Воспользовавшись моим нестоянием, чокнутая Оксана Степановна всё-таки открыла дверь и выскочила наружу.

В мою душу начали закрадываться самые чёрные сомнения. Может, девчонка действительно понятия не имела, что подобрала?

В любом случае – она держала маховик последней, а значит, если и остался шанс избавиться от проклятья в ближайшее время – то это догнать её и во всём разобраться.

Когда искры из глаз перестали брызгать фонтаном, а первая волна боли схлынула, я сделал несколько глубоких вдохов и хромая вышел на крыльцо салона.

Оксана вовсю улепётывала. Правда, почему-то не обратно в сторону метро – а в противоположную по мостовой. Обернувшись, она бросила на меня испуганный взгляд. Испуганный! Это кто кого ещё должен бояться?! И тут же свернула в первый проход.

Благо этот проход был мне хорошо знаком. Арка вела только в одну дверь. Пассаж Сказоченко… Кажется, стоит поторопиться.

…

Я бежала что есть сил. Как будто от этого жизнь моя зависела. Да что там? Она и зависела. Это же надо было так вляпаться, да ещё и по собственной инициативе!

Обернулась, чтобы понять, получилось ли оторваться. Расстояние-то увеличилось, а вот психованный мужик никуда не исчез. Надо было ещё по морде стукнуть.

Вот поворот, а там ещё куда-нибудь сверну и затеряюсь в подворотне.

Чёрт! Никакого поворота! Только арка в какое-то заведение.

Над дверью огромными позолоченными буквами было выведено: «Сказочный пассаж».

Менять планы поздно, оставалось надеяться на удачу…вдруг у заведения есть второй выход.

Осторожно прошла внутрь и всмотрелась в полумрак. Откуда-то сбоку подскочил мужчина в чёрном фраке и почтительно поклонился:

– Добрый день, сударыня. Вас кто-то ожидает?

– Ожидает, – теряться в этой ситуации было никак нельзя. Нужно попасть туда, где есть люди.

Мужчина помог снять пуховик, и с любопытством осмотрел вещь.

– Вас проводить к…? – хостес выдержал вопросительную паузу.

Поправила волосы и сделала вид, что не слышу.

– Проводить вас к кому?

– Не надо провожать. Сама найду.

Не стоило рисковать и вываливать на мужика всю правду, чтобы проверить – поможет или сразу выставит. Если это ресторан или кафешка – закажу себе что-нибудь и заодно быстро вызову полицию.

Заведение на поверку оказалось чем-то средним между казино и рестораном. На некоторых столиках играли партии в карты, на других распивали шампанское, а на третьих – раскидывали кости. Благо помимо мужчин здесь присутствовали и женщины. И почему-то все они были разряжены в костюмы стилем исключительно под дворцовую эпоху. Может, какой праздник?

Какой же дурной день! Бедная моя Катюха…Да и я не лучше.

Только при втором обходе удалось найти свободный столик, правда, сервированный на шесть персон. Неважно. Мне только дождаться полиции, потом освобожу сразу.

Села на ближайший стул и выудила из сумочки телефон – не ловит от слова совсем. Вайфай тоже не обнаруживается. Успешный успех. Ни разу в жизни ещё так сильно не хотела оказаться дома.

Что же делать? Поискать запасной выход? Попросить за соседним столиком телефон? Спросить про вайфай? Или всё-таки найти менеджера, объяснить ситуацию и попросить вызвать полицию?

Погрузившись глубоко в свои мысли, не сразу услышала, как рядом кто-то возмущается. Прямо возле моего стула стояла очень красивая девушка с неподходящим для костюмированной вечеринки макияжем, но в средневековом костюме. Шерстяная длинная красная юбка, рубаха, корсет, расписной платок и жакет с множеством маленьких пуговок, а на плече небрежно свисает настоящая норковая шубка.

– Матвей! – капризно закричала девушка, – Матвей, быстро подойди ко столу и выгони эту девку!

Девку? У меня была возможность сомневаться в личности «девки» до тех пор, пока дама в красном не тыкнула пальцем прямо мне в лицо.

– Девушка, перестаньте так безобразно кривиться – морщины себе понаделаете.

– Матвей! Эта деревенщина мне хамит! Быстрее тащи сюда своё тело!

