Андрей с нетерпением ждал окончания рабочего дня. Он понимал, что разговор с Анастасией не последний и стоит что-то предпринять. От угроз она может перейти к действиям, вопрос к каким. «Мне нужно поговорить с Яковлевым, а потом с отцом. Я задницей чувствовал, что деньги, полученные за условно-досрочное освобождение нам аукнуться. Хотя, скорее всего, и без этих денег, но через пару лет, я мог услышать угрозы», – думал Андрей, покидая рабочее место. Приехав домой, он извинился перед женой и позвонил в квартиру соседа. Евгения поняла, что муж чем-то расстроен и не стала расспрашивать.

– Павел Иванович, у меня сегодня была Зарайская. На мой взгляд, о ней психушка плачет, – сказал Андрей и передал разговор Яковлеву. – Я готов был придушить её. Нам теперь до самой смерти жить в страхе, бояться друг за друга? Что она придумает на этот раз? Реальная нам грозит опасность или это запугивание? Как я скажу об этом Жене?

– Для начала успокойся. В первую очередь нам нужно найти того, кто может нам помочь. Завтра я наведаюсь к участковому, – говорил Павел Иванович. – Какие у неё отношения с соседями?

– Никаких. Она их не замечала, и не думаю, что за время её отсутствия что-то изменилось. Она может общаться с бывшей домработницей отца, которую забрала к себе, и та караулила её квартиру, пока хозяйка сидела. Думаю, она и сейчас пользуется её услугами, – ответил Андрей.

– Ну, вот тебе и первое задание – поговори с ней, – предложил Яковлев. – А Женькам расскажи обоим и не тяни.

Поход Павла Ивановича к участковому дал свой результат. Участковому было сорок пять лет, двадцать из которых он служил в этом районе. Он рассказал о жильцах интересующей квартиры и о гостях, которых он застал неделю назад.

– Вы знаете, товарищ подполковник, что предложила мне мадам Зарайская? Сто долларов в месяц и я о ней забываю и не беспокою, – признался он.

– А ты?

– А я взял и усилил своё внимание. Хотите знать, кто у неё бывает? – спросил он, доставая папку. – Оба наши местные. Вышли три месяца назад. Один сидел за кражу, ему тридцать пять, женат, сын у него болен. Второй отбывал срок за драку, двадцать пять лет, холост. Первый бывает чаще, думаю из-за денег, – говорил он, показывая фото. – Сыну нужна операция.

– Кирилл Степанович, я тебе сейчас расскажу одну историю, а ты мне скажешь, сможешь ли ты мне помочь, – сказал Яковлев и рассказал причину, по которой Зарайская оказалась за решёткой, её признание взять реванш.

– Значит, мадам не раскаялась? Что от меня требуется? – глядя на Яковлева, спросил участковый. – И что может затевать моя подопечная?

– Попасть в квартиру и поставить жучки. Я должен знать, что она замышляет. Можно обойтись без тебя, найти другого человека, но приход постороннего насторожит хозяйку, – говорил Яковлев.

– Привозите «реквизит», я сделаю всё что надо, заберу свои сто долларов, но в отсутствии хозяйки. Пообщаюсь с прислугой.

Прошло ещё три недели. Павел Иванович теперь знал, кто и с какой периодичностью общается с Анастасией. Алина, узнав фамилию Жени, бывая у него дома, уже не могла скрывать своё знакомство с Зарайской и рассказала ему о «вербовке».

– Жень, прости меня, пожалуйста. Знай, я твою фамилию, не согласилась бы на такое. Получается, твой отец спас мою маму, а я, ради её реабилитации, должна помогать твоему врагу, – виновато говорила Алина.

– Не переживай. Молодец, что призналась, узнав о нас много нового и того, во что тебя не посвящали, – ответил Женя. – Ты мне нравишься. Я тебя очень прошу, будь осторожна. Попроси у неё вторую половину денег, и скажи, что в субботу мы всей семьёй едем к жене деда на день рождения в коттеджный посёлок Лесной.

Зарайская ухватилась за сообщение Алины, заплатив ей деньги, вернее перечислив их на счёт центра. Разговор был в понедельник.

– Если поедешь с ними, получишь ещё треть суммы, – сказала она.

Вечером на квартире, Анастасия рассказала своим «друзьям» о предстоящей поездке семьи Платовых в посёлок Лесной.

– Нужно чтобы вы проехались этим маршрутом и сообразили, где их можно будет «прижать» наверняка. Я арендую машину, но для дела нужна другая и её нужно будет угнать, а потом просто бросить. Постарайтесь не облажаться. Встречаемся в среду.

