– Не нужно меня находить. Сам нашёлся, – деловито проговорил Тейор, смеющимися глазами смотря на нас. – Вижу, тут у вас военный совет наладился. А я всё мечусь и таскаюсь, выстраивая оборону приграничья.

– Ладно, извини, – произнёс ищейка, – Раз ты итак всё слышал, отправишься в город с нами?

Тейор потёр свою густую бороду, попутно засучивая рукава и довольно серьёзно произнёс:

– Нет, я и Эдвард останемся здесь. Вы отправляйтесь в город и постарайтесь сберечь его в целостности, – а после подмигнул мне своим чёрным глазом, заставив улыбнуться.

– Скоро сюда прибудут и наши силы. Я лично позабочусь об этом, – сухо произнёс глава южного ковена.

– А они согласятся? Если учесть все прошлые события, – Дэмиан чуть обошёл ведьмака и теперь стоял совсем рядом со мной. Его энергия и сила так и лились из него, и мне так захотелось обнять его, прижаться к нему всем телом и больше никогда не отпускать.

Что же такое со мной случилось? Сперва я его ненавидела, потом приняла, испытав на себе все чувства в результате слияния магии. А теперь что? Мужчины ещё что-то говорили, но я их почти не слушала, полностью погрузившись в себя и в свои чувства.

– Тогда решено! – сбив меня с мыслей, проговорил Дэмиан. После чего все разошлись по своим делам. Тейор с Эдвардом начали отдавать указания нижестоящим офицерам. Пьер Дэ Эвре испарился так же неожиданно, как и появился. А мы с Дэмианом остались одни. Неловкое молчание заметно растянулось и я, не вынеся этой пытки, первая начала разговор:

– Ну что, едем в Лисс?

– Наверно, – невнятно ответил мужчина, то и дело отводя от меня взгляд. – Как прибудем на место квартирования Чёрных отрядов, то лучше до поры до времени не показывайся им на глаза. Я ещё не знаю, как они воспримут новость, которую я собираюсь им рассказать.

– Хорошо, буду держаться в стороне.

Дэмиан удовлетворительно хмыкнул, и мы отправились прямиком в столицу.

Город гудел, словно я очутилась в разворошённом улье, вся охрана, которую я ещё помнила, когда прибыла в Лисс в первый раз, куда-то запропастилась. Городские стены были пусты, ворота никто не охранял.

– Вот же идиоты! – выругался Дэмиан и погнал лошадь дальше вглубь города. Горожане носились как ошпаренные курицы, путаясь друг у друга под ногами. Торговые лавки поспешно закрывались, будто бы это могло их спасти.

Мы мчались по широким улицам, оставляя позади обезумевшую от страха толпу. Когда доехали до вереницы постоялых дворов, Дэмиан взмахом руки приказал мне остановиться, а сам, спешившись, направился к зданию с вывеской чёрного котла. Его не было около минуты, не больше, а когда он вышел, то тут же поняла, случилось то, что никак не входило в его планы.

– Что произошло? – не выдержала я, когда он водрузился на лошадь. Его мрачное лицо вселило в меня дополнительную панику.

– Все Чёрные отряды сейчас находятся в храме Единого, – устало ответил он. – Король дал им указания защищать святилище и орден.

– Веришь в это?

– Конечно нет. Орден Инквизиции целиком состоит из дряхлых стариков, жаждущих ещё большей власти. Не удивлюсь, что об этом тоже позаботился Матиас, – зло сплюнул Дэмиан и поскакал в противоположную от постоялых дворов сторону. Я последовала за ним, и он уже на ходу продолжил:

– Есть у меня ещё пара человек, которым можно доверять. Надеюсь, они меня послушают.

– А если нет? – засомневалась я, мимоходом оглядывая город. За короткий промежуток времени на улицах Лисса уже почти никого не осталось. Было настолько тихо, что казалось, все умерли. Не было слышно даже лая собак, лишь стук копыт, да рваное карканье ворона.

– Яр! – позвала я его, но он не откликнулся. Даже не посмотрел на меня. Облетев вокруг нас, с таким же рваным карканьем устремился ввысь.

– Так это всё-таки твой ворон? – обернувшись, спросил меня Дэмиан.

