Тот отчаянно мотает головой, типа случилось недоразумение.

– Они игрались возле машины. Она лямов двадцать стоит! Какие-то безответственные нарожают, а эти лапают чужие тачки грязными руками, а мне отвечать потом! – тычет пальцем в мой Гелендваген.

– Больше, вообще-то. Нужно было сразу спросить, где их мать! А не строить из себя Мойдодыра! Это моя машина и дети мои. Не хочешь проблем – проваливай отсюда.

Охранник пятится назад, успокоившись мгновенно.

Я беру девочек за руки и отвожу к машине.

Девочки трясутся, сильно испугались.

Даю им воды, чтобы выпили.

Жду, пока малышки немного успокоятся и расскажут, как они сюда попали.

Присаживаюсь на корточки рядом с ними и серьезно спрашиваю:

– Девочки, где ваша мама? Вы данные ее знаете?

– Наша мама Варя! – в один голос выдают, задевая меня за живое одним только именем....

Глава 7

Демьян

Сердце заколотилось, больно хренача об ребра.

Сморгнул, пытаясь прогнать мираж из прошлого.

Мало ли на свете женщин с именем Варвара?!

Я помню только одну, и это ее имя вызвало такой переполох в грудной клетке.

Только хочу спросить еще что-то у детей, как возле нас возникает та самая стервозная брюнетка, которая им рукой махала.

– Боже мой! Крошки! Вот вы где! Как же вы меня напугали, – голосит и бухается на колени перед девчонками, не жалея чулок.

Черт.

Я уж подумал, что у них другая мамаша.

Девочки, оторопев, смотрят на нее. Мать галдит, поворачиваясь то ко мне, то к двойняшкам:

– Как вы от меня ушли? Ой, спасибо вам большое! Я уж думала вас потеряла! – обнимает, сгребает их в охапку.

– Ты же сама нас здесь оставила, Оля, – робко подает голосок белокурая девчушка, та, которая Аделина.

– Ты что такое говоришь? Они шутят, не слушайте! У девочек шок, похоже, нам к врачу надо! – поясняет мне.

Видимо мое мнение для нее сейчас важнее правды.

Я критически оцениваю мать, ползающую на коленях на тротуаре, девочек с бутылкой воды в руках…

– Вы бы не шутили так. К девочкам пристал охранник, с какими-то воровками их перепутал. Я вовремя успел, – с металлом в голосе, высказываю матери.

– Да вы что! – глаза матери двойняшек блестят слезами.

Нервно дергаю пиджак, девочки что-то бормочут друг другу и матери.

Это не моя семья, нотации читать неуместно, но такие кукушки меня бесят.

Я видел, как она увлечённо болтала с каким-то мужиком в толпе. Теперь точно понимаю, что я не ошибся.

– Следите за детьми. Не удивительно, что они потерялись, – цыкаю мамаше, которая поправляет юбку вместо того, чтобы детей успокаивать.

Подмигиваю крохам, двойняшка Полина протягивает мне бутылочку воды.

Открываю бумажник и достаю все, что есть. Отдаю Поле и Аделине и говорю, что это им на конфеты.

Внимание крошек моментально переключается. Они наперебой говорят мне «спасибо».

Мать девочек трясет строгим каре, кивает и рассыпается в благодарности.

Хотелось бы проследить, куда клуша повезет девочек дальше. Но мне уже нужно ехать, итак, задержался.

****

Ольга

Проводив глазами черный Гелендваген, который черной кляксой проплыл между низких спорт-каров, я смотрю на мелких проходимок.

– Вы что здесь устроили, м?

Девчонки робеют. Видно, Варька их в строгости воспитывает.

– Оля, ты сама сказала нам здесь ждать!

– А потом пропала!

– Вы совсем, что ли, глупые?! Я расскажу вашей маме, как вы себя здесь вели! Думаете, она вас по головке погладит? – гневно рычу на них.

Еще бы! Чуть не спалили меня перед заказчиком, и такой чудный план обломали…

Но мелкие белобрысые хамки уставляются на меня, упирают руки в бока.

– Ты должна была за нами следить! Мы все расскажем маме, и она тебя поругает!

– Так, давайте не будем ругаться. Это случайность, ясно? Никто не виноват, по камерам будет видно, что вы тут делали. Поэтому, берите деньги, которые вам дал дядя на шоколадки, и молчите.

