Дверь скрипнула, когда я толкнула ее плечом. Внутри пахло сыростью, дымом и тем, с кем встречаться сейчас не хотелось.

– Наконец-то, – произнес знакомый голос.

Я медленно повернула голову в сторону звука. В углу на единственном целом стуле сидел Штырь – правая рука Гарлана, главаря местной банды. Его затуманенные глаза – признак употребления черных спор – блеснули в темноте.

– Гарлан ждет свою плату, – ухмыльнулся он, развалившись поудобнее.

Стул жалобно скрипнул. Я поморщилась.

– Он уже забрал все, что у меня было, – пробормотала, устало садясь на узкую койку.

– На этот раз ему нужны не деньги. Не забывай: если б не Гарлан, ты бы не получила свой кинжал.

Он усмехнулся, сверкнув в темноте зубами, затем подался вперед и добавил:

– Как там, кстати, получилось поймать душу ведьмы?

Я застыла на месте.

– Ты был на площади?

– Да, Гарлан приказал присматривать за тобой. Так что, платить будешь или мне передать, что ты отказалась?

«Платить». Неподходящее слово для того, за что могут сжечь на костре.

– Ладно. Кого или что нужно найти?

Штырь вновь ухмыльнулся:

– Тебя.

Я замерла, ощутив нарастающий холод.

– Меня? – выдохнула чуть слышно, уже зная, каким будет ответ.

– Верно. Дарги объявили награду за твою голову. Пятьсот золотых! Видимо, сильно ты им насолила.

Он рассмеялся.

А у меня по коже поползли мурашки.

– Не боись, наши тебя не выдадут, пока Гарлан не скажет, – Штырь поднялся и подошел ко мне. – Так что ты у него в долгу.

От него пахло черными спорами, дешевым вином и сталью.

– Сегодня ночью погасишь долг, – выдохнул мне в лицо.

Я сглотнула.

– Ворожба оставляет след… Если дарги учуют магию…

– Ты умрешь. Но если откажешься – тоже умрешь. Выбирай.

Похоже, выбора мне не оставили. Либо я ворожу на свой страх и риск, либо Гарлан сам сдаст меня даргам.

Я опустила взгляд на свои дрожащие руки. На правой ладони краснел ожог от кинжала. Хотя уже не болел.

За окном с выбитыми стеклами маячила рваная тень. Я видела ее в щели между досок, которыми оно было заколочено. Кто-то подслушивал нас. Наверняка Гарлан приставил еще одного соглядатая.

– Что нужно сделать?

Штырь наклонился. Его шепот обжег мою кожу:

– Призвать дэймара! И не задерживайся, Гарлан ждет.

Штырь ушел. Я обреченно опустилась на койку.

Неужели мне не дадут спокойно оплакать мать? И пусть у меня нет причин плакать, ведь сожженное на площади тело всего лишь оболочка, но я так и не успела с ней попрощаться. Не успела сказать, что люблю и обязательно верну…

А Гарлан просто сумасшедший. Решил призвать дэймара, чтобы… что? Получить запретную силу? Глупец! Он даже не представляет, что его ждет.

Дэймары не делятся силой бесплатно! Люди платят за нее собственной душой и посмертием. Она как яд разъедает сознание, лишает человека всех привязанностей и добродетелей, оставляет лишь гнев, зависть, ненависть, отчаяние, боль – и питается ими.

Нет, я не могу позволить еще одному чудовищу прийти в этот мир. Не моими руками! Значит, нужно бежать…

***

Принять решение было просто. А вот с воплощением получилась заминка, потому что магию использовать было нельзя.

Я долго прислушивалась, пока не удостоверилась, что под окнами и за дверью никого нет. Только тогда замаскировала тряпкой волосы, повязав ее как платок, и выскользнула наружу.

Дождь все еще лил. Кажется, он даже усилился. Я снова прислушалась. Улица тонула во мраке, только впереди горел огонек. Оттуда долетали приглушенные голоса – там было логово Гарлана. И там меня ждали.

Засунув руку в карман, где был нож, я сжала его рукоять и зашагала в противоположную сторону. Сначала медленно, чутко прислушиваясь к каждому шороху. Затем все быстрее. И наконец побежала.

Я была в конце улицы, когда сзади послышались крики, а потом топот ног. Мое бегство заметили! Что ж, было бы глупо ожидать чего-то иного. Теперь можно надеяться лишь на удачу.