– Нет, – с досадой в голосе ответила я. Мне совсем не хотелось говорить ему правду об истинном хозяине Яра, точнее хозяйке. Её уже давно нет и ничто её не сможет возвратить. – Больше нет, – добавила я, смотря вслед удаляющейся птице.

Ворон улетал всё дальше и дальше от меня, и я поняла, что больше его никогда не увижу. Душа Тарры теперь навсегда покинула этот мир. Когда ведьма приручает какое-либо животное, она вкладывает в него часть себя, наделяя разумом. Это очень тонкое колдовство, которому я так и не научилась. После смерти ведьмы душа в теле животного живёт еще какое-либо время, но потом колдовство постепенно ослабевает, и животное возвращается к своей звериной сущности. Кинув последний взгляд на чёрную точку, я облегчённо выдохнула, переводя взгляд на Дэмиана. Он остановил лошадь и теперь во все глаза таращился на меня.

– Я хотел сказать тебе, – неуверенно и с запинкой произнёс он, словно подбирал каждое слово, – Я… я… – голос мужчины дрожал и от этого дрожания по всему моему телу пробежали мурашки. – Я должен попросить у тебя прощения, – наконец выдавил он. – За все, что сделал.

Я удовлетворительно кивнула, принимая его слова. Для меня прощение было намного важнее тех слов, которые он хотел сказать мне на самом деле, в самом начале этого разговора. Дэмиан облегчено выдохнул и повел лошадь дальше.

Храм Единого высился над столицей и был даже больше королевского дворца. Добротная кирпичная кладка, устланная мелкими кристаллами горного хрусталя, большие стрельчатые окна, высокие шпили на крышах, которые словно втыкались в тяжёлые серые тучи. Спешившись в полумиле от храма и привязав лошадей, я уже хотела двинуться дальше, но меня остановил Дэмиан.

– Лучше останься тут и накинь на себя морок, – прошептал он, беря меня за руку, – Если я не вернусь через полчаса, возвращайся к отцу.

– Как же… – запротестовала я, но была остановлена жарким объятием.

– Не прощу себе, если с тобой что-то случится…

Дэмиан Эльдар

Держать себя в руках и больше не делать глупостей – из раза в раз повторял я, словно читал молитву. Миновав железные кованые ворота, вступил на территорию храма. Широкая, вымощенная белым булыжником, дорожка вела прямиком к головному строению. Храмовый комплекс был чуть ли не самым большим сооружением во всём Лиссе, по высоте уступая лишь королевскому дворцу, что располагался в трёх милях отсюда, и объединял в себе дома священнослужителей, амбары, сараи, конюшни и, конечно же, храмовую сокровищницу. Я не понаслышке знал, что за двадцать лет охоты на ведьм она изрядно пополнилась.

Каким же я всё-таки был глупцом, что закрывал на всё это глаза – всё ворчал я, бесшумно переступая по холодному камню. Остановился, когда дошёл до огромной деревянной двери, которая была украшена цветочным орнаментом с полыхающим наверху солнцем.

Старинный тяжеленный дверной молоток ожидал, когда дотронусь до него, но я решил, что издавать оглушительные звуки сегодня будет лишним, поэтому приложив немалую физическую силу, отворил дверь и протиснулся внутрь. В помещении, на удивление, было тихо и пусто. Арочные окна с тёмными витражами не позволяли солнечному свету в полной мере проникнуть внутрь храма, создавая таинственный полумрак.

– Где же они все? – шёпотом произнёс я, чтобы не побеспокоить тишину этого места. Пустующий храм совсем не радовал меня. Служанка постоялого двора сказала же, что всем было приказано, проследовать в храм Единого.

– Вряд ли бы мне она солгала, – уже вслух проговорил я, следуя вдоль мест для песнопений. Дойдя до алтаря, заприметил в другой части помещения слабое мерцание свечей, а после услышал тихое перешёптывание двоих мужчин:

– Матиас с армией скоро уже прибудет к городу. Даже то, что мерейцам не удалось захватить дворец, нас не остановит.

– Эдвард Герри?

