Бэйр (страница 49)
– Все равно он вполне может быть возлюбленным той самой девицы, умеющей проклинать. А она и приворожить наверняка могла. Так что Лорена не вычеркиваем, – сказала я, тихонько перетаскивая кусочек пирога из тарелки Дейка к себе. И что же Леопольд в них добавляет, что они такие вкусные?… наверное, не хочу этого знать.
– Мне сложно в это поверить, – произнес инквизитор. – Сомневаюсь, что дядю Лорена могла полюбить девушка, способная на проклятие.
– А что насчет тройняшек?
Арланд подавился.
– Сколько им лет? – спросила я.
– Вообще-то только семнадцать! – ответил инквизитор, откашлявшись.
Хммм… Леопольд на вид мой ровесник. Значит, ни одна из девиц не могла быть его матерью, и все они отпадают.
– Значит, они вне подозрений. Графиню Меви?…
– Ей девяносто восемь лет, – сказал Арланд.
– А как по мне, так очень даже можно, – возразил Дейк. – У нее нет мужа, но вполне могут быть дети. Да и характер у нее такой, что она в жизни бы не открыла нежелательную беременность. Особенно в таком возрасте.
– Нет, это не графиня, – сказала я. – Нам нужна женщина, которая может знать, кто маг. Графиня этого не знает. Она сама мне сказала.
– Опять тупик, – подвел итог Дейк. – Твои фамильные привидения какие-то бестолковые! Они не сообщили ничего полезного.
– Я обязательно передам им это, когда снова увижу, – пообещала я.
– Я знаю, о каких привидениях ты говоришь, – вдруг ввязалась в разговор Сарабанда, улыбнувшись. – Они часто приходят ко мне на чай.
– О чем вы, тетя Сара? – удивленно спросил Арланд.
– Это наше, ведьмовское, – улыбнулась ему старушка. – Вам, мужчинам в форме, это понимать не обязательно.
– Так что вы хотели сказать о привидениях, Сарабанда? – возвращаю ее внимание к себе.
– Ничего особенного. Просто я рада, что у них появились еще одни уши, – улыбнулась она. – Им не помешают друзья.
– Кстати, а как зовут вашего питомца? – спросила я, поднимая котика на уровень своего лица.
– Да он не мой, – она пожала плечами.
– То есть, кот ничейный? – уточнила я, загоревшись этой замечательной идейкой.
Ну что, котяра, хочешь в поместье? Уж там тебя не обделят лишним куском мяса да блюдцем с молоком!
Кот заинтересованно посмотрел на меня и, мне показалось, кивнул. Затем он принялся умываться, как ни в чем не бывало
– Бэйр? – многозначительно выгнул бровь Дейк.
– Что, Дейк? – отвечаю, копирую его интонацию.
– Только не говори, что ты хочешь кота.
– Я не хочу кота, – оправдываюсь. – Я хочу, чтобы кот не мешал Сарабанде и жил в поместье. Всем будет хорошо… Ну ты только посмотри какой он милый! – беру кота под лапы и протягиваю к рыцарю. – Такой кот должен быть любимцем, а не диким животным!
– Бэйр, ты же не маленькая девочка!… – начал было Дейк, но осекся, посмотрев на меня повнимательнее. – Черт с тобой.
– Ох, наконец-то! А то этот кот порой так орать начинает, что уши закладывает! – заулыбалась Сарабанда.
– Я, как один из хозяев поместья, согласен. Если вас это интересует, конечно, – как бы невзначай заметил Арланд.
– Ой, прости… но я и думала, что кто-то может быть против такого очаровашки! – Протягиваю кота и ему. Но только если к Дейку зверь был равнодушен, то на Арланда он зашипел и угрожающе фыркнул, выпучив глаза.
– Мда… очаровашка, – хмыкнул тот. – Видимо, даже коты не любят инквизиторов.
– Слушайте, так вы в поместье уж завтра тогда поедете? – вспомнила Сарабанда. – Переночуйте у меня и сегодня, а то уже темно.
– О, спасибо! – плыть обратно в поместье в такую стынь хотелось меньше всего, а насчет второго ночлега нам никто ничего не говорил. Это предложение не могло не радовать.
– Если надо чем-то помочь по хозяйству… – снова предложил Дейк.
