Но цепляет меня даже не это. Я замечаю, что Кайрис, до сих пор старающийся не отсвечивать, кладёт руку на рукоять длинного кинжала, притороченного к поясу. И следит Тень при этом вовсе не за драконами. А именно за тьютором!

– Продолжай, парень, – ласково просит мастер Панчек, попутно наградив Эрто неприязненным взглядом.

Гор кивает и уже без лишнего стеснения принимается излагать подозрения:

– Наслать морок может и Пелагея. Кицунэ не берут под контроль, но испугать до потери пульса или разума – пожалуйста. – Песец бросает короткий взгляд на кузину.

Я не без удивления замечаю в глазах Гора мстительное удовлетворение. Впрочем, будь я на месте оборотня и появись у меня возможность укусить такую родственницу – непременно бы это сделала.

– Ещё внушение могут устроить альвы Ночи, – продолжает Гор, и в его взгляде, брошенном на Лери, появляется извиняющееся выражение.

– Всё в порядке, – отмахивается Валейт. – Мои сородичи и впрямь на это способны. Но только в случае, когда жертва спит и когда альва достаточно обучена.

– То есть тебе это под силу? – Миллат не упускает возможности зацепиться.

Но Лери одаривает его только насмешливо-снисходительным взглядом, от которого Андреас почему-то бледнеет. Вспомнил, как Полери усыпила его в нашу вылазку к инсектарию?

– Дальше, – нетерпеливо поторапливает Гора Алдерт, словно чует, что самое важное песец оставил напоследок.

– Ещё есть вариант, что Радовиля взяли под контроль при помощи обломка от вашего Осколка. – Гор задумчиво потирает подбородок и затихает, явно подбирая слова.

А в этот момент в кабинете взрывается информационная бомба.

– Какой обломок? – повизгивает из своего угла Бальвус. – Было совершено нападение на сердце Илларии?!

– Альвы атаковали Осколок? – взрывается Миллат.

– Да почему сразу альвы? – в тон ему отвечает вроде бы успокоившийся Таррик.

– Вообще-то, чтобы отломать кусок от Светоча, нужен инструмент, артефакт, – робко вставляет Гор, даже втягивая голову в плечи.

– Вот! – Андреас тут же тычет в его сторону пальцем. – Это оборотни устроили!

– Ты охренел?!

Стоящая рядом с ним Пелагея разве что в лису не оборачивается – настолько грозно звучит её шипение.

– Но воспользоваться артефактом сможет только дракон, – продолжает свою лекцию Ведагор.

И вот теперь взгляды всех присутствующих скрещиваются на Миллате и Аксамит.

– Это не мы, – бросает Пелагея, брезгливо кривя губы. – Уж насколько я не религиозна, а к чужим святыням отношусь с должным почтением.

– Это не помешает тебе вложить нужный инструмент в руки дракона, готового на многое, – подливает масла в огонь Рейв.

– Да вы бредите! – Пелагея вскидывает руки, и в кабинете снова становится шумно.

Все – тьюторы, мастер оборотней, Пелагея и Андреас, да даже завхоз – пытаются перекричать друг друга и донести до схватившегося за голову ректора свою точку зрения. Естественно, единственно верную.

Наша же шестёрка только недоумённо переглядывается между собой. Весело лишь Лери, которая уважительно качает головой, выказывая Гору одобрение.

– Молчать! – наконец рявкает Алдерт.

Да так, что отовсюду раздаётся жалобный звон стоящих на полках артефактов. Что ж, в силе голоса ректор не уступает завхозу.

– Ведагор, – выдыхает Фрёист. – Прошу, вернись к варианту с Ильке. Почему ты вообще его отнёс к подозреваемым?

Замечаю, как Ривейла хватает Таррика за руку и сжимает его запястье. Лицо Эрто краснеет от гнева, но он каким-то чудом всё же сдерживается.

– Потому что он Охотник. – Оборотень пожимает плечами. – Его дар позволяет брать под контроль разум животного. Зверя. Я не берусь утверждать, но в Конклаве существует теория, что альвы Охотника могут ментально воздействовать на драконов через их звериную ипостась.

– Это не доказано! – взрывается Таррик. – И Ильке никогда бы так не стал делать!

