Мы плыли на удивление быстро. Видимо, магия озера действительно помогала нам добраться до суши. Но в нашем случае она опять сработала не так, как ожидалось. По легенде, после того как лед сходит, озеро должно помогать всем путникам, не добравшимся до Храма, доплыть именно до острова, буквально выталкивая их к руинам Богини. Нас же словно прогоняло, выталкивая прочь от священного места.

Что за несправедливость?!

Я почти плакала от досады. Ведь я не только не успела загадать желание, но и обрекла этого Эргона на верную смерть.

«Но ведь я не хотела! Видят боги, не хотела! Тогда зачем ты скрепила нас нерушимым союзом, Богиня?! Что же ты задумала?..»

Сегодня был праздник «Ледяной ночи». День, когда весь Риольд посреди лета на несколько суток преображался в зиму. Как же это было красиво! Зеленые деревья, яркие цветы, кустарники – все было припорошено снегом и тонкой корочкой льда. Вода в фонтанах, водоемах и купальнях леденела моментально, и маги воды старались не пропустить этот миг, сооружая из воды невероятные, застывшие во льду фигуры.

А в первый день древнего праздника священное озеро Ольрен покрывалось льдом. Это было уникальное зрелище, поскольку оно никогда не замерзало даже зимой. Ради этого люди приезжали за много тысяч километров, даже из других стран. И все ради возможности пройти по замерзшей глади к развалинам древнего храма Богини Вильяры и попросить исполнить одно самое светлое, самое сокровенное желание.

Я ведь тоже ждала этот день, готовилась к нему. Чего мне только стоило пройти мимо сотни слуг, сновавших по дворцу всю ночь, и мимо толпы охраны! Чтобы избежать внимания, я специально пошла не на главный пирс, откуда к озеру выходила основная толпа людей, а ушла на дикий пляж, что находился в нескольких десятков метров от пирса.

Мне было жизненно необходимо добраться до Храма, но удача в этот день явно от меня отвернулась. Я задержалась во дворце, так как практически перед всеми потайными выходами в сад стояли стражники. Даже Фир удивился: он докладывал, что выход чист, но, когда я добиралась, он оказывался уже занят. Видимо, в связи с прибытием высоких гостей охрана была усилена в разы.

Пока я отыскала свободный путь, опоздала и прибыла к озеру почти перед самым рассветом. Времени добраться до Храма оставалось катастрофически мало, но я все равно побежала!

И все зря.

Теперь на моей руке красуется несмываемый браслет, а я думаю, как спасти своего случайного супруга.

Проклятие женщин королевской линии настигнет его, убьет безжалостно. И, к сожалению, это не шутки. У него были все шансы на долгую, счастливую жизнь, но теперь… ему остался всего год.

Мне нужно развестись. Немедленно! Вот только как? Брак по воле Богини невозможно расторгнуть…

Настоящая, холодная паника ударила в виски.

Слёзы, которые я сдерживала, снова подступили. Я испортила всё. Свою жизнь, его жизнь и, возможно, будущее королевства. Ведь если мой случайный муж – какой-нибудь аристократ из соседнего государства, скандала не избежать. И если только скандала, ведь может дойти и до военного конфликта…

Я посмотрела на Эргона.

Да, мужчина был красив. Пугающе красив, я бы даже сказала. Мокрые волосы цвета грозового неба струились по широким плечам, сильные руки держали меня крепко, но на удивление бережно, а его глаза… Я тонула в этом небе, растворялась. В него хотелось смотреть вновь и вновь. Это было гипнотическое зрелище, от которого замирало сердце.

И именно это мне не понравилось!

Он молчал, работал сильными руками, уверенно рассекая воду. Уставшим он не выглядел. У меня вообще сложилось ощущение, что он не меня спасает, а так, поплавать в ледяную воду залез. Его синие, мокрые волосы теперь выглядели как тяжелые грозовые тучи, а взгляд был сфокусирован на берегу. Понять, о чем он думает, было невозможно.