С этой мыслью я нырнула в дыру, черневшую в каменном заборе. Заметалась, думая, куда спрятать нож. Он слишком ценен. Если меня поймают, то отберут. Наконец сунула его в щель под рассохшимся подоконником, прикрыла торчащей оттуда паклей и бросилась прочь.

Подошвы сапог скользили по мокрой траве и камням, края плаща развевались и цеплялись за острые выступы разрушенных стен. А звуки преследования становились все ближе.

– Дура! – бичевала я себя, перепрыгивая через груду битых кирпичей. – Теперь меня ищут и дарги, и бандиты! Еще неизвестно, что хуже!

Внезапно из темноты вынырнула тень.

– Лови ее!

Я рванула в сторону, но без магии оказалась не слишком быстрой. Резкий удар под дых заставил меня охнуть и согнуться пополам. Еще один – под колени, и я с глухим стоном рухнула на землю. Платок сполз с головы, прядь волос упала на щеку.

– Тихо, красавица, тихо, – прошипел надо мной хриплый голос. – От кого убегаешь?

Над моим лицом закачались три силуэта. Не Гарлановы люди – чужие.

– Смотрите, рыжая… А вдруг это та самая ведьма? – пробормотал один, наклоняясь ближе и стаскивая платок.

– Сейчас проверим, – ответил второй, прижимая меня коленом к земле.

Я попыталась его ударить, но он ловко перехватил мои руки и скрутил за спиной. Его товарищ откинул плащ и разорвал рубашку у меня на груди.

Ткань затрещала, пуговицы разлетелись в разные стороны.

– Уроды! – завопила я, вырываясь.

Но моих сил было недостаточно. Бандиты держали крепко. Один из них отогнул край повязки, которой я бинтовала грудь, и присвистнул:

– Смотрите! Ведьмин знак! Это точно та девка, которую дарги ищут. Ворон, тащи мешок!

К нам подскочил третий – совсем мальчишка, не старше меня. Я с мольбой попыталась поймать его взгляд. Но он даже не посмотрел на меня. В его руках был мешок из дерюги. От мешка воняло углем.

– Нет! – я снова забилась.

А грубую ткань уже натягивали мне на лицо.

– Вяжи ее крепче, – слышался шепот. – Быстрее, пока шавки Гарлана не пришли, а то отберут нашу добычу!

Веревка впилась в запястья. Кто-то вздернул меня на ноги, а затем перекинул через плечо, как мешок с мукой. Я продолжала сопротивляться.

– Вот дрянь! – прошипел тот же голос. – Все никак не уймется.

Что-то острое кольнуло меня прямо в шею. Миг – и я потеряла сознание.

***

Не знаю, сколько времени провела в забытьи. Сознание вернулось внезапно. Я вдруг ощутила тряску, услышала скрип колес, запах конского пота…

Меня куда-то везли. На голове по-прежнему был пропахший углем мешок. Руки скручены за спиной, ноги связаны так, что я не могла даже пошевелиться, не то что использовать магию. Оставалось лежать лицом вниз и чувствовать, как на каждом ухабе доски пола впиваются в ребра.

Наконец эта пытка закончилась. Повозка остановилась. Кто-то запрыгнул внутрь, грубо схватил меня за шиворот и стащил на землю.

– Давай, ведьма, я знаю, что ты очнулась, – прозвучал голос одного из похитителей. – Пойдешь сама или снова тебя усыпить? У меня еще много игл с сонной росой!

– Сама, – прохрипела я через силу.

В рот тут же набился угольный порошок.

– Вот и умница, – мерзко хихикнул второй. – Все равно у тебя выбора нет.

Он толкнул меня в спину:

– Шевели копытами!

Я едва не упала.

Передвигаться пришлось крошечными шажочками, большего не позволяли путы на ногах. Мои обострившиеся чувства подсказали, что мы идем по булыжной мостовой, затем – порог, запах стали, влажный уличный воздух сменился теплом очага.

Шаги стали гулкими, будто мы оказались в огромном помещении с каменными стенами. Ведьмин знак остро заныл. Значит, рядом драконы…

– Вот она, господин, ведьма, которую вы искали, – залебезил похититель.

Его подельник, видимо, остался снаружи.

