– Дай ей телефон. Хреновый из тебя, Артем, дипломат, – сказал Городецкий. – Карина Анатольевна, Москва слезам не верит. У тебя, дорогая, впереди долгая и счастливая жизнь, а ты льешь воду по пустякам. Сейчас у тебя непростой период, но очень скоро все наладится. Я рад, что сумел вам немного помочь. Не реви! – говорил ей Городецкий.

– Мы так не договаривались! – утирая слезы и всхлипывая, сказала Карина.

– Да мы с тобой вообще ни о чем не договаривались. Виделись мы с тобой месяц назад и разговора, ни о какой квартире, не было. Это Маркин все затеял с него и спрос. Ты мне признайся, только честно, тебя все устраивает?

– Устраивает – это не то слово. Во-первых, это ни дом, а апартаменты, в хорошем смысле слова. Лишней площади нет, но все так продумано и сделано, что не сравнить не с чем, что я видела раньше. Во-вторых, мебель и техника так вписались в планировку, что ничего лишнего, но все в наличии. Здесь даже два санузла для удобства, если приспичит, – говорила Карина, еще шмыгая носом.

– Вот ты уже и шутишь. Слез больше не будет? – спрашивал абонент. – Устраивайся, не тяни с пропиской, не давай повода для нежелательных визитов. Договорились?

– Спасибо Вам огромное. Я не знаю, что еще сказать. Вы часто бываете в Москве? Я хочу пригласить Вас в гости. И еще, Виктор Андреевич, у меня к Вам предложение. В городе есть сеть аптек, где я являюсь совладельцем, но не получаю от этого ничего. Вы не возьмете на себя такую ношу? Я не знаю, какой доход она приносит, но это бы Вам, возможно, компенсировало часть затрат. Мне нужно было поговорить об этом заранее с Маркиным, но я не осмелилась. Посчитала, что неправильно нагружать его еще и этим.

– Бизнес давно крутится? – усмехнулся Городецкий.

– Лет 12-15. Его начинали еще мои бабушки. Мать моего отца завещала мне свою долю в две тысячи шестом году. Наследство я оформила, но в бизнесе я ноль, а воевать с мамой не стала.

– Пришли мне копии документов на электронную почту, я перешлю тебе адрес. Если овчинка стоит выделки, я соглашусь, но учти, если останусь в выигрыше – деньги не верну и разницу оставлю себе.

– Я согласна. Спасибо Вам еще раз. Удачи и до свидания, – сказала она, прервав вызов. – Артем, спасибо и тебе за хлопоты. Извини за истерику. Ты даже не представляешь, как мне все очень нравится и все устраивает. Я не могла даже предположить, что смогу устроится таким образом. А слезы, скорее, от неожиданности и радости. Я была уверена в том, что бесплатный сыр находится только в мышеловке. Я ошибалась! – сказала она и поцеловала его в щеку.

– В холодильнике есть необходимые продукты на первое время. Покупал, представив, что я поселился здесь на пару дней со срочной работой. У меня такое бывает. Супермаркет рядом. Детский сад сами найдете? Вы будете работать в боткинской? А кем? – спрашивал Артем, немного успокоившись и придя в себя от реакции Карины.

– Я по профессии хирург. Стаж шесть лет. Друзья моего отца живут на Беговой 13. С их помощью я и детский сад найду и место работы. Они работают в этой больнице.

– Вот почему был нужен именно этот район! Умно придумано. Все под боком и не надо долго добираться, попадая в пробки. Это мой номер телефона. Будут вопросы – звоните. Удачи вам на новом месте.

