Глава 21

– Господин ми Кама! Господин ми Кама!

Визгливый голос с надрывом унесся под каменные своды, заставив Константина резко обернуться. По пустому и длинному коридору Магистериума, следом за ним, запыхавшись, бежал толстоватый юноша. Выглядел он неважно: его красные щеки желейно тряслись, грудь шумно вздымалась, рубашка выбилась из-под пояса форменных брюк. В руках молодого человека еле помещалась большая коробка, которую он держал, проявляя чудеса балансировки.

– Светлого дня, Ваша Светлость!

– Светлого! Чем обязан? – Константин застыл изваянием и с легким недоумением взглянул на еле догнавшего его сотрудника Магистериума.

– Никак не могу застать Вас на месте! Приказано передать лично в руки!

Юноша тяжело опустил коробку на каменный пол и пухлой потной рукой утер лоснящийся лоб, чем заслужил высокомерно-недоуменный взгляд.

– Вы предлагаете мне самому тащить ЭТО к себе в кабинет? И что ЭТО? – господин ми Кама недвусмысленно простер руку, немым вопросом зависшую в воздухе.

– Никак нет, – потупился толстяк. – Я доставлю! Просто Вы обязаны принять у меня посылку, такие правила…

– Я знаю правила. И от кого же ЭТА, хм… посылка? – леденеющий голос Константина не предвещал ничего хорошего.

– Никак не могу знать, Ваша Светлость! Было доставлено сегодня утром на пост Охраны с магической меткой о передаче лично вам в руки. Вот смотрите, – и юноша показал на свою ладонь, где пульсирующим всполохом мерцал черный квадрат. – Как только я передам посылку лично Вам, метка исчезнет.

– Я в курсе, как это работает, – отметили сухо. – Вы хотя бы проверили, что в посылке нет ничего опасного или запрещенного? Это входит в Ваши обязанности, господин…

– Ритт. Амадеус Ритт.

Юноша в ужасе воззрился на Главного Архитектора Магистериума.

– Я… я недавно здесь работаю. А разве в Магистериум могут прислать что-то опасное?! – и понизив голос, шепотом добавил, – и запрещенное?

– А почему не могут? Такое иногда случается. Вот, к примеру, в прошлом году кому-то из Канцелярии доставили змею. Ядовитую, между прочим. И коробка была, хм… – Константин с подозрением черкнул взглядом по гладкой поверхности. – Тоже большая. Так, кто принимал посылку?

– Эээ… Ваша Светлость, я не знаю. Мне ее передали уже в Бюро, я всего лишь посыльный… И я… я не знал, что посылки надо проверять. Меня никто не предупредил об этом.

–Бардак! – недовольно поморщившись, Константин стал раздумывать, а не отправить ли эту посылку назад в Бюро? Лично главе Третьего Серого Зала? Или лучше вызвать того к себе в кабинет и провести разъяснительную беседу на месте? Следов магии Взгляд Истины не показал.

– Константин! Какая неожиданная встреча!

Сзади, не сказать, чтобы уж слишком неожиданно, проскрипел знакомый голос Архимагистра Леонта. И этого нелегкая принесла. Какими судьбами?

Выудив из своего арсенала улыбку, припасенную специально для Пятого Стража Стихий, Константин лениво обернулся.

– Ваша Светлость! Более, чем неожиданно! Не думал, что в это время Вы ходите по коридорам.

– Случается и такое, – ухмыльнулся Архимагистр Леонт и ткнул крючковатым пальцем в сторону. – А это что?

И с нескрываемым любопытством уставился на большую черную коробку у ног Константина. Коробка не впечатлила. Спустя мгновение его тяжелый взгляд прошелся уже по дрожащему от страха юному посыльному рядом с ней же.

– Какая-то посылка для меня, еще не разобрался, – Константин передернул плечами.

К коробке и посыльному тут же потеряли интерес.

– Как насчет чашечки кофе?

Ми Кама задумчиво посмотрел на коробку, на жавшегося к стенке толстяка-посыльного, еще раз на коробку и… медленно кивнул.

– С удовольствием.

И тут же переключил внимание на молодого человека:

– Будьте так любезны подождать у меня в приемной! Я скоро подойду. Там и посмотрим, что это…

В пустынном коридоре раздался явственный стон облегчения, который тут же сменился другим стоном. Толстяк-посыльный, тужась, приподнял коробку и потащил ее вдоль стен.

«Странно, зачем нести ее в руках? Можно же использовать рабочее заклинание левитации!» – глядя вслед тяжело идущему юноше, подумал Константин. Но в кабинете Финайса ждало кофе и, решив разобраться в этой странности позднее, выкинул посылку из головы.

Тем более, что стало занимать другое. По мере приближения к знакомым дверям с изображением владельца кабинета и надписью «Финайс ми Леонт, архимагистр Стихий, Пятый Страж», Константин почувствовал легкое колебание петли времени.

Это уже было. Или будет? Тот же заполненный вещами кабинет, те же вазы из магического кавариума… И точно также стоят две дымящиеся чашки с кофе на заваленном документами столе.

– Хочу тебя поздравить со вступлением в должность, мой мальчик! Прошу, кофе!

– Благодарю, Ваша Светлость!

Константин подхватил одну из чашек, и не спрашивая позволения, занял ближайший свободный стул.

– Я рад, что у тебя все получилось! – прищуренные глаза Финайса слегка подрагивали. Казалось, еще немного, и он заурчит от удовольствия.

«Чего это он так радуется?» – насторожился Константин. Легкая тень пробежала по лицу. Пригубил кофе.

– Сегодня вечером тебя официально введут в Круг Стражей, и ты принесешь Клятву Верности Императору!

