В пятницу я отложила все дела, благо, в отличие от сестры, работала из дома на фрилансе, и принялась готовиться. С утра посетила салон, и теперь непривычно длинные наращенные ногти противно стучали по клавишам. Мне уложили волосы и накрасили точно так же, как красилась Маринка – я показала в салоне ее фотку. Сама бы я так ни за что не сумела.

С гардеробом тоже проблем не возникло – фигуры у нас с сестрой были одинаковые, но в отличие от моего шкафа, забитого джинсами, толстовками, рубашками и всякими штанами в стиле милитари, у Марины было много женственных вещей, нарядных платьев и блузок. Чтобы не ошибиться, я сверилась в сети с трендами и без труда обнаружила среди ее вещей подходящий комплект – юбка и блузка. Стоя у зеркала, испытала странное чувство, словно оттуда на меня глядит сестра.

– Надеюсь, у нас все получится, – подмигнула я отражению и нанесла Маринкины духи на запястья.

Выбрала несколько браслетов, висячие неудобные серьги и кулон, который соблазнительно лег в ложбинку между грудей. Готово!

Маринкин смартфон я подменила еще ночью – они у нас были одинаковые, и пароль сестры я знала, так что без труда подгрузила на свое устройство ее профиль и натянула ее гламурный чехольчик со стразами. Она и не сообразит, что симки внутри разные. Мне было важно, чтобы Цветков ее не выследил в ближайшее время.

Смартфон нетерпеливо пискнул прямо у меня в руках – пришло сообщение. От неожиданности я чуть не выронила устройство. Адреналиновая волна пробежала по телу, и у меня заломило запястья от волнения.

Я боялась. Ужасно боялась ввязываться в эту авантюру, но кто еще поможет сестре?

Не брать!: Я подъехал, выходи или зайду за тобой прямо в клинику и заберу, даже если ты с пациентом

Я: Я не в клинике

Не брать!: Что еще за дела?!!!

Я: Напомни, где мы ужинаем? Я вызову такси.

Не брать!: Не понял… Ты где?

Я: Дома. Отпросилась пораньше, чтобы привести себя в порядок.

Не брать!: Ясно. Умная девочка. Жди

На улице было холодно и промозгло, валил мокрый снег, но я решила, что в машине не успею замерзнуть, и надела Маринкино пальто и свои сапоги на плоской подошве. Черный «Лексус» подрулил прямо к подъезду. Стекло опустилось, и на меня оценивающе уставился бизнесмен и «вах какой человек!» Цветков Евгений.

По его сальному взгляду я поняла, какую ошибку допустила, выйдя из дома заранее. Теперь он решит, что я не так уж и против этой встречи. Точнее, Маринка, конечно же. Моросил противный «снегодождь», и Цветков не стал выходить из машины. Он лишь махнул рукой, и один из сопровождавших его мордоворотов подошел к подъезду, раскрыв большой черный зонт. Мне почудилось, что стоит шагнуть под него, и я окажусь в ловушке.

– Ну, идем скорее, краля. Босс злой, что пришлось тащиться в это захолустье по пробкам, – негромко поторопил меня абсолютно лысый мордоворот, поразив подобной фамильярностью.

Да за кого меня принимает этот, словно появившийся здесь с экрана фильма про бандитов из девяностых, мужик?!

Цветков, заметив заминку, все же соизволил выйти из авто. Мне никуда не хотелось ехать, но ради сестры следовало решить эту проблему раз и навсегда. Я намеревалась либо серьезно поговорить с навязчивым ухажером и разложить все по полкам, или нарыть какой-нибудь компромат. Выяснить хоть что-то, что поможет спустить этого зарвавшегося «принца Чарминга» на землю. Но для этого необходимо, чтобы разговор состоялся, и из этой беседы, будет понятно, как действовать дальше.

Стиснув крепче ремешок сумки и зубы, решительно сошла я с крыльца, ощущая себя так, будто делаю отчаянный шаг прямо в пропасть…

– Ну привет, Маришик, – потянулся ко мне Цветков, намереваясь поцеловать.

Я увернулась, подставив щеку.

– Здравствуй, – ответила довольно сухо.

Хмыкнув, Цветков помог мне сесть на заднее сидение и влез рядом сам. – Боря, поведешь, – бросил он своему миньону.