– Надо-надо, голубчик. Ты не переживай! Для таких здоровяков, как ты, у меня работенка всегда найдется, – усмехнулась Сарабанда. – А сейчас давайте чай пить!
Старушка быстро устроила чай, и вчерашняя вечерняя посиделка повторилась. На этот раз Арланд и Дейк болтали о чем-то с хозяйкой, а я поудобнее устроилась на стуле и играла с котом.
С каждой минутой я все больше очаровывалась этим животным. Он мурлыкал, потягивался, смешно зевал, охотился за своим хвостом у меня на коленях и давал чесать мягенькое пузико… Не знаю, откуда у меня так внезапно появилась это любовь к котам, но сейчас я всей душой обожала это животное и возилась с ним, как ребенок с любимой игрушкой.
Вскоре, когда остальные уже разливали по третьей чашке чая, я почувствовала, что засыпаю прямо за столом. День выдался очень насыщенным, к тому же, я не спала всю ночь. Тело требовало законного отдыха. Продержалась я недолго и попросилась спать.
Поднимаясь наверх по лестнице погруженная в свои сонные мысли, я не заметила, как за мной увязался Дейк. Обнаружила я его только в нашей комнате.
– Тебе чего надо? – удивленно спросила я. – Там же еще чай во всю!
– Я тоже спать.
– Ну пошли, – пожав плечами, я зевнула и продолжила взбираться дальше по лестнице.
В комнате, поручив рыцарю чесать кота, я принимаюсь снимать с себя экипировку ведьмы-недоучки.
– Смотрю, ты подружился с Арландом, – заметила я.
– Скорее решил узнать, что он за человек, – тихо сказал рыцарь, скинув на пол тунику и кольчугу.
Ага, и поэтому даже не заметил, как я исчезла! Не то чтобы я действительно ревную…
– Что-то здесь не так, – заметила я, сев на кровать и укрывшись одеялом. – Ты слишком мило с ним болтал. Я думаю, это из-за той воды, которую он тебе дал.
– Ты это сейчас серьезно, Бэйр? – Дейк посмотрел на меня с укоризной, которая постепенно преобразилась в издевательскую мину. – Ты что, ревнуешь?
– Да иди ты! – беззлобно вздохнула я, уменьшая светящийся шарик под потолком.
Обняв кота, я приготовилась спать. За окном опять начиналась гроза.
Кружок любителей зельеварения
Из-за ночной грозы утро встретило нас холодом, сыростью и дождем. Не хотелось даже вылезать из кровати, не то что идти на улицу, но Дейк настоял на том, чтобы мы отправились обратно в поместье как можно быстрее. Он разрешил нам только быстро позавтракать и попрощаться с гостеприимной старушкой. Нам, якобы, надо быть на месте до тех пор, пока не все проснутся. К чему такая спешка, Дейк говорить отказывался.
Путь до лодки по высокой мокрой траве напоминал путь по реке вброд. Мокрые от росы стебли прилипали к одежде и опутывали ноги, как водоросли. Собственно, из поля мы вышли такие же мокрые, как если бы шли по той самой реке, по которой собирались плыть.
Запыхтев, мужчины начали толкать неподъемную лодку к воде. Я в это время пыталась поймать кота, который шел все это время за нами, но теперь отказывался залезать мне на руки.
Зверь отбегал от меня и останавливался, как будто вел куда-то в глубь поля. Но завести меня, куда хотел, коварный кот так и не смог: я все-таки его поймала и, вопящего во всю глотку, потащила к воде.
Его испуганными воплями мы наслаждались всю дорогу. Дейк под конец предложил утопить начинающего певца, чтобы не мучился. Как будто поняв, о чем говорит борец с нечистью, кот умолк и спрятался у меня под плащом, где и провел остаток пути.
Когда мы вернулись в поместье, там все еще спали. Все, кроме слуг, конечно.
Старый ворчливый Гарфел встретил на сразу, как мы вошли внутрь со стороны заброшенного заднего двора, как будто всю ночь только и делал, что ждал нас. Сегодня старик был еще ворчливее и придирчивее, чем обычно.
– Не слишком ли долго вас не было? – проскрипел он, ведя нас, промокших, грязных и злых, по коридору первого этажа.
– Задержались в склепе, – ответил Арланд. – Пришлось переночевать у тети Сары.
– «Тети Сары», «Тети Сары»… Эта ваша тетя Сара – ведьма, по которой плачет инквизиция, – проворчал старик.