– Отчего же? – криво ухмыляется Рейв. – И если уж говорить про мотив, он у него такой же, как и у меня, – впечатлить Кару. Спасти от неминуемой гибели и привязать к себе чувством благодарности. Мне кажется, отличная мотивация.

– Мой сын не пошёл бы на такой обман! – фыркает Таррик, но в голосе тьютора я не слышу былой бравады и уверенности. – У него есть понятие о чести!

– Зато у вас его нет, да, тьютор? – шипит Рейв, но в повисшей тишине его слова звучат раскатом грома.

– Что ты несёшь, щенок?

– Вам честь позволила оглушить меня со спины. Не атаковать в открытую, а ударить подло, как трус и самый последний негодяй. Как вы там сказали? Мы твари и нас мочить надо?

– Что?!

На лицах присутствующих драконов отражается целая гамма эмоций. От удивления и шока до искреннего возмущения.

– Я такого не говорил. – Таррик каменеет лицом.

– Я утверждаю обратное, – стоит на своём Рейв.

– Твоё слово против моего – ничто.

Эрто презрительно кривится, и всё во мне взывает к справедливости. Всего лишь нужно предъявить ещё одного свидетеля. Пускай я совру, но оно того стоит. Надо поддержать Рейва и показать драконам, что Эрто не мерило альвам. Что мы не держим камня за спиной.

Единственное, как потом смотреть в глаза Ильке, когда ему скажут о моей выходке? О том, что я та, кто выступил против его отца?

Уже собираюсь поднять руку, чтобы привлечь внимание, как меня за запястье хватает Лери.

– Я слышала ваши слова тьютор. Рейв говорит правду, – произносит подруга.

Каким-то чудом я удерживаюсь от попытки возразить. Наверное, потому, что Валейт с такой силой стискивает мою руку, что мне хочется пищать от боли, а не возмущаться.

– Полери? – ошарашенно выдыхает Таррик, разом теряя всю напыщенность. – Ты что такое говоришь?

– Правду, – продолжает гнуть свою линию Лери.

– Ты идёшь против своего народа!

Таррик краснеет и оборачивается к Ривейле в поисках поддержки. Но Осот только отступает от Эрто, всем своим видом показывая, что она ему не помощница.

– Не больше, чем вы, – склонив голову набок, парирует Валейт.

И неожиданно подмигивает мне.

– Ты не могла слышать!

– Зато достаточно услышал я, – пугая всех своим появлением, произносит Кайрис и наконец-то выходит из своего укрытия.

В руках Тени обнажённый клинок, а взгляд припечатывает тьютора к месту. В кабинет под испуганный взвизг завхоза заходят ещё двое бойцов из охранного отряда Миррали.

Только в этот раз они одеты не в форму Летней стражи. На них тёмно-серебристые одеяния Теневого братства, лучших бойцов на службе Владыки. И наших разведчиков.

Получается, Альгераль с самого начала знал, кого отправляет с дочерью? Знал, что отец Ильке может оказаться предателем?

– Таррик Элаверис Эрто, властью, данной мне Владыкой королевства Алерат, я арестовываю вас.

Пока Кайрис говорит, стражи подходят к ошарашенному Таррику и заламывают ему руки.

– Вам вменяется участие в заговоре против союза Трёх, связь с демонами Демастата, а также организация нападения на аметистового дракона Рейварда Греаза.

– Что?!

– Как?!

Снова тишину в кабинете ректора взрывает десятком потрясённых голосов. Даже Пелагея не удерживается от изумлённого возгласа.

– На Рейва? – слышу свой ошарашенный голос.

Почему на него? Атаковали же меня!

– У вас нет доказательств! – Придя в себя, Таррик принимается упираться и пытается вырвать руки.

– На вашем месте я бы не сопротивлялся, – холодно советует Кайрис.

А от угрозы в его голосе у меня волосы что на руках, что на затылке дыбом встают. Мельком посматриваю на соседей по шеренге и понимаю, что друзья в таком же шоке, что и я.

Наш тьютор – предатель?!

– В ваших вещах обнаружен артефакт, наводящий помехи на магические поля, в узких кругах известный как открывашка. – Кайрис достаёт из внутреннего кармана небольшую брошку в форме ромба с крупным рубином в центре. – Мой коллега, – Тень кивает на мастера Панчека, – подтвердил, что артефакт разряжен и что видел его у вас в день нападения. Именно этим устройством вы повредили защитные поля между секторами и тем самым дали Радовилю возможность напасть на адепта Греаза.