От запаха тяжелого парфюма в ограниченном пространстве меня мгновенно замутило. Как этим дышать-то всю поездку? Я прикрыла глаза, справляясь с приступом дурноты.

– Проголодалась? – участливо поинтересовался «принц Чарминг».

– Нет, – ответила я чистую правду.

От переживаний мне бы сейчас кусок в горло не полез.

– А я вот проголодался. Тяжелый выдался день, дел по горло. Вокруг одни муд… дураки. Никто ничего не может самостоятельно сделать, только лебезят и премии выпрашивают…

Весь разговор сводился к тому, какой Евгений Витальевич Цветков важный и нужный человек в этом городе. Я молча слушала, надеясь, что он успеет наговорить чего-нибудь эдакого еще в машине, и вскоре, словно по заказу, он принялся рассказывать про мэра и не слишком законные совместные делишки, которые тот без Жени Цветкова ни за что бы не провернул.

На этом месте я срочно полезла в сумочку, якобы за зеркальцем, а сама включила спрятанный в ней диктофон.

К сожалению, поток красноречия моего собеседника, который слишком уж много занял места на сидении рядом, тут же прервался.

– Что случилось, Маришик?

– В глаз что-то попало, – продемонстрировав ему зеркальце, я постаралась мягко, как только умеет моя сестра, улыбнуться.

Кажется, Цветков неверно истолковал это и по-хозяйски стиснул мое колено, а затем его рука поползла выше, поглаживая мое бедро.

– Оборзел?! – возмутилась я, отшвырнув его руку прочь. – Знаете что, Евгений Витальевич? Сначала женитесь, а потом уже лапайте!

Ляпнула я это не потому, что желала Маринке такого жениха, а потому, что была такая поговорка в моей тусовке, но вышло не слишком удачно.

– Обязательно женюсь, если понравишься. Я не шучу, Маришик. Ты меня зацепила, но у меня не тот статус, чтобы за тобой месяцами бегать словно молокосос какой. Поломалась для виду и хватит. Пора принимать решение, детка.

– Что ты имеешь в виду?!

– Что имею, то и… Боря, ускорься, – бросил он лысому за рулем.

Меня вдавило в сиденье, огни за окном замелькали, смазываясь в единую полосу, и вскоре «Лексус» на предельно-допустимой скорости вырвался из объятий города.

– Цветков, куда ты меня везешь? – напряглась я, наблюдая лесной пейзаж за границей плохо освещенного загородного шоссе.

Лучше бы они с мэром об этом позаботились. Темнота, хоть глаз выколи!

– Увидишь.

– Как называется ресторан?

– Ты сама сказала, что неголодная.

Мужские пальцы снова сжали мое бедро глубоко под юбкой. Цветков потянулся, чтобы меня поцеловать. Мелькнула паническая мысль: «А насколько далеко заходили его ухаживания раньше? Что именно позволила моя сестра?»

Кажется, подготовилась я к «свиданию» не настолько хорошо, как полагала…

– Не надо меня трогать! – предупредила я. – И, Боря, или как там тебя? Скорость снизь! Дорога мокрая, разобьемся на фиг!

Меня уже ощутимо потряхивало. Все шло совершенно не по плану. Я-то думала разговорить Цветкова в ресторане и записать что-нибудь, что поможет от него безболезненно отделаться. Или просто выяснить болевые точки, на которые можно надавить. Но, кажется, ресторан отменялся…

И вот мы подъехали к особняку, окруженному высоким кирпичным забором. Кованые пики, даже на вид острые, – поверху. Камеры наблюдения смотрят одновременно внутрь и наружу…

Ворота отъехали в сторону, пропуская во двор автомобили, а затем автоматически закрылись. Вместе с ними захлопнулся и капкан, в который я угодила.

Цветков первым вышел из машины и протянул мне руку:

– Добро пожаловать в мою скромную берлогу!

Глава 21. Смертельные приключения

Чем-чем, а скромной берлогой назвать трехэтажный особняк, выполненный в виде замка с башнями, язык не поворачивался. Недостаточно, чтобы поразить мое воображение, зато с лихвой – чтобы напугать…

– Женя, это похищение? – я спросила прямо и громко, надеясь, что диктофон по-прежнему ведет запись.

