Нам нужно было в срочном порядке изучить местных существ, чтобы после выписки хоть понимать – с кем придется дальше взаимодействовать.

– Лельдисы! Нечто среднее между драконом и птицей! Голова птицы и драконье тело, покрытое опереньем. Пишут, они почти не показываются в зверином облике другим расам!

Слава находился в полном восторге и от вида местных сверхъестественных существ и от их описания.

– Мда… Значит, волки, медведи и прочие двусущие, что обращаются в животных, считаются низшими, потому, что практически не обладают магией.

– Ага. Высшие – это типа драконы, лельдисы, василиски, сфинксы…

– Вот, смотри. На Земле есть первородный колдун – Ковалль. Женат, кстати, на трехликой химере. Она может сразу обращаться в разных химер, и у каждой собственные возможности. Были где-то еще несколько первородных. Вроде бы как раз на Сварайе. Один исчез после битвы с Коваллем, про других ничего неизвестно. По слухам – все они давно сгинули.

– То есть… мам… кто-то из них может все-таки быть где-то здесь?

– Да не дай бог!

– Почему-у-у? У них, по описанию, та-акие возможности! Сама посмотри! Первородный способен сдержать магический смерч или отвести его от поселения. В то время как даже целое племя драконов или лельдисов едва-едва наскребет силы его задержать и попытаться слегка отклонить! А еще гляди! Первородные могут ходить просто по воде… и не тонуть! И вот! Вроде как они умеют задерживать падение предметов и еще много чего другого…

– Ты лучше погляди, какая тут магия. Это не совсем даже и магия. У каждого существа с мощной аурой и силовым полем есть способности к колдовству. Но для этого используется некая энергия окружающей среды. Она вроде как везде и нигде. И вот маги умеют ее собирать, притягивать и использовать в своих целях. Из нее создаются эдакие программы, похожие на компьютерные, причем они живые и самообучаются.

– Ага… А, когда повреждаются, то сходят с ума, и вот как раз загрязняют среду. Землю от подобных штук чистили химеры, а тут… тут ни одной из них не было… В результате, Сварайя едва не погибла.

– Да уж… А теперь второй раунд между местными монстрами заклятьями и жителями планеты… И мы должны принять в нем участие.

– Ма-ам! Ну это же классно! Оборотни, магия… Это же… потрясающе!

– Ты бы лучше подумал, что тебе придется учиться, видимо, в поселении драконов.

– Тоже интересно. Не то, что в обычной школе… Фу-у-у… Здесь все равно классно!

– Тут очень опасно, сынок…

Я снова и снова запускала для Славы видео с монстрами-заклятьями, последствиями их набегов на поселения и просто путников. Но энтузиазм сына не уменьшался.

Хотя иногда он бледнел, глядя на изломанные, покореженные тела, по которым прошелся магический смерч. Выглядело ужасно, и, если бы сыну уже не исполнилось двенадцать лет, я бы не рискнула показывать ему нечто подобное. Да, в принципе, и в двенадцать не стала бы, если бы он не воспринимал местные проблемы и ужасы слишком легко. Мне хотелось немного его запугать, чтобы не лез на рожон и вел себя осторожней.

Так шел день ото дня.

Процедуры, еда, телевизор, прогулки и опять процедуры…

Месяц за месяцем отматывались…

Радовало лишь то, что теперь для нас со Славой течение времени изменилось.

Я стала ведьмой-знахаркой, а такие жили много столетий. Сын получил от меня «дар» через энергетическую пуповину, что связывала детей и родителей, влюбленных и в редких случаях тех, у кого есть общая кровь…

Тем не менее, чудилось – уже конца и края не будет моему восстановлению и лечению…

На мои вопросы Фасхал отвечал очень уклончиво. Дескать, мы должны убедиться, что аура окончательно прижилась к телу, и повреждения последнего полностью излечились.

Чувствовала я себя более чем нормально. Слабость не донимала, энергии с каждым днем прибавлялось. Через три месяца начала снова практиковать йогу вместе с сыном…

И позы получались лучше, чем прежде…

Так, что я одновременно и надеялась на скорую выписку и боялась ее, как огня.

