Вместо этого я почесала руку. Ну да, то место, на котором появилась брачная метка, не дававшая о себе знать уже больше недели – с того самого дня, когда я от нее избавилась в кабинете Верховной, после чего справедливо считала, что сделала это уже навсегда.

Поддернув рукав платья, я покосилась на красноватое бесформенное пятно, вновь появившееся там, откуда давно уже сошел ожог, одновременно слушаяМарека, воспевавшего оды новому декану.

Оказалось, тот не только уверенно возглавил факультет Некромантии, но уже успел провести несколько практических занятий по защите от Темных Сил для всех пятых курсов.

И мой старый знакомый был в полнейшем восторге.

– Такого в нашей академии еще никто не видел! – заявил он с придыханием. – Такого уровня владения Темной магией, – вот что я имею в виду.

И еще… Оказалось, вместе с деканом в академии появился и новый преподаватель по Физической Подготовке, недавно раненный, причем тоже в Лабиринте. Боевой маг из состава королевской гвардии, отправленный в отставку по состоянию здоровья.

– Он такой… – выдохнул Марек. – Настоящий зверь, – вот какой! Его зовут Гораций, но он говорит, чтобы все звали его Гор.

– Великолепно! – пробормотала я, понимая, что куда больше новых и уже обожаемых Мареком преподавателей меня беспокоила дававшая о себе знать брачная метка.

Неужели я не уничтожила ее навсегда, а всего лишь нанесла врагине сокрушительный удар? И та провалялась в отключке с неделю, а теперь снова решила явить себя миру? Как я только могла это просмотреть?!

Тем временем галерея привела нас к распахнутым дверям корпуса Некромантов, перед самым входом в который я почувствовала непередаваемый кладбищенский дух.

Первый и второй курс в Гржине мы буквально провели на погосте, учась обходиться с нежитью. Это было несколько лет назад, и я уже начала отвыкать. Но было приятно ощутить такое снова.

– А еще у нового декана три собаки, – тем временем рассказывал Марек.

Тут мы столкнулись с группой студентов, и кто-то из них поинтересовался, что забыл староста пятого курса Огневиков в корпусе Некромантов и что за красотку он сюда привел.

Отвечать Вилт им не стал, да и я не собиралась… Не собиралась здесь учиться!

Но по сторонам все же поглядывала, не без этого.

Мне здесь нравилось: и широкие коридоры, и огромные окна с видом на местное кладбище, на котором возился с могилами, наверное, первый курс. Приводил их в порядок после того, как там порезвился последний…

А еще здесь были просторные отремонтированные кабинеты, правда, уже со следами когтей нежити и черными полосами от боевой магии по стенам. И тот самый кладбищенский дух, смешанный с тяжелыми вибрациями Темной Магии, который приводил меня в затаенный восторг.

Нам, ведьмочкам, вообще все равно, какой магией подпитываться – Светлой или Темной, – но душа у меня всегда лежала к последней.

– Три собаки, Лекси! – напомнил о себе Марек.

– Еще раз меня так назовешь, и на кладбище появится новое умертвие, – предупредила его. – И первый курс некромантов будет тренироваться, как тебя упокоить, а это еще то испытание для нервов.

Но староста лишь отмахнулся.

– Настоящие монстры, а не собаки, – продолжал он. – Помесь ротвейлера уж и не знаю с кем… Наверное, с демоном. Но если ты увидишь их вблизи, то не советую смотреть им в глаза. Вместо этого надо убираться поскорее.

Но я все-таки посмотрела и убираться тоже не стала, потому что мы довольно скоро очутились неподалеку от кабинета того самого декана.

Оказалось, на прием к нему собралось несколько студентов. Толпились в коридоре за углом, дожидаясь, когда декан соизволит их позвать.

– А почему не возле двери? – удивилась я.

Рука продолжала чесаться, красное пятно на ней приобрело отчетливое очертание круга, из-за чего настроение у меня стремительно портилось. Оно и раньше было так себе, а сейчас я мечтала лишь об одном – побыстрее очутиться подальше от этого места и разобраться с меткой.

