– Все ваши шуточки, – недовольно покачала головой аристократка. – Выйдите, нам нужно закончить с приготовлениями.

– Но как же? Как я посмотрю, ее величество уже готова и выглядит потрясающе. Как раз в бордовом, все как полагается.

– Что встали? – посмотрела вдовствующая королева на служанок.

Они дернулись было в моем направлении, но потом посмотрели на Оттара.

– Простите, но мы не можем переодевать госпожу при… мужчине.

– Какая досада, – наигранно вздохнул он и направился ко мне.

Поклонился так, что волосы соскользнули с плеч. Лучезарно улыбнулся и даже представился, видимо, уже зная о моем недуге:

– Оттар Гронс, первый советник действующего и единственного короля Тратоса, правая рука, помощник и просто верный друг. Если что-то случится, то вы можете на меня положиться, ваше величество.

– Анни, негоже супруге короля общаться с посторонними мужчинами без его присутствия. Это непозволительно!

– А кто предлагает общение? – выпрямился Оттар. – Не надо добавлять мне дополнительные заслуги, свойственные другим личностям. Ваше величество, – снова обратился он ко мне, – это платье сидит на вас великолепно. Настоятельно прошу не менять его на другое как минимум потому, что бордовый цвет является цветом вашего мужа, и если вы спуститесь к гостям в синем, то это могут воспринять за насмешку, вызов или даже оскорбление.

– Не преувеличивайте. Анни должна надеть синий, – сделала отмашку королева, чтобы служанки все же приступили к выполнению приказа, вот только те не спешили ничего делать.

– Почему? – удивился граф.

Она недовольно поджала губы. Зло глянула на Оттара, что стало удивительно, как он на том же месте не умер. Вздернула подбородок и величественно направилась прочь из комнаты. Правда, напоследок бросила на меня такой уничижительный взгляд, что внутри все заледенело от неподконтрольного страха.

– Так почему вдовствующая королева настаивала на синем? – на этот раз повернулась я к Оттару, но тот поднял руки.

– Увы, рассказывать эту суровую правду жизни должен не я. Позвольте откланяться и удалиться, чтобы привести себя в порядок. Ваш муж только что знатно измотал меня на поединке.

Аниэль влюбленно вздохнула, едва мужчина удалился. Викки шикнула на нее, призывая вести себя подобающе, и спросила:

– Мы меняем платье?

– Нет, не нужно. Может, вы расскажете, что не так с синим цветом? – попытала я удачу, но они одновременно замотали головами и даже попятились, явно не желая выдавать чужой секрет. Или не секрет, ведь о нем все вокруг знали. Кроме меня!

Это немного разозлило. Я подошла к зеркалу, увидела там все ту же бледную девушку с живыми глазами, которая в бордовом платье выглядела не то чтобы вызывающе, но величественно, грациозно. Цвет и фасон платья подчеркивали мою красоту, а вырез на груди добавлял загадочности. Руки с высокими перчатками наполовину оставались открытыми, выпущенные из прически локоны щекотали голые плечи.

– Я хочу увидеться с сыном, – сказала я и обернулась к служанкам.

Мне не давало покоя, что в памяти присутствовало знание о Райане, моем мальчике двух с половиной лет от роду, но образа не было. Я ведь мать. Как я могла забыть своего малыша?!

Служанки осторожно разложили платье на кровати, словно боялись испортить и помять. Попросили следовать за ними, провели через великолепную гостиную, выполненную в нежных оттенках голубого. Вскоре мы оказались в коридоре. Высокие потолки здесь выглядели недосягаемыми, белые стены были украшены золотом узором, который плавно переходил из одной линии в другую, уплотняясь и выделяя чаши с яркими желтыми кристаллами.

– Его комната здесь, – сообщила Викки и надавила на резную ручку.

Я набрала больше воздуха в легкие. Погасив волнение, переступила порог и сразу же увидела мальчика, который совсем как взрослый сидел за столом и что-то повторял за склонившимся над ним мужчиной в строгом коричневом костюме. Стоило мне войти, малыш повернул голову.

– Мамочка, – обрадовался он и, спрыгнув со стула, побежал ко мне.

