Я раскрыла шторы пошире и подставила лицо яркому солнцу.

– Теона? – шаркнул позади Тим. – Реально накупила мне жратвы на неделю? Если что, у меня есть деньги. Я работаю в музыкальном магазине, по вечерам играю на набережной.

Он будто извинялся. Но за что? Но просить прощения стоило мне.

– Всего лишь благодарность за то, что ты не бросил меня в Бастионе.

Крутанулась на пятках и сощурила один глаз, глядя на симпатичную мордашку Тима.

– Ты была пьяна. Как я мог?

– Поверь мне. В моей жизни уже так случалось.

Тим коснулся моей щеки. Кофейные глаза блеснули нежностью. Я попятилась, но он легонько удержал. Загнал меня в невидимый угол.

– Я хочу тебя поцеловать. – Сказал, медленно наклоняясь к моим губам.

– Тим, – я уперлась ладонями в его грудь, – не надо. Я…

– Ты встречаешься с Диониди? – нахмурился и захрустел челюстью.

– Что? – я встряхнулась, отошла. – Какого черта?

Солнечное дыхание опалило мне спину. Я поняла, что оказалась на уютном балкончике.

– Я же не дурак, Теона. Знаю таблицу умножения. Два на два, получается четыре.

– Господи…

Я прибилась к кованому ограждению и посмотрела вниз. Падать невысоко, но переломать позвоночник можно запросто.

– Его людишки мелькали в клубе, потом отмудохали меня в твоей квартире. А он наблюдал и кайфовал. Вот я и…

– Подумал, что я девочка Костаса Диониди?

Пальцы до посинения сжала вокруг металлического бортика.

– Вообще–то, да.

Он, как и я поглядел на узкую улочку, на пробудившихся лавочников, которые протирали витрины своих владений.

– Нет. Между нами ничего. Но это не значит, что у нас с тобой что–то будет. Мы же…

– Блять, не произноси это слово! – Напрягся Тим и смешно скорчил недовольную гримасу. – Чуешь запах яичницы с беконом?

Я принюхалась, заправила волосы за уши.

– Не–а.

– А я чую. Так что идем завтракать в кафешку, что сразу за цветочным магазинчиком. Я угощаю.

Предложил мне руку и я, поджав губы, вложила в нее свою.

– Идем.

– Быстро ты сдалась, долго уговаривать не пришлось.

Он шел впереди, и я пихнула его меж лопаток кулачком. Тим весело рассмеялся и уже через полчаса мы сидели за круглым столиком и ждали наш заказ.

После расставания с ним, я решила позвонить Сильвии. Наш ночной загул не прошел бесследно для меня, возможно и у нее появились следы на репутации «примерной дочки мэра».

Девушка сняла трубку после третьего гудка.

Мы поболтали о том, что было в клубе, пошутили на тему песен Элли Чан и договорились увидеться вечером на Набережной. Я все равно туда собиралась. Тим пригласил на прогулку. Заверил, что этот вечер я запомню надолго.

Все складывалось удачно.

Для Костаса особенно.

Едва я закончила с домашними делами, а именно со стиркой вещей, пропахших сигаретным дымом и чужой рвотой, он написал мне сообщение о том, что знал и видел каждый мой шаг.

Намек на мой поход к Тиму?

Явно же, что да.

Я ответила «я вас поняла» и отбросила телефон куда подальше.

Костас невыносим!

У меня большие сомнения о его происхождении. Остров Мани, Гитио…может он родом из какой–нибудь пещеры, где его научили выживать любыми способами, а сочувствие и сопереживание искоренили навечно.

Я закатила глаза от навязчивых мыслей о боссе «Ночных королей» и вспомнила сестричек.

Мои малышки скучали по мне. А я по ним. Но показываться дома опасно. Отец унижен, оскорблен и жутко мстителен. В связке с Игорем Штерном, он способен натворить немало кровавых дел.

Игорь…

Да что же такое?!!!

Почему вокруг меня столько тайн и интриг!!!

«Игорь мне не брат. Он ошибка природы. Природы и моей матери»

Нехотя я потянулась за выброшенным телефоном и улеглась на диван, свесив ноги с мягкого подлокотника.

Я никогда не читала местные сплетни.

Ни разу не совала нос в жизни других семей, кроме своей.

