За любовь (страница 39)
– Ну, естественно, это ничего, после того как тебя драли, словно сучку, несколько кобелей!
Аня дернулась. Что за бред он несет? Что вообще происходит?!
Сердце отчаянно колотилось в груди. Она непонимающе и с мольбой взирала в черные, безумные глаза, но сказать что-либо не посмела, каждое ее слово вызывало у него волну очередной ярости.
– Будешь отрицать?
– Я ничего не сделала.
– Ты предала меня, дрянь! Как ты посмела заявиться в дом, где растет мой сын после того, как… Боже! – он оттолкнул ее от себя, как какую-то мерзость и без сил упал в кресло. Аню трясло, она была выжата, словно лимон. Она не понимала, в чем ее обвиняют. Единственный вывод, который она сделала – это что-то грязное, отвратительное и мерзкое. Господи, что же произошло?
Он, словно прочитав ее мысли, встал, повернул ноутбук и включил какое-то видео. Оно с каждой секундой повергало Аню в такой шок, что казалось, еще чуть-чуть и она точно умрет.
На экране была она и двое мужчин, которые целовали ее. Они находились в каком-то клубе, гремела музыка, а на заднем плане были переговоры двух снимающих.
– Говорю тебе, это жена Беркета.
– Да, ну!
– Ну, давай, подойдем поближе…
Аня закрыла рот рукой, пытаясь удержать крик и рыдание, сюжет вызывал у нее тошноту. Это было групповое порно с ее участием, настолько мерзкое, непристойное, шокирующее. Она не понимала. Как?! Такое невозможно смонтировать!
– И ты поверил? – прошептал она, взирая на Маркуса с болью и надеждой. Она еще верила, что вот сейчас он очнется и поймет, что это какая-то грязная подстава, наглое вымогательство.
– Молчи! Молчи, иначе я убью тебя! – его голос дрожал от горечи и гнева, а ее надежды разбивались вдребезги о чудовищную реальность, о холод и эту жестокость. Нож с каждым словом входил в нее все глубже и глубже, медленно убивая что-то внутри. И все же у нее откуда-то взялись силы, отчаяние затопило ее с такой силой, что, наплевав на страх, она схватила Маркуса за ворот рубашки и прижалась к нему всем телом, ощущая родной аромат.
– Пожалуйста, Маркус! Прошу тебя, умоляю! Это неправда. Пожалуйста, поверь мне! Я ведь люблю тебя, я никогда бы так не поступила. Пожалуйста! – сквозь рыдания просила она, орошая слезами дорогую ткань.
Она больше не боялась, ей стало неважно, ударит он ее или нет. Маркус не отталкивал, его на какое-то мгновение, будто парализовало.
– Молчи! – все же выдавил из себя, заключив ее лицо в ладони. – Ты понимаешь, что ты сделала? Ты хоть понимаешь, Эни? Боже, что ты наделала?! Я же тебе все отдал, все! Понимаешь? Все, что у меня было! Неужели тебе было мало? Чего тебе не хватало, чего, мать твою?! Господи, ты врала мне все это время! Сколько раз ты изменяла мне, сколько? Сука! – выплюнул он, отталкивая ее от себя. Он был похож на раненое животное.
Она рыдала, захлебываясь истерикой. Вертела головой в отчаянии, пытаясь все отрицать. Слов не было, слезы душили. Смотрела на его широкую спину, словно взывая к ней. Разум кричал, что тщетно, а внутри болело. Так болело. Ибо все, что было между ними, ускользало сейчас, в это самое мгновение, словно тень. От безысходности хотелось кричать, орать дурниной.
Аня душу бы отдала за то, чтобы он поверил ее.
– Любимый… – прохрипела она, Маркус резко обернулся, в его глазах была пустота.