– Ему удалось выдавить горстку мерейцев, но ему не справиться с целой армией. Мы хорошо об этом позаботились: убрали всю стражу с городских стен, засадили половину Чёрных отрядов за решётки, почти отстранили короля от власти, в его теперешнем состоянии он не больше чем просто овощ. А этот Призе такой недоумок, что не сможет что-то предпринять.

Я вслушивался в знакомые голоса и приходил в исступление. Инквизиторы Дэймонд Дорр и Алисер Трувэ деловито сидели за небольшим столом, спокойно играя в шахматы.

– Остаётся приграничье, – не унимался Трувэ. Пожилой мужчина с залысиной на половину башки нервно поддёргивал фигурой лошади, обдумывая дальнейший ход.

– Матиас сказал, что снесёт его стены как карточный домик, – закатав рукава красного балахона и налив себе вина из хрустального графина, проговорил более молодой Дэймонд Дорр.

– А как Эльдар это сделает? Он тебе не сказал?

– Нет, да и какая разница, я верю ему. И скоро вся власть в королевстве перейдёт в руки ордена.

– Ордена? Или Матиаса? – с иронией в голосе произнёс Алисер. Дэймонд лишь хмыкнул, уставившись на шахматную доску. Напряжённо всматриваясь в фигуры, которые были сделаны из золота и серебра, и украшенные всевозможными каменьями, он продумывал свою дальнейшую рокировку. Внезапно его лицо озарилось, он легко взял в руки фигуру слона и поставил её рядом с королём соперника.

– Шах, – ликующе произнёс инквизитор, горящими глазами смотря на практически побеждённого Алисера Трувэ.

– И мат… – ехидно прошипел я, входя в комнату и швырнув засапожный нож в Дэймонда. Холодное оружие попало прямо в цель.

Лихорадочно схватившись за горло, мужчина опрокинулся на стол, обрушивая все его содержимое на пол: хрустальный графин с терпким напитком разлетелся на мелкие осколки, звякнув у меня в ушах, шахматные фигуры рассыпались и покатились по полу. Я вынул меч и наставил его на Алисера.

– Дэмиан? – испуганный и сметённый голос мужчины разлился по комнате.

Подойдя ещё ближе к Трувэ, приставил меч к его сердцу.

– Не ожидал меня здесь увидеть? – оскалился я.

– Честно признаться, нет. Я думал, что Матиас давно избавился от тебя…

– Не получилось, – зло сплюнул я. – Куда упрятали моих людей?

– Почему я должен тебе говорить? Ты такое же исчадие преисподней, как и все ведьмы! Хотя ты наверно об этом и сам уже знаешь.

– Знаю… А знаешь ли ты, что Матиас Эльдар заполучил силу и сам стал ведьмаком? – расхохотался я.

– Что? – глаза мужчины вскипели неверием, он резко замотал головой и икнул. Что ж, я и не надеялся, что мне поверят, а поэтому не став терять своё время и испытывать везение, вонзил меч в сердце второго инквизитора. Алисер Трувэ охнул, закатил глаза и безжизненно свалился на пол. Горячая кровь растеклась по ворсистому ковру, затекая под мои сапоги. Вытерев меч, я поспешно ретировался из комнаты.

Эти двое сказали, что упрятали половину людей за решётки. Ну что ж, тут есть только одна темница, которая может вместить такое количество человек. Миновав алтарь, направился в противоположную от комнаты сторону. Отыскав небольшую дверь, дёрнул за ручку и очутился на улице, а уже оттуда направился к темницам. Эту дорогу я знал как свои пять пальцев, так как все арестованные мною содержались именно здесь. Последний раз я был тут, когда допрашивал брата Марсии. Жаль, что я не знал тогда, чем это всё может обернуться.

Достигнув конюшен, которые были заполнены лошадьми, спрятался за забором. Вход в темницу охранялся тремя солдатами в чёрных одеждах. Они были довольно молоды – совсем мальчишки и по-видимому, только-только вступили в наши ряды. Одного из них я узнал – это был сын того самого брюхоногого стражника, который прилип ко мне после возвращения из Лонд Дэре.

– Жаль конечно его, но делать нечего… – сухо проговорил я.

– И кого же тебе так жаль?

Услышав громогласный и недоброжелательный бас, я обернулся, выхватив из ножен свой меч.