– Я хамлю? Вы белины объелись? Отойдите от столика, иначе позову администратора.

– Да ты видно юродивая! Пошла вон, деревенщина! – наконец прошипела в мою сторону дама.

– Ну это уже слишком, – привстав возле стола, я взяла поднос со стопки и замахнулась на девицу. М-да… нервишки не в порядке. Надо будет пропить курс магния.

Девушка взвизгнула и всё-таки отошла от стола. Зато возле стола появился тот самый сумасшедший мужик, именуемый Петром. Безнадёжно вздохнул и запустил пятерню в свои растрёпанные светлые волосы, а затем ни к кому не обращаясь, выдал:

– Лариса – баба Баженова. Тебе конец. Но если тебя убьют – мне не снять проклятье…

В это время из-за большой бархатной занавески, призванной выполнять зонирование между частями огромного зала, вышел накаченный лысый здоровяк, в очередном тематическом костюме.

Матвей – догадалась я.

Судя по тому, с какой решительностью мужчина направился в мою сторону и с какой радостью его встретила дама в красном – угадала с первой попытки.

Пётр взял меня под локоть и потащил в сторону. Несколько раз я брыкалась, пытаясь выбраться из мёртвой хватки, и в конце концов, решила действовать по накатанной. Как только подвернулась возможность – снова ударила каблуком по той же ноге.

Мужчина согнулся пополам, схватив руками больную ногу, и прошипел, что поможет Матвею прикончить меня.

Споро развернувшись, собиралась быстро выскочить к выходу, но сразу же врезалась в грудь Матвея. По инерции отскочила на шаг назад и выпученными глазами уставилась на громилу, задрав голову.

– Ты на кого гавкала, дура? – пробасил здоровяк.

Ответить ничего не успела, мужчина взял меня за грудки и поднял над полом так, что наши глаза оказались на одном уровне. Ткань блузки больно врезалась в подмышки, послышался треск – кофта явно не была предназначена для такого использования.

– Встанешь на колени и извинишься перед Ларисой Николаевной.

– Что? – пропищала я.

Чтобы сделать жертву более понятливой, мужчина хорошенько меня встряхнул. Кажется, на подмышках образовались настоящие порезы, а картинка снова поплыла.

Вдруг позади мужчины мелькнула тень. Послышался глухой удар. Здоровяк выронил меня, скривился, обхватил колено, и тут же получил по затылку тем самым подносом, которым я пугала даму в красном.

Только ничего от подноса громиле не сделалось. Матвей обернулся и посмотрел на Петра даже как-то обиженно. Впрочем, тот не растерялся и прямо в развёрнутое лицо зарядил тяжёлой керамической вазой. Теперь здоровяк пошатнулся и аккуратно присел прямо на пол, обхватив рукой ударенное место.

Пётр подскочил ко мне, схватил за руку и раздражённо спросил:

– Остаёшься или идёшь?

– Иду, – согласилась и быстро зашагала за удаляющейся спиной.

Глава 4

Выскочив на улицу, удивлённо посмотрела на всунутое мне прямо в руки чужое пальто.

– Это не моё.

– Если хочешь жить – твоё. Лариса – баба вздорная, и со связями. Если ей удастся запихнуть тебя тюрьму – я уже не смогу помочь, самому нельзя высовываться. Так что одевай и шевели ногами.

Мы тут же свернули в соседний проулок. Позади с гулким звоном распахнулась дверь и послышались ругающиеся голоса мужчин.

– Сюда, – Пётр открыл дверь питейной и пропустил меня вперёд.

Дым в помещении стоял столбом, от весёлого шума и гомона звенели стёкла в оконных рамах. Жаркий воздух питейной, смешиваясь с морозным уличным, образовали пар. Пётр продолжал тащить меня за руку.

Пройдя всё помещение, мы выскочили из подсобки на параллельную улицу и тут же снова свернули в домовую арку.

На улице было пустынно, ночь ясная, морозная. Поэтому шум погони был слышен безнадёжно отчётливо.

Возле одного из домов за небольшим забором стоял низенький сарай с открытой дверцей. Я резко остановилась и дёрнула мужчину:

– В сарай! – вырвавшись из цепкой хватки – рванула к постройке.

– Нет, Оксана, это не сарай! – раздалось сзади шипение.