– Ваше высочество, принцы не бегают… – понеслось ему вслед, однако сын уже оказался в моих руках тесно прижатым к груди.

Моя маленькая копия! Такой же вздернутый носик, большие глаза, личико круглое, немного вытянутое. А еще ямочки на щеках во время улыбки. Какое чудо.

Я поправила ему волосы, хотя они и без того идеально лежали, сжала рукой детскую ладошку.

– Мама Анни плишла! – радостно произнес он нежнейшим голоском.

– Да, пришла, мое сокровище, – не смогла я не улыбнуться.

Внутри почему-то появилась щемящая тоска. Непонятная реакция, ведь он был сейчас со мной, такой счастливый и забавный.

– Лайан делать задания. Лайан учит гламоту.

– Это ты у меня такой способный? У тебя все получается? – не могла я насмотреться на сына, запоминала каждую черточку лица, чтобы никогда больше не забыть его.

– Да-а-а, – закивал он. – Глешным делом, и такое запомнишь.

– Ой, – выдала девушка в одеянии служанки, которая до этого незаметно протирала пыль на книжных полках.

– Энн, сколько раз тебе говорить, что нельзя употреблять при его высочестве твоих излюбленных словечек, он потом их повторяет.

– Но я же не специально, мистер Гордман, оно само вырывается из рота.

– Изо рта, – поправил он девушку.

– Да, а я как сказала?

Мужчина недовольно вздохнул, приблизился к нам с Райаном. На носу держались очки в тонкой оправе, волнистые волосы пытались лежать ровно, но некоторые кончики безбожно торчали на висках и затылке, разрушая чопорный образ строгого учителя.

– Королева-мать не приемлет женских нежностей по отношению к принцу, они делают его мягкотелым.

– Нет, мамочка, – сразу начал хвататься за меня сын, стоило попытаться поставить его на ноги. – Не бойся, не бойся.

– Маленький господин, давайте мы закончим уроки, – приблизилась к нам служанка и погладила его по спине. – Вы выросли уже таким большим и умным, но, чтобы быть самым-самым большим и самым-самым умным, нужно еще немного позаниматься.

– Нет, – замотал головой Райан и прижался ко мне щекой.

– А покажи, что ты изучаешь, – предложила я, и сын запрыгал на моих руках, указал на стол.

Я отнесла его туда, усадила на стул. Сразу начала расспрашивать обо всем подряд. Райан стал показывать большие разноцветные карточки, называть буквы, старательно выговаривая их. Кое-как удалось его увлечь в рабочий процесс, вовремя подключился мистер Гордман. Стоило присоединиться к процессу учителю, как сын стал таким серьезным, очень задумчивым и невероятно взрослым, что у меня в уголках глаз защипало от умиления.

Правда, я заметила на себе пристальный взгляд Энн, в котором читалось что-то наподобие осуждения. Наверное, не следовало приходить и брать сына на руки. Возможно, в этой семье подобное поведение не принято. Вот только как удержаться и не поцеловать маленькие ладошки? Как не начать обнимать своего ребенка, который тянется к тебе и будто обделен обычной лаской и любовью.

Пришлось заставить себя уйти. Я пообещала Райану, что обязательно приду к нему перед сном и почитаю сказку. От таких простых слов у мальчика загорелись глаза. А вот служанка недовольно поджала губы и даже помотала головой.

– Что-то не так? – поинтересовалась я у нее, но девушка приосанилась, почувствовала себя неуютно, быстро глянула на мистера Гордмана.

– Нет-нет, с чего вы взяли, госпожа?

– Может, мое поведение показалось странным, однако тебе должно быть известно, судя по тому, как быстро распространяются в замке слухи, что у меня проблемы с памятью. Если что-то сделано мной не в соответствии с установленными здесь правилами, то попрошу обязательно мне об этом сообщить.

– Конечно, конечно, госпожа. Ох, Всеокий видит, я не хотела ничего дурного даже в мыслях.

– Тогда в чем дело?

