Это определенный церемониал, что мы соблюдали изо дня в день. Стабильность или, если можно было сказать, даже выдрессированность. Каждый знал, что ему делать и собственные обязанности. Каждый следовал определенному протоколу.

– Прошу вас, – более сдержанно сказала я.

Это, разумеется, не укрылось от хозяина. Он посмотрел на меня с веселым прищуром, словно все понимал. Но ему попросту неоткуда знать нашу историю.

Да и какая это история? Так, одна ночь с последствиями. Для меня. Беркут наверняка попросту забил и не разбивал на эту тему. Ему-то какая разница от всего этого? Подумаешь, трахнул одну из сотен девушек.

Таких, как я, в его постели наверняка были сотни, а может, и тысячи. Поэтому я не тешила себя мыслью, что я какая-то особенная. Ага, как же! Смотрите, уникальная проститутка.

– Мари, дорогая, у тебя все хорошо? Может, тебя отпустить пораньше? Мы, в принципе, тут и без тебя справимся, я думаю. Или домой, к…

– Благодарю вас! А еще приношу свои извинения за неуклюжесть… – спешно перебила хозяина я.

В ушах застучало, а взгляд сам собой метнулся к Кириллу. Я сотни раз смотрела его фото в новостях и хрониках. Сотни раз представляла, как мы можем встретиться. Даже звонила его секретарю с просьбой записать на прием.

Он сейчас был большой шишкой, все же, начал политическую карьеру тут, в столице. Покинул наш маленький город сразу же после той ночи, отрезая пути к отступлению.

Я пыталась сказать про дочь, но только сейчас поняла, что не хочу, чтобы он знал о ней. Зачем? Чтобы что? Вряд ли его заинтересует ребенок от такой, как я. Ведь он наверняка и тем более после сегодняшнего считает меня шлюхой.

Правда не всем нужна. Вот и я как можно скорее воспользовалась предложением уйти домой. Правда, напоследок все же не удержалась. Бросила короткий взгляд на мужчину, что до сих пор являлся мне во снах.

Прощай! На этот раз, скорее всего, окончательно.

Глава 11. Марика

– Ничего себе, пораньше отпустили! Хотя куда тебе работать с такими руками? Чего не уходишь? – спросила Вика.

Со мной тут немногие так спокойно общались. Все же, я была на должности шеф-повара, то есть, руководила всем этим. Вика же просто оказалась, наверное, самой простой и в некотором роде бесцеремонной.

– Я обещала эклеры на завтрак. Сейчас быстренько сделаю и потом уже со спокойной душой домой.

Вот брат с дочерью обрадуются, что я так рано. Как раз смогу провести с ними время. Все же, этих мгновений с моей работой очень не хватало.

– Да у тебя на руках места живого нет. О чем речь вообще? Вот ты неугомонная! Подождали бы твои эклеры.

Не неугомонная, а профессиональная. Я бы не смогла пройти путь от простой помощницы повара до шефа в этом доме, если бы вот так вот забивала на свои обязанности. Если уж я сказала, что все приготовлю, то так оно и будет.

– Ничего, потерплю.

Вика закатила глаза, а потом просто взяла мои руки и еще раз перебинтовала их. Я молча наблюдала за ее движениями. Из нее вышла бы прекрасная медсестра или врач.

Заботливая, с четкими нежными руками и отвратительным, но в глубине души добрым характером. Вика была стервой, но при этом делала свою работу на отлично.

Тот случай, когда такой человек не провалится в эмоции и сострадание, но помогать не перестанет и не начнет делить людей на хороших и плохих. При этом о себе не забудет, а я уже поняла, что сердобольность и включенность в страдания окружающих – это пути в никуда.

Вика закатила глаза и ушла выполнять свои обязанности. Я же окунулась в приготовление эклеров, не в силах прогнать мысли о Беркуте. Надо же, как жизнь повернулась…

Какова была вероятность, что я встречу его здесь? Близкая к нулю. Тем не менее он тут, совсем рядом. Смотрит осуждающе, делает вид, что презирает и брезгует. Я не могла его осуждать.

