А дальше Брандо выходит со мной на улицу, выносит, точнее, на плече, как викинг тащит свою добычу.

И вот, я здесь. Потерявшая где-то куртку и сумочку, дезориентированная, немного захмелевшая и полыхающая просто злостью.

– Вы что… что себе позволяете! Эй! Вы слышите!

Мяукаю позади, Брандо идет и даже голову не поворачивает. Боже, как же он достал меня! Что там в лесу, что здесь, везде просто одинаковый.

– Вы меня преследуете?

Спрашиваю и бегу за ним, он почему-то усмехается.

– Преследовать – это когда ты за кем-то ходишь, а не наоборот. Бемби.

Снова это “Бемби” мне кажется, я сейчас взорвусь, а после дверь клуба открывается и я вижу, как к нам подходит его эта. Ирен-декольте третьего размера.

– Все нормально? Куда ты делся?

– Нормально. Иди, не мерзни.

– Ой, и ты тут! Алиса, кажется. Тебя отпустили в такой клуб?

Просто контрольный в голову, больше унизить она меня бы не смогла.

– Да, отпустили. Поводок дома остался!

Выдавливаю, чувствуя, как при этом мне стало жарко без всякой куртки.

– Садись в машину, Алиса.

Брандо кивает на припаркованный большой черный автомобиль, но это будет значить мое тотальное фиаско. Дальше он сдаст меня Даше со всеми потрохами и контроль на линии усилится еще больше, ну уж нет. Извольте.

– Нет.

– Села в машину, живо!

– Нет! Я сама домой пойду и мне не нужна ваша помощь!

Выкрикиваю и резко развернувшись, бегу куда-то по улице.

Адреналин плещется в венах, мне вообще не холодно и я быстренько перепрыгиваю через ледяные лужи и грязный городской снег.

Боже, откуда он там вообще взялся! Ах да, свою живодерку пришел выгуливать. И вообще, какое право Брандо имеет меня вычитывать? Он не может запрещать мне гулять, не может сдавать меня Даше, не может вообще ничего!

Черт, а ведь здесь и правда холодно. Очень.

– Где моя куртка. Где она…

Довольно скоро я понимаю, что куртка была утеряна и возвращаться за ней никакого смысла нет. Там все еще Брандо, а видеть его презрительную белозубую усмешку снова мне как-то не хочется.

Более того, как назло, сумочку свою с кошельком я тоже где-то посеяла, но благо, есть телефон. Он хотя бы остался в карманчике, так что я вызываю такси, пытаюсь вызвать точнее, потому что здесь ничего не ловит.

На улице глубокая ночь, сколько времени, не знаю. Звезды яркие, днем шел снег. Вот же блин, куда я попала, и людей, как назло, нет никого, спят все, улицы пустые.

Цокаю по дороге каблуками. Довольно быстро шлейф спиртного выветривается и я понимаю, что оказалась на улице ночью совсем одна.

Без сумки, без верхней одежды, практически голая. Я в туфлях на высокой шпильке и в соблазнительном черном платье, едва прикрывающим бедра.

И это вообще не мой образ, я просто думала, просто хотела чтобы на меня все смотрели. Хотела нравится…блин. Брандо все просто испортил! Я бы танцевала сегодня до утра.

– Эй, девушка!

Кто-то свистит сзади и обернувшись, я вижу, как ко мне медленно подъезжает машина. Опущенный кузов почти до дороги, тонированные стекла и густые клубы дыма из медленно открывшегося окна.

– Подвести, красавица?

– Нет уж, спасибо.

Фыркаю, шире шаг, надо уйти отсюда, потому что их в машине пять человек.

Все как один бородатые и жуть какие страшные.

Глава 9

– Девушка, ну подожди! Куда ты так торопишься?

– Да она работает, не видишь? Шкура местная.

– Сколько за час берешь, сладкая? Не бойся, не обидим. Деньги у нас есть.

От его акцента меня пробирает дрожь и я вперяю взгляд на дорогу, в сотый раз уже жалея, что вообще пошла в этот клуб. Одна, без девчонок, а одногруппники все куда-то слились в один миг.

Надо было домой, надо было вообще не приходить сюда!

– Девушка! Садись, подвезем. Куда тебе надо?

– Смотри, она потерялась. Ты домашняя леди, да?

Едут за мной и ржут как кони, а у меня уже почти истерика, ведь вскоре их машина останавливается и оттуда выходит пять человек.

Они окружают меня в два счета, я так надеюсь успеть добежать до ближайшей остановки, но они оказываются быстрее.

Страшные бородатые мужики. От них воняет потом и какими-то специями. Их пытливые глазенки ощупывают меня с ног до головы.

– Что вам надо? Отойдите от меня!

– Чего ты такая пугливая? Да мы нормальные, познакомиться хотим. Я вот, Джамал. Это Анвар, Амад, Асад, Махмуд. А как тебя зовут, красавица? Ты что, потерялась?

И вот, вроде он беспокоиться, спрашивает меня, а у самого улыбка страшная сияет на лице. Победоносная. Они медленно наступают на меня, загоняют ближе к темной стене.

– Дайте пройти! У меня нет денег!

– Да зачем нам твои деньги, сладкая? Смотри, какие у нее волосы! Блондинка натуральная. Пойдем, покатаемся с нами. Пойдем! Я тебе шашлык приготовлю.

Этот Джамал тянет ко мне свои толстые руки и я вскрикиваю. Громко, истошно, задыхаясь от истерики:

– Брандо! Брандо! САША!

Честно говоря, я не знаю, почему зову именно его. Даже там в лесу, когда я однажды убежала и меня окружила стая волков, я тоже звала его. Истошно, со всех просто сил.

– Сука, завяжи ей рот! Здесь давайте разложим, не будем ехать.

