Пари на дракона (страница 45)
Арм молнией скрывается под столом и появляется уже с плоской шкатулкой, вся поверхность которой испещрена гравировкой в виде алмазных и янтарных драконов. С тихим щелчком коробочка раскрывается, и по лицу принца бегут неяркие голубоватые всполохи.
И чем дольше Арм читает сообщение в своём почтовике, тем больше хмурится, а под конец и вовсе бросает шкатулку на стол и, витиевато ругнувшись, выбегает из закутка. И буквально через полминуты – из библиотеки.
– Какое стремительное отступление, – деловито тяну я, с интересом заглядываясь на брошенный почтовик.
Гор и Клео обещали собрать для нас специальный артефакт-детектор, который сможет считать ауру того, кто взаимодействовал с почтовиком принца. Мы таким образом хотели вывести Беатрис на чистую воду.
– Наверное, есть повод, – обеспокоенно отвечает Рейв и, поймав мой взгляд, подтягивает коробочку к себе. – Я так понимаю, обсуждение нашего спора откладывается?
– Ну уж нет! – Мирра тут же вскакивает и бросает взгляд на Лери. – Провокаторша, мы из-за тебя самое важное не обговорили!
– Зато теперь мы точно знаем, что Арм и Рейв на нашей стороне, – довольно хмыкает Валейт, снова превращаясь в хорошо знакомую мне ехидну и язву. – А то вы всех готовы были в подозреваемые записать. Я думала, рехнусь от ваших с Карой схем.
– Так это была провокация? – Рейв удивлённо вздёргивает брови.
– А как ещё добиться правды? – Лери разводит руками.
– Так! – Мирра топает ножкой. – Мы сейчас говорим о вас!
Она кивает на нас с Греазом, вызывая у меня неподдельное удивление. Как, впрочем, и у дракона.
– О нас?
– О вас, мой новый дорогой друг, – паясничает Мирра. – Никакого спора! Я своей королевской волей аннулирую ваши договорённости. Нам нужно работать сообща. Выяснить, кто стоит за всем этим заговором против союза. Поймать того, кто покусился на Светоч, свёл с ума Радовиля и, Шестеро знают, на что ещё готов решиться.
– Я только за. – Рейв пожимает плечами. – Меня, признаться, тяготило это пари.
– Так страшно волос лишиться и попасть в услужение ко мне? – ехидничаю я и тут же прикусываю язык, как только ловлю на себе вспыхнувший азартом взгляд Рейва.
Ну можно же было обойтись без комментариев?!
– Слушайте, – подаёт голос Гор. – Но ведь можно и спор оставить, и расследование вместе вести.
– Это как? – вместе с Рейвом спрашиваю я.
Песец даже отшатывается от нашего энтузиазма, с опаской смотрит на нас.
– Ну, дело ведём вместе, а баллы ставим тому, кто первым верно до чего-то догадается.
– Отличная идея! – бросает Рейв, вновь скрещивая со мной взгляд.
– Идёт!
– Да ну нет! – обречённо выдыхает Мирра. – Я же о другом говорила!
– Мы уже передоговорились. – Рейв хищно улыбается мне, отчего резко появляется желание сдать назад.
Слишком уж дракон в себе уверен.
– Ладно, Неведомый с вами. – Мирра трёт виски, будто сражается с головной болью. – Не хотите по-хорошему – играйте как хотите. Мне главное – разобраться, где засел враг.
– Или враги, – подаёт голос Клео, отрываясь от изучения книжек, в которых нашла спасение от неловкого разговора. – Мне кажется, что врагов много, и не все они действуют заодно.
– Поясни? – просит её Рейв, и теперь уже Клео смущается от наших взглядов.
Но ответить драконица не успевает. Дверь библиотеки в который раз за это утро с грохотом раскрывается, а нас накрывает визжащий голос завхоза:
– Рейвард Греаз, Кара Тэлль, принцесса Миррали и Полери Валейт! Немедленно к ректору!
Глава 22. Не так страшен ректор, как его малюют
Кара Тэлль
В просторном кабинете ректора могло бы быть вполне уютно. В отличие от остальных помещений академии, стены здесь обшиты выкрашенным синим лаком деревом. То тут, то там висят немногочисленные картины и кашпо с разнообразными растениями. Вместо потолка – высокий стеклянный купол, в который как раз сейчас любопытно заглядывает солнце. Его лучи освещают шкафы с книгами и стеллажи с диковинными артефактами.
