Дрон беззвучно вылетел в окно.

И тут я услышал тихое «мяу». Обернувшись, я увидел кота. Он сидел на диване и невозмутимо умывался.

Я покачал головой и подошёл к коту. Тот задрал голову, посмотрел на меня своими огромными зелёными глазами и снова мяукнул, требуя внимания.

Я опустился на корточки и почесал его за ухом. Кот тут же замурчал, как маленький трактор, и начал тереться о меня.

Странное чувство. Я, Феликс Бездушный, Повелитель Роя – тот, чьё имя заставляло трепетать целые миры, сейчас сидел на полу в захудалой квартирке и гладил бездомного кота. И мне это… нравилось.

Пока Гвоздик нёс бесшумное дежурство возле резиденции Воропаевых, я решил, что пора всерьёз заняться собой.

Направил потоки энергии по всему телу, заставляя их вибрировать, растягивая и укрепляя мышечные волокна. Процедура была адски болезненной. Но у меня было одно явное преимущество перед любым Одарённым в этом или любом другом мире.

У меня не было души.

Когда обычный маг проводит над собой подобные манипуляции, он страдает вдвойне. Физическая боль – это только половина беды. Куда страшнее боль ментальная, отдача, которая бьёт по самой сути живого существа – по его душе. Многие не выдерживали, сходили с ума или попросту сгорали.

Я же мог проделывать удивительные вещи. Например, перенаправлять болевые ощущения. Просто «отключал» их от своего физического тела, отправляя в ту пустоту, где должна быть моя душа.

Это было похоже на то, как сбрасывают излишнее давление в паровом котле. Конечно, этот трюк не убирал боль полностью, но он делал её терпимой. Превращал из истязания в простой фоновый шум, на который можно не обращать внимания.

Такая тренировка была в десятки раз эффективнее и быстрее, чем у любого Одарённого. Тело быстро адаптировалось, становилось сильнее, выносливее. Но даже так я понимал – до моей прежней формы было ещё очень далеко.

Закончив, я принял холодный душ и прошёлся по квартире. Сириус уже разложил и аккуратно рассортировал очередные трофеи. Арсенал впечатлял. Пистолеты самых разных систем и калибров, несколько коротких автоматов, пара помповых ружей, с десяток ножей, мачете и даже один брутальный тесак, которым можно было рубить небольшие деревья.

Разнообразие радовало. Похоже, Сириус прошлой ночью славно потрудился, разоружая местный криминалитет.

Я взял в руки короткий пистолет-пулемёт, повертел его, оценивая. Придётся продать. Огнестрельное оружие – это хорошо, но сейчас для меня важнее были деньги и ресурсы на создание новых дронов.

Быстро собрал в спортивную сумку пистолеты и автоматы, оставив себе только один надёжный пистолет и несколько ножей. Холодное оружие решил пока придержать. Его было слишком мало, чтобы выручить приличную сумму, а место в сумке оно занимало. Лучше подкопить и продать всё разом.

Как только я вышел из подъезда, то сразу наткнулся на свою «дружину».

Михич, Дылда и Щербатый сидели на корточках у стены и о чём-то оживлённо шептались. Увидев меня, они тут же вскочили.

– Паря! А мы как раз к тебе! – радостно сообщил Михич. – Мы это… Сходили к Ваське. Сбагрили ему всё орочье барахло.

Он протянул мне пачку мятых купюр. Я пересчитал. Четыреста рублей. Негусто, но для начала сойдёт.

– Молодцы, – кивнул я. – А это что?

Мой взгляд упал на пакеты, стоящие у их ног. Из одного торчала коробка с пиццей, из другого – горлышки бутылок с пивом.

– Так это… – замялся Дылда. – Мы решили, типа, отметить наше боевое крещение. И тебе вот взяли… Ну, чтобы по-свойски.

Я удивлённо посмотрел на них. Пицца и пиво. В прошлой жизни мои генералы, возвращаясь с победой, приносили мне головы вражеских командиров, уникальные артефакты и планы захваченных городов.

А эти принесли пиццу. Но почему-то это простое подношение тоже тронуло меня. Чёртова человечность, оставшаяся от прошлого владельца тела, снова давала о себе знать.