Хоть землянка! Хочешь, чтобы тебя поймали – оставайся снаружи, а я спрячусь и пережду.

Подбегая к деревянной постройке, с удивлением обнаружила, что её крыша – не выше моих плеч. Ну и что. Мало ли? Я точно не специалист по сараям.

Нырнув в открытую дверцу – сразу же прислонилась к стене и присела на корточки.

Отдышавшись, попыталась осмотреться. Ничего не видно – хоть глаз выколи…глаз…я вдруг чётко увидела в темноте радужки двух уставленных прямо на меня глаз.

Трясущейся ручонкой достала телефон, включила фонарь и медленно навела на самое страшное место.

В углу постройки прямо на соломке лежала огромная зубастая псина. Если и есть название у этой породы, то оно должно звучать приблизительно так – тиранозавродог.

Собака ощетинилась, и я рукой приглушила свет. Расстояние, разделявшее пасть псины и моё лицо – примерно два метра, и я отчётливо понимала, что шансов выйти из будки со своим скальпом – крайне мало. А потому решила попытаться успокоиться. Собаки ведь чувствуют страх?

– П-п-просттиите. Н-не хорошшо в-в-вышло. Уж-же ухоажу, – обратилась я к хозяйке будке и начала пятиться, но в этот момент в будку влетел Пётр. Псина подскочила, Пётр прошептал «сомнум» и вовремя успел рукой закрыть мне рот, пока мои дикие вопли не огласили всю улицу.

Собака пошатнулась и упала на солому, высунув язык. А через мгновение послышался громкий храп.

На мостовой совсем рядом с нами послышались торопливые шаги. Сначала они звенели с одной стороны, стихли, а затем появились снова и проследовали в другую, исчезнув совсем.

Всё это время я сидела, не дыша, прижатая спиной к Петру, который крепко зажимал мне рукой рот.

Мужчина внимательно осмотрел улицу, вылез и подал руку.

– Из-за тебя пришлось приложить Полкана сонным заклинанием! Я же сказал, что это не сарай, – сквозь зубы прошипел Пётр.

– Надо было сказать, что это будка, – огрызнулась я.

– Надо было слушать, что говорят!

– Надо было не рычать, а объяснить нормально!

– Да потому что не надо хватать чужие вещи!

– Если бы ты не раскидывал свои вещи – никто бы их не подбирал.

Чтобы было удобнее рычать друг на друга, мы остановились и развернулись лицом к лицу.

Вдруг сбоку мелькнула тень, я испуганно обернулась, и в этот момент с другой стороны к нам подбежал мужчина и повалил Петра на землю.

Несколько раз незнакомец пытался оседлать Петра и скрутить, но тот не давался и откидывал соперника, однако подняться Петру не удалось. Стоило мужчине опереться на ногу, как её тут же сбил подбежавший из подворотни второй незнакомец. Пётр повалил и второго. Теперь неизвестные личности пытались оседлать Петра вдвоём.

Я же судорожно перезагружала телефон, в надежде, что после перезагрузки, он, наконец, начнёт ловить связь.

На мгновение показалось, что сейчас Пётр скрутит незнакомцев, однако из тени вышел третий мужчина и довольно сильно ударил Петра ногой в живот, а затем ещё раз ударил по туловищу, чтобы скинуть со своего товарища.

Пользуясь заминкой, один из поваленных незнакомцев встал на ноги и тут же бросился на него.

Ну это уже не по-пацански – подумала я и не с первой попытки достала из сумки перцовый баллончик.

Самое занимательное в перцовом баллончике было – умудриться брызнуть так, чтобы не попасть в лицо…себе.

Вдох, выдох. Пшик. Пши-и-и-и-ик!

Глава 5

Ох, какие заковыристые и витиеватые ругательства! Да здесь у нас поэты!

Двое мужчин, что были сверху, сразу же закашлялись и попытались отойти подальше от опасного места. Однако третий так и остался сидеть на Петре, колотя что есть мочи. Ему, очевидно, досталось меньше, но если повторить процедуру, сильно пострадает сам Пётр. Натянула шапку и хотела попробовать оттащить мужика шарфом, но в этот момент Пётр сам скинул нападавшего и хорошенько приложил кулаком.

– Не дыши! – немного запоздало предупредила я.