– Гарфел, прояви уважение! – возмутился Арланд, и дворецкий, бросив на него недовольный взгляд, умолк.
Когда мы с Дейком оказались в своей комнате, нужно было готовиться к завтраку. Пока рыцарь пыхтел за ширмой в попытках стянуть с себя мокрую и холодную одежду, я сначала отерла в ванной свои сапоги от грязи, а потом достала из шкафа сумку и начала искать в ней наименее измятые вещи, в каких не стыдно ходить в графском доме. В итоге я ничего действительно нарядного не нашла… но во мне вдруг проснулся дизайнер. Были взяты темно-коричневые штаны из незнакомой мягкой ткани и длиннющая шелковая синяя рубаха. Последняя – «подарок» от одной из любовниц Дейка. Когда я зашла в самый не походящий момент, бедолага так перепугалась живой ведьмы, что вылетела из комнаты, не одеваясь.
Рубаху я перевязала кожаными поясками в двух местах, и получилось подобие туники. Мне кажется, вышло очень даже ничего… Хотя, насколько могу судить, по моде этого мира получилось жутко, по моде моего мира – весьма красиво. А вот по моде ведьмы-носят-что-хотят-и-попробуй-только-что-нибудь-скажи я выгляжу идеально. Оставалось только сменить бинт.
– Ух ты… – хмыкнул рыцарь, поглядев на меня, торжественно крутящуюся перед зеркалом. – Это куда ты так вырядилась?
И чья бы корова! Сам рыцарь умудрился погладить свои вещи – наверняка не без помощи служанок, которых обрабатывал вчера, пока двигал шкафы. А еще он надушился!
– У мня все остальное или мятое, или с прожженными дырками, или совсем никакое… вообще, ведьмы ходят как хотят!
– Так не ходят даже ведьмы. Только финийские девицы.
– Финийские?
– Страна такая, Финья, – кивнул рыцарь. – Там все вверх дном. Девицы коротко стригутся, ходят в штанах и ярких рубахах, занимаются, чем хотят, и мужчины там тоже делают, что хотят. У них равноправие полов. Можно встретить бабу-кузнеца или, скажем, мужика-хозяйку. Еще я слышал, что там распространено мнение, будто главное в жизни – свобода и способность эту свободу принять. Потому люди творят, что хотят. Обыкновенная финийская ваза своим видом может довести нормального человека до обморока… страна для тебя, в общем.
– А давай как-нибудь туда съездим? Очень хотелось бы там побывать!
– А мне очень хотелось бы сохранить рассудок. Люди, побывавшие в той безумной стране, никогда не становились такими, как прежде. Так говорят.
– Скучный ты, – я уселась на кровать и ко мне тут же запрыгнул кот и начал требовательно мяукать. Сжалившись, я взяла звереныша на руки и принялась тискать мохнатые бока. Надо бы его покормить так-то.
Дейк завистливо смотрел на наше взаимное счастье несколько минут, а потом вдруг сел рядом.
– Дай мне кота, – потребовал он с каменным лицом.
– Знаешь, я пойду спрошу для него еды на кухне, – улыбнулась я, вручая рыцарю мохнатое чудо. – Держи!
– Иди-иди, а мы пока отдохнем, – рыцарь завалился на кровать прямо в парадном одеянии и, прижав кота к боку, закрыл глаза.
Я спустилась на первый этаж поместья, где поплутала немного в поисках кухни. Там как раз находилась Тома, гневно распекающая за что-то молодых поварих. Я бы, наверное, ушла, никем особо незамеченная: главная повариха грозно глянула на меня, сразу дав понять, что таскать до завтрака не позволит. Но молоденькие поварихи под гнетом Томы чуть не плакали. Мне стало их жалко, и я осталась, чтобы послушать, в чем дело, и, может, вмешаться.
– …Две паршивки! Да мало вас выпороть, разгильдяек! – ругалась экономка.
– Но мы не виноваты, это все крысы! – всхлипнула одна из девушек, совсем молоденькая.
– Как крысы могли утащить целую тушку индейки? Куда вы ее дели, кому скормили!? Опять этому ужасному серому коту!?
– Никуда!…
– Немедленно отправляйся в птичник и добудь новую!
– Слушаюсь, – служанка присела перед рассерженной Томой и выбежала с кухни.