– Спасибо, – кивнул я. – Но пить с вами не буду. У меня дела.

Я оставил их отмечать, а сам отправился на рынок.

Дорога до подпольной мастерской моего азиатского друга заняла немного времени. Тётя Люся на входе уже не задавала лишних вопросов, а лишь молча кивнула в сторону заветного коридора.

Азиат, которого, как я выяснил, звали Тян, встретил меня сдержанной улыбкой.

– Снова ты, везучий парень. Что принёс на этот раз?

Я молча выложил содержимое сумки на стол. Глаза Тяна сразу же заблестели. Он быстро, профессиональным взглядом, оценил товар.

– Гулял по лесу, гулял, – начал я свою легенду, – и вдруг смотрю – ещё одна сумка лежит. Открыл, а там…

– Да ладно, – махнул рукой Тян. – Сказки про лес можешь оставить для полиции. Мне всё равно, где ты это берёшь. Главное, чтобы товар был чистый.

Его люди быстро проверили оружие по своим базам.

– Всё в порядке, босс. Стволы нигде не светились.

– Хорошо, – кивнул Тян. – Ты принёс хороший товар. И много. Думаю, мы можем стать постоянными партнёрами.

Он отсчитал мне внушительную пачку купюр. Пятьсот рублей. Неплохо для утренней прогулки.

– Мне нравится, как ты работаешь, – добавил он. – Быстро, тихо и без лишних вопросов. Таким, как ты, мы всегда рады.

Я убрал деньги и уже собирался уходить, когда он меня окликнул.

– Кстати, парень. Если вдруг наткнёшься на что-то… необычное. Ну, ты понимаешь. Артефакты, технологии, которых нет на рынке. За такое я плачу совсем другие деньги.

Я молча кивнул и вышел.

Пятьсот рублей приятно грели карман. На них я снова накупил на рынке целую гору электронного мусора и ещё два старых, сломанных дрона. Маленькие, манёвренные, размером с ладонь. Идеальные заготовки для разведчиков.

По пути домой меня догнал знакомый запах шаурмы. Устоять было невозможно.

Вернувшись домой, я первым делом поставил на стол пакет с едой и вывалил на пол новую порцию деталей.

– Сириус, у нас пополнение.

– Повелитель, вы снова принесли этот хлам? Мои сенсоры фиксируют в нём следы органического разложения. Кажется, в одном из этих блоков питания кто-то умер.

– Да ладно, не драматизируй. Это просто пара дохлых тараканов. Ну и, возможно, немного плесени.

Сириус, увидев новых дронов, презрительно фыркнул, почему-то обозвав их «кастратами». Но я уже видел в них потенциал. Эти малыши были не для боевых задач, а для разведки и скрытного наблюдения.

Я разобрал их до винтика, заменил устаревшие платы на новые модификации, добавил миниатюрные камеры с высоким разрешением и микрофоны, способные уловить шёпот за десяток метров.

Источники питания я усилил, встроив компактные батареи. Для маскировки нанёс на их корпуса те же шумоподавляющие руны, что и на Гвоздика. Теперь они двигались практически бесшумно, сливаясь с фоном городской суеты.

– Назовём их «Стрекоза-1» и «Стрекоза-2», – сказал я Сириусу, заканчивая сборку.

– Стрекозы? – переспросил дрон, его сенсор скептически мигнул. – Они скорее похожи на мух, Повелитель. Маленькие, надоедливые и…

– И крайне полезные в умелых руках, – закончил я за него. – Они будут нашими глазами в небе. Отправляй их на зарядку, а потом протестируем.

И тут в дверь постучали. Это снова были мои «дружинники». Они притащили ещё мешок электроники и, сияя, как начищенные пятаки, вывалили всё на пол. Я быстро всё оценил и отсчитал им их долю.

– Паря, мы тут чё услыхали… – понизив голос, начал Михич. – Говорят, орки совсем озверели. Вчера ночью на деревню за городом напали. Там портал прямо в центре открылся. Сотня тварей вывалилась. Наши-то их погоняли, портал закрыли, но часть орков в лес ушла. Теперь там шарятся, целая банда.

Они ещё долго рассказывали мне местные новости и сплетни. Я слушал, кивал, а сам думал о своём. Информация – это тоже ресурс