– Там одна из его собак, – пояснила девица с нездоровым оттенком лица. – Огромный монстр, и ни одно заклинание его не берет!

Она была в мантии факультета Некромантии, с множеством мелких косичек на голове. Цвет ее волос изначально был черным, но часть кос высветилась в оранжевый.

Похоже, именно так давал о себе знать Темный дар вместе с Огненным, прикинула я.

– Собака не дает никому подойти. Охраняет кабинет декана, – добавила некромантка. – А мне надо всего лишь…

Тут моя метка принялась зудеть что есть силы, из-за чего я выругалась. Затем решительно свернула за угол и отправилась к кабинету.

Огромный черный с рыжими подпалинами монстр зарычал, но я лишь пожала плечами. Потому что рычал он вовсе не на меня, а на Марека, бесстрашно отправившегося за мной, окружив себя и меня Огненным щитом.

– Алекса, да ты сдурела! – прошипел он мне в спину, на что я…

– Сам ты сдурел, – повернувшись, заявила ему, после чего погасила его щит. Накопленной магии у меня на это было предостаточно. – Ты что, не видишь, что ты его пугаешь?

– Это я его пугаю?! – изумился Марек. – Да он сам… Он тебя сейчас сожрет! – воскликнул мой старый друг, потому что стороживший дверь монстр угрожающе зарычал и двинулся в нашу сторону.

На это я пожала плечами:

– Разве? А мне показалось, что это очень милая… собачка.

Затем погладила подошедшее чудовище по голове и почесала ему шейку. Снова почесала свою руку, пробормотав: «Ну что за напасть!»

Марек стонал и ныл у меня за спиной, уговаривая не дурить и сейчас же вернуться к остальным, потому что меня вот-вот разорвет чудовище, а его прикончит ректор, который приставил меня охранять.

Тут собака… Вместо того, чтобы меня разорвать, она застучала хвостом по полу, напрашиваясь на ласку, а заодно закапала слюной из распахнутой от счастья пасти.

Я чувствовала ее счастье – по управлению с нежитью у меня всегда был высший балл, – но настроения мне такое не добавило. Вместо этого я постучала в дверь, а затем вошла в кабинет, не став дожидаться разрешения его хозяина.

Решила, что достаточно здесь загостилась и мне пора домой. И если для этого нужно довести декана Некромантов, чтобы он вышвырнул меня из академии, то я это сделаю.

Уставилась на темноволосого здоровенного мужчину, которому куда больше подошло бы рубить мечом головы тварям из кошмаров или разить их магией, чем перекладывать бумажки…

Бумажек на его столе было много, а сверху лежали еще и мои, из Гржини.

– Добрый день! – медовым голоском пропела я.

И прежде, чем он успел что-то произнести, нанесла ему удар, понадеявшись, что он будет достаточно сокрушительным.

– Господин декан Велвуд, скажите, как вам удалось притащить в наш мир церберов? Причем даже не одного, который сейчас сидит у вас под дверью и пускает слюни, а, поговаривают, целых трех?

А затем смотрела, как менялось выражение на красивом, хищном лице мужчины.

***

Королевский дворец династии Иллариан. Альтарис

Король отбросил письмо в сторону, после чего, немного помедлив, стукнул по темной столешнице кулаком. Прислушался к резкому звуку, словно тот мог помочь ему прийти в себя. Затем смотрел, как, сперва звякнув, принялись покачиваться чашки на серебряном подносе и пузатый заварник.

Его секретарь ответственно заботился о распорядке дня короля, и сейчас как раз настало время послеобеденного чая и разбора личной корреспонденции.

Пришедшее этим утром письмо было исключительно личным. Передали его через третьи руки, но они были связаны с Темным Миром, и Ильдар прекрасно об этом знал.

Конечно, все подобного рода послания сперва попадали на проверку к дворцовым магам, и это тоже не стало исключением. Но оно было запечатано настолько хитро, что открыть его, не уничтожив текст, не было никакой возможности.

Маги сумели определить лишь то, что угрозы жизни королю в письме нет, но прочесть написанное сможет исключительно он. Потому что сковывающая послание печать была настроена на его ауру.