Отвернувшись, замечаю, как Аделина показывает мне язык.

Я была в шаге от того, чтобы мелкие Варькины курочки пропали. Но, видимо, просчиталась с выбором времени и места.

Из павильона к нам выбегает Марина Борисовна, похожая на толстую чернильницу из сказки про Кая и Герду.

Она семенит к нам, переваливаясь с ногу на ногу. По лицу вижу, что она успела поднять панику.

– Оленька Юрьевна, они с вами! Слава Богу, я уж думала, куда ж они делись! – шумно выдыхает, вытирая испарину со лба.

– Я им не нянька, а сопровождающий! Я не виновата, что девочки привыкли быть предоставлены сами себе. Все вопросы к их матери, – фыркаю, поставив ее на место.

Телефон в сумочке играет специальной мелодией, оповещая, что мне звонит Слава.

Чертыхаюсь, выхватываю айфон из сумки и быстро говорю: «Алло!».

Боковым зрением рассматриваю предприимчивых двойняшек, которые мнут в руках деньги симпатичного заказчика. Мне повезло, что девчонки замешкались и не рассказали мужчине, как я их бросила посреди улицы.

– Роза моя, что там случилось?! Куда девочки подевались? – рыкает Славик в трубку.

Верно, Марина Борисовна уже успела позвонить в главный офис.

– Вот клуша старая! – мычу, чтобы Слава не слышал. – Эмм… Слааа… Эмм, Вячеслав Андреевич, девочки со мной, все в порядке.

Улыбаюсь в пустоту, презрительно зыркая на Марину и непослушных девчонок.

Они жалуются тетке, деньги показывают…

– Оля, ты в курсе, что вашим заказчиком сегодня был наш новый генеральный? А если он узнал о том, что случилось на площадке? Нам тогда просто пздц! Ты решила меня нарочно подставить? – Славу кроет форменная истерика, а я оседаю.

Его слова, как ушат ледяной воды.

– Вот черт, не знала. Слава, я ничего такого не хотела. Ну, и что, что Ярин узнает? Дети просто сбежали от меня на улицу. Душно им стало, – ретируюсь.

– Оля, если это твоих рук дело…

– Что? Накажешь меня? – говорю призывно, понижаю тембр до сексуальных ноток, которые так заводят Славу.

Слава пыхтит в трубке, тема сама собой угасает.

– Оля, я же просил. Я собираюсь сделать их матери предложение. Неужели, ты решила подкинуть нам проблем перед свадьбой?

Я, как ракета, отлетаю на несколько шагов, приказав Марине Борисовне вести девчонок к моей машине.

Славины слова задевают невыносимо.

Как он может после всего, что у нас было! В том числе, и в кабинете у его любимой Вари…

– Слава… Зачем она тебе? Это месть такая? Ты ее даже не любишь, ты любишь меня! – истерика будоражит нервы.

Слава шумно выдыхает, мычит, что Варька нужна ему.

– Да ты даже с ней не спал! Она, итак, на тебя будет пахать. Зачем жениться?

Но Слава непреклонен.

Отбив губами сухое «хорошо, Вячеслав Андреевич», иду к машине.

Марина обнимает моих девочек и поправляет их красивые бантики на волосах.

Такая идиллия, аж зубы сводит от сладости.

Через час муторных пробок, прибываем в офис, и ту же к нам бросается мамочка Варя.

– Девочки, что случилось? Оля, почему ты не следила за ними? Как они могли остаться одни возле павильона? – засыпает меня вопросами грозная Варька.

Градус раздражения достигает накала.

Терпеть не могу вот таких примерных простушек, которых все должны жалеть…

Развернувшись к ней, делаю влажные глаза.

– Прости меня, Варюша. Сама не знаю, как так вышло… Мой любимый бросил меня ради какой-то деревенщины, – всхлипнув, часто моргаю.

Варька замолкает. Прижимает к себе двойняшек, и выключает «режим защиты».

– Извини, я не знала. Но они могли потеряться, попасть под машину! – лепечет Варя.

«Да, или их могли украсть инопланетяне! Но, к сожалению, этого не случилось!» – думаю про себя.