Уже вечером среды в квартире Анастасии Геннадьевны святая троица обсуждала план действий.

– Машину у подъезда видели? Проверьте, чтобы не подвела. Что думаете о маршруте? – спросила хозяйка.

– Там той дороги километров восемнадцать-двадцать. Дорога отличная, буржуи для себя делали. При скорости восемьдесят, без помех, – её можно проехать за пятнадцать минут всю. Я засекал. Две полосы, постов нет. По ней мажоры гонки устраивают ближе к полуночи, а иногда и днём гоняют. Минут на десять-пятнадцать дорогу перекрывают, – говорил тот, что постарше. – Нам довелось наблюдать эти заезды. Главное народ не возмущается, а терпеливо ждёт, мажоры-то все из посёлка.

–Сколько от их дома до поворота на посёлок? – спросила хозяйка.

– Минут пятнадцать-двадцать. Если без пробок – доедут быстрее, – ответил молодой.

– С тормозами не получиться. Они могут на пустой дороге и не тормозить, а о городе мы не договаривались. Остаётся одно – столкнуть машину с дороги в кювет. Насыпь там приличная, машина должна перевернуться. Но я всё же за заряд, так надёжнее. Не загорится сама – взорвём, – сказал старший гость.

– Ты когда займёшься этим? – спросил молодой.

– В субботу перед рассветом. Сделаем это, тачку в угон я присмотрел, проедемся по трассе, отогнав нашу машину, вернёмся к дому, – ответил тот, что постарше.

– Машину поставим у въезда в посёлок, а уходить будем просёлком вдоль леса, – сказал молодой, поглядывая на хозяйку.

– Всё, вроде, складывается нормально, но это мне и не нравится. Кто сказал, что в это время дорога будет пустая? Нам не нужны свидетели. Проще убрать их поодиночке за те же деньги.

– Ты знаешь, сколько это займёт времени? Уверен, что каждое твоё «убрать», будет стопроцентным? Считаешь, что уже после первого эпизода они станут ждать очередной? Ты сам отказался от похищения, не хочешь стрелять. Предлагай, – сердилась Зарайская.

– Я предпочитаю зря не рисковать. Мужик тебя обидел, баба перешла дорогу. Парень с маленькой девочкой, чем помешали? Похитить можно было одного, ну двух. Ты себе представляешь тихое похищение семьи из четырёх человек двумя идиотами? Ты ведь на это не пойдёшь. А стрелок из меня, как из говна пуля. В упор мне стрелять или попытаться попугать? – сказал старший. – Я вообще уже ничего не хочу.

– Заткнись! Ты сына своего спасти хочешь? Отрабатывай долг и особо не умничай, – кипятилась Зарайская.

– Знаешь, Настя, в чём твоя проблема? Ты сама не знаешь, чего хочешь. Ты или не лезь со своими советами, или делай всё сама, раз такая умная. Что ты конкретно можешь предложить в данной ситуации?

– Не знаю, но знаю другое – второй шанс собрать их всех вместе может выпасть нескоро. Будем надеяться, что элита по выходным отдыхает за городом. Делайте, как решили. В кювет, значит в кювет, но с гарантией. Вы ждёте меня у дома, а номер машины сбросите на телефон. Вещи свои вам лучше забрать, – говорила Анастасия уже спокойно. – Если явно что-то пойдёт не так, отложим мероприятие.

– Может, останешься дома. Ты рискуешь, – спросил старший Анастасию.

– Я должна это увидеть своими глазами. Сделайте всё и с первого раза. Держи деньги, здесь столько, сколько просил. Не засиживайся завтра в больнице. Лучше пройдите ещё раз маршрут. Надумаете что-то поменять – звоните, а нет – встретимся в субботу.

«Ну, что ж, Анастасия Геннадьевна, мы тоже будем готовы к субботе, – говорил Павел Иванович, снимая наушники. – Теперь многое зависит от ребят». – Он завёл двигатель машины и плавно выехал со двора дома Зарайской. В квартире Евгении его ждали.

Глава 13

В субботу пятого июня около десяти утра из подъезда вышел Андрей с дочерью на руках, за ним Евгения с небольшой сумкой. Подойдя к своей машине, Евгения открыла багажник и поставила туда сумку. В это время рядом с ними притормозила машина, и из неё вышел Женя. Никто не обратил внимания на молодого мужчину, который сидел на скамейке у соседнего подъезда и разговаривал по телефону.

