– Ты так сильно ранен, что не в состоянии пошевелиться. Не пил, не ел – скоро ведь умрешь с голода. Поэтому я пришла на выручку и принесла еды. Подожду, пока твои раны заживут, и стану твоей спасительницей, тогда тебе однажды придется меня отблагодарить. Я все обдумала. Ты здесь один, за душой у тебя ничего нет, но и я многого не прошу. Тебя мне вполне хватит.

– Сы Мин…

– Я Эр Шэн. Ладно, пока об этом не будем, лучше взгляни сюда! – Девочка кивнула на «еду» в своих руках. – Черные – это живущие на кустах жучки, они вонючие, но очень вкусные. А красные – шлепы, живут в земле, и когда разрываешь их гнездо, то раздаются звуки шлепков. И жуются приятно! Есть еще синие, мои любимые. Они обычно под листьями, так что чаще всего чистенькие, их не нужно мыть и можно сразу есть, отлично хрустят. Ты только не говори никому, как я их называю, но, в общем, хрустиками.

«Весь ее рацион – это жуки и черви…»

– Тебе нравится это есть? – Чан Юань поднял взгляд к лицу Эр Шэн. Из того, что он знал о Сы Мин, ее предпочтения в еде были далеки от подобного.

– Я на этом выросла. Ты не смотри на вид, на вкус – просто объедение! – Она протянула руку с живностью к лицу мужчины, наивно хлопая глазами. – Попробуй!

Воспоминания о древних временах давно уже размылись, дракон помнил только, как люди тогда питались пятью крупами^[7] и мясом, и не имел представления о том, что теперь считалось у них привычной пищей. Однако ему точно не хотелось пробовать такие… дурно пахнущие вещи.

Наконец он покачал головой.

– Я не голоден, нет нужды.

Эр Шэн не стала его уговаривать, а закинула в рот одну из синих букашек. Жуя, она невнятно произнесла:

– Тогда, как проголодаешься, я тебе еще наловлю, а это будет все мое.

Чан Юань молча наблюдал, как Эр Шэн поглощала жуков с червями одного за другим, и это аппетитное зрелище пробудило его желудок, который не сводило от голода уже несколько десятков тысяч лет.

– Очень вкусно?

Девочка, покосившись на него, проглотила одного из свиных жучков, подхватила одного из шлепов, запихнула прямо в рот Чан Юаня и закрыла, не дожидаясь ответа. Далее последовал властный приказ:

– Жуй!

Лицо дракона было мрачнее тучи, но выплюнуть гадкого червя он не мог, оставалось только последовать словам Эр Шэн. Неприятная вонь, что ощущалась сначала, рассеялась, и на языке разошелся насыщенный сладковатый вкус. Однако больше удивило, что, не успел Чан Юань проглотить незатейливый обед, от живота уже медленно начала распространяться теплая энергия, охватывая каждую из конечностей и согревая похолодевшее после ранения тело.

– Хочешь еще? – У Эр Шэн к тому времени оставались последние два «хрустика», которых она собиралась доесть.

– Хочу, – неожиданно ответил он.

– Вот так-то, держи одного, – выпятила она губы.

На этот раз Чан Юань прожевал и проглотил букашку безо всяких колебаний. Изнутри и впрямь почувствовалось разбегающееся тепло, потому он сосредоточил внутреннее дыхание на восстановлении ци. Зачатки энергии дракона постепенно начали скапливаться в крови, теперь бодро бегущей по венам. Хоть и мелочь, но это бесконечно его обрадовало. С новообретенной энергией заживление ран – лишь вопрос времени.

– Ну вот, ты съел принесенную мной еду, так что теперь наполовину мой. – Эр Шэн похлопала своего «красавца» по плечу. – Разумнее всего тебе было бы отправиться ко мне в дом, только рана серьезная, а у меня не хватит сил, чтобы тебя туда дотащить. Пока подождем, а как сможешь ходить – вернемся домой, совершим поклонения^[8], поженимся и заведем малышей!

Прежде чем тот успел вставить хоть слово, она продолжила:

– Я вчера совсем забыла принести тебе одеяло на ночь. Ты подожди, я как раз сбегаю за ним.