А также всех присутствующих в кабинете гостей. Помимо нашей шестёрки (Клео, как мы ни уговаривали, увязалась за нами, ещё и упирающегося Гора утянула) на этом странном собрании присутствуют тьюторы, мастер оборотней и завхоз. Госпожа Бальвус, примостившись на стульчике у входа, пытается сойти за предмет мебели, но я всё равно то и дело натыкаюсь на её жадный до сплетен взгляд. Зачем её-то сюда позвали? Как свидетеля?
Чуть в стороне от нас стоят Миллат с Пелагеей. Судя по их довольным переглядываниям, эти двое спелись. Только вот когда?
Народу столько, что легко сделать вывод: ожидается показательная порка!
И это я ещё затаившегося между шкафов Кайриса не посчитала.
– Я оставил академию на пару дней, а вы умудрились даже за столь короткое время устроить погром, – пристально рассматривая нашу шестёрку, угрожающе цедит господин Фрёист.
И я почти боюсь, если бы не одно «но»: уж слишком похож сейчас Алдерт на моего папу, когда тот пытается застращать нас с сестрой. Та же грозность в образе, а в глазах так и читается: «Ну и что мне с вами делать?»
– Ну, в наше оправдание могу сказать, что для хорошего переполоха достаточно и часа, – откровенно веселясь, за всех отвечает Арм.
Но под хмурым взглядом Алдерта смирнеет и продолжает:
– А в чём, собственно, вопрос? Если дело касается вчерашнего происшествия, то студенты, вообще-то, пострадавшая сторона!
– А вот у наших гостей версия иная, – холодно цедит Алдерт, вперив немигающий взгляд в Рейва.
От такого неприкрытого намёка меня подрывает возмущением, даже рот раскрываю, желая прийти на помощь Греазу. Останавливает меня только отчаянное подмигивание со стороны Ривейлы (настолько сильное, что на секунду кажется: у тьютора просто нервный тик).
– Если у наших гостей ко мне есть какие-то обвинения, то прошу их озвучить, – в тон ректору отвечает Рейв.
Я не могу до него дотянуться, между нами стоят Мирра и Арм, но, как никогда раньше, мне хочется сжать ладонь Греаза. Просто поддержать, просто показать, что я на его стороне.
И будто ощутив моё намерение, Рейв поворачивает ко мне голову, окидывает меня благодарным взглядом. Почувствовал? Силу применил? Или это привязка установилась?
В лёгкой панике трогаю браслет на руке, привлекая тем самым внимание тьюторов. И если Ривейла приподнимает ладонь в успокаивающем жесте, то вот отец Ильке опасно прищуривается. Если он действительно один из заговорщиков и сейчас узнал оберег, то у Таррика только что появился ещё один аргумент против драконов.
Альва вынуждена носить браслет от привязки лишь в том случае, когда дракон пытается эту привязку установить. Вероломно и в обход всем договорённостям.
– Господин Эрто предполагает, что сумасшествие Радовиля – твоих рук дело, – с каменным лицом произносит Алдерт.
И теперь от возгласа возмущения уже не сдерживается вся наша компания. Только Рейв спокоен настолько, что это даже бесит.
– Позвольте узнать мотив.
Греаз обращается уже не к ректору, а непосредственно к своему обвинителю.
– Конечно, молодой человек.
Тьютор выходит вперёд и окидывает Рейва взглядом, в котором читается триумф. Словно Эрто не сомневается в своей победе.
– От меня не укрылось, что наша Кара весьма интересует адепта Греаза.
Тьютор закладывает руки за спину и принимается расхаживать вдоль ректорского стола.
– Будете отрицать? – Он останавливается напротив Рейва и смотрит прямо в глаза дракона.
На секунду в кабинете повисает тишина. Все, особенно я, с жадностью ждут ответа Греаза.
– Это к делу не относится, – прерывает молчание Алдерт. – Ваш вопрос является слишком личным.
– Не нарывайся, Таррик, – вторит ректору Ривейла.
