Тогда просто ответьте себе на вопрос – кто сможет с большей вероятностью успешно открыть новое дело? Своё или инвестировать в чужое свободные средства? Конечно, тот, у кого они уже есть! Кто купит разорившееся предприятие, кто потратит на перспективную разработку (а возможно даже и сольёт в никуда) миллионы рублей? Ответ простой – те, кто обладает капиталом. И так вышло, что в этом мире это дворяне. Не, так-то и купцы с кошельком нехилых размеров ходят, но масштабы их возможностей по сравнению с дворянами несопоставимы.

Из чего следует, что за владельцами капиталов будут пристально наблюдать. Государственная машина – это дед уже рассказывал, натаскивая единственного наследника рода – ни за что не позволит деньгам множиться в тишине. Ведь тот, у кого есть богатство, рано или поздно захочет и власти. Ещё больше власти, чем та, которую даёт золото.

Поэтому государство следило за каждым чихом дворян, моментально и безжалостно обрушивая все институты контроля на родовитого должника. Это что касается второго пункта. А вот с первым – дворянской честью – всё было ещё проще. Неспособный разобраться с денежными вопросами или закрыть долг аристо позорил всё сословие. И, что тоже немаловажно, подавал нехороший пример тому же государству, которое могло сделать из неудачника очень удобный пример. Неважно чего – окружение трона найдёт.

Раньше обо всём этом болела голова у деда. Он, бывало, часами вечером просиживал над финансовыми книгами и бухгалтерскими документами – средств, чтобы содержать выделенного на это специалиста, у нашей семьи не было. Теперь эта обязанность легла на меня. Хочу я этого или нет.

Однако просто сесть и погрузиться в увлекательное чтение царства дебета и кредита я не мог. Вчера днём вместе с арестантом Тайная Канцелярия изъяла и все его финансовые записи. В надежде обнаружить там следы, ведущие к другим заговорщикам.

Вывод – первым делом нужно тащиться в Тайную Канцелярию, просить вернуть книги или хотя бы позволить снять копии для личного пользования. Да и про деда заодно побольше узнать. В принципе, даже идти не нужно, можно просто позвонить. Агент Хасимото ведь свой номер оставил.

Значит, это у нас будет первым пунктом в списке дел. А вторым… Вторым станет Уний. Нам с ним нужно выработать какую-то сигнальную систему – невозможно же общаться, считывая информацию с милой собачьей морды.

Таблички – это здорово, но они больше подходят для внутреннего, домашнего общения. Их я могу заготовить целую гору, и соотечественнику только и останется лапой ткнуть в ту, которую нужно. Получится что-то вроде разговора с немым. Но нужны ещё и средства коммуникации на людях – не будет же мой подопечный целыми днями дома торчать.

Тут лучше всего, наверное, подходят жесты и команды с моей стороны и количество «гавов» с его. Меньше внимания привлекать будем. Если кто-то и заинтересуется умненьким и понятливым мастифом, то его поведение всегда можно объяснить хорошей дрессировкой. А чтобы еще больше на это указывать, то команды можно произносить на родном для нас обоих языке. И постороннему ничего не понятно, и легенда с дрессурой крепче выглядеть будет.

Так, скажем, один «гав» – да. Два – нет. Три – не уверен. Поднять хвост и помахать – надо поговорить. Короткий скулеж…

Глава 10

Уний вошёл в кабинет, когда я уже и список команд придумал, и даже базовый набор табличек – на обычной бумаге – написал. Как раз стоял над ними, разложенными на полу, и думал, что ещё можно добавить. Вроде и так дофига получилось, чуть ли не весь набор возможных слов выписал.

Мастиф обошёл кругом мои художества и кашлянул – получилось, будто хохотнул. Аккуратно, чтобы таблички не разлетелись (нужно потом их заламинировать или на пластиковых пластинах сделать), выбрал и подтолкнул носом ко мне три.

“Я. Нет. Плохо”.

Мне секунд десять понадобилось, чтобы понять, о чем это он.

– Ты на меня не злишься?

Кивок.

– Хвала Древу! – Я буквально почувствовал, как с души падает тяжеленный камень. – Но все равно прошу у тебя прощения за этот форс-мажор.

