Генерал стоял у края машикулей и смотрел, как я иду через площадь. Что в тот момент было в его голове? Какие мысли бродили? Я этого не знала.

Зато знала, что его алый глаз под повязкой пылает и обдает меня жаром. Я чувствовала это всей кожей и с трудом сдержала триумфальную улыбку, которая так и норовила изогнуть мои губы.

Даже драконьи боги на моей стороне!

***

Дарги втолкнули меня в тот самый кабинет, в который я совсем недавно влезла без спросу. Сейчас здесь не было ни намека на недавнее буйство его хозяина. Все лежало на своих местах, а на каменном полу – ни соринки, будто его тщательно вымели. Воздух насыщенно пах Элестой – жимолостью и жасмином.

Д’Рейтарр стоял у окна спиной ко мне, его пальцы сжимали подоконник так, что побелели костяшки.

– Я не верю ни единому твоему слову, – заговорил он, едва мои сопровождающие исчезли. – И не желаю заключать с тобой сделку.

Его голос звучал глухо, будто сквозь зубы.

Я не спешила трогаться с места. Мой враг только выглядел расслабленным. На самом деле у него внутри все кипело. Он мог сорваться в любой момент.

– Твоя шиа-ми иного мнения, – прошептала я с невинным видом. – Неужели даже ради нее ты не поступишься своими драконьими принципами?

Он скрипнул зубами.

Людьми так просто манипулировать. Особенно женщинами. Но генерал далеко не глуп, в отличие от его суженой. Будь вся проблема в Элесте, я бы уже давно разобралась. Но этот дарг мне не доверяет, и, боюсь, у него есть на это причины.

Однако он все-таки проиграл. Дал слабину. Позволил сомнению заползти в свое сердце. Мне остается лишь немного толкнуть того, кто сам занес ногу над пропастью.

Справа от окна шевельнулась портьера.

– Подлая тварь! – оттуда вылетела Элеста. – Мы так не договаривались!

Д’Рейтарр успел перехватить ее за талию до того, как она вцепилась мне в волосы.

То, что Элеста здесь, я поняла сразу, как только вошла. Ее выдавал насыщенный запах духов, шуршание платья и громкое, прерывистое дыхание. Сейчас она не выглядела такой безупречной красавицей, как при первой встрече. Прическа растрепалась, алебастровая кожа покрылась гневными пятнами, грудь в декольте бурно вздымалась. Кукольное лицо исказили ярость и страх.

– Я освободила тебя! – взвизгнула она, пытаясь вырваться из хватки д’Рейтарра. – Я рисковала всем! И это твоя благодарность?! Ты решила украсть моего жениха?

Я смерила ее насмешливым взглядом:

– Сделаю вид, что не слышала оскорблений.

Затем перевела внимание на дарга за ее спиной:

– Мы ведь все понимаем, почему ты отменил казнь, генерал? Ты должен расторгнуть помолвку с ней и обручиться со мной. Тогда я сниму проклятье.

Я старалась говорить твердо, нагло глядя ему в глаза, играя на его чувствах. Хотя, какие чувства у дарга? Всегго лишь инстинкты. Но я понимала, от того, сумею ли я быть сейчас достаточно убедительной, зависит моя судьба.

Его серебристый глаз будто покрылся инеем. Вымораживающий взгляд прошелся по мне, заставляя кожу покрыться мурашками. Я с трудом сдержалась, чтобы не обхватить себя за плечи руками и не поежиться.

– Нет, – д’Рейтарр ревниво прижал Элесту к себе. – Пока ты не снимешь проклятье, я даже пальцем не шевельну.

Та судорожно вздохнула. Ее взгляд забегал, на лице отразилась внутренняя борьба.

– Всего год, – я улыбнулась ей. – Соглашайся, это не так много, Элеста. А потом ты получишь своего жениха, а заодно и вечную молодость.

Она жалобно глянула на д’Рейтарра, потом на меня. Ее губы шевелились, как у рыбы, вытащенной из воды.

Я пожала плечами и… села на пол, скрестив ноги.

– Что ж, очень жаль. Но это ваш выбор.

Похоже, такого они от меня не ждали.

– Ты переигрываешь, – процедил генерал. – Забыла, что я могу убить тебя в любой момент?

