Глава 8

«Господи, дай мне сил со всем справиться и не совершать ошибок», – мысленно взмолилась я, ворочаясь на диване. И напомнила себе, что нет ничего на свете, с чем невозможно справиться. Ничего, кроме смерти. Смерть – это единственная точка невозврата, то, что не под силу исправить или изменить, то, что прорастает острой болью глубоко в сердце навсегда. Это до жути страшное слово, особенно для тех, кто однажды столкнулся с ним. Смерть необратимо отнимает у нас самых близких и любимых. Она не спрашивает разрешения, не признаёт компромиссов, не предупреждает. Идёт до последнего, безжалостно отнимая частичку нашей души. Её ни остановить, ни прогнать. Она никого не щадит. И совершенно не важно, заслуживает ли человек такой участи или нет, молод ли он или стар. Она неминуемо заберёт того, на кого покажет костлявым пальцем… «Сестрёнка, моя дорогая сестрёнка, если бы только ты была жива! Если бы только я могла тебя крепко обнять! Посмотреть в твои красивые глаза! Услышать твой звонкий голос! Боже, мне так тебя не хватает! Никакое время не смогло заполнить твоё отсутствие, не смогло залечить эту глубочайшую рану. Ах, сколько же мы с тобой не успели сделать! Сколько же всего ты не увидела! Как же несправедлива эта жизнь! Как же она порою жестока даже к самым невинным!» Зажмурилась, прогоняя подступающие слёзы. Тоска по ней ледяными клешнями сдавила горло. Сердце содрогнулось от нестерпимой горечи. А воздух, словно напитавшись огнём, обжёг лёгкие. Когда её не стало, этот мир для меня словно опустел. Я будто осталась одна ночью в огромном океане, потеряв свой единственный маяк, свой лучик света.

Мы с детства были с Лизой не разлей вода. Строили общие планы на будущее. Мечтали вместе путешествовать, взрослеть. Родители даже отдали нас в школу в один год, потому что мы очень их об этом просили. Сестре тогда было восемь с небольшим, а мне почти семь. И я не представляла себя без неё.

Её не стало в девятнадцать… Самый страшный для меня день… И я будто умерла вместе с ней. Это было то, что невозможно вынести, невозможно пережить.

Я тогда повзрослела по щелчку. И поняла, насколько жестокой и несправедливой бывает жизнь.

Мне понадобилось несколько лет, чтобы принять эту страшную правду. Я замкнулась в себе, зациклившись на учёбе, и не видела ни друзей, ни родителей. Все они перестали для меня существовать, как и весь мир в целом. Я превратилась в робота, который был запрограммирован лишь на определённые действия. Я не улыбалась, плохо спала, порою забывала поесть. Я была незнакома с миром без сестры и не хотела знакомиться. В итоге меня заставили даже обратиться к психологу в институте. Где-то через год работы с ним я потихонечку начала возвращаться к жизни. Но чётко расставила себе приоритеты. Меня совершенно не интересовали развлечения. Я решила направить все силы на учёбу и карьеру. Решила, что буду добиваться всего за нас двоих, что, как мы и мечтали с сестрой, стану востребованным переводчиком и посмотрю мир. Но последнее пришлось отложить на неопределённое время, потому что в мою жизнь тараном ворвался Матвей. И на тот момент я категорически не собиралась строить отношения. Меня это вообще не волновало. Только тот оказался настойчивым и сделал всё, чтобы меня добиться. Поэтому за годы брака я успела посмотреть только Турцию. Да, это совсем не то, о чём мы мечтали с Лизой. Мы никогда не думали о любви, о замужестве. Но я, увы, влюбилась. И это перевернуло все мои взгляды. Я отказалась от многого ради спокойной семейной жизни. Но, как видим, зря! Всё было напрасно! Вся моя борьба с собой, мои чувства вины из-за того, что не смогла сдержать обещание, данное сестре. Порою меня разрывало от мысли о том, что я предала нас, предала её… Мужчины, который так легко слил наши совместные годы в унитаз!

«Никогда не прощу!» – прорычала сквозь зубы с ещё большим запалом. Не прощу ни себя за слабость, ни его за измену. И, ещё раз убедившись, что поступаю правильно, я закрыла глаза и попыталась уснуть.

«Как вкусно пахнет», – донёсся из коридора голос мужа. Уже через секунду он появился на кухне собственной персоной.

– Выспался? – спросила я, натягивая на губы приветливую улыбку.