Однако он был абсолютно спокоен, не зная, какая угроза нависла над его головой.

Ладно, нас поженила Богиня. В насмешку или преследуя какую-то цель, я пока не знала. У меня есть год, чтобы это узнать и развестись. Паникой горю не поможешь и ситуацию не решишь, поэтому я постаралась успокоиться. Переговорю с бабушкой Марлен и решу, что делать дальше. Уж она как никто другой знает об этом проклятье если не всё, то очень многое.

Эти мысли придали решимости.

Спустя несколько минут мы достигли песчаной полосы. Меня он тащил спиной к берегу, и я понятия не имела, куда именно мы приплыли. Богиня, только бы не на главный пирс. Если меня заметят в воде с каким-то незнакомцем, скандал будет не только во дворце, но и во всем Риольде! А мне лишние сплетни сейчас вообще ни к чему.

Подплыв, Эргон поставил меня на ноги и отпустил. Вот и прекрасно! Бежать нужно от него как можно быстрее, пока он не решил исполнить свой «супружеский долг».

От этих мыслей даже кровь к лицу прилила, и стало немного теплее. На минуточку. Но не успела я сделать и шага в сторону, надеясь скрыться, как он рывком дернул меня к себе, схватив за руки, а после моего вскрика подхватил на руки – настолько легко, словно я была перышком, и понес прочь из воды.

Меня била крупная дрожь. Зуб на зуб не попадал. Я была насквозь мокрая, пронизана холодом до костей, и только его горячий торс, к которому я невольно прижималась, давал хоть какое-то сомнительное тепло. Я старалась дышать ровно, чтобы он не заметил, как я дрожу. Моя гордость не позволяла выглядеть слабой.

Однако она исчезла, уступив место удивлению, когда мы вышли на берег дикого пляжа. Нас ждали. И это были не жители Риольда и даже не городские стражники: одежда на мужчинах (а на берегу стояли только они) была странная, незнакомая и в синих тонах, как волосы моего «супруга». Я даже опешила на мгновение, пытаясь сообразить, куда мне теперь деться.

Значит, мой наглый спаситель не просто случайный пловец. Кто же он, раз его сопровождает такая свита?

Эргон, не обращая внимания на мои изумленные глаза, аккуратно опустил меня на скамейку, стоявшую под деревом. Один из стражей тут же подал ему темный, тяжелый плащ, который он, не говоря ни слова, накинул мне на плечи. Я тут же закуталась в него, пытаясь согреться.

А затем он отошел и… начал стягивать с себя мокрую рубашку.

Мама дорогая, что он делает?! Раздевается в присутствии дамы? Ну хорошо, жены, но мы познакомились лишь несколько минут назад! Должны же быть хоть какие-то рамки приличий…

Я залилась краской, чувствуя, как лицо пылает даже сквозь холод. Он ведь, он… красивый, зараза. Очевидные вещи я могла признать. Красивый, но совершенно бесцеремонный!

Эргон совершенно игнорировал мое присутствие, демонстрируя свой мощный, мокрый торс. Его тело было покрыто каплями воды, а мышцы играли, когда он поворачивался к своим сопровождающим, чтобы принять из их рук что-то сухое. И что меня удивило, никто из них и слова не сказал о заплыве.

Я отвернулась, чувствуя себя невероятно неловко, стараясь угомонить бешено колотящееся сердце и сбившееся дыхание.

Да что со мной?! Что я, полуголых мужчин не видела? Видела. Брат раньше часто оттачивал владение мечом с друзьями на заднем дворе, а мы с фрейлинами, будучи еще совсем юными девушками, подглядывали. Фрейлины за наследником, а я за его друзьями. Но никто и никогда не вызывал во мне такие эмоции!

Мое любопытство пересилило смущение, и я снова украдкой повернула голову. И тут же встретилась с его внимательным взглядом.

Я вздрогнула. Его глаза светились мягким золотым светом. Он медленно, нарочито неспешно провел рукой по мокрой груди, словно позируя, и на его губах появилась ехидная, самодовольная ухмылка. Он заметил, что я смотрю!