В ответ рассеянно говорю глухое «прости», лишь бы скорее отстала…

Она раздухарилась и уже львицей рычит на меня, готовая защитить своих чад всеми средствами.

– Я поставлю в известность Вячеслава Андреевича. Такое отношение недопустимо! Как я теперь могу приглашать на съемки детей, если ты их просто так отпускаешь на улицу!

– Варь, я правда… прости… не говори Вячеславу. Если меня с работы уволят, то я вздернусь, – убитым голосом прошу.

Приходится унижаться перед этой!

Хор двойняшек прерывает меня.

– Мамочка, нас дядя спас!

– На нас напал злой охранник, а наш папа нас защитил! – галдят маленькие ведьмы.

Услышав историю спасения двойняшек, Варька становится зеленой, как малосольный огурец.

Подумав о соленом, я глотаю болезненный ком.

Нужно пойти к женскому доктору или сделать тест.

Может, я уже беременна от Славы и смогу подарить ему наследника?!

Приложив ладонь ко лбу, потихоньку двигаюсь в другую сторону от Вари с двойняшками. Изо всех сил изображаю печаль по своему любимому. Хотя, на самом деле я не собираюсь просто так отдавать моего секси-босса какой-то Варьке!

Все равно Слава будет моим.

Я сделаю все, чтобы их свадьба не состоялась. Мать-одиночка не достойна такого мужчины, как Вячеслав Андреевич....

Глава 8

Варя

– Мамочка, прости нас! Мы не виноваты! – две пары голубых лучистых глаз смотрят на меня.

Доченьки держат меня за руки, смотрят снизу верх так жалобно, что не могу на них злиться.

Крохи у меня непоседливые, но назвать их избалованными, язык не поворачивается.

Стена гнева вырастает к Ольге Юрьевне. Я отрыто говорю, что это она виновата и расскажу Вячеславу Андреевичу, если он еще не в курсе.

–Мам, все в порядке. Нас спас наш папа!

Слово «па-па» из уст моих девочек как удар под дых…

Малышки никогда не знали отца.

Ярин расстался со мной некрасиво. Даже смс-ку не написал, кинул в черный список…

Мужчина из моего прошлого. Моя боль, самая большая любовь. Ни одного мужчину я не смогла так полюбить, как когда-то любила этого мерзавца.

Он изменил мне, так безбожно и жестоко предал.

Мой муж вернулся к бывшей, она ждала ребенка…

Рвано глотаю воздух.

Заставляю воспоминания остановиться.

Это было слишком давно, чтобы у меня сейчас даже мускул на лице дернулся.

Но девочки с таким жаром говорят о каком-то «виртуальном» отце, что невольно принимаю их слова за правду.

И, поддавшись эмоциям, упускаю из вида Ольгу…

Ольга Юрьевна бесцветной тенью ползет вдоль стены к своему кабинету.

Мне жалко ее, как женщина я понимаю мою коллегу. Но то, что ее кто-то бросил не позволяет ей так бессовестно бросать моих детей.

– Что там за папа, крошки? – сглотнув, перевожу на них взгляд.

– Наш папа снимался с ними в ролике, – говорит Аделина.

Они переглядываются как добрый полицейский и злой.

– Мама, а почему ты не сказала, что папа кинозвезда? – смеется Полина.

Я решительно не понимаю, о чем они говорят.

Пока мы идем к моему кабинету, девочки делятся впечатлениями о том, как прошла их первая в жизни рекламная съемка.

В рассказе мелькают подробности о встречи с каким-то мужчиной, который по сценарию был их отцом.

Личность заказчика мне неизвестна. С ним напрямую общался Вячеслав Андреевич.

– Нам тетя сказала, что мы так сильно похожи, как настоящие папа и дочки, – со звонким смехом, выдает Полина.

Я покрываюсь льдом, сжимаюсь в кокон.

– Как же вы оказались на парковке? – спрашиваю у дочерей.

– Оля сказала, что мы идем к машине, а Марина Борисовна была в туалете. Мы пошли, а она нас бросила.

Злость черной змеей пробегает по всем нервным клеткам, прикусывая.

Для Ольги нет оправдания, и я буду требовать, чтобы Слава не оставил эту ситуацию просто так, не спустил на тормоза.

Не успеваем зайти, как в дверях вырастает высокий атлетичный силуэт моего босса.