Тогда я подумала, что все обязательно получится. Поверила, что сдаваться рано, хотя уже задумывалась о том, что недостойна быть с Андреем, раз я такая ущербная.

А входит…

Выходит, все это время у него была любовница. И вполне возможно, в тот день она ему просто не дала.

– Проходи, – резко бросает муж, когда поднимаемся на наш этаж, и он открывает дверь своими ключами.

– Андрей, ты должен понимать, что…

– Кто прислал тебе это видео? – резко спрашивает он, как только мы оказываемся в квартире.

– Какая разница? Или скажешь, что это все монтаж?

Я внимательно смотрю в глаза мужчине, которого все это время боготворила, и в котором растворилась, полностью посвятив себя ему и семье.

– Я задал вопрос, Лия. Ответь, пожалуйста.

– Не знаю, доволен? Пришла твоя… Стелла, – усмехаюсь горько. – Заявила, что ты задержишься, а сама зачем-то уселась за стол. После пришли фото, где вы с ней занимаетесь явно не вопросами фирмы. А следом и видеофайл.

Садыков слушает сосредоточенно, в конце коротко кивает. Кажется, ему куда важнее разобраться, как это случилось технически, чем обсудить саму ситуацию с изменой. Да и вообще в его взгляде я не вижу никакого раскаяния или хотя бы чувства вины.

– И что? Ты никак не прокомментируешь? – устало спрашиваю, уже не веря, что услышу хоть какие-то оправдания. Просто не понимаю – неужели это действительно мой муж? Тот, с кем я прожила эти годы?

– Больше тебя эта грязь не коснется, – сдержанно отвечает Андрей.

– И все? – поражаюсь его ответу.

– А что ты хотела? – цинично спрашивает муж. – Ждешь, что я начну изворачиваться, чтобы оправдаться?

Я лишь шокированно качаю головой. Нет, я бы хотела, чтобы он честно рассказал, отпустил меня и дал возможность мне уйти.

– Лия, мы оба взрослые люди. И оба понимаем, что к чему. Ты в последнее время… – он морщится. – Слишком зациклилась на детях. Это утомляет. Согласен, я накосячил. Но больше этого не повторится. Давай будем разумно подходить к сложившейся ситуации.

Наверное, нельзя было меня обидеть сильнее. Но Андрей с легкостью произносит слова, которые окончательно добивают меня.

– Что ж, тогда ты согласишься, что так продолжаться не может, – киваю, стараясь не плакать. Потом. Потом я смогу оплакать осколки моего мира, не сейчас. В данный момент я должна держать лицо, должна сделать правильный выбор и уйти, не показав своей слабости.

– Хорошо, что ты это понимаешь. С этими детьми…

– Я хочу развод, – твердо произношу, старательно игнорируя триггерные слова.

Садыков замолкает, мрачнеет, стискивая зубы.

– Что ты сказала? Развод? Забудь! В моей семье не будет развода, – чеканит он.

– Нет, Андрей. Это конец. Между нами все кончено. Я подаю на развод! И…

– Забудь, я сказал, – рявкает он, в одно мгновение оказываясь слишком близко. Толкает меня к стене, а сам нависает, лишая возможности выбраться из капкана его рук. – Ты – моя жена, Лия. И это не изменится.

– Ошибаешься! – огрызаюсь, пытаясь оттолкнуть мужа. – Я не стану закрывать глаза на твои измены, понял? Ненавижу!

Он перехватывает мои руки, лишая возможности сопротивляться.

– Не пыли, детка, – раздраженно цедит муж. – Сейчас в тебе говорят эмоции. Но ты успокоишься и поймешь, что все не так страшно.

– Да ты издеваешься! Я. Требую. Развод! – взвизгиваю, теряя контроль над эмоциями. Мне так больно, так плохо! Каждое его прикосновение теперь несет в себе яд!

– Советую забыть это слово, – рычит Садыков. – Если, конечно, ты не хочешь, чтобы, например, твой папаша пошел по миру. Ну, или твоя жизнь превратилась в ад. А я ведь могу и такое устроить.

Горло перехватывает спазмом. Неужели он падет настолько низко, что станет угрожать мне? Ведь мы же…

– Вот именно, – усмехается он, заметив мою реакцию. – Подумай как следует, Лия. Ты – моя. И других мужиков у тебя не будет. Смирись с этим.