– А я вот, наоборот, считаю, что вопрос очень даже дела касается. – Эрто пожимает плечами, вновь пускаясь в хождение туда-сюда. – Желая впечатлить Кару, адепт Греаз берёт под контроль Радовиля, с которым у адептки Тэлль уже был конфликт, и заставляет его напасть на мою подопечную.
– Бред, – вырывается у меня.
– Вовсе нет, – парирует тьютор и направляется ко мне. – Он хотел лично спасти тебя, тем самым впечатлив. Очень по-драконьи – пафосно и героически. Но абсолютно недальновидно. Не удержав контроль, а возможно, переоценив свои силы, адепт Греаз довёл адепта Радовиля до сумасшествия.
Мне становится стыдно. Не за себя, а за слова Эрто. Нашего тьютора, того, кто по задумке Владыки должен представлять здравомыслие нашего народа. Нести наши знания союзникам и показывать, как чисты наши намерения. Похоже, послав господина Эрто, Владыка совершил катастрофическую ошибку.
– Мне послышалось, или нас действительно только что обозвали напыщенными идиотами? – Миллат цепляется за слова тьютора, как голодный пёс в сочную косточку.
Вижу, как Ривейла прикрывает глаза. На её лице застывает выражение полного бессилия, и в этом я с ней солидарна. И Мирра, и Лери – все мы замираем, не зная, какими словами теперь можно поправить ситуацию.
– Не надо примерять мнение одного представителя альв на весь их народ, – тем временем обрубает Рейв, бросая на Миллата предупреждающий взгляд. – Среди наших тоже полно гнили. – Греаз складывает руки на груди и снисходительно смотрит на Таррика. – При всём уважении к вашей личности и боевым заслугам ваша версия трещит по швам.
– С чего же?
– С того, что я не мог героически спасти Кару, потому что был опутан её лозами с ног до головы. А мой дар не позволяет ткать огнеупорные щиты.
– Это не аргумент. – Триумф на лице Эрто лишь на секунду сменяется недовольной гримасой. – Всё равно ты единственный, кто мог свести с ума сокурсника.
– Вообще-то, нет, – внезапно подаёт голос Гор и тут же теряется от десятка обращённых на него взглядов.
– Ты что-то знаешь? – спрашивает его мастер Панчек.
– Эм, не совсем, – мнётся песец.
Совершенно очевидно, что ему некомфортно.
– Просто аметистовые драконы не единственные, кто может брать под контроль чужой разум.
– Ты что хочешь этим сказать? – вскидывается Пелагея.
На лице княжны я замечаю и обеспокоенность, и, что самое важное, угрозу! Незаметно толкаю Мирру и взглядом указываю на Аксамит. У нас и до этого были подозрения в сторону оборотней, а такая реакция однозначно говорит, что у Пелагеи носик-то в пушку.
– Я лишь хочу обратить ваше внимание на то, что среди присутствующих на тренировке были и те, чей дар позволяет наводить морок.
– У тебя есть подозреваемые? – На лице мастера оборотней появляется подбадривающая улыбка, что ещё больше располагает меня к нему.
Чисто интуитивно мне хочется верить, что этот большой добродушный здоровяк не участвует в творящемся вокруг союза беспределе.
– Я не хочу кого-либо обвинять, – выдохнув, отвечает Гор, и обращается он именно к своему мастеру.
Видимо, ему так легче вести беседу.
– Я могу лишь указать на варианты. Например, тот же Ильке Эрто…
– Как ты смеешь! – тут же взрывается возмущением Таррик, и его глаза вспыхивают недобрым огнём.
– Господин Эрто, отойдите от адептов и займите место рядом с Ривейлой, – гремит приказ Алдерта.
В первое мгновение мне кажется, что тьютор пошлёт ректора куда подальше. Во всяком случае, Таррик стискивает кулаки, а на его скулах так и гуляют желваки.
Мирра, явно боясь развития конфликта, подаётся вперёд, но в следующее мгновение Эрто смиряет гнев и возвращается к госпоже Осот. Та успокаивающе кладёт ладонь ему на плечо, но Таррик на это никак не реагирует. Он продолжает полосовать гневным взглядом Гора, посмевшего выступить против его сына.