В итоге выбираю небольшую спортивную сумку и кидаю туда только самое необходимое. Спускаюсь вниз, захватываю сумку с картами и, попрощавшись с Ларисой, выхожу из квартиры.

Сердце колотится как сумасшедшее. Мне кажется, что вот-вот из лифта выйдет муж и поймает меня, поэтому спускаюсь по лестнице. Пока добираюсь до выхода, кажется, проходит едва ли не вечность, а на самом деле хорошо если минут пять.

Консьерж приветливо улыбается мне, а я стараюсь ничем не выдать своего состояния.

Надо бежать. Вопрос только – куда?

Если я пойду к моей хорошей подруге – Маше, он сразу меня найдет. Я ведь, дурочка, доверяла ему от и до. Делилась всем, и, конечно же, Садыков прекрасно знает, с кем и в каких я отношениях. С Машей мы учились вместе с первого курса, и как-то так вышло, что продолжали общаться и после. Именно с ней я делилась своей радостью, что у меня тест показал две полоски. Именно с ней я плакала, когда почти сразу после этого случались выкидыши, если у мужа была командировка или завал на работе.

Так что ехать к ней – значит, точно сдаться Андрею.

Оставаться возле дома опасно, налички у меня совсем немного, а пользоваться банковскими картами опасно. Да и не факт, что те не окажутся заблокированными. Но уверена, что если я воспользуюсь ими, Садыков узнает об этом. А мне надо как можно больше времени.

Пока иду к автобусной остановке, перебираю в мыслях, куда мне податься.

К отцу? Это тоже проигрышный вариант. Папа улетел в командировку, и в городе появится хорошо если через неделю. Можно, конечно, приехать к нему домой, но уверена, он тут же узнает и… И вернется раньше намеченного. А он это жутко не любит – срываться не по плану. Да и нет у меня уверенности, что отец одобрит мое решение. Тем более что в последнее время он постоянно наседает на меня из-за внука, которого ему надо позарез. И это при том, что его новая жена, Анфиса, беременна как раз.

Нет, нужен кто-то, у кого Садыков и не подумает меня искать. А у папы меня перехватят, и быстро.

Остается… Кристина?

Шанс, что она мне поможет, прямо скажем, маленький. Мы с ней учились вместе. Но в какой-то момент практически перестали общаться. И она, пожалуй, единственная, у кого Андрей не станет меня искать. Вот только захочет ли бывшая подруга мне помогать?

Ее адрес я до сих пор помню, и чтобы добраться до жилого комплекса, где у нее квартира, приходится сделать четыре пересадки. Проще, конечно, было бы на такси, но с наличкой у меня плохо, как и с деньгами в принципе.

Я пока вообще плохо понимаю, как и что буду делать дальше. Чтобы подать заявление на развод, мне нужен будет паспорт, а тот у Андрея. И как встречаться с мужем, я не представляю.

Стоит только про него подумать, как внутри расцветает новый приступ боли, которая и так со мной.

Я медленно впадаю в странную апатию, отстраненно смотрю по сторонам, и больше всего хочется сейчас забиться в уголок и выплакать все, что внутри.

Попасть в подъезд у меня получается довольно удачно – вместе с семейной парой проскакиваю третьей, так что охрана меня не тормозит. Нет уверенности, что Кристина будет рада меня видеть и вообще одобрит мой визит. Но других вариантов у меня пока нет.

Мне нужен один из последних этажей – я и не сомневалась, что квартира у Кристины элитная, но в итоге выясняется, что у нее еще и пентхаус.

Только добравшись до нужной двери, я задаюсь вопросом – а что делать, если она меня выгонит?

Внутри и так пустота, но тут еще и безнадежность начинает цвести буйным цветом. И чтобы не погружаться в нее с концами, решительно нажимаю кнопку звонка.

Жду секунду, другую, третью. Время идет, а ответа нет. Где-то хлопает дверь, а я начинаю нервничать. Нажимаю еще раз, мысленно прося Кристину не упрямиться и открыть дверь. И будто в ответ слышу голос, но позади:

– Лия?

А когда оборачиваюсь, застываю на месте.

5 Лия

На меня смотрит незнакомый мужчина. Довольно высокий, широкоплечий. Судя по тому, что он стоит в спортивных штанах и одной футболке, то он, похоже, живет здесь. Как минимум.