Рута и Мия оповещали меня о тех или иных происшествиях и новостях.

Из их уст я узнавала последние горячие сплетни.

Но сейчас они далеко.

Закусив губу, я вбила в поисковую строку браузера имя Костас Диониди и мне вылезло с десяток ссылок на различные статьи и интервью.

Та–а–ак…

Нажала на вторую снизу и попала прямиком на видео, сделанное неизвестным мне блоггером. В нем она рассказала о трагической аварии по дороге из Хезельберга в Даркхилл.

Даркхилл – прибрежный курортный городок, разместившейся на Темных холмах. Отсюда и название.

«… семья в полном составе врезалась в груженую фуру и слетела с обрыва…по пути в больницу скончался глава семьи Диониди и его жена…их сын Костас чудом остался жив…»

Я остановила запись и уставилась в белый потолок. На нем бликовали лучи солнца. Уже более насыщенного оранжевого цвета.

Разом потерял всех близких. Никому такого не пожелаю.

Мои родители не ангелы, но я бы не хотела лишиться их по стечению каких–то высших обстоятельств. Или обыкновенной глупости.

Кроме них у меня никого не было.

Боже…

Я вытянула по струнке и глубоко вдохнула. Внезапно перед глазами предстала сумасшедшая картинка…Костас обнаженный по пояс. Его сильные татуированные руки приласкали мои щиколотки, длинные пальцы обвели выпирающие косточки. Он поднял одну мою ногу и поцеловал ступню. Потерся о нее грубой щетиной. Я вырвалась из его рук и широко раздвинула колени. Костас диковато улыбнулся, разобрался с ремнем, ширинкой, и…

Дверь квартиры выносили громкими ударами.

Я шлепнулась с дивана и тихонько прокляла себя за короткую отключку.

Встав, пригладила волосы и поспешила открыть.

Естественно, я сначала глянула в «глазок».

Тим…

Я сняла цепочку, провернула замок и встретила его рассеянной улыбкой.

– Забыла о нашей договоренности?

Он вцепился в верхний косяк и покачался.

Черная майка с неровной проймой и горловиной подчеркнула его мускулы. А всякие там цепочки, серьги в ухе, напомнили мне кто он есть.

Только синяки на лице немного реальности внесли.

Взглянув на них, я наморщилась.

– Подожди, я быстро.

Я побежала в комнату, а Тим зашел в квартиру.

Короткая многослойная юбка–ламбада, обтягивающий топ и удобные сандалии – отличный выбор для долгих прогулок.

– Воу, – присвистнул Тим, – соблазнительно.

– Не заставляй меня произносить то слово вслух и напоминать кто мы друг другу.

– Лады. – Тим защитился руками. – Твоя взяла.

Я прошла мимо него, сняла ключи с крючка и сказала:

– Ты идешь?

– Бегу!

Рассмеялся Тим и покинул собственность Костаса.

Мы спустились в прохладный холл, обсуждая рок–группы и напевая хит Black Sabbath вышли на улицу. От повышенной влажности мои волосы тут же завились у висков.

Пока я пыталась их усмирить, Тим завел красно–черный мотоцикл и протянул мне шлем тон в тон.

– Хочешь, чтобы я умерла от страха?

– Никогда не гоняла на Ducati Panigale?

– Я не очень люблю скорость. – Скривилась, не таясь.

– Я буду осторожен, обещаю.

Снарядился сам, сел за руль.

Я постояла минутку и все же, заняла место позади него. Крепко обняла за талию.

– Почему–то мне кажется, что этот спортбайк очень дорогой. Откуда он у тебя?

Тим не ответил. Плавно выжал сцепление, ногой включил первую передачу, мягко провернул ручку. Мотоцикл потянуло вперед. Колеса слегка пробуксовали и наконец, мы поехали. Лавируя по тесной улочке, я заметила двух типов в солнцезащитных очках и классических костюмах. В голове мелькнуло: Костас за мной следит.

ГЛАВА 9

Набережная непросто кишела туристами, она была забита ими полностью. Тим припарковался в специально отведенном месте и взяв меня за руку, повел в эту галдящую толпу. Честно, я не хотела. Но где–то там, меня ждала Сильвия.