Да, как обычно пришлось приготовить завтрак, чтобы не вызывать у него подозрений.

– Кто‑то сегодня в хорошем настроении? – ухмыльнулся он, подходя ближе и обнимая меня.

– Можно и так сказать, – выдавила я, ежась от его прикосновений, и командным голосом добавила: – Марш за стол, а то всё остынет.

– Вкусно, – буркнул муж, пережёвывая очередной кусок своего любимого омлета. – Я уже соскучился по твоей еде.

– Ещё бы, я же всегда готовлю для тебя с любовью, – сказала я. Особенно сегодня – с такой любовью, что неудивительно, если он сейчас подавится. И я не уверена, что в таком случае окажу ему первую помощь.

– Кстати, как там твоя секретарша? – при этом вопросе я заметила, как муж напрягся: вилка в его руке застыла, не достигнув рта. – Помню, при нашей последней встрече ей было плохо. Отошла? Ты ещё не уволил её?

– Нет, насколько я знаю, всё нормально, – выдал он сухо и сразу же принялся есть, видимо, чтобы не продолжать неприятный разговор.

– Хорошо, я рада за тебя, наконец‑то ты с кем‑то сработался, – улыбнулась я, подавая ему бокал с кофе. – Знаешь, с этой девушкой стоит дружить, раз уж она смогла найти подход к моему капризному мужу. Может, пригласим её в гости?

– Может, – буркнул он и, глянув на часы, добавил: – Мне уже пора на работу.

– Так рано? – вопросительно изогнула я бровь.

– Ты же знаешь нашу ситуацию.

– Но мы так и не решили, что будем делать с деньгами из сейфа? – напомнила я, убирая со стола посуду.

– Ты сегодня занята? Сможешь сама отвезти их к родителям? – спросил он, посмотрев на меня внимательно.

– Да, не проблема, но я не помню пароль, – пожала я плечами. Кажется, я его и никогда не знала. Муж довольно скрытный в таких вопросах, а я особо не интересовалась.

– Позже пришлю в сообщении.

– Хорошо. А я попробую связаться со знакомой, которая раньше работала в налоговой – вдруг сможет чем‑то помочь.

– Будет отлично, – вздохнул Матвей.

«Конечно, будет отлично», – мысленно повторила я. «Отныне для тебя я ничего не делаю просто так!»

– Ах да, сегодня вечером обязательно жду тебя дома, – заявила я, когда муж взялся за дверную ручку.

– Что‑то намечается? – он посмотрел на меня удивлённо, поднимая брови. – Надеюсь, я ни о чём не забыл?

– Не забыл, увидишь, – хитро улыбнулась я и заставила себя поцеловать его в щёку.

Да, пора уже заканчивать этот спектакль и обзавестись весомыми доказательствами. И я, кажется, знаю, как это сделать…

Глава 9

Я накрыла стол в гостиной. К сервировке подошла с особой тщательностью. Всё должно было быть идеальным. Мне хотелось, чтобы муж запомнил этот праздничный ужин, ибо он, скорее всего, станет для нас последним.

Чёрная посуда словно передавала мой настрой. Не зря я её выбрала. Даже отыскала в местном гипермаркете чёрные свечи. Жутковато, но для сегодняшнего вечера – самое то…

Я посмотрела на часы, чёртовски раздражённая тем, что Матвей снова задерживался. Еда на плите уже начала остывать. Да и плевать на неё – больше напрягало то, что мой план может провалиться. А я так этого не хотела. Не хотела больше ждать подходящей возможности.

Дверной звонок щёлкнул где‑то через час, и в комнате появился угрюмый муж.

– Прости, я забыл, – бросил он, заметив накрытый стол.

– Не в первый раз, – промямлила я и выдавила из себя приветливую улыбку. – Ничего, садись, я всё разогрею.

– Не нужно, так поедим, – буркнул он устало.

– В таком случае сначала открой вино, – велела я, хитро прищурив глаза. – У меня для тебя очень хорошая новость!

– Надеюсь, это то, о чём я думаю, – проронил Матвей, разливая красную жидкость по бокалам.

– Я, конечно, не знаю, о чём ты думаешь, но уверена: это даже лучше, – подмигнула я, выдерживая напряжённую паузу. – Моя знакомая согласилась помочь и обещала всё уладить в ближайшее время.

– Ты серьёзно? – подался он вперёд.