Наконец, Фасхал объявил, что этот день для нас с сыном настал.

Медик был полон оптимизма, я же все сильнее тревожилась.

Мы вышли из клиники, которая напоминала эдакий гигантский шар, опоясанный лентами, и двинулись на стоянку. Передвигались в этом мире на летающих автомобилях. Однако же на Сварайе следовало быть осторожным, чтобы не столкнуться с монстром-заклятьем.

Нам с сыном выдали одежду – похожую на ту, что носили на Родине, и Фасхал, как и обещал, лично повез меня в новый дом.

– Вау! Круто! – воскликнул сын, когда мы подошли к его огромному внедорожнику без колес, что висел словно бы в воздухе. На энергетической подушке, как объяснялось в сети.

Мы разместились в удобном салоне и резко набрали приличную высоту.

Теперь от сына только и слышалось:

– Обалдеть! Как в самолете!

– Мама! Это та-ак круто!

– Мама! Ты только посмотри! Внизу дома, деревья, поля…

Я же больше сосредоточилась на том, что мне еще предстоит сделать сегодня. На архиважном задании, которое сама же себе поручила.

Вспомнить, как именно Эминея справлялась с чудовищными заклятьями. Что за культуру она сеяла, чтобы та медленно поглощала убийственную остаточную магию…

И чем дальше мы летели, чем ближе были к ее владениям, тем больше мне становилось не по себе.

Мысли метались в голове словно мячики, запертые в резиновой комнате.

А если у меня ничего не выйдет?

А если я вообще не вспомню ни Эминею, ничего про ее сад?

А если ее способности мне не передались?

Фасхал утверждал, что это не так, и якобы в моей ауре, силовом поле он видит хорошие зачатки колдуньи. Вроде как осколки ее энергетики переродили мою…

Но… Все это было, как бы сказать… вилами по воде писано, что ли…

С каждой минутой пульс частил все больше и больше, и панические мысли только лишь множились.

Я машинально кивала Славе, который продолжал всем вокруг восторгаться.

– Ма-ма-а-а! Смотри! Птичий клин!

– Мама! Ты только глянь на то дерево! Оно как дуб, но листья, листья, такой странной формы. Будто куски восточных узоров или даже иероглифы.

Фасхал что-то пояснял, сыпал названиями растений, птиц и зверей, но меня просто уже вынесло.

Когда же мы стали снижаться, я вдохнула, и не смогла выдохнуть.

Момент истины.

Вот только какой…

ГЛАВА 3

Гортан

День не задался с самого начала.

С утра ко мне пришел хмурый Шарух – альфа соседнего племени драконов, и без предисловий заявил, что на Пустоши мертвых заклятий снова убит путник. Его аура разодрана в клочья, и большая часть энергетики – высосана. Тело выглядит так, словно по нему несколько раз проехал каток.

Безымянный почувствовал, что чудовищные осколки магии снова зашевелились и отправились на охоту, но не успел ничего сделать.

Я не винил первородного, хотя тот куда более критично отнесся к себе. Оно и понятно – Безымянный жил тут вне закона. Узнав о том, где он и чем занимается, скорее всего, Ковалль пришел бы и опять попытался его уничтожить…

А мы оказались бы меж двух огней.

С одной стороны, Безымянный был нужен для того, чтобы отгонять чудовищные катастрофы от поселений.

С другой – спорить с первородным – себе же дороже. Можно, но смысла особого нет. Разве что адреналин в крови разогнать.

Наконец, сам Ковалль не мог помогать на Сварайе постоянно – у него было много других дел.

Вот почему я и приютил Безымянного, невзирая на то, что когда-то он творил лютую дичь и оставался врагом Ковалля по сей день.

Если бы не Безымянный, после того как Эминея впала в кому на долгие годы, мы бы вряд ли смогли защищаться от озверелой остаточной магии, да и природа стала бы опять умирать.

Надежда на то, что ведьма-знахарка все же восстанет, таяла с каждой минутой.