Их руки. Жадные, цепкие, противные. Они прижимают меня к стене, один хватает за плечи, второй тянется к платью.

В этот момент я слышу выстрел и тот, кто ко мне прикоснулся, замертво падает вниз.

У него в голове дыра. Прямо по центру лба дырка от пули!

– А-а! – вскрикиваю, а после вижу, как остальные орут и набрасываются на подошедшего Брандо.

Их пятеро, он один. Довольно быстро они выбивают у Александра из руки пистолет, а после заваливают его на дорогу и начинать бить. Руками, ногами, тогда как я стою и просто пошевелиться не могу. Слезы текут ручьем, меня всю просто колотит.

– Не надо. Не надо… не надо! Боже!

Никакой помощи нет, они его просто убивают, но после я вижу, как в свете фонаря что-то сверкнуло в руке Брандо.

Это скальпель. Брандо всегда его носит с собой и сейчас он быстро хватает одного из нападавших за волосы и делает резкий выпад рукой.

– А-а-а! А-а-а, сука!

Улицу пронзает истошный вопль, в руке Брандо остается срезанный скальп одного из нападавших.

– Пизда тебе! Ты убил Джамала!

– Я и вас порешу сейчас. Ко мне, суки! КО МНЕ! Я Фараон!

– Это же брат Фари. Валим, валим!

И пока один убит, второй орет, истекая кровью, трое остальных просто садятся в машину и бьют по газам.

Я же стою едва живая. Тело дрожит, вижу только, как Брандо поднимается с колен, прижимая к себе руку, из которой тонким ручейком кровь стекает на дорогу.

– В машину села. Живо.

Спорить я не решаюсь и быстро усаживаясь в машину к своему врагу или спасителю. Сама уже не знаю.

***

Свет фар, лед на асфальте и такая длинная ночь. Мы едем в машине, Брандо одной рукой держится за руль, а вторая у него так и продолжает истекать кровью.

– У вас кровь. Вам очень больно?

– Не трогай меня!

Зарычал так жестко, что я вжалась в сиденье и больше не проронила ни звука. К этому моменту алкоголь окончательно выветрился из меня и я понимаю, что оказалась в одной машине со своим злейшим врагом, с тем, кто меня похитил, а теперь везет непонятно куда.

Быстро становится страшно, я одна, точно также как и тогда, только теперь все иначе. Или нет? Ненавидит ли все еще меня Брандо? Тогда он обвинял Дашу в гибели своего брата Фари, а теперь, когда правда всплыла, осталась ли у него еще ненависть персонально ко мне?

Я не знаю, я просто смотрю на его сердитый профиль, на его кровь, на руку, которую он прижимает к себе и понимаю, что я сделала сегодня ошибку. Не надо было мне идти в этот клуб, не надо было мне нарываться и шастать одной по ночным улицам. Я же сделала по-своему, и вот он результат.

– Вы один против пятерых пошли. Вам не было страшно?

– Нет.

– Почему вы помогли мне сегодня?

– Потому что тебе это было нужно.

– Вы не были обязаны! Да и они ничего бы не сделали со мной…

Пытаюсь оправдаться, хотя сама понимаю, как же жалко это звучит.

– Ты понятия не имеешь, что бы они с тобой сделали! И ты не хочешь этого знать!

Прогремел и вдавил в педаль газа сильнее, а я затихла.

Вероятно, Александр теперь хочет мести за свою сломанную руку, судя по тому, насколько сильно злится на меня.

Ненавидит все же. Все также, ничего не изменилось. Я все такая же проблема для него, какой и была.

Остаток пути мы ехали молча. В какой-то момент мне стало дурно, от страха я вжалась в сиденье и прикрыла глаза.

Если эти мужики не сделали со мной ничего плохого, то Брандо может сделать. Думаю, потому он и везет теперь меня в неизвестном направлении.

Глава 10

Я помню ту хижину в лесу, наш быт, если так можно выразится. Помню как Брандо пришел и принес тогда мне еду. Жареное мясо и сосиски. Я не ела ни первого ни второго. Я вообще мясо не ем, мне жалко животных.

Когда я впервые не притронулась к еде, он не обратил внимания, но когда спустя два дня не съела ни крошки, бандит разозлился. Ему это не нравилось, а я поняла, что это мой козырь.

Единственный, пожалуй, и конечно же, я им пользовалась. Я объявила Брандо голодовку, если он не вернет меня домой и продержалась ровно трое с половиной суток, прежде чем у меня закружилась голова.

Помню, как тогда Александр отпаивал меня сладким малиновым чаем и притащил целый пакет всякой зелени, орехи, фрукты и овощи. Он сам готовил мне салаты, потому что у меня не было сил. Ха, думаю, он просто не хотел, чтобы я померла с голоду. Я тогда ему была нужна живой.

Так мы и жили. Ели всегда вместе. Я лопала свои овощи, а он ел жареное на костре мясо дичи, грыз его, точно дикий зверь.

Этот лес, он был таким необычным. Там жили десятки белочек. Они совсем не боялись рук. Были зайцы и птички, даже лисы. А еще однажды я поймала ежика возле хижины и притащила его в дом. Брандо тогда не было целых три дня подряд и я испугалась. Я замерзла, пыталась впервые в жизни растопить печку, но у меня ничего не вышло. Хижина задымилась, я едва не сделала пожар.

Помню, что Брандо тогда пришел, потушил все и отпустил моего любимого ежа на волю. Мне назло, сто процентов! Он так меня наказал, отобрал моего друга, а я расплакалась и впервые сказала, что ненавижу его. Он ответил мне тем же.

Так мы и жили в нашей обоюдной ненависти. В лесу, среди зайцев и ежей, мы после того случая целую неделю не разговаривали.