Она потупила взор, сделала маленький шажок назад. Я же собралась дожать девушку, чтобы рассказала причину своей реакции на мой разговор с сыном, однако в комнату заглянула Викки. Она сообщила, что вдовствующая королева попросила не задерживаться, потому что все ждут только меня.

– Занимайся, Райан, – погладила я по голове сына и отправилась за служанкой.

Волнения не было, пока я не услышала голоса гостей. Задержалась на подходе к лестнице. Оперлась на перила, глянула вниз. Столько людей… или драконов? Настоящий цветник из женщин, украшенных сияющими драгоценными камнями. В волосах некоторых торчали перья. Звучал наигранный смех. Были заметны натянутые улыбки. Мужчины вели себя преимущественно сдержанно, порой поддерживали разговоры, однако выглядели не так ярко и меньше выражали эмоции.

– Ваше величество? – подошел ко мне мужчина в идеально выглаженном костюме дворецкого.

Он пригласил меня жестом к лестнице. Я не стала медлить, направилась к первым ступеням, даже спустилась по нескольким, а потом на меня все начали оборачиваться. Не знаю, то ли распорядитель объявил, то ли гости сами заметили появление супруги короля, однако это внимание…

Как не сбиться с шага? Как вести себя величественно и достойно?

Кажется, тело все помнило. Мне не приходилось прилагать особых усилий, чтобы не прекращать движения. Тем более удалось отыскать среди собравшейся толпы знакомое лицо и сосредоточиться только на нем.

Тайрэн, посмотрев на меня, замер в первый миг, взгляд будто бы посветлел. Потом он сразу двинулся навстречу, предложил мне помощь в виде раскрытой ладони, однако к нему подоспела королева-мать и что-то негромко произнесла.

Я продолжала спуск. Моей задачей было лишь не упасть. Ступень за ступенью, просто не останавливаться, не сжиматься под нацелившимися на меня со всех сторон… нет, совсем не добрыми взглядами. Там была насмешка, осуждение, снисходительность. Это из-за моего падения с утеса? Они тоже знали?

Королева-мать вдруг чего-то испугалась и сделала шаг назад. Передо мной вдруг появилась переливающаяся стена. Тайрэн ударил магией какого-то блондина, стоявшего от него неподалеку, и тот грохнулся спиной на пол.

– Это вызов? – оскалился он. – Король без причины напал на меня!

Все зашевелились, словно стройные березки под сильным порывом ветра. Возле окна кто-то возмущенно закричал, что это недостойное поведение для его величества, вот прошлый правитель Тратоса никогда себе подобного не позволял. Я похолодевшими руками вцепилась в перила.

Творилось неладное. Блондин продолжал что-то говорить про ослабевший род Виантенар. Сам Тайрэн до побелевших костяшек сжимал кулаки. Королева-мать выглядела крайне взволнованной.

– Чего ты добиваешься, Треонор? Драки?! – прогремел голос короля, и все моментально притихли. – Скажи еще, что не атаковал мою супругу.

– Да как бы я посмел? Ее величество неприкосновенна, – сообщил блондин, поднявшись с пола. – Она навсегда останется в наших сердцах как добрейшей души человек, вот только почему она в бордовом? Это насмешка? Она забыла, с кем на самом деле связана до конца дней своих?

– Довольно! На улицу! – приказал Тайрэн и первым зашагал к парадным дверям.

Я не удержалась на месте, поспешила за ним, вот только в мою руку вцепилась вдовствующая королева. Она оттянула меня в ближайшую комнату и зашептала быстро:

– Кому говорила надеть синее платье? Если ничего не смыслишь в подводных течениях придворной жизни, то и не пытайся противостоять тому, кто в этом понимает. Считаешь, Оттар, назвавшийся другом и осыпавший тебя дешевыми комплиментами, лучше знает, как нужно?

С улицы послышался грозный рев. Грохот-топот какого-то великана. Я побежала к окну и обомлела, увидев огромного белого дракона с голубыми полосами на теле и такого же цвета гребнями. Он заполнил почти половину площадки перед замком, непринужденно двигал длинным хвостом. А перед ним стоял мой муж, лишь показав свои крылья с серебристыми прожилками.

Огромный зверь, возвышающийся над маленьким «человеком».