– И Вам хорошего дня, – сказала Карина, закрывая входную дверь. Она прошлась по квартире, осматривая все основательно. В договоре, общая площадь квартиры составляла 84 кв. метра, из них 48 кв. метров составляла жилая площадь, 11 кв. метров была кухня, а остальное пространство занимала прихожая, санузлы и гардероб. Вся квартира была в светлых тонах. В спальне стояли две белые тумбочки с ночниками и большая белая красивая кровать, под белым покрывалом, и две тумбочки с ночниками. Обои на стенах были светло-серого, почти белого цвета. Окно закрывали тюль и шторы белого цвета с серебристым рисунком. Напротив окна неглубокий шкаф с зеркальными дверцами. Он занимал стену от двери до угла, но не выглядел громоздким. Карина открыла дверцу и поняла в чем секрет. Шкаф был неглубоким, сантиметров тридцать и держатель плечиков располагался не по ширине, а по «глубине». Вторая спальня, она же детская, была зеркальным отражением первой. Здесь обои были бледно-голубого цвета, а окно закрывали шторы на пару тонов темнее. Напротив окна у стены стояла светлая деревянная детская кровать с ограничителем и детский шкаф для одежды. Дальше вдоль стены небольшой диван, полка и у окна стол со стулом. Открыв двери санузлов, Карина взглянула на сына и поняла его немой вопрос. «Здесь мы будем принимать ванную, а здесь душ, – сказала она Максиму. – Я, сынок, пошутила. Они решили, что так удобнее, если семья большая. Правда, не только удобно, но и красиво? Все такое светлое. Идем в кухню и проведем там инспекцию. Потом вымоешь руки, и сядем завтракать». Кухню от гостиной разделял кусок капитальной стены до метра. Здесь было два окна, но зоны были разделены. Справа вдоль стены разместился набор для кухни из двух столов и мойки с холодильником, раковиной и варочной панелью. На столах стояла микроволновая печь и чайник, над столами висели шкафы. Если быть до конца точными, то ни столы не стояли, ни шкафы не висели – они были встроены и собраны под размеры именно этой кухни. Небольшой обеденный стол и четыре стула расположились у «короткой» капитальной стены. Кухню от гостиной разделяли только цветовые гаммы. Напротив «встроенной» кухни, стоял небольшой угловой диван бежевого цвета, углом «захвативший» часть у окна, а рядом, до двери в детскую, небольшой набор для гостиной. Телевизор расположился «углом» на высоте по другую сторону короткой капитальной стены. «Сюда, можно поставить мой инструмент», – подумала Карина. Получалось, что стен для обоев в кухне и не было, а вот в гостиной они светло-бежевые. На тон темнее были шторы на окне. Обои в прихожей были серо-голубые, как и все двери. Гардеробная напоминала три плательных шкафа без дверок, поставленных буквой «П». Светильники во всей квартире были точечными. В каждой комнате и прихожей висело по картине неизвестных Карине художников, изобразивших пейзажи.

– Максимка, тебе нравится наша новая квартира? – Карина подхватила сына на руки и закружила по комнате. – Я не верю, сын, что все это происходит с нами наяву, а не во сне. Давай мы с тобой позавтракаем и позвоним бабушке с дедушкой, – говорила Карина, доставая из своей сумки детский творожок и йогурт. – Садись на стул, привыкай, родной. Ты знаешь, я догадалась, почему вход в квартиру начинается с кухни – гостиной! Первоначальный план предусматривал узкую прихожую. Хозяевам не понравилось, что двери из кухни и гостиной сделают ее еще уже. Они, сынок просто не поставили стену и сэкономили на дверях. Артем говорил о такой возможности. Ешь, родной. Мы с тобой разберем вечером свои вещи, завтра купим продукты, а в понедельник пойдем в детский сад. У тебя появится много новых друзей. Я разберусь с работой, а в следующий выходной, мы пойдем с тобой в зоопарк. Митя звонит. – Не вынесла душа? У нас все хорошо, Мить. Я пустила скупую слезу, но уже успокоилась, – говорила Карина Фомину, не забывая помогать завтракать сыну. – Квартира очень хорошая и досталась мне даром. Вот этот факт меня и напрягает. Городецкий ее не снял. Он ее купил! Да, Мить, купил на мое имя. Что значит «так надо»? Ты не забыл, где бывает бесплатный сыр? Такая квартира с мебелью стоит порядка двадцати миллионов и больше. Я предложила ему рассмотреть вопрос о моей доле в бизнесе мамы. Хорошо, что ты это одобряешь. Отца твоего подключать не надо. Пусть Виктор Андреевич сам решит: нужно ли ему это? Позже позвоню Симоновым, здесь семь утра, пусть выспятся в выходной. В понедельник схожу в детский сад, а дальше Симонов подскажет. Быстрых новостей от меня не жди, а через пару дней позвоню. Пока. «Митька, Митька, ты возишься со мной три года, а я не могу ответить тебе взаимностью. Хорошо, что ты это понимаешь, но не бросаешь нас. Я не могу и не хочу тебя обманывать, притворяться. Ты этого не заслуживаешь», – думала Карина, закончив разговор.