– А вы…

– Не узнала, – усмехается он понимающе. – Извини. Подумал, что я чуть более заметный.

Я правда пытаюсь вспомнить, видела ли где-то этого человека, но, увы, все напрасно.

– Григорий Ярошин, – подсказывает он, заметив мое замешательство.

– Прошу прощения, но нет. Я не помню.

Мужчина мягко улыбается, хотя во взгляде я замечаю легкую досаду.

– Ты к Кристине?

– Что? А, да. Хотела вот к ней в гости… Поговорить… А вы… Ты не знаешь, она дома?

– Сестра умотала в отпуск очередной, – отвечает Григорий.

– Сестра?

– Ага. Троюродная. Опять поругалась с родителями, и вот, – разводит он руками.

– Ясно, – натянуто улыбаюсь. – Не знала, что у неё есть брат.

Ярошин заинтересованно смотрит на меня. Так, будто и правда знает меня. А я не могу его вспомнить. Хотя наверняка такого заметного и харизматичного мужчину я бы запомнила.

– Не очень-то мы похожи, да?

– Ну да. Спасибо за информацию.

Я уже разворачиваюсь обратно к лифтам, как слышу:

– Лия, может, я смогу тебе помочь?

– В смысле?

Оборачиваюсь к нему – Ярошин прислонился к дверному косяку и смотрит на меня вроде довольно доброжелательно. Однако я не привыкла к общению с посторонними мужчинами. С момента, как я вышла замуж за Андрея, он стал моим центром мира, и я даже на мероприятиях, куда мы с ним приезжали, особо ни с кем не общалась. Поэтому от внимания Григория мне становится неловко и немного неуютно.

– Судя по тому, что ты слегка не в себе, то я полагаю, приехала ты к Кристине не просто так.

Мне не нравится его проницательность. Не хочу ни с кем делиться своими чувствами.

– Все в порядке, – отвечаю максимально нейтрально. – Ещё раз спасибо.

Лифт как раз приезжает, и я поспешно захожу в него, специально вставая так, чтобы больше не видеть Григория.

Едва только двери закрываются, как я выдыхаю с облегчением. Теперь не надо делать вид, что у меня все в порядке. Изменил муж, а стыдно почему-то мне. Получается, что я теперь как та жена из бородатых анекдотов, а ведь считала-то, что Андрей – идеальный мужчина!

Снова эта тупая пульсирующая боль в груди, от которой хочется забиться в угол, спрятаться от всего мира и выплакать то, что мешает дышать.

В голове так и звучат его циничные слова, и я не понимаю – как же так? Как так вышло, что я совершенно не знала мужчину, с которым прожила три года?

Он же был таким заботливым и внимательным. И если бы не эти видео, мне бы в голову не пришло, что Садыков может мне изменять.

Ни в чем не было никаких признаков. Ни женских духов, ни следов на рубашке. Ни каких-то долгих командировок.

Почему? Этот вопрос не дает мне покоя. Снова и снова задаюсь им, но ответ, увы, только один – дело в моей ущербности. Наверное, именно поэтому Андрей и закрутил на стороне.

Господи, как же я мечтала родить ему! И каждый раз с замиранием сердца делала тест, едва случалась задержка.

Выходит, все дело в моей неполноценности?

От этого боль от предательства только горше. Получается, что вот такая, с проблемами, я ему не нужна. А те его слова… Что ж, у него с моим отцом есть какие-то общие проекты в бизнесе. Очевидно, что терять контракты не хочется никому.

Но я не согласна жить во лжи и предательстве. Тут Андрей просчитался.

На улице оглядываюсь по сторонам, прикидывая, как и куда поехать. Остается только один вариант – к Маше. Или же к отцу. В обоих случаях шанс, что Садыков меня найдет, крайне высокий. Правда, может, подруга меня выдаст не так быстро.

Пока раздумываю, как поступить, мимо проезжает машина и вдруг тормозит неподалеку от меня. Территория здесь закрытая, а значит, это кто-то из своих. Район элитный и спокойный, поэтому я даже не дергаюсь, продолжая подсчитывать, хватит ли мне денег на отель, и главное, как найти ближайший, если у меня даже телефона со связью банально нет?

– Эй, детка, давай к нам, – доносится до меня.