– Это ты постоянно забываешь, что у твоей суженой нет второй жизни. И что никто, кроме меня, не может помочь. А время идет. Вода убывает. Кап-кап, кап-кап, – издевательски склонив голову набок, я изобразила клепсидру.

– Хватит! – со слезами выкрикнула Элеста. А затем оттолкнула жениха. – Хватит говорить обо мне так, будто меня здесь нет!

– Любовь моя… – он хотел коснуться ее щеки.

Но она со злостью откинула его руку:

– Хватит решать за меня!

– Элеста…

– Нет! Ведьма права! Я хочу быть твоей женой, а не любовницей. Не хочу состариться и умереть у тебя на глазах!

Она заметалась по комнате, как загнанная лань. Ее пальцы теребили рукава платья, по лицу текли слезы. Д’Рейтарр наблюдал за ней с выражением муки. Его кадык дергался, будто дарг с трудом давил желание сорваться с места, схватить ее в охапку, прижать к себе и целовать до беспамятства.

Я даже услышала тихий рык. Еще немного – и его выдержка лопнет как мыльный пузырь. А мы здесь втроем… Вряд ли Элеста сумеет остановить обезумевшего дракона.

Она неожиданно перестала метаться и, тяжело дыша, замерла напротив меня.

– Хорошо! – выкрикнула мне в лицо с нескрываемой злостью. – Пусть будет по-твоему, чтоб ты провалилась!

Я выразительно подняла брови и приготовилась к продолжению. Оно не заставило себя ждать.

– Аррион, любимый, это всего лишь на год. Я разрываю помолвку…

Перемежая слова со слезами, Элеста сорвала с запястья браслет – тонкий серебряный обруч с выбитыми на нем драконьими рунами. Я его давно заприметила.

– Но знай, мои чувства… останутся прежними, – ее голос дрожал, когда она протянула браслет жениху. – И я буду здесь, рядом с тобой…

Тот тяжело шагнул ей навстречу.

Однако я была быстрее. Рывок – и драгоценность оказалась в моей руке.

Браслет обжег пальцы будто раскаленный металл. Впрочем, таким он и был – драконья магия, запаянная в нем, обжигала. Я едва не выронила его, едва не швырнула прочь. И, чтобы не передумать, быстро надела себе на запястье.

– Ваше слово, генерал, – прошептала, глядя, как кожа вокруг браслета краснеет и покрывается ранами. – Всего одно слово – и проклятье исчезнет.

Или я просто сгорю. Помолвочный артефакт, надетый без разрешения, превратит меня в головешку.

Глава 9

Д’Рейтарр оторвался от Элесты и наконец-то посмотрел на меня. В его серебряном глазу не было ни чувств, ни эмоций.

А потом…

Он увидел браслет на моей руке, и его зрачок резко сузился. Превратился в вертикальную щель.

– Будь ты проклята, – прохрипел генерал, позволяя себя сломать.

Покачнулся, хватаясь одной рукой за грудь, будто его ударили в самое сердце. А второй оперся на стол.

Раздался чудовищный треск. Это когти пробили столешницу и разорвали ее, как бумагу. А в серебристом глазу д’Рейтарра читалось, что он представлял мое горло, когда кромсал стол.

– Перед лицом драконьих богов… – проскрежетал дарг, выталкивая каждое слово с таким усилием, словно отрывал от себя по куску, – выбираю тебя и называю… женой!

Гром не раздался. Стены не рухнули.

Но боги услышали!

Браслет на моей руке вспыхнул ослепительным светом. Металл растекся по коже, заставляя меня зашипеть от боли, и превратился в татуировку – замысловатый узор из крючков, точек и петель, будто вытравленных серебряной краской.

Элеста вскрикнула.

Я подняла глаза и увидела, как черный нимб над ее головой колеблется, превращается в дым и… летит в мою сторону.

– Вот и все, – констатировала, ощущая, как он входит в меня, усиливая боль в обожженном запястье. – Ты свободна.

– Я… я свободна? Проклятья больше нет? – Элеста недоверчиво прижала ладони к щекам.

– Оно исчезло, ведь ты добровольно отказалась от брака.

– Что?! – ее удивленный голос слился с рыком д’Рейтарра. – Что ты сказала?

– А что тут сказать? – я театрально развела руками, хотя мне хотелось упасть от боли и усталости.