И была такова. Чан Юань, оставшись в одиночестве среди цветочного поля, тихо вздохнул:

– Не женюсь я…

И тем не менее покорно прождал девочку до утра. Вокруг клубился туман, отчего сходство полянки с Небесным царством стало еще очевиднее. От ночного отдыха дракона отвлекли торопливые шажки неподалеку, и он приоткрыл веки. Нынешняя Сы Мин была в его глазах непосредственна, как и прежде, и стократ безрассудней.

– Эй, Чан Юань, ты за ночь не замерз?

Вид Эр Шэн, что бежала сквозь туман с одеялом в руках, отозвался в его сердце. Долго он наблюдал за той, что, пробормотав извинения, накинула на него одеяло и поплотнее укутала. Затянувшуюся паузу нарушил его тихий вопрос:

– Что с твоим лицом?

Девочка на пару мгновений остановилась, а после раздраженно ответила:

– Свиным копытом получила.

На самом деле «свиным копытом» был второй сын семьи Чжу, что жила по соседству. Ватное одеяльце дома у Эр Шэн было совсем тонким, поэтому она решила позаимствовать одеяло потолще у соседей, чтобы Чан Юань не мерз холодными ночами в лесу. Старшая невестка Чжу была девушкой простодушной и доброй, так что, выслушав уговоры Эр Шэн, все-таки согласилась. Только девочка с одеялом вышла из дома, как на пути ей встретился подвыпивший второй сын Чжу. Он был известным деревенским хулиганом, который бесчинствовал, задирал всех и каждого, и прежде не раз поколачивал Эр Шэн. Заметив его, она приготовилась броситься наутек, но тот преградил ей путь и поднял за шкирку, как котенка.

– Крадешь из моего дома? – пахнул он ей в лицо перегаром и после жестоко побил.

Старшая невестка, перепуганная, что девочку изобьют до полусмерти, начала звать остальных домашних, чтобы они убедили юношу остановиться.

Эр Шэн, выдержавшая побои молча, поспешила с одеялом домой. Собрав в лачуге вещи, она уже хотела выйти к Чан Юаню, но ее замутило, а одеяло в руках было таким мягким и согревающим… Не в силах бороться со сном, она прилегла вздремнуть, и в итоге дрема затянулась до утра. Подскочив, девочка поспешила в лес.

Конечно же, она не собиралась рассказывать подробности Чан Юаню. Дракон тоже ничего не спрашивал, хоть и понял, что в деревне над ней издевались. Когда Эр Шэн закончила его укутывать, он спросил:

– Это место насыщено одухотворенной ци. Раз даже жуки здесь – бесценное снадобье и ты ими питалась с самого детства, то наверняка в теле у тебя скопилось достаточно духовной силы. Если посвятишь время практике, то, хоть и не постигнешь моментально сильных чар, для самозащиты твоего уровня совершенствования хватит с достатком.

– Ты о чем? – недоуменно уставилась в ответ девочка.

– Сы… Эр Шэн, хочешь изучить техники дао?

– А что это?

– Это такой способ всегда выигрывать драки со смертными. – Чан Юань решил объяснить попроще.

Эр Шэн просияла и в восхищении схватила его за руки.

– Ты правда меня научишь? – И бросилась обнимать, не дожидаясь ответа. – Муж мой! Я знала, что не ошиблась в тебе!

Он взялся обучать Эр Шэн основным заклинаниям. Демонстрировать их сам он не мог, однако его ученица была умна и сметлива, схватывала все на лету. Его старания, ее усердие и накопленная за годы духовная сила дали скорый результат.

Чан Юань был древним божественным драконом на высочайшей ступени совершенствования и видел свои занятия с Эр Шэн рядовыми приемами для самообороны, даже не подозревая, что преподаваемые им заклинания могли стать объектом всеобщего уважения нынешних школ совершенствующихся. Эр Шэн тем более не осознавала своего счастья, ей лишь казалось, что теперь стало проще ловить насекомых, она могла легко ускользнуть от массивного сына семьи Чжу и выходила победительницей из стычек с местными детьми.