Я очень надеялась, что такую девушку, как моя сестра, ни в чем не заподозрят и не станут рыться в ее сумочке.

– Маришик, ну какое же это похищение? Это приглашение на ужин, плавно переходящий в завтрак, – хохотнул «принц Чарминг» и предложил: – Ладно, не съем я тебя. Как привез, так и обратно доставлю, но переночуешь здесь, – прозвучало безапелляционно, а в голубых глазах мелькнул стальной отблеск.

Я нехотя приняла руку Цветкова, и он помог мне выбраться из машины.

Снег с дождем уже прекратился, но температура снаружи сильно упала. На траве и предметах вокруг мерцала изморозь, я мгновенно продрогла до самых костей.

– Отвези меня обратно, пожалуйста, – попросила я, стараясь быть вежливой.

– Обязательно. Утром доставлю в лучшем виде, – почти наивно улыбнулся мне похититель, и я окончательно поняла, как сильно попала.

Судя по скучающим лицам мордоворотов из охраны, я тут не первая и не последняя.

Так, Лина, успокойся. Какие в этой ситуации плюсы? Главный плюс – Цветков все еще считает, что я – это Марина. Сестра, типичная хорошая девочка, с ума бы сошла, окажись на моем месте. Это я с детства влипала во всяческие передряги, как-нибудь выкручусь.

– Замерзла? Идем в дом. Примешь горячий душ, переоденешься, – предложил Цветков так, словно бы я не приехала вместе с ним на «Лексусе», а добиралась сюда три недели на перекладных, грязная, голодная и вшивая.

Сам бы вымылся, а то вонь эту выносить нереально. Не парфюм, а средство массового поражения, блин! Да еще и наверняка сильно «задорого».

– Спасибо, обойдусь без душа, – отказалась я вежливо от такого щедрого предложения.

– Ну как знаешь… – Цветков сделал приглашающий жест, когда один из его мордоворотов распахнул перед нами двери.

Каждое жилище имеет свой особенный запах. Как пахнет у Цветкова, мне сразу не понравилось. Душный в общении Женечка был душным во всем. Вот и его дом густо благоухал искусственными освежителями воздуха, словно он старался замаскировать вонь канализации. Неужели такое может нравиться?

– Ну как тебе? – развел руками хозяин дома, демонстрируя обстановку. – Хочешь стать здесь хозяйкой?

Похоже, он как-то по-своему воспринял мою оторопь.

– Спасибо за предложение, но я, пожалуй, откажусь, – ответила, неуверенно осматриваясь и пытаясь понять, где и что здесь находится, и как буду выбираться из этого вертепа.

В том, что придется непросто, я не сомневалась.

А дальше все пошло еще хуже. Разговор не клеился, Цветков не желал ничего эдакого мне рассказывать, все больше болтал о доме, о нашем совместном будущем. Расписывал, куда мы на отдых поедем. В общем, делал своим враньем и без того душную атмосферу еще более душной. Несколько раз я порывалась уйти, но все мои попытки пресекались категоричным нет. Осознав, что так ничего не получится, решила действовать по-другому.

– Женя, я что-то устала. Покажи мне мою комнату, пожалуйста, – попросила я.

Мне даже не пришлось симулировать утомление, от запахов голова была тяжелой и мутной и действительно клонило в сон.

– Конечно, Маришик. Идем, комната готова, – он вопросительно взглянул на молчаливую женщину чуть за сорок, которая подавала нам ужин, и та согласно кивнула в ответ.

Мы поднялись на второй этаж и свернули налево. Цветков остановился у предпоследней двери в коридоре.

– Проходи располагайся. Все, что здесь есть, – твое.

– Спасибо, мне ничего не нужно.

– Ой, прекрати. Мне что, тапок и халата жалко для будущей жены, – не унимался навязчивый ухажер.

К его чести, за весь вечер он больше не пытался лезть целоваться или меня лапать, только отчего-то это лишь больше меня настораживало.

– Моя комната – соседняя. Если что понадобится, стучи – не стесняйся. Сладких снов!

Подмигнув мне, Женя Цветков даже не стал входить и развернувшись, отправился к себе, чем заслужил в некотором роде уважение. Может, я зря его боялась?

Как оказалось, не зря…