– Как? Как долго у тебя это все? – спрашиваю, а у самой внутри такая пустота, что не заполнить ее уже ничем. Мое сердце умерло сегодня. Просто разбилось на миллион осколков, и обратно его уже не собрать.– Я хочу знать правду.

– А ты уверена, что готова к этой правде, дорогая?

3 Лия

Его цинизм меня поражает. Я не узнаю мужчину, с которым прожила три года. Ведь это он делал мне предложение в самом романтичном месте – за городом, наедине, на поляне, украшенной только для нас двоих.

Это он был нежным и трепетным любовником в нашу первую ночь. Это он научил меня всему в постели.

Это он радовался вместе со мной, когда тест показал две полоски. И он же утешал, когда случился первый выкидыш.

Это он помогал мне пережить следующие четыре. Он поддерживал мое стремление все-таки родить самой, ходил по врачам, когда это требовалось.

Это был все он… Мой муж.

И этот же человек сейчас смотрит на меня совершенно иначе – так будто мы чужие, и между нами – просто контракт. Договор, который зачем-то ему нужен.

– Не думай об этом, – заявляет Андрей, наклоняется ниже, а меня начинает мутить. Еще немного и…

– Отпусти! – кричу. – Не трогай!

Сейчас у мужа такой взгляд, что мне кажется, он будто слетает с катушек – просто в одно мгновение глаза темнеют, и вот-вот произойдет взрыв.

– Ты моя жена, забыла?

– А ты?! Ты забыл это, когда трахал свою Стеллу!

Слезы уже не выходит сдержать, и вместо того, чтобы отпустить, Андрей зачем-то перехватывает мне крепче, прижимает к себе, пока я бьюсь в бесполезных попытках освободиться, захлебываясь рыданиями.

Боль, которая только дала о себе знать в кафе, сейчас разрастается во мне с каждым мгновением, поглощает меня, словно раковая опухоль.

Мне так больно, так плохо!

– Отпусти! Ненавижу!

Когда муж пытается меня поцеловать, я кусаю его в ответ до крови, он, чертыхнувшись, все же отпускает меня.

– Я хочу развод! И я не стану с тобой жить!

Садыков шумно выдыхает.

– Тогда ты не оставляешь мне выхода, Лия.

Что именно происходит, я понимаю слишком поздно – когда ключи от машины, квартиры и мой паспорт уже оказываются в руках у мужа.

– Посиди и подумай хорошо.

– Что? Ты не можешь меня запереть здесь! – испуганно говорю, пытаясь отобрать у него хотя бы ключи от квартиры. Но, конечно же, безрезультатно.

– Могу. И сделаю. А ты хорошо подумай – вечером поговорим, – бросает Андрей и уходит, оставляя меня без возможности выбраться из квартиры.

В первые несколько минут я настолько ошарашена, что просто стою и растерянно смотрю по сторонам. Даже дверь дергаю, чтобы убедиться – мне не показалось. Муж серьезно решил запереть меня здесь и лишить возможности самой распоряжаться своей жизнью.

И если сначала я не верю в это, то дальше мне становится страшно. Оказывается, я совершенно не знаю мужчину, за которого вышла замуж.

Первая здравая мысль – найти запасные ключи. Вот только меня ждет неприятный сюрприз – их нет на месте. Коробка, где раньше они лежали, пуста.

В груди холодеет, и я уже начинаю по-настоящему паниковать.

Откуда он знал? Подготовился или… Господи, может, он отдал эти ключи Стелле? Ведь я на несколько дней ложилась в клинику для полного обследования, и, возможно, он здесь…

Меня начинает мутить еще сильнее. Как же так вышло-то?

Всхлипываю, размазывая слезы по щекам. Я так была одержима идеей идеальной семьи! Папа растил меня один – мама умерла, когда мне было десять, и между нами с отцом не было особо теплых отношений. Он человек довольно жесткий и в чем-то циничный. Конечно, он не относился ко мне плохо, вырастил, помог выучиться. Но я часто видела, как бывает в семьях у других, и каждый раз мечтала о том, как будет у меня.

Вот только все мои фантазии оказались просто воздушными замками, которые никому кроме меня не нужны!