– Ну конечно, – улыбнулась я. – Думаю, это стоит отметить, не так ли? – я подняла бокал и протянула его к нему. Муж проделал то же самое, и тишину взорвало характерное звяканье.

– Если всё получится, я буду у тебя в долгу, – произнёс он и залпом осушил содержимое бокала.

«Не волнуйся, любовь моя, мы будем в расчёте», – мысленно парировала я, а в реальности одарила супруга широкой улыбкой.

– Может, тебе чего‑то покрепче? – предложила я, поднимаясь из‑за стола. – Кажется, у нас завалялась бутылка твоего любимого виски…

Матвей не ответил, и я, как и планировалось, взяла ситуацию в свои руки. Естественно, это виски появилось у нас не просто так: я купила его сегодня с определённой целью – напоить обожаемого мужа.

– Кстати, ты хочешь ещё что‑то мне сказать? – спросил сосредоточенно Матвей.

– Не поняла? – насторожилась я от неожиданного вопроса.

– Ты же ещё утром говорила, что ждёшь меня дома. Получается, на тот момент ты не общалась со своей знакомой и не знала, что она поможет, – разложил он по полочкам.

Я мысленно выдохнула и ответила:

– Нет, ничего такого. Честно, я ещё вчера связалась с ней, но ответ от неё ждала только сегодня. Поэтому я тебе ничего не стала говорить, чтобы понапрасну не обнадеживать. Как видишь, всё сложилось отлично, – пояснила я, нисколько не стыдясь своей лжи. Это ничто по сравнению с тем, что сделал он!

– Спасибо… – начал было муж, но я его перебила.

– Да брось, мы же семья, – отмахнулась я. – Давай проведём этот вечер, оставив все проблемы.

– Согласен, – кивнул он и поднял стакан, наполненный практически до краёв. – Давно мы так не сидели.

– Не помню даже, сколько, – подтвердила я и с грустной улыбкой добавила: – Кажется, с моего дня рождения, про который ты, к тому же, забыл…

– Я же сто раз потом извинился, – вздохнул Матвей.

– Извинился, – согласилась я. – Но что толку? Такое разве забудется?! Уже совсем скоро твой день рождения. Есть какие‑то мысли по этому поводу?

– Нет, ничего не хочу, – ответил он.

– Да? Жаль. А я придумала кое‑что очень интересненькое, – заявила я, разочарованно закусив нижнюю губу.

– Я согласен на всё, но только без гостей, – сдался он.

– Отлично. Обещаю: этот день рождения ты не забудешь! – улыбнулась я, предвкушая, как он будет выглядеть после моего сюрприза.

Матвей собирался что‑то ответить, но его отвлёк зазвонивший в коридоре телефон. Он извиняюще взглянул на меня и пошёл за ним. Вернувшись, он сбросил вызов и положил смартфон на стол экраном вниз. И буквально через минуту телефон запиликал – пришло смс, затем снова и снова.

– Ничего важного? – поинтересовалась я, с трудом сдерживая злость.

– Нет, – ответил он как‑то раздражённо.

– В таком случае выключи звук и убери его со стола! – гаркнула я резко. Муж кивнул и переместил телефон на комод.

– Спасибо, – выдохнула я более расслабленно.

Где‑то через час Матвей уже был изрядно пьян. Но меня это не останавливало: я то и дело наполняла его бокал горячительным, с нетерпением дожидаясь, когда он окончательно свалится и уснёт до утра непробудным сном. На это понадобилось ещё минут сорок. Потом мне даже пришлось тащить это здоровенное тело в спальню. Когда по комнате разнесся его храп, я пулей помчалась в гостиную. Схватив телефон мужа, я увидела уведомления о пяти пропущенных вызовах и семи сообщениях. Кто звонил, я, конечно, не могла посмотреть – я не знала пароль от его телефона. Но ничего – скоро мы это исправим. Прихватив смартфон с собой, я вернулась в спальню. Включив ночник, я уселась на кровать рядом со спящим мужем и, грубо схватив его правую руку, принялась по очереди прикладывать его загорелые пальцы к сканеру отпечатка.

– Вот же козлина, зашифровался, – выругалась я, когда после пятой попытки вышла ошибка и сработала блокировка на несколько минут. Пришлось подождать и перебраться на другую сторону постели. Затем проделала то же самое с левой рукой. К счастью, здесь всё вышло быстрее: телефон разблокировался после прикосновения большого пальца.