Вздрагиваю, когда слова повторяются, и понимаю, что они предназначаются мне.

Поворачиваюсь и вижу, как из той самой машины выходят двое парней. Навскидку – примерно мои ровесники. Молодые, с наглыми взглядами.

– Нет, ребят, у меня дела, – вежливо отвечаю и делаю шаг в сторону.

– Да не ломайся ты, – фыркает первый из них. – Поедем, потусим. Тебе понравится.

Затем проходится по мне сальным взглядом.

– Двоечка, кажется, – кивает на мою грудь, а его напарник вдруг поддакивает, ухмыляясь.

– Люблю таких девочек.

– Послушайте, мне это неинтересно. Я жду мужа и…

Не успеваю договорить, как первый из них хватает меня за руку и разглядывает.

– А кольца-то нет, – победно заявляет. – Так что нечего тут заливать, детка.

У меня внутри все холодеет. Как же так? Да, кольцо я оставила дома – потому что после всего, что сделал Андрей, не готова носить его.

– В ювелирку отдала почистить, – придумываю отмазку, пытаясь забрать руку, но парень держит слишком крепко.

– Да и плевать. Муж не стена, – гогочет он, резко притягивая меня к себе.

Я стараюсь оттолкнуть парня, но тут сзади прижимается второй, и я оказываюсь в тисках.

– А ну, не дергайся, дорогуша, если не хочешь, чтобы мы прямо тут попробовали тебя, – хрипит он мне на ухо. – Хотя… Я бы не отказался. Тут есть подсобка. Колян? Что скажешь?

Меня парализует в этот момент. Дикий страх сковывает тело, и только мысль, что если я буду молчать, то все, мне никто не поможет, дает хоть какие-то силы сопротивляться.

– Нет! Отпустите! – кричу, что есть сил.

На рот мне ложится ладонь, а я не придумываю ничего лучше, кроме как укусить нахала, сцепив зубы как можно сильнее.

Тот вскрикивает, дергается, и я пользуюсь моментом, снова кричу:

– ПОМОГИТЕ!

– Ах ты дрянь! – рычит первый и тащит меня к машине, ловко открывая дверь. Еще мгновение, и все. Мне уже не спастись…

6 Лия

Меня буквально запихивают на заднее сиденье, но дверь за мной почему-то не захлопывается. Я так и лежу в неудобной позе, пока не понимаю, что позади шум.

Кое-как разворачиваюсь и вижу, что оба парня валяются на земле, а рядом с ними стоит Ярошин.

И если эти двое придурков скулят и держатся за лицо и живот, то мой спаситель, кажется, даже не запыхался. Смотрит на парней и, присев перед ними на корточки, что-то тем втолковывает.

Затем поворачивается в мою сторону и делает знак, чтобы я выходила. Меня потряхивает – наверное, только сейчас я в полной мере начинаю осознавать, что могло произойти.

– Ты как? – спрашивает Ярошин, поднимаясь. – В порядке?

– Д-да, – киваю, стараясь не смотреть на тех, кто меня едва не увез силой.

– Идем, – говорит Григорий и, подхватив мою сумку, которая оказалась на земле, а я даже до сих пор не заметила этого, берет меня за руку.

Прихожу в себя только в подъезде.

– Отпусти! – говорю, высвобождая свою руку. – Отдай сумку, пожалуйста.

Мой спаситель тяжело вздыхает, поворачивается и смотрит на меня с осуждением.

– Лия, я не насильник. Помочь тебе хочу. Ты вон дрожишь вся. Есть куда поехать? Я могу отвезти.

– Не надо, я дальше сама.

Говорю, а сама взгляд прячу – слезы вот-вот польются. Слишком уязвимой и беспомощной себя чувствую. Никогда мне не приходилось сталкиваться с такой вот агрессией.

– Вот что, мы сейчас поднимемся ко мне, ты выпьешь чаю. Если по-прежнему не захочешь никакой помощи, то просто вызову тебе такси куда скажешь. Добро?

Я молчу. В голове мысли путаются. Для меня вот такое нападение – это что-то за гранью. Отец никогда не бил меня. Его методы воспитания были иные. И Андрей тоже не поднимал руку. Да и голос не повышал. До сегодняшнего дня.

Поэтому то, что хотели сделать эти двое, меня выбило из колеи слишком сильно. Просто в голове не укладывается.