– Еще раз скажешь нечто подобное, и клянусь тебе, я вырву твой поганый язык! С этих пор ты будешь говорить, дышать только с моего позволения, поняла меня? Шаг в сторону, и я вышвырну тебя на помойку, с которой подобрал. Прекращай уже ныть, ты сама сделала свой выбор, променяв нашу жизнь на парочку оргазмов. И как я только раньше не замечал…
– Если ты не веришь мне, тогда зачем все это? Давай разведемся, – стоило ей это произнести, как щека вновь загорелась пламенем, глаза наполнились слезами, а он, схватив ее за горло, заорал:
– Развестись?! Даже не надейся, сучка! Думаешь, можно просто так наставить мне рога? Думаешь, можно из меня лоха делать, а потом просто развестись? Нет, тварь! Я превращу твою жизнь в ад, ты ответишь мне за все, ты заплатишь за каждое вранье! Я сделаю все, чтобы ты прокляла тот день, когда твоя мать – такая же подстилка, как и ты, – родила тебя! Хоть слово против и, будь уверена, я дам тебе пинка! В тот же миг вылетишь из жизни моего сына!
Аня смотрела на него так, будто видела впервые и все еще не могла поверить.
Неужели он посмеет так грязно мстить? Неужели он будет использовать сына, играть на ее материнских чувствах?
– Почему ты мне не веришь, почему ничего не хочешь слышать?! Разве я хоть раз дала тебе повод?– предприняла она последнюю попытку, захлебывалась слезами. – За что, Маркус?
– За то, что я любил тебя, мразь! – прошептал он ей почти в губы и сразу же оттолкнул ее. – Убирайся! Пошла вон!
Аня бежала по коридорам дома, не замечая ничего, слезы застилали глаза, боль рвала на ошметки. Хотелось умереть.
Глава 23
В комнате было темно, лишь свет ночника освещал кровать и спящую на ней девушку. Маркус сидел в кресле, напротив. Черные глаза были пропитаны горечью и холодом. Он с болью смотрел на синяки на ее лице, на разбитые губы и заплаканные глаза. Разве мог он еще неделю назад подумать, что когда-нибудь посмеет тронуть ее, особенно, после той ночи в машине? Да и мог ли вообще представить, что сможет ударить женщину? Свою женщину!
Он смог. И ему хотелось волком выть от агонии, что сжирала его изнутри. Душу отравлял яд предательства и измены. Да и если б просто измены…
Господи, он всю свою жизнь боялся даже мысли, что женится на одной из тех сук, что ежедневно окружали его. А в итоге, как последний кретин, потерял голову от «невинной девочки», под личиной которой оказалась конченная бл*дь, развратнее и грязнее всех тех давалок, которых он перетрахал. Да лучше бы он женился на одной из них, хотя бы все было бы заранее известно: никаких проблем, никаких претензий, никаких чувств. Но он обманулся.
Поверил, как мальчишка. Верил, что она любит его, что понимает, верил, что она счастлива. Во все верил и готов был ради нее на многое. Пусть он не дал ей ни романтики, ни идеальных отношений, но он любил ее. Безумно, до одури, до щемящего ощущеня в груди. Хотя, наверное, он только сейчас это осознал.
Как там говорят? Что имеем – не храним, потеряем – плачем?! Это его случай.
Анна стала центром его жизни, рядом с ней меркли другие женщины, он хотел только ее, только ей одной принадлежал.
Она стала его слабостью, его "ахиллесовой пятой", которую он скрывал от всех, даже от самого себя. Но удар пришелся точно в цель. Этот ад, эта лихорадка, что съедала его нутро, была невыносимой. От болезненной безысходности и потери хотелось на стену лезть.
Вышвырнуть бы эту тварь к чертям из своей жизни, но он не мог. И дело тут не только в сыне и его благополучии, просто у него не хватало сил. Не мог он без нее дышать, цеплялся, как слабак.
Однако это предательство он никогда не простит и не забудет.
Смешно, а ведь он за все время ни разу даже не взглянул ни на кого, хотя переживал, что испоганит ей жизнь. Идиот.
Два дня до ее приезда Маркус горел в безумном огне сомнений, страха и слабенькой, слюнявой надежды, что это все неправда, что это какая-то ошибка. День, когда он увидел это треклятое видео, будет жить в его памяти вечно.
А ведь обычный такой день. В доме без сына было непривычно тихо. За прошедшие два года жизнь Маркуса претерпела множество изменений, да и сам он изменился. Естественно, теперь не могло быть и речи ни о каких развязных вечеринках, интригах, пошлостях. У него было кому посвящать свое время. И хотя частые перелеты не позволяли ему быть с семьей дольше недели, все его свободное время принадлежало исключительно им. Ему было плевать кто и что говорит. Он не обращал внимания на призывные взгляды всяких шалав, которых не смущало наличие у него жены. Его эти попытки только смешили, а вот Эни расстраивалась.