Ещё один наклон лобастой башки. Мол, извинения принимаются. После чего:

“Еда. Хорошо”.

– Это да, брат. Еда тут не чета нашей! Одно плохо – такими деликатесами тебя кормить я смогу нечасто. По крайней мере, в ближайшее время. Деда, в смысле, деда реципиента, арестовали по подозрению в госизмене. А он мало того, что мой официальный опекун, у которого доступ ко всем нашим средствам, так ещё и сама семья, хоть и дворянская, очень бедная. Но с этим мы разберёмся!

На последнее заявление Уний сообщил, что готов помогать. Мы с ним посмеялись над тем, как он будет разбираться с финансами – та ещё картина! Как я понял, что мой земляк тоже хохотал? Ну, кашель, оказывается, действительно был аналогом, тут я не ошибся.

Потом я ему накидал свой план действий, идею с командами, которыми мы будем общаться на людях. И как-то незаметно перешёл к рассказу о мире, в котором мы с ним теперь будем жить. Так-то переселенцев готовили к миграции, давали все сведения, добытые Кочевниками, но одно дело – лекции там, и совсем другое – здесь.

– Так как я тут графом числюсь, тебе нужно понимать особенности здешнего сословного общества. Ну, просто, чтобы чей-нибудь не тот лакированный башмак не обоссать, – здесь я улыбнулся, а Уний растянул пасть в беззвучном зевке. Смешно, мол. – Ну а что? По моей легенде ты очень хорошо дрессированный пёс, умеющий чуть ли не человеческую речь понимать, так что будь любезен соответствовать!

“Математика”.

– Я знаю, что ты умный, Уний. Но ты, уж извини, в теле мастифа. И у тебя вряд ли появится возможность показать кому-то свои знания.

“Ярмарка. Представление. Вопрос”.

– Нет, конечно, я не буду тебя так использовать! Хотя идея неплохая, можно будет немного денег поднять! Да шучу я, шучу, чего сразу рычать? – Замахал я руками, после чего пояснил: – Даже если бы я захотел так поступить, мне происхождение не даст. Пусть и бедные, но Брюсы – аристократы. Высшее общество за такое распнёт, а нам тут надо устраиваться как-то. Ладно, слушай инструктаж.

Я быстренько прогнал в голове, что хотел сказать, и решил начать с политинформации.

– Итак, мы в Российской империи. На троне Андрей Васильевич из рода Шереметьевых, третий носитель имени. Под ним Совет Семи Князей. Перечислять фамилии не буду, тебе пока без надобности, потом подробнее пройдемся. Так, что ещё? А! Несмотря на явные признаки самодержавия, монархия считается все же парламентской. Тут есть Сенат, в две Палаты которого входят представители разных сословий. Этот орган может заблокировать решения Совета и даже императора. Кроме шуток, один раз даже получилось, лет пятьдесят назад, чем местные страшно гордятся. И сам император не устаёт вспоминать – типа, смотрите, какие мы просвещённые!

Двигаясь по заготовленной программе, я вываливал на собеседника тонны информации, часть из которой он уже знал, но без тонкостей и нюансов. Например, рассказал, что европейские страны в общем и целом лежат под русско-германским альянсом и давно уже не пырхаются, послушно выполняя роль сателлитов одного из гегемонов. Что на двух материках в Западном полушарии живёт и здравствует коренное население, которое смогло развиться до крупных государств, так как Эпоха великих географических открытий здесь пришлась на вторую половину семнадцатого века, а главными первооткрывателями выступили русские и германцы.

В результате колониализма, известного на множестве соседних с нашим родным Листком, здесь не было. У гегемонов и так земли было хоть заешься, так что с немного отстающими по развитию от европейцев мешика (самоназвание одного из крупнейших народов) был заключен мир.

– Империя Ацтлан полностью контролирует Южный континент в Западном полушарии, а Союз Пяти Племён – северный. Поднебесная уничтожила государство Ниппон триста лет назад и полностью подчинило его, породив Великий Исход. При поддержке тогдашнего русского царя несколько миллионов ниппонцев переселились на здешнюю территорию, и их аристократия стала родниться с нашей. Маратхи подмяли под себя все южные земли и находятся в постоянных зарубах с ханьцами из Поднебесной. Примерно так выглядит политическая география.