Каждый день во время занятий Эр Шэн рассказывала обо всем, что происходило в ее жизни: и важного, и пустячного. Сколько насекомых словила, скольких детей довела до слез. Чан Юань внимательно выслушивал, ни разу не заскучав от ее болтовни. Ему это было привычно, ведь Сы Мин тоже, пока они коротали дни в руинах Десяти Тысяч Небес, развлекала его многочисленными историями. Единственным отличием было то, что у Сы Мин они были записанными, а у Эр Шэн – прожитыми.

После ее рассказов дракон всегда давал свои замечания: где девочка зашла слишком далеко, где поступила чрезмерно скверно. Она всегда принимала его мнение во внимание, больше такого не повторяя. Так они и поладили – она рассказывала ему о мирском быте, а он учил ее еще и человеческой доброте, пускай и повторял мораль из сказаний, переданных Сы Мин.

Будни Эр Шэн проходили мирно и красочно, но в одиночестве она неотрывно размышляла: на дворе уже был пятый месяц, а двадцать третьего числа седьмого месяца ей исполнялось четырнадцать, что знаменовало вступление в брачный возраст. К тому времени Чан Юань тоже должен был окончательно оправиться от ран – значит, нужно назначать дату их свадьбы на восьмой месяц. К тому времени ей было необходимо обзавестись приданым и купить Чан Юаню новую одежду. Но где взять деньги? Не покупать же в долг. Кратким ее беспокойствам положило конец произошедшее в деревне горе, какого девочка никак не ожидала.

Ранним утром Эр Шэн проснулась и заметила, что из окна лачуги не лился привычно яркий солнечный свет – вместо него был густой туман, напоминавший ядовитые испарения, привычные для лесной чащи неподалеку. Она отбросила одеяло, умылась ледяной водой и уже собралась отправиться на ежедневные занятия с Чан Юанем, однако, распахнув дверь, застыла от увиденного.

Откуда в деревне взялось столько… народа? Они бесцельно блуждали по улицам в ветхих и изодранных одеждах, оголенная кожа была в нарывах, в пустых глазах ни света, ни тепла. Еще больше пугали находящиеся в их руках окровавленные конечности и кости – руки, куски мяса, а у кого-то даже чей-то череп.

От вида прокатившейся мимо головы старого учителя девочку вырвало. Громкий звук резко отозвался среди мертвой тишины, и ожившие мертвецы немедленно двинулись в сторону ее дома. Их бледные и мутные глаза были обращены к ней.

Какой бы храброй она ни была, при виде полчища близившихся мертвецов у Эр Шэн подкосились ноги. Девочка ринулась к окошку лачуги и, выпрыгнув из него, бросилась к лесу. От встречавшихся на пути останков стыла кровь – то были тела знакомых ей людей, которые еще вчера были живыми соседями…

Эр Шэн не решалась останавливаться, в голове были мысли только о Чан Юане, будто, добежав до него, она точно спасется. Да, он был тяжело ранен, и все равно рядом с ним девочка чувствовала себя защищенной. Никогда прежде дорога к лесу не казалась ей такой долгой: у Эр Шэн горели легкие, а цель была все еще далека.

У самого леса девочку схватила за загривок склизкая рука и дернула обратно, а ее оживший обладатель уже нацелил клыки в ее шею. Эр Шэн молниеносно обернулась и, выставив перед лицом нападавшего ладонь, бездумно зачитала заклинание. Вспышка золотистого света – и голова его лопнула, окатив девочку вонючими мозгами.

Не было времени на эмоции. Эр Шэн обтерла ладонями щеки, чуть отползла и помчалась в чащу, но не успела сделать и пары шагов, как нечто ухватило ее за ногу и вновь опрокинуло на землю. Лицом она ударилась о булыжник и выбила один из передних зубов – изо рта хлынула алая кровь. Прикрыв рот рукой, Эр Шэн глянула назад и заметила, что обезглавленная тварь теперь вцепилась ей в лодыжку.

Сзади надвигались еще мертвецы, и Эр Шэн, едва не плача от страха и без единой идеи спасения, попыталась вырваться, однако прежде, чем у нее получилось, ухо обдало смердящим дыханием. Девочка повернулась, и перед глазами оказалась зияющая пасть со сгнившим языком и желтыми зубами. Не сдерживая паники, Эр Шэн истошно заорала.