В такие моменты Маркус понимал, что чего-то не додал, раз она в нем сомневается. Он злился на себя и, словно безумный кидался с головой в омут. Он посвящал Эни свои победы, тратил неимоверные суммы, одаривая ее подарками. Ночи превращались в какой-то гремучий коктейль страсти, нежности и любви.
С ней секс стал не просто удовольствием, он стал чем-то большим. С каждым годом интерес к жене не угасал, а только усиливался. Маркус хотел ее постоянно, и она отвечала ему тем же. Ни одна женщина не горячила его кровь настолько сильно. Иногда ему достаточно было просто подумать о ней, чтобы ощутить дискомфорт.
Забавно. А ведь в их первую встречу он считал и даже свято верил, что такие, как она, у мужчин не вызывают ничего, кроме умиления. Наверное, он бы долго хохотал, если бы ему сообщили, что вскоре будет с ума сходить от страсти и желания к ней.
Что ж, людям свойственно ошибаться, а ошибаться таким образом очень даже приятно.
В тот злополучный день он в приподнятом настроении отправился на тренировку, потом по делам. В общем, все как всегда, пока не наступил вечер, и не позвонил его менеджер по связям с общественностью.
–Маркус, добрый день! – услышал он взволнованный голос.
Маркус сразу напрягся, ибо, когда звонил этот человек, который обычно блестяще решал все его проблемы, ничего хорошего ждать не приходилось. Первой мыслью было, что какая-то очередная тварь решила нажиться за его счет.
Однако раньше ему было глубоко плевать, где и кого он трахнул. Он всегда выходил из этих судебных передряг победителем, они совершенно его не трогали. Но теперь подобный секс-скандал грозил не то, чтобы разводом, но, как минимум, испорченными нервами и настроением.
Только он не подозревал, что дело приняло другой оборот, а потому, когда ему сообщили, в чем, собственно, проблема, он несколько минут пребывал в шоке, потом наступила такая ярость, что он готов был уничтожить любого.
Нет, он еще может стерпеть, когда несут всякую грязь про него, но про Эни… Кто бы это ни был – он попал, попал в настоящее дерьмо! Маркус уже прокручивал в голове планы по уничтожению этих лживых сук. Продумывал, сколько запросить за моральный ущерб, каких адвокатов нанять, как все провернуть, чтобы потом на всю жизнь запомнили, как лезть к его семье. Но поток его мыслей был остановлен.
– Маркус, извини, конечно, но тебе нужно самому взглянуть на это видео. Я не хочу ничего говорить, но оно очень правдоподобно…
– Что?! – вскричал Маркус – Ты совсем сдурел там что ли? Что за херню ты несешь?! Я не собираюсь смотреть эту х*йню, выдуманную какими-то гондонами! Подавай на них в суд и точка!
Он был невероятно зол. Как этот идиот смеет предполагать, что там может быть его жена?!
– Маркус, послушай, ты же знаешь, что я бы не позвонил тебе просто так? Липовые ситуации я разруливаю сам, но сегодня, увы, не тот случай.
– Ты охренел? Ты на что, бл*дь, намекаешь? – процедил Маркус с угрозой.
– Я ни на что не намекаю, просто я проверил видео на монтаж. И… Его нет, Маркус. Я просто хочу, чтоб мы разобрались в этой ситуации, чтобы твоя семья не пострадала.
Маркус по-прежнему был в ярости, но все же согласился с его доводами. Через час он просматривал злополучное видео у себя в кабинете. Когда оно началось, у Маркуса внутренности скрутило жгутом, он не дышал, не веря своим глазам.
Эни, его Эни в накуренном клубе пьяная в дым. Когда ее стали ласкать какие-то ублюдки, Маркуса пробил озноб. Он с безумной маниакальностью подмечал каждую деталь, каждый жест, каждую эмоцию на ее лице. Разум твердил «она», но внутри все бунтовало.
Нет, этого просто не может быть! Его девочка, она не такая, она на такое не способна. У нее мужчин-то не было до встречи с ним.
И все же сомнения, как заноза, начали нарывать в его душе. Он, конечно, старался не поддаваться им, заставил проверять видео на монтаж до зубного скрежета, но ответ оставался тем же.