“Главный. Город. Нет. Москва. Вопрос” – пока я рассказывал, Уний с задумчивым видом бродил между разложенными табличками. И когда я закончил, выложил передо мной чуть ли не целое предложение.

А может мне не таблички, а что-то в виде интерактивного экрана для разговора с ним приспособить? На котором можно лапами буквы нажимать? Правда, придётся ему научиться задавать вопросы на здешнем языке, да и сама такая приблуда обойдётся ой как недешево. А у меня денег нет. Ладно, значит, пока таблички…

– Столица Российской Империи – Владимир, – ответил я, раздумывая над вопросами межвидовой коммуникации. – Огромный город с населением в восемь миллионов – и это только постоянно проживающих, а с приезжими так и все десять будет. Перенесена из Москвы чуть больше четырёхсот лет назад, в период, когда династию Рюриковичей сменили Шереметьевы.

“Еда. Деньги. Вопрос”.

Как выяснилось, земляка больше волновали не геополитика с географией, а более бытовые и насущные вопросы.

– Деньги на жизнь, пусть и не шикарную, у нас есть, – ответил я. – Всё же бедные аристократы – это не прям нищие. С голоду не помрем точно. Но нужно получить доступ к управлению. Сейчас закончим тут, позавтракаем и пойдём в Тайную Канцелярию. Будем выбивать из этих ребят доступ к нашим средствам.

“Человек. Кровь. Злой. Вопрос” – за время общения я уже наловчился почти с полуслова понимать, что мне хотел сказать Уний. Несмотря на то, что порой выглядели его вопросы очень неочевидно.

– Не знаю я, Уний. Может дед и правда заговорщик. Он, конечно, старый пень, но ведь ещё и сильный энергет. Вполне возможно, что у него хватило бы сил на то, чтобы выступить против власти. Правда, я не знаю, на кой черт ему это понадобилось.

“Ты. Человек. Кровь. Проблемы. Вопрос”.

– Мне уже дали понять вчера, что Тайная Канцелярия не рассматривает меня как подозреваемого. Обычно родственников подозреваемых тоже втягивают в разработку, но тут сработало то, что Роман Брюс последние годы при смерти лежал – никто на него и думать не будет.

Про то, что меня, возможно, используют как наживку, я ему говорить ничего не стал. Во-первых, потому, что сам в этом до конца не уверен. А во-вторых, незачем ему пока об этом думать, других задач хватает.

А, я же ему ещё про магию ничего не рассказал.

– Ну и самое главное, Уний. Ты про это уже знаешь, но я специально пройдусь отдельно, поскольку это очень важно. Если я скажу «одарённый, фу», ты делаешь ноги, понял? Без шуток.

“Вопрос. Смысл. Нет”.

– Потому что могут убить. Кинет какой-нибудь аристо «воздушный диск» или «стрелу мороза» – просто чтобы мне насолить – и кончится для тебя даже такая вот жизнь. А ему, что характерно, ничего за убийство не будет, максимум штраф. Ты же для них просто животное, на которое уголовный кодекс не распространяется.

Местные, как я уже говорил, энергеты. Здесь они называются магами. Процент их относительно основного населения не слишком высок, не больше десяти, из которых большая часть является дворянами. Это, кстати, объясняет, почему к текущему уровню развития сохранились такие пережитки, как сословное деление. Сложно отказаться от разделения людей на сорта, когда они отличаются, будто разные виды.

На самом деле, магия тут могла быть и поразвитее, что ли. Я к тому, что в бытовых областях жизни она практически не представлена, только в боевых. Так-то цивилизация Деноса вполне себе техногенная, хотя и отстаёт от моей родной (до Увядания, естественно). Но здесь аристократия полностью узурпировала весь спектр энергетических техник, не выпуская эти знания наружу и ревностно следя, чтобы уникальные практики не стали достоянием широких масс.

“Понимание. Опасность. Много. Вопрос”.