– Но откуда мне было знать, что он свихнётся и нападёт? – возмущается Таррик, но вырываться прекращает.

– То есть повреждение полей вы не отрицаете? – Уголок губ Кайриса дёргается в едкой усмешке, а тьютор стремительно бледнеет. – Как и сказал Ведагор, особо сильные альвы Охотника могут захватывать разум драконов. Это закрытая информация, но участники войны за независимость о ней в курсе. В любом случае остальные факты вашей подрывной деятельности будут установлены в ходе допроса и расследования. – Кайрис оборачивается к Алдерту и, уважительно склонив голову, спрашивает: – Вы позволите открыть портал на территории Илларии? Хочу побыстрее доставить нашего обвиняемого в руки Владыки.

– Да, конечно, – отвечает Алдерт.

И только сейчас я понимаю, что он единственный, кто всё это время оставался невозмутимым. Будто знал о предстоящем аресте!

– Рейвард Греаз. – Кайрис одним смазанным движением оказывается рядом с драконом. – Позволите ли вы альвам самим заняться расследованием и вынесением справедливого приговора Таррику Эрто?

Рейв молчит всего мгновение, за которое обменяется взглядами с Армом, и кивает:

– Я вверяю его в ваши руки. Спасибо, что посчитались с моим мнением.

– Это нам стоит благодарить тебя. – Кайрис качает головой и отдаёт короткий сигнал своим бойцам.

И тут я согласна с Тенью. Будь на месте Рейва Миллат, он не упустил бы возможности устроить из этого события невиданный скандал. И тогда о союзе можно было бы забыть. Какой бы властью ни обладал император, но поднявшаяся на дыбы общественность вынудит его отказать нам в помощи.

Таррик, очевидно, взявшись за ум, молчит. Только в его глазах отчётливо читается угроза. Насколько я знаю тьютора, он просто так не сдастся. А на все предъявленные обвинения найдёт контраргументы.

Теневые братья выводят Эрто, и я машинально поёживаюсь от его брошенного в мою сторону взгляда. Ой, не к добру это. Не к добру.

И что же теперь будет с Ильке?

– Лери, ты подтвердишь свои слова под клятвой искренности? – прежде чем выйти вслед за конвоируемым тьютором, Кайрис обращается к подруге.

– Да. – Валейт спокойно кивает.

А я в удивлении переглядываюсь с Миррой.

Либо Лери действительно слышала слова Таррика, либо она собралась врать перед лицом суда! А клятву искренности не просто так назвали: под её действием ты способен говорить только правду.

– Да не дойдёт дело до суда, – тихо шепчет мне Валейт, при этом с лёгкой улыбкой глядя на нахмурившихся преподавателей.

Те обсуждают между собой что-то вполголоса, будто бы вообще про нас позабыв.

– С чего ты так решила? – тихо интересуюсь я, дёргая Мирру за руку и привлекая внимание к разговору с Лери.

– Сбежит Таррик. – Подруга пожимает плечами. – Вряд ли наш тьютор действовал один. Значит, у него есть достаточно важные пособники.

– Вот это мы сейчас и разъясним, – нахмурившись, задумчиво тянет Мирра.

Принцесса поворачивается к Ривейле, но прежде чем успевает что-то сказать, вопрос задаёт Алдерт:

– Армониан, а тебе есть что сказать?

Теперь всё внимание в кабинете приковано к принцу.

– Э-э-эм, ну да, вообще-то, есть. – Тот как-то вымученно улыбается и несколько нервно проводит рукой по волосам. – К нам едет матушка.

– Императрица?! – взвизгивает Жадми, тем самым напоминая о своём присутствии.

– Последние двадцать два года именно её я называю мамой, – кривится Арм, бросая на завхоза неприязненный взгляд.

– Всеединый, у нас ведь ничего не готово к её приезду! – Бальвус взмахивает руками и хватается за голову.

– Вот и займитесь этим. – Алдерт направляет её панику в нужное русло. – Составьте список необходимых закупок и работ, которые нужно провести перед прибытием делегации.

– Да, конечно – Жадми мелко-мелко трясёт головой и вскакивает со своего места. – К вечеру всё будет готово.

– Верю, – только и роняет Алдерт.