И только ми Кама хотел сказать, что Клятва, собственно, уже не требуется… как что-то щелкнуло в голове, и герцог мигом закрыл едва было открывшийся рот.

– Каково это? Приносить Клятву Верности? – равнодушно спросил он.

– Вот об этом я и хотел с тобой поговорить, мой мальчик! Я помню, как тяжело далось принесение Клятвы мне. И я хочу облегчить твою долю!

– ?!

– Да… – старик закатил глаза и ударился в воспоминания. – Я приносил Клятву Верности два раза: сначала Императору Вереамиру, отцу действующего Императора, затем уже молодому Тахеомиру. Ты же знаешь, что после принесения Клятвы магический резерв исчерпывается полностью? В первый раз я приходил в себя несколько дней.

Константин недоверчиво покосился на Архимагистра Леонта. Да, было не очень комфортно, но в нормальное состояние он вернулся достаточно быстро.

– А…

– А во второй раз мне помог эликсир силы, который я принял до ритуала! Да-да, это не возбраняется.

– Какой силы? – осторожно спросил Константин.

– Как это какой силы? – удивленно вознес глаза к небу Архимагистр Леонт. – Конечно же мужской силы!

И тут ми Кама еле сдержался, чтобы не заржать, как бы неприлично это не выглядело. – «Не хочу думать о том, каким образом восполнял свой резерв Архимагистр Леонт, и кто ему в этом помогал. Не хочу и не буду».

– Нет, нет! Ничего такого не думай, это абсолютно безопасно! Достаточно просто сделать пару глотков и все. Больше ничего делать не придется!

– Вы уверены? – с сомнением спросил ми Кама.

– Абсолютно.

Кошмар. Интересно, Император об этом знает?

– Вот возьми, тебе пригодится! – в руку Константину суетливо всунули какой-то синий флакон, который тот от неожиданности едва не выронил.

– Осторожнее! – вскричал Финайс, – ценный продукт! Штучный экземпляр!

Ну, и что с этим ценным продуктом прикажете делать? Скрипя зубами, Константин взял флакон в руку и спрятал глубоко в карман пиджака. Поблагодарил.

Желанный напиток уже не лез в горло. Но такого вкусного кофе, как ни странно, больше нигде в Стерне было не найти. Интересно, что Финайс туда добавляет? Мысленно махнув рукой, решил допить.

– Ваша Светлость, а скажите мне…

В этот момент здание Магистериума вздрогнуло. Потом тряхнуло еще раз.

***

В кабинет Его Императорского Величества Тахеомира Третьего посетители обычно входили чинно, степенно и преисполненные собственной значимости. В состоянии полнейшего спокойствия и сладостного предвкушения встречи с любимым Императором. В таком же состоянии абсолютного штиля регулярно входил к Императору и его личный секретарь. До этого момента.

Влетевший, как огнедышащий дракон, в кабинет Тахеомира Третьего, Патриций разве что этим самым огнем не плевался. Обычно прилизанные волосы мужчины стояли на затылке реальным драконьим хохолком, глаза сверкали от… ужаса, а сам секретарь шумно размахивал… руками, но при этом не мог вымолвить ни слова.

– Патриций, что случилось? – Император, только что вставший из-за рабочего стола, изумленно глядел на своего помощника. Тот лишь мычал что-то нечленораздельное.

– Патриций. Что. Случилось. – переспросил. Предельно спокойно и очень тихо. – Началась война миров?

– Эээээ… аааа!!!!

– Сядь! – рявкнул Император.

Как ни странно, это помогло. Секретарь тут же собрался и голосом, полным достоинства, вымолвил:

– Я не могу сидеть в присутствии Вашего Величества! Тем более, когда Вы сами стоите.

– Тогда что за балаган ты тут устроил?

Патриций перевел дыхание и вдруг заистерил:

– Ваше Величество! Магистериум взорвали!

– Чтоооо?!!

Один миг, и Император впал в ярость. В очень сильную ярость. И в одно касание пространства достал откуда-то из разорванной в клочья материи изумленного немолодого мужчину в алой форме.

– Главный дознаватель Кир. Соизвольте объяснить. Мне. Что происходит?

Мужчина, которого выдернули с рабочего места самым беспардонным образом, в священном ужасе уставился на повелителя и, впав в полнейший ступор, не мог вымолвить ни слова. Застыв безмолвным изваянием, побледневший мужчина, казалось, вот-вот лишится чувств.

– Так, ясно, – процедил сквозь зубы Тахеомир Третий, и вынув из кармана брюк цепочку, надел на шею кулон-поглотитель. – Я Вас ВНИМАТЕЛЬНО слушаю, господин Кир. Когда произошёл взрыв в Магистериуме? И как такое вообще могло случиться? Магистериум защищен от всех видов магии!

– Взрыв произошел несколько минут назад! – четко и по-военному отчеканил пришедший в себя главный дознаватель Кир.

– Несколько минут назад? Почему я узнаю об этом так поздно? – Император был недоволен.

– Ваше Величество! Мы уже работаем на месте преступления! Сработала экстренная система оповещения огненной важности и нас сразу перебросило в Магистериум. Вы меня, кстати, оттуда и… хм … вызвали, – главный дознаватель Кир сдержанно поклонился.

Патриций на всякий случай тоже.

Император закатил глаза. А потом начал действовать. Горизонтально проведя рукой на уровне глаз длинную линию, быстро стянул вниз и расширил мерцающую золотом материю, тут же превратившуюся в полноценный информационный экран. На котором показался абсолютно целый и невредимый Магистериум.

Тахеомир Третий медленно повернулся к собеседникам.

– И?

На всякий случай Кир с Патрицием поклонились. Синхронно. Оба.