– Пап, поехали на моей ласточке, – обратился он к отцу. – Садись вперёд, а девочки поедут сзади. – Переложив сумку в багажник своей машины, и рассадив пассажиров, Женя выехал со двора. – Мы выезжает, – сказал он негромко в гарнитуру своего мобильного телефона на левом ухе.

– Ребята на месте. Пост ГАИ при деле. Кто едет следом? – спросил Павел Иванович.

– Марку не вижу. Синий седан едет через две машины от самого дома. Они же знают, куда мы едем, – ответил Женя.

Прошли минут пятнадцать, когда Женя включил лёвый поворот и свернул на дорогу в сторону посёлка. Синий седан хотел повторить манёвр, но вовремя заметил как одна из машин, стоящая у заводской стены справа от поворота, мигнула фарами. Седан проехал вперёд и остановился, узнав машины «гонщиков».

– За поворотом гаишники по нашу душу. Решите для себя, что лучше, Ауди уже тормознули. Третий час пошёл. Как думаете, кто кого пересидит? Все планы нарушили и всё из-за каких-то трёх машин. Сейчас мальчишку накажут рублей на пятьсот и отпустят, – говорил Никита. – Алекс, что там видно?

– Деньги взяли, машину не досматривали. По ходу, они сворачиваются, – сказал молодой парень, спрыгивая с крыши своего авто, придерживая на груди бинокль. – Подождём, может и повезёт, – подмигнул он Никите. Никита понял, что Евгения с Дашей и Алиной, перебрались в машину ГАИ, и теперь настала их очередь. – А вот и они, родимые. Сдали нервы стоять без капусты. По коням ребята.

– Слушайте, дайте нам десять минут проехать без страха, а вам без помех, – попросил водитель седана.

– Что так? Не хотите поучаствовать? Мы вам дадим минуты три, – явно издеваясь, говорил Алекс.

– Ладно, уговорил. Мы больше ждали. Давай, время пошло, – ответил парень, которого называли Кир.

Седан развернулся и поехал к повороту, а Никита уже говорил в гарнитуру:

– Жека, больше шестидесяти пока не гони. Не дай сбросить себя с трассы, держись середины дороги, твоя машина тяжелее. Мы через пару минут выдвигаемся. – Павел Иванович, в машине трое, с ними женщина. – Кир, ты можешь отказаться. Через пару минут будет поздно и бесполезно, – говорил Никита всем по очереди.

– Хорош сомневаться, Никита. Ты обходишь седан, а я пристраиваюсь ему в задницу. Поехали!

– Алекс, на тебе встречка. Не станет он таранить твой танк, – сказал Никита.

«Гонщики» заметили, что синий седан уже догнал Ауди Жени и пытается столкнуть его с дороги в кювет. Расстояние между «гонщиками» и седаном сокращалось.

– Женька, уходи в отрыв на три-четыре километра. Пошёл! – Алекс, ты где?

– Гоню по встречке, жду команды, – ответил водитель Ленд Крузера. – Мне тебя пропустить надо.

– Перекрывай встречку, как только я начну тормозить, – сказал Никита, и, обогнав седан, занял его полосу. В зеркало заднего вида, он видел, что Кирилл «пристроился» в хвост седана. Он проехал ещё километр, чуть обогнав седан, и резко затормозил. Его машина встала поперёк дороги. На встречной полосе «развернуло» машину Алекса.

Водитель седана, понял в одну секунду, что все их планы говно, в сравнении с тем, что делает молодёжь. Она не играла, она спасала Ауди. Спидометр показывал скорость девяносто, до тёмной Ауди с драконом оставалось метров сто. Он, уклоняясь от прямого столкновения, вывернул руль вправо, но насыпи после полотна не хватило. Машина, потеряв под колёсами дорожное покрытие, пролетела в воздухе метров десять и приземлилась, зарывшись капотом в землю. Две машины развернулись и, не останавливаясь, поехали в сторону посёлка, набирая скорость. За ними последовала третья. На дороге осталась Ауди Жени. Она остановилась, заметив полёт «ласточки». Отец и сын вышли из машины, дожидаясь Павла Ивановича, который уже притормозил на обочине. Втроём они спустились по откосу к машине. Андрей Викторович проверил пульс у пострадавших. Водитель был ещё жив. «Синяя сумка, сын болен…», – сказал он чуть слышно и потерял сознание.

– Вряд ли он дождётся скорой помощи, – сказал Платов Яковлеву, который вызывал полицию. – Что будем делать?