Карина с сыном разобрала сумку, где были вещи и игрушки Максима, и сумку с теплыми вещами. Теплые вещи и обувь определила в гардеробную, а часть в шкаф детской комнаты. Теперь у сына нашлось занятие. Свои любимые книжки и игрушки он расставлял на полку сам. Их было немного, брали самые, самые. Через час Карина позвонила Симоновым и коротко доложила, что они в квартире и хотели бы увидеться. Назвав Ольге Викторовне адрес, взглянула на часы. «Максимка, бабушка Оля с дедом придут через пятнадцать минут. Я на кухне проверю холодильник. Будет скучно – я рядом, – сказала она сыну, подумав о том, что детская комната расположена очень удачно, и ребенок всегда находится под присмотром. Карина открыла холодильник. На полках стояли небольшие упаковки с молоком, кефиром, йогуртом, сливочным маслом и сыром. Здесь же лежали в фасовке три яблока, три груши, пара огурцов и штук шесть помидоров, нарезной батон и десяток яиц. – Да, Максимка! Нам с тобой повезло. Мы поймали золотую рыбку. Главное, не стать сварливой бабкой, после таких подарков судьбы. Городецкий оплатил то, что предложил Артем, а Олегович купил все это по своей инициативе. Хотя, Я могу и ошибаться», – думала она. В наличии оказались три кастрюли, сковорода, тарелки двух видов на шесть персон, вилки, ложки, чайные чашки и прочая кухонная утварь от половника до разделочной доски и ножей. Были даже небольшие упаковки разового чая «Липтон» и кофе «Якобс».

– Максим, бабушка с дедом пришли. Пойдем двери открывать, – позвала Карина сына.

Обнявшись по-родственному, она дала время гостям осмотреться, включая чайник. Только минут через пять-семь, гости уселись на диван в гостиной вместе с Максимом.

– Карина, ты вытащила счастливый лотерейный билет. Ты потянешь такие расходы? Квартира очень хорошая, но аренда и коммунальные расходы съедят всю твою зарплату, – говорила Ольга Викторовна. – Я никогда не была в таких домах и всегда считала, что жить в таком доме – это неподъемные деньги. А здесь хоромами и не пахнет, лишней площади нет, а дизайн отличный.

– Мне придется платить только за услуги, все остальное оплачено, – сказала Карина невесело. – Читайте, а я потом все объясню. – Через пару минут, она, присев на стул, рассказала о встрече с Городецким у дома, об операции и о сегодняшнем сюрпризе. – Я все думаю: нет ли в этом скрытого смысла? Я сама предложила ему рассмотреть вопрос о компенсации части затрат за счет моей доли в мамином бизнесе. В свое время, мне и в голову не могло прийти воевать с ней, а теперь, пусть вернет, если конечно не поздно, все, что принадлежит мне.

– Татьяна потеряла совесть давно, – сказал Симонов. – Она тебя проводила?

– Нет. Я звонила ей на девятый день после кладбища. Пару минут поговорили. Пригласила на обед, но, ни она, ни сестра не пришли. Перед отъездом хотела увидеться, но, ни мама, ни Марина не захотели этого. Меня Митя Фомин проводил.

– Мой тебе совет: не забивай себе голову. Мне кажется, ты дуешь на воду. Все будет хорошо, а будут проблемы, будем их решать по мере поступления. Тебе нужно появиться в кадрах до четверга. Не передумала работать ординатором?

– С чего-то начинать надо. С понедельника займусь садом. Мне нужно будет еще попасть завтра на вокзал к поезду. Я свой инструмент отправила с проводницей. Не рискнула сдавать в багаж в самолете, а оставить не смогла. Это папин подарок.

– Карина, ты не переживай. В твои дежурства я буду забирать Макса к себе. Справимся. Мы с Аркашей засекли время в пути от нас к вам – 16 минут. Так удачно все сложилось, а ты думаешь о подвохе. Нет, прежде чем купить, твой Городецкий учел и район нашего проживания, и близость к больнице и наличие детского сада. Мне квартира очень нравится. Перестираешь все, сделаешь, как тебе нравится. Мы принесли в подарок на новоселье спальный комплект и обед, чтобы тебе сегодня не готовить. Ты знаешь, что Плетнев в декабре возвращается?

– Митя мне говорил. Только у Плетнева своя жизнь, а у нас с Максимом своя, – грустно сказала Карина. – Я не думаю, что наша жизнь его как-то заинтересует.

– А что Дмитрий? – спросил с любопытством Симонов.