Но больше не было смысла скрывать то, что я поняла в тот самый миг, когда увидела метку над Элестой:

– Мой дорогой супруг, кто-то сильно ненавидит тебя или наоборот, очень любит. Любая женщина, с которой ты захочешь связать судьбу, обречена. Это не Элесту прокляли, а тебя. И сделала это черная ведьма. Уж не знаю, чем ты ей так насолил…

– Уничтожу! – мои слова потонули в низком надсадном хрипе.

Тело дарга содрогнулось. Плечи резко раздались вширь, треснула ткань. Лицо тоже начало быстро меняться, а кожа – покрываться темной чешуей.

Элеста с визгом бросилась к выходу. А я осталась стоять. Сложила руки на груди и спокойно смотрела, как мой новообретенный супруг теряет человеческий облик. Он больше не мог мне навредить.

Ни он, ни другие драконы.

Признаться, я чувствовала угрызения совести. Все же мама не учила меня быть такой. Может, если бы я сразу объяснила им все…

Нет-нет! Я все сделала правильно. Он ведь именно этого и ждал от меня – подлости и обмана. Я лишь оправдала его ожидания. Я же ведьма, воплощенное Зло. И должна такой оставаться.

Несколько мгновений я наблюдала, как мой муж превращается в дракона. Но когда его размеры стали угрожать целостности кабинета, шагнула вперед и коснулась чудовищной пасти:

– Усни!

Он покорно свалился мне под ноги.

За дверью послышался топот.

Опять эти стражники! Ни минуты покоя.

Вздохнув, я накинула на дверь кабинета и стены запирающую сеть. Теперь это было легко, ведь, обручившись со мной, Аррион дал мне доступ к бесконечному источнику магии. Драконьей магии, которая во сто крат усилила мои способности! Оставалось лишь скрепить союз ритуалом, чтобы никто не мог подвергнуть наш брак сомнению.

– Провести вместе ночь до рассвета? – пробормотала я, устраиваясь на холодном полу рядом с застывшим в полутрансформации даргом. – Не самое худшее, что случалось со мной за последнее время…

Из коридора доносились громкие звуки: крики, глухие удары в дверь, вопли Элесты.

Зря стараются. Сюда никто не войдет, пока я не сниму запирающую сеть. Или пока Аррион не очнется.

А он не очнется, пока не ослабнут сонные чары.

Дым за окном давно рассеялся. Со своего места я видела синее небо и яркое солнце, знаменующее новый день. Мне предстояло просидеть здесь с полудраконом целые сутки, до завтрашнего рассвета.

Сутки без еды и воды, питаясь лишь магией. Она, конечно, давала силы, но не избавляла от бурчания пустого желудка…

На полу было холодно. А огромное тело дарга оказалось приятно горячим. Поколебавшись, я пересела к нему поближе. Это лучше, чем глупо мерзнуть. Тем более он ничего не узнает.

Прижалась спиной к его боку и блаженно сощурилась, когда драконье тепло начало меня обволакивать. А потом с досадой проворчала:

– Ты был прав, генерал. Ведьмам нельзя верить, мы очень коварные, но твоя мать, похоже, превзошла нас всех по коварству. Кто бы подумал, что главный гонитель ведьм – сам сын ведьмы?

Я покачала головой, не в силах осмыслить эти слова. Но теперь мне было понятно, что случилось со вторым глазом д’Рейтарра и откуда у него эти приступы бешенства.

Он полукровка! Смесок!

Только от человеческих женщин не рождаются смески, их кровь слишком слаба, чтобы хоть как-то разбавить драконью. Значит, он сын дарга и ведьмы. Черной ведьмы!

– Никто в мире не придумал бы для своего ребенка более жестокой пытки, чем твоя мать, – подытожила я, глядя на него с жалостью. – Бедняга. Вы с Элестой должны сказать мне спасибо…

Нет, это никуда не годится. Сбоку жар, снизу холод.

Я поерзала немного, пытаясь устроиться поудобнее, потом махнула рукой на приличия и забралась на полудракона. В конце концов, чего мне стесняться? Он же спит и ничего не почувствует.

Так в самом деле стало уютнее. Теперь жар шел снизу, я словно лежала на большой живой грелке. Даже немного расслабилась и почувствовала, как наваливается сонливость. Все же последние ночи спать мне не довелось…

Снаружи продолжался гвалт. Элеста что-то кричала, стражники колотили в дверь, но звуки доносились глухо, будто из-под воды.