и тому, что я сделала, прежде чем строить из себя мстителя. Неужели ты думаешь, что я пошла бы торговать телом, Леша?

Правда, после этой фразы, что прозвучала зло и даже несколько обиженно, я отвернулась. Потому что один раз я все же свое тело продала и даже не пожалела об этом.

Разумеется, я не собиралась идти в древнейшую профессию. Сама понимала, что у меня даже мысли такой не было, но… Почему-то при мысли о том, что ночь с Беркутом могла бы повториться, я испытывала извращенное возбуждение. Это сумасшествие?

Брат насупился, но дальше молчал. Ничего не говорил мне о том, что еще наворотил из мыслей в своей голове. Ну, его. Я все же набралась смелости и позвонила хозяину.

Тот ответил не сразу, а я немного сбивчиво и скомканно обрисовала ему ситуацию. Никогда ни на кого не стучала. Для меня подобное поведение считалось недопустимым.

Но здесь речь шла о судьбах разных людей. Не все, кто работал у Хозяина, были молодыми и беззаботными. Он многим дал шанс на нормальную жизнь и достойную зарплату.

Та же Виктория не просто работала горничной, а содержала больную маму, как она сама рассказывала. А теперь вот такое… Но я не собиралась разбрасываться обвинениями.

Если бы Беркут тоже так делал, а то выводы бежали вперед здравого смысла, и это несказанно напрягало. Хотя почему меня должно это волновать?

Всего одна ночь в прошлом. ОДНА! Одна крошечная, короткая и совершенно обычная ночь, оставшаяся в нашей памяти. В моей точно. Но, судя по всему, и в его.

Тот момент, когда его внимание одновременно и льстило, и пугало. Ну, да ладно, снова мысли про него, снова я не могу сосредоточиться на важном!

– Мари, у тебя есть предположения, кто мог отправить эти фото? – раздалось из трубки.

Выдохнула. Настал некий момент истины. Когда мне надо было обвинить другого человека. Но я решила не говорить голословно. В конце концов, с чего я взяла, что это именно Вика?

– Есть, но я не уверена, что они такие уж верные. Думаю, можно это обсудить с ребятами из службы безопасности.

– Хорошо, тогда собирайся, за тобой скоро приедет машина. Уладим это дело, оно не терпит отлагательств. Я не могу так рисковать своими людьми.

Кивнула скорее себе, чем ему и быстро собралась. Брат все это время слушал наш разговор и молчал. Он ничего не говорил, что радовало, а лишь наблюдал. Возможно, наше общение после того, как я вернусь, пройдет иначе.

Тем временем я торопилась. Когда выпорхнула из старенького подъезда, то увидела знакомую черную машину. Надо же, как быстро! Не задумываясь, села в нее. А зря! Следовало бы проверить, что за транспорт, и главное, куда он едет…

Глава 15. Марика

В машине почему-то чувствовала себя неуютно. Тем не менее решилась не отвлекаться и сделать хотя бы часть работы. Стоило подготовиться.

Скопировать и запринтскринить все материалы в канале, пройтись по подписчикам, посмотреть, когда была публикация, и еще раз порыться в чертогах памяти на этот счет. Брат мне сказал, что есть еще каналы подобного содержания, но он на них не подписан, просто был в курсе того, что этот пост вышел в нескольких местах.

Пока ехала, Леша прислал еще два закрытых сообщества. Я подала заявки, но их отклонили. Хотя аккаунт у меня был не мой, а брата. Конечно же, я не стала совсем уж палиться.

В какой-то момент меня ощутимо тряхануло на ухабе, и я отвлеклась от телефона. Странно. Дорога до хозяина всегда была хорошей.

Взглянув в окно, не заметила, чтобы мы проезжали знакомый маршрут. В груди екнуло, но я не стала впадать в панику.

Пробки, ремонт дорог, да все что угодно. Просто решила на всякий уточнить у водителя такси:

– А мы по какой улице едем? Что-то не узнаю дорогу.

Вот только ответом мне было молчание. По коже прошелся холодок. Хмурый мужчина в костюме хоть и походил на водителя бизнеса, но выглядел как-то совсем уж угрюмо.

Я привстала и окинула взглядом приборную панель. Хозяин заключал договор на наши перевозки с одной фирмой такси, и у них были определенные брендированные моменты.

В конце концов, имелся телефон, на котором строился маршрут. У меня все внутри оборвалось. Тут ничего подобного не было! Я села не в такси, это же очевидно! Произошла какая-то нелепая ошибка!

– Простите, кажется, я перепутала и села не в тот автомобиль. Эта машина явно предназначалась не мне, – спокойно ответила я.

– Девушка, никакой ошибки нет. Сидите спокойно, и никто не пострадает.

На этом моменте я поняла, что дело дрянь. Еще никогда со мной такого не было. Я осторожно отправила сообщение хозяину, что кажется, меня похитили.

При этом я не была привязана или лишена связи. Я могла вызвать полицию, но почему-то чувствовала, что это плохая идея. От моего работодателя прилетело сообщение.

Он просил не нервничать, сохранять спокойствие, пока он все выяснит. А еще не спорить с людьми, что это сделали. Спросил про отличительные черты авто и маршрута, где мы ехали.