И еще, по словам курьера, в послании хранилась некая известная лишь королю вещь, которая должна привлечь его внимание, а заодно дать понять, что у отправителя крайне серьезное и спешное дело.

– Я бы все-таки посоветовал вам, ваше величество, не открывать это письмо, – нудным голосом произнес присутствовавший в кабинете короля его первый советник. – Не думаю, что вы много потеряете, если не узнаете о его содержимом.

Лорд Генри Кестерь, шестидесяти трех лет от роду, был похож на старого, мудрого, но немного потрепанного жизнью ворона.

И еще осторожного до невозможности, за что Ильдар его и ценил. Но слушал только тогда, когда слова Генри совпадали с его собственным мнением, поэтому письмо король все же вскрыл.

Уставился на выпавший из конверта медальон и выглядывающий из-под сомкнутых створок темный локон – его собственный локон и его медальон! – и сразу же вспомнил, кому и при каких обстоятельствах он это подарил.

Затем король быстро пробежал глазами письмо.

Отбросил его в сторону и стукнул по столу кулаком. Выругался.

Подхватил и прочел письмо еще раз. Снова выругался, после чего подскочил на ноги и принялся расхаживать взад-вперед вдоль стола.

Первый советник, застывший в углу, изо всех сил делал вид, что его не слишком-то интересует написанное, которое смогло настолько сильно вывести из себя невозмутимого и привыкшего править Элеоном железной рукой короля Ильдара, что тот не мог с собой справиться.

Но у Генри Кестеря не получилось.

– Ваше величество, позвольте мне поинтересоваться… – начал он.

Вместо ответа король рухнул на стул и обхватил руками начинающую седеть голову.

– Насколько все… плохо? – встревоженным голосом спросил советник.

– Я бы не сказал, что плохо, – наконец подал голос Ильдар. – Хотя и довольно неожиданно. У меня есть дочь. – (Советник пошатнулся). – Да, именно так, и ты не ослышался, Генри! – усмехнулся Ильдар. – Моя плоть и кровь, и сейчас ей должно быть около… Ей двадцать один год.

Считать Генри Кестель умел очень быстро, этого у него не отнять.

– Но тогда получается, что она…

– Ее мать – Эвинира, королева Ноктарии, с которой у нас когда-то была… Скажем так, бурная связь, которая скрасила для меня тягости плена у Темных.

– Ах вот как! – пробормотал советник, который даже не догадывался о таких подробностях в жизни короля, хотя ему казалось, что он знал об Ильдаре все. – Но тогда получается…

– Все намного сложнее и при этом куда проще, Генри! – отозвался король.

Немного помедлил, рассматривая фарфоровый сервиз с печатью дома Илларианов, затем продолжил:

– Сейчас девочка находится в Элеоне. Эвинира пишет, что ей пришлось спрятать дитя, потому что незаконнорожденному ребенку грозила опасность. Но следы нашей дочери затерялись десять лет назад. Виновные в этом уже наказаны, но Эвинира не может ее найти и просит у меня о помощи. Хочет, чтобы я отыскал нашу дочь и отправил к ней, в Темный мир.

Лицо короля на секунду исказилось.

– Но она ошибается, – ровным голосом произнес Ильдар. – У меня есть дочь, Генри! Мой единственный ребенок, потому что Боги не собираются давать мне других. Я уже с этим смирился, поэтому я ее найду и больше никому не отдам.

Затем король устремил спокойный взгляд на советника и принялся отдавать тому распоряжения.

Глава 3

Мне хватило одного лишь внимательного взгляда на нового декана, чтобы понять, что у него завораживающие карие глаза и невероятно мужественное лицо…

Тьфу ты, я же поняла совсем не это!

Так вот, глядя на Дария Велвуда, я почти сразу осознала, что весь мой ведьмовской годами отрабатываемый арсенал – многозначительные улыбки, которые на самом деле не значили ровным счетом ничего… Приступы головокружения вкупе с обмороками, чтобы привлечь к себе внимание, и чулочки с бантиками, чтобы его отвлечь…