Я оглядывалась по сторонам и порой улавливала темные фигуры в море светлых пятен. Они то показывались, то терялись. Нехорошее чувство тревоги прокралось мне в сердце.

Но внезапно зазвучала мелодичная музыка.

Тим крутанул меня вокруг оси и прижал к себе, словно я его девушка, а не просто подруга.

Нам громко поаплодировали и мне ничего не оставалось, как поддаться ритму и позволить Тиму закружить меня в подвижном танце.

Вскоре, мы уже смеялись от души и обменивались репликами вроде: всему виной морской воздух.

И это чистая правда.

Море меланхолично билось о берег и согревалось яркой желтой луной, повисшей низко над горизонтом.

Их тандем завлек меня в магическую страну.

Я веселилась так, как никогда в своей жизни.

Девочка, выросшая в плену строгих правил, вырвалась на свободу.

– А теперь мне пора, – шепнул Тим на ухо, – время живой игры.

Чмокнув меня в щеку, подвел к парапету и направился к компании парней, играющих на барабанах и синтезаторе. Взял со стойки электрогитару и закинул широкий ремень на шею.

Спустя несколько минут подошел к микрофону и запел всем известную песню «Яхта. Парус», только в рокерской манере.

Я улыбнулась и повернулась лицом к спокойным волнам.

– Привет!

Сильвия наскочила на меня и чуть не сбила с ног.

– Я уже подумала, ты не приедешь.

– Пришлось полтора часа уламывать любимого папочку, чтобы отпустил.

Она полезла в сумочку, достала духи в длинном узком флакончике и надушилась с лихвой. Я еле сдержала чих.

– Что будем делать?

Повернулась и уперлась локтями в бетонный парапет.

– Можем выпить вкусных коктейлей и прогуляться по пляжу. Сегодня мне не хочется бесшабашно отрываться.

– Да. Согласна.

Я махнула рукой Тиму, который допевал второй куплет и жестами показала, чтобы позвонил, как закончит дурманить публику.

Он кивнул и подмигнул.

– Что у тебя с ним? – толкнула плечом Сильвия.

– Ничего. Мы друзья.

– Если один пускает слюнки на другого, дружбы и в помине нет. Ты в курсе?

– Иди в задницу.

Я пихнула ее в ответ. Сильвия расхохоталась, прицепилась к моему локтю, и мы пошли в бар подальше от шума и неразборчивого гогота.

Купив слабоалкогольные напитки, спустились по лестнице на пляж и решили пройтись до маяка. Он работал. Ни на миг не переставал привлекать заплутавшие в море корабли.

– Чем ты занимаешься? – Сильвия затянула голубую жидкость через трубочку. – Я ведь ничего о тебе не знаю.

– Да ничем. Помогаю одному богатому мужику за хорошие деньги.

– Ого, что за мужик.

– Да так, – дергаю плечиком, – здешний бизнесмен.

– Тебе нельзя разглашать его имя?

– Вроде того.

В ноги набился песок и идти стало невозможно.

Я притормозила, сняла сандалии и повесила их на мизинец за тонкие ремешки.

– А я учусь в нашем университете искусств. Мне, конечно, нравится, но, – девушка замялась, – я чувствую, что это будто не мое. Лет с десяти я мечтаю стать актрисой.

– Актерство – это тоже искусство.

– Убеди в этом моего отца.

Скукожила кислую мину. Я ее понимала. Мой отец запрещал мне любое проявление творчества. Говорил, я должна думать о будущем. Что могло дать рисование или вокал? Ничего. А вот экономика, маркетинг, другое дело.

Мама нисколько не перечила ему. И факт того, что у нее в очередной раз случился нервный срыв, доказывал – у нее слабая психика. Она не способна на нападение и отстаивание собственных прав. О нас с сестрами и речи не шло. Порой мне казалось, мы родились случайно. С желанными детьми обращались иначе.

– Тяжело тебе с ним, Сильвия?

Спросила я, наслаждаясь коктейлем и соленым бризом.

– Не то слово. И можешь звать меня Си.

– Хорошо, Си.

Улыбнулась ей и несильно разбежавшись, забежала в воду.

Она последовала за мной.

Мы плескались друг в друга, проказничали и в какой–то момент, чуть не шлепнулись кто на бок, кто на живот.