Что делать? Позвонить? Но куда? В службу спасения? Но как? В квартире у нас нет стационарного телефона. А мой мобильный забрал Андрей.

Тогда как быть-то?

Только спустя почти полчаса мне приходит в голову безумная идея – можно же воспользоваться интернетом. В конце концов есть приложения, чтобы звонить через сеть. Однако когда я загружаю свой ноутбук, меня ждет еще один облом – сеть неактивна.

Видимо, муж предусмотрел и это.

И такая безнадежность накатывает на меня. Стоит только представить, что вечером вернется муж, и мы снова будем обсуждать все это…

Глухие рыдания душат меня, мешая дышать. Перед глазами те самые фото, которые я бы и рада забыть, но ведь они отпечатались в памяти навсегда.

Мой муж в объятиях другой женщины. Раздетый, возбужденный.

Я будто попала в параллельный мир, и не знаю, как вернуться домой.

Я не просто в растерянности, я в отчаянии! И как выбраться из этой ловушки, не представляю. Но что я знаю точно – прощать измену не собираюсь. Ни за что!

На смену отчаянию резко приходит злость. Даже ярость! Поднимаюсь на ноги и иду на второй этаж нашей двухуровневой квартиры, захожу в гардеробную и скидываю вещи мужа на пол, собираясь выместить на них все, что во мне горит в этот момент. Захотел меня запереть?

Пусть потом не жалуется!

Я едва успеваю разделаться с рубашками и перейти к галстукам, как торможу на одном из них.

Темно-синий. Унисекс. Их было два у Андрея. Но сегодня на тех самых фото Стелла была в таком же галстуке. Перерываю все вещи, чтобы убедиться – один из них так и не нашелся, после того как пропал…

И снова глухая пульсирующая боль разливается в груди.

Предатель! Ненавижу! Изменник!

Я кромсаю без разбора все вещи подряд – и галстуки, и трусы, и даже носкам достается!

Дальше по плану – любимая подушка мужа. Помню, я долго выбирала ее, чтобы подходила ему идеально, и чтобы шея у него не болела. К черту подлеца!

Пусть Стелла ему подушки покупает!

Я успеваю ее как следует распотрошить, когда внизу хлопает дверь.

Замираю на несколько мгновений. Прислушиваюсь и понимаю, что не показалось. В квартире кто-то есть…

4 Лия

Перехватив ножницы поудобнее, осторожно выглядываю в коридор, стараясь двигаться как можно тише, иду к лестнице и спускаюсь по ней. Шаги между тем слышатся где-то в районе кухни. Оказавшись на первом этаже, тихо крадусь дальше, пока не… наталкиваюсь на Ларису. Женщину, которая иногда приходит к нам, чтобы прибраться. Обычно я справляюсь сама, но когда несколько раз пришлось ложиться в стационар, я нашла через агентство порядочную женщину, которая могла бы выполнять необходимое, пока меня нет, чтобы Андрею было удобнее.

И в этом месяце я тоже должна была пройти очередное обследование, но мой врач предложила сделать небольшой перерыв, а отменить договоренность с Ларисой я попросту забыла. И теперь это меня спасет – ведь у нее же есть тоже комплект ключей.

– Лия Тимуровна? – удивленно смотрит на меня Лариса. Еще бы, меня дома-то быть не должно. – Здравствуйте. Я не вовремя? Лучше попозже?

– Нет-нет, вы вовремя, – улыбаюсь я. – У меня немного сместились сроки госпитализации. Я как раз соберу вещи и поеду. Так что если можно, то на втором этаже сегодня не прибирайте.

– Как скажете, – понимающе кивает она.

– Оплату в этот раз сделает муж, хорошо? А то я уже опаздываю.

– Хорошо, конечно.

Я едва контролирую свои эмоции, когда веду эту беседу, а саму так и подмывает бежать собирать вещи и скорее покинуть квартиру, пока Андрей не вспомнил про визит Ларисы.

Поднявшись наверх, замираю посреди разгромленных вещей. Стоит ли брать много всего? Бросаю взгляд на часы. Времени в обрез. Если не воспользуюсь возможностью, другой может и не быть. А я совершенно не собираюсь играть по правилам мужа. Пусть со своей любовницей договаривается. А я не позволю вытирать об меня ноги.