Звякнул металл. Судя по звуку, это были монеты в мешочке. Стоящий рядом бандит ловко его поймал.

– Свободен, – произнес голос, от которого у меня внутри все задрожало.

Нет, не может быть. Умоляю, только не д'Рейтарр! Истинные Свет, Тьма и Хаос, вы не можете так со мной поступить!

– Да, господин, спасибо, господин, долгих лет жизни вам, господин…

Сдавший меня мерзавец попятился к выходу.

Когда звуки его шагов стихли, я услышала:

– Развяжите ее.

Мешок тут же сдернули. Я зажмурилась от яркого света, а когда открыла глаза, сердце провалилось куда-то в бездну.

Здесь горели не факелы, а проклятые драконьи кристаллы! Вокруг меня был огромный каменный зал. На стенах алели штандарты с оскаленным символом Ламаррии. Под ними бесстрастными статуями застыли дарги в черных доспехах. А прямо передо мной высился он.

Аррион д'Рейтарр.

Генерал сидел в кресле, как король на троне, его черные волосы были собраны в строгий хвост, а глаза…

Один глаз. Цвета стали, с вертикальным алым зрачком. Он в упор смотрел на меня.

– Вот ты и попалась, – д'Рейтарр медленно поднялся, а я невольно попятилась. – Теперь ты ответишь за убийство дракона.

Я сглотнула.

– Я… никого не убивала.

– Врешь, – он сделал шаг ближе. – Я видел кинжал, которым ты поймала душу ведьмы. Это был коготь, вырванный из тела еще живого дракона. Даже если ты убивала не своими руками, мне все равно.

Еще шаг.

– Ты первой за это ответишь.

Его пальцы впились в мой подбородок, заставляя поднять голову.

– Где кинжал? – д'Рейтарр наклонился так близко, что я почувствовала его дыхание на своих губах. – Где ты спрятала его, ведьма? Он ведь не с тобой, я бы почувствовал.

Даже если бы меня начали резать, я бы и то не сказала. Видимо, это отразилось в моих глазах. Потому что генерал оттолкнул меня и брезгливо вытер руку платком.

– Не хочешь говорить. Что ж, понимаю. Может, знакомство с моим палачом заставит тебя передумать, – он сделал знак своим ньордам – приближенным из числа даргов. – Уведите ее.

– Нет! – закричала я, когда трое из них шагнули ко мне.

Но это их не остановило. Уже в который раз за ночь меня скрутили и поставили на колени.

– Нет? – д'Рейтарр поднял черную бровь. – Хочешь мне что-то сказать? Назвать имена подельников?

Я сжала зубы. Пусть не надеется, что я признаюсь даже под пытками!

От близости даргов у меня под грудью уже не ныло – там жгло. Очень хотелось потереть больное место, но я не могла, руки по-прежнему были связаны за спиной.

В тишине раздался отчетливый скрежет зубов.

Если бы д'Рейтарр мог, он бы испепелил меня единственным глазом. Но он не мог. По крайней мере прежде, чем выяснит, как я достала кинжал. Он ведь прекрасно видит, что я белая ведьма. Моя сила не даст мне убить даже дракона, хотя я сделала бы это, не моргнув глазом. А значит, мне кто-то помог.

Но я не могла выдать Гарлана. Даже если его люди и вправду убили дракона (в чем я сомневаюсь, ибо без магии это никому не под силу), их жизни для меня намного ценнее, чем жизнь какой-то чешуйчатой твари, возомнившей себя хозяином нашего мира.

Именно это я и сказала вслух, выпрямившись и усмехнувшись:

– Тебе никогда их не найти, как и кинжал…

С последним словом мой голос сорвался на хрип, потому что д'Рейтарр в одно мгновение оказался рядом со мной.

Глава 3

Его пальцы железным обручем сдавили мое горло, за маской одноглазого, но вполне симпатичного мужчины проявилось истинное лицо – ужасающий драконий оскал, чешуя, отливающая темной сталью, неприкрытая ярость.

Он застыл, нависая надо мной. Подавляя своим взглядом. Его уродливый шрам, обычно бледный, сейчас стал багровым. А я хрипела, но продолжала усмехаться ему в лицо.

Если сейчас испугаюсь и отступлю – то погибну. Он просто убьет меня.

Внезапно он меня отпустил. Обозленный дракон исчез, передо мной вновь стоял невозмутимый мужчина.