Фасхал еще пытался убедить меня, что проводится лечение и есть попытки вырастить ей новую ауру, потому что куски донорских не приживаются, но я уже больше не рассчитывал на лучшее.

Оставалось лишь верить, что эксперименты Безымянного закончатся хорошо.

Он каждый день пробовал разные методы оживить растения Эминеи. И хуже всего оказалось то, что мы ни малейшего понятия не имели – какое необходимо снова растить и засевать им поля, чтобы все опять заработало.

Иногда, в самые плохие дни, я отправлял женщин своего племени и племени драконов Шаруха, чтобы те сдавали ауру для ведьмы-знахарки. Хотя Фасхал уже сообщил, что ни одна так и не подошла.

Мне без конца звонили по видео и аудиосвязи вожаки других племен на Сварайе. Все знали – не справимся мы, прорвется последний рубеж, и остаточная магия вырвется на свободу. Вот тогда мало никому не покажется.

Предлагали помощь: руки оборотней и магов.

Но, если бы они могли что-то сделать – сделали бы и раньше.

Вот почему Безымянного не выдавали даже и те, кто был против его нахождения на Сварайе.

Ему хотя бы удавалось частично блокировать озверевшие заклятья, словно согнанные в резервацию на Пустоши мертвых и в Синих болотах.

– Ну и что предлагаешь? – хмуро спросил я Шаруха.

Вожак тяжко вздохнул:

– А что я могу предложить? Безымянный сделал, что в его силах…

– Давай-ка еще раз прогуляемся во владения Эми. Вдруг чего заметим, на что раньше не обращали внимания? Все же прошло несколько лет, растения заново стали заполонять участок земли… Может и то самое выросло.

– Скажи еще, что веришь, как твой Фасхал, что все дело в тыкве, которую он и некоторые энтузиасты уже раз сто пытались сажать…

– Я понятия не имею – в чем именно дело. И Фасхал не мой, он – наш общий медик!

Ну да, истерить и ныть лучше, чем пытаться предпринять хотя бы что-то.

Давай будем рассказывать, как нам плохо. Это, естественно, сразу поможет.

Шарух спорить не стал, и мы отправились на разведку.

Стоило приблизиться к границе поселения, замаскированной под поросли высоких кустарников, и огражденной приличным магическим щитом, как появились Мастрикс и Аэмер.

– Ты куда? Помочь? Сопроводить?

Я отмахнулся.

– Мы до владений Эми.

– Опять попытаетесь понять – что же за растение она такое выращивала? – скептически произнес Аэлмер – Мер, как я обычно его называл.

– Есть другие предложения? – с нажимом уточнил я.

Тот потупился.

– Может вам взять с собой Безымянного или хотя бы парочку воинов?

– Не отрывай Безымянного от его опытов! Давай воинов! Все равно не отвяжешься! – отмахнулся я в сторону Мастрикса, к которому обращался обычно Маст.

Знаю, среди вожаков высших оборотней Сварайи многие считали меня эдаким бирюком: несговорчивым, вредным и резким в общении. Поговаривали еще, это потому, что я до двух тысяч лет так и не встретил свою истинную.

Но то трепались жители благополучных районов Сварайи.

Забыли уже, как магические катастрофы зверски выкашивали целые поселения.

Забыли, как близких рвали на части.

Забыли, как в подобном неравном бою однажды погибли и мои родители…

Все им чудилось – найдется решение, и Сварайя станет полностью безопасной.

Если бы нашу планету, как Землю, сразу же избавляли от травмированных заклятий, наверное, так бы оно и случилось. Убрали остатки – и все дела.

Но за время, когда никто не занимался поврежденными заклятьями, и те жили, как им хотелось, родились чудища, с которыми пока не справлялся никто. И все обещания с той стороны портала, от магов и ученых Земли, от того же Ковалля, пока оставались только лишь обещаниями.

Мы же обитали на границе владений этих чудовищ и, фактически, стали форпостом на их пути к очищенным участкам Сварайи.

Я покачал головой – за магической завесой нас ждала и пара воинов Шаруха. Мои пристроились по сторонам, и мы двинулись к участку Эминеи.