Я собственному брату не рассказывала ни слова про работу. Зачем ему знать подробности? Подростковый максимализм не дал бы ему смотреть на вещи адекватно.

А мне только его истерик и не хватало. Не дай Бог, еще кинется защищать мои якобы попранные честь и достоинство. А то статей про этот дом, полный разврата, предостаточно.

Хорошо, что я эту информацию не искала, и лишь потом ребята рассказали всю правду. Точнее, ту правду, что преподносила желтая пресса. А там было что почитать…

Так вот не удивлюсь, если Беркут сочтет меня многоопытной куртизанкой с извращенными амбициями. Даже судить его за это не буду! Первый раз я оказалась перед ним нагая в костюме эскортницы, а второй – одетая как девка из секс-шопа, хоть и якобы в приличном обществе.

Да я бы сама в жизни не поверила в то, что я приличная девушка и мать. А доказывать ему что-то нет никакого желания. Ну, его и мысли о нем!

Через час эклеры были готовы. Я достала их из духовки и начинила свежайшим кремом разных вкусов. Самой понравился результат. Впрочем, как и всегда.

Пошла одеваться. Точнее, раздеваться, снимая с себя все вот это. Потом мне вызовут такси, и я поеду домой. И, дай Бог, с Беркутом больше не встречусь.

Ребята сновали вокруг без отрыва от работы. Носили и выносили столовые приборы и тарелки, мыли, чистили, наводили порядки. Этот дом требовал очень много внимания.

А все потому, что стиль, в котором он был отделан, напоминал что-то весьма витиеватое. Я не разбиралась в дизайне интерьера, но знала, что это что-то близкое к барокко, но более современное, что ли. Эдакое смешение несмешиваемого. Но смотрелось классно.

А мы, одетые в странную форму, что подчеркивало атмосферу, идеально вписывались словно живые статуэтки. Еще же и легкий макияж со сценическим гримом у некоторых…

Я шла по коридору, думая о превратностях судьбы. О том, как сначала оказалась в объятиях Кирилла, чтобы заработать денег своим телом, а потом и тут… И снова в весьма спорной ситуации.

Именно в этот момент я сперва почувствовала ЕГО присутствие, а потом и ощутила. Меня грубо толкнули к стене и прижали. Ладонь мужчины опустилась на горло, сдавливая его. Не больно, но словно фиксируя меня.

– Не ожидал тебя тут увидеть, Мари. Все же, я искренне полагал, что ты не такая.

Из моих легких весь воздух вышибло. Беркут смотрел на меня, словно был каменным холодным изваянием. Я дернулась, но хватка лишь усилилась. Без боли, но как-то очень унизительно.

– Пусти! – прохрипела я.

И он отпустил. Мы зависли друг напротив друга. Такие разные, такие… Чужие друг другу. Я не представляла, что мне делать! Но в какое-то мгновение просто развернулась и пошла дальше. С надеждой, что никто не последует за мной следом.

Глава 12. Марика

Он не посмеет ко мне приставать. Не станет рисковать расположением хозяина дома. Да и зачем я ему? Беркут правильно выразился.

«Такая» для него не составляла никакого интереса. Да и прилетит ему сто процентов за выходку в коридоре. Тут везде камеры натыканы, надо понимать, что даже мышь не проскочит.

На коже все еще горели следы от его рук. Мне хотелось взять паузу, прикрыться, спрятаться от этих ощущений. И я искренне не понимала, куда себя деть.

Поэтому просто выполняла привычные для меня действия. Сняла костюм и аккуратно повесила его в специальный шкафчик. Форму нам готовили по индивидуальному эскизу, стирали тоже сами, так что домой мы ее не брали.

Для меня это было облегчением, ведь брат бы наверняка что-то заподозрил. Он не знал, кем я работаю, и я не собиралась ему об этом рассказывать. Опасно это.

Успокоиться удалось не сразу. Я искренне надеялась, что получится не поднимать ситуацию в коридоре с хозяином. Это его гость, пусть без меня разбираются!

Да и за все время работы у меня не было ни единого спорного момента. Моя репутация безупречна, а это важно! Тем более мне эта работа нравилась и устраивала.