И не просто заметил, а покрасовался! Это вывело меня из себя окончательно!

– Ах ты…

Я отвернулась, покрывая этого наглеца на чем свет стоит. Что он о себе возомнил вообще? Думает, что вгонит меня в краску? Как бы не так! Я решила показать этому нахалу, что мне вообще все равно на его внешность. Что не нравится он мне. Ни капельки! Но когда вновь повернулась, Эргон стоял ко мне спиной и переговаривался с одним из спутников.

Ну что за несправедливость?

На его спине и руках я заметила странные, витиеватые татуировки. Они напоминали чешую или древние, чужеземные руны. Хотя, скорее, и то, и то вместе. Глядя на эти татуировки, я вспомнила о той, что нас наградила Богиня.

Я бросила взгляд на запястье: золотой браслет чуть потускнел, исчезло золотое свечение, но он все так же оставался на месте.

А я-то уж надеялась, что мне это померещилось…

Он постоянно косился в мою сторону, словно проверяя, не сбежала ли его случайная жена. Свой браслет не показывал. Вернее, не совсем так: страж на браслет обратил внимание, но Эргон отмахнулся. А уж говорили они про него или нет, я не понимала.

Сейчас я смогла хорошенько его рассмотреть, чтобы понимать, с кем имею дело. Моему случайному «мужу» на вид было не больше тридцати лет, он хорошо держался, был явно закален и натренирован. Похож на стража, но… как раз его стражи относились к нему с едва заметным, завуалированным почтением.

Значит, он кто-то повыше и явно прибыл инкогнито. И это лишь добавляло проблем. Огромных!

Мы все еще находились в окрестностях священного озера, и магия здесь не действовала. Поэтому я не могла согреть себя. Приходилось кутаться в чужой плащ и искать пути отступления. Ведь еще чуть-чуть, и во дворце заметят моё отсутствие! А этого нельзя было допустить.

Я даже приглядела небольшую тропинку, обрамленную густыми кустами, и думала уже, как вежливо, но решительно сообщить, что мне нужно уйти, как Эргон развернулся ко мне и подошел, уже одетый в сухие, темные кожаные штаны и рубашку с наручами, которую даже не удосужился застегнуть полностью. И пока я с лихорадочным румянцем на щеках наблюдала за его приближением, он бесцеремонно взял мои окоченевшие руки в свои. Я тут же почувствовала, как по ним разливается приятное, сильное тепло.

– Ты замёрзла, – констатировал он, и на этот раз в его голосе было чуть больше заботы, чем раньше. Затем, к моему полному изумлению, он провёл ладонями над моей мокрой одеждой, и та зашипела, выпустила пар и мгновенно стала сухой.

Магия. Сильная, чужая. Но… Как он смог ей здесь воспользоваться? Здесь же невозможно магичить! Даже артефакты сбоят, а он так легко и просто взял и высушил меня, даже ничего не подпалив.

Я вновь ошеломлённо посмотрела на мужчину, гадая, кого же мне удалось «обраслетить». И догадки были одна мрачнее другой, ведь он явно не местный. Всю знать я знала как облупленную, да и не умели обычные маги, даже сильнейшие, заставлять глаза светиться.

– Спасибо, – ответила я, прокашлявшись. – За то, что высушил.

За своё вынужденное и такое опрометчивое спасение я благодарить не собиралась, от него теперь проблем будет выше некуда.

Эргон, видимо, ждал как раз благодарности за то, что выловил меня из озера, так как иронично приподнял одну бровь и вернул глазам «звёздность». Хотя, скорее, в них была не «звёздность», а чувство превосходства, что делало его ещё более отталкивающим.

Так, стоп, только вновь пропасть в этой «галактике» мне не хватало.

– Не за что, – проговорил мужчина. – А теперь ты расскажешь мне, кто ты такая и откуда узнала, что я прибыл на озеро? Следила за мной?

В первую минуту я даже дар речи потеряла.