Несмотря на антураж, я наслышана, как относились к таким, как я, в ресторанах или столовых. Как домогались красивых девушек, предлагали повышение по карьерной лестнице взамен на услуги, не говоря уже о том, что систематически унижали за возраст и отсутствие опыта.

Куда бы я в своем возрасте пошла? Младшим помощником младшего помощника повара? А здесь я была на особом счету, да и в целом статус «бриллианта» коллекции грел душу. И кошелек, что уж греха таить.

Я много копила, откладывала, собирала деньги нам на жилье. Уже выбрала и район получше, и чтобы квартира была не комнатой в коммуналке, а хотя бы двушкой.

Да, не в центре и не с суперремонтом, но чтобы имелась школа для дочери и метро для транспортной доступности. Я все рассчитала и уверенно шла к своей цели.

Цена кусалась, но я экономила каждую копейку, чтобы иметь свой угол. Общагу продавать тоже не собиралась. Пусть будет. Мне, как никому другому, было известно, что такое жизнь без средств и впроголодь. Я не хотела в это возвращаться.

Искренне надеялась, что встреча с Беркутом ни на что не повлияет. Что он оставит меня в покое, и этот его выпад… Хозяин меня защитит, я уверена в этом.

Он своих не бросал, и это было фактом. А я уж и подавно была самым главным его экспонатом. Так ведь?

Тем не менее на душе было тревожно. Как будто что-то надломилось, надорвалось в моей жизни, и сплошная лента сменила курс. Но я искренне надеялась, что это все ерунда, и никаких последствий не будет.

Прикрыла глаза и вспомнила, как узнала про беременность. Я тогда совершенно выбилась из сил с братом. Вообще из головы вылетела такая информация, как цикл и женское здоровье.

Опомнилась тогда, когда потянуло живот, и я осознала страшную вещь. Что даже приблизительно не помню, когда были эти самые дни. Тут же записалась в местную консультацию.

Там грубая гинеколог осмотрела меня, отправила на УЗИ со словами, что совсем девушки обнаглели. Как ноги раздвигать, они помнят, а дату последних месячных нет. Что растет поколение шалав, а потом на аборты поздние приходят…

Я считала себя в те минуты грязной, обруганной и потерянной. Мне не хватало человеческого тепла и понимания. На узи молодая девушка мне улыбнулась и сообщила, что у меня беременность сроком тринадцать недель.

До сих ей благодарна. Она спокойно стерпела мою истерику, показала малыша и дала послушать его сердечко. Я плакала от страха и счастья. Спасибо ей огромное, что она ни словом не обмолвилась про аборт, который сам по себе был невозможен. Да я и не решилась бы никогда в жизни.

Мия – мое личное чудо и малышка, которая пришла вопреки всему. До сих пор не понимаю, как она получилась, да еще от защищенного секса, не говоря уже о том, что с первого и единственного раза. Беркут точно пользовался защитой!

Это была еще одна из причин, почему я не пришла к нему. Точнее, не довела желание рассказать о дочери до конца. Кто бы мне поверил? Да и теперь после того, как он уверен в моей профессии.

Беркут наверняка решит, что я просто шлюха, которая хочет устроиться поудобнее. Его пальцы до сих пор горели на моей шее. Как будто он и не снимал их, продолжая перекрывать кислород.

Дрожа от напряжения, я оделась. Вышла во двор, вдыхая прохладный вечерний воздух. Уже стемнело, но я должна успеть вернуться до того момента, пока брат уложит Мию спать. Сюрприз им сделаю.

Я взяла с собой их любимые пирожные, можно будет устроить на ночь небольшой праздник и гедонизм. Могу ведь я порадовать своего ребенка, в конце концов?!

Я уже собиралась уезжать, как оглянулась. Почему-то сразу поняла, что ОН смотрит. И верно. В окне второго этажа стоял Кирилл и бросал в мою сторону хмурые взгляды. Я быстрее нырнула в спасительную темноту такси…

Глава 13. Марика

– Мамочка, как вкусно! – лопотала сонная дочка.

Я с умилением смотрела на нее. Такая крошечная, моя полная копия! Маленький ангелочек среди большого города. А позади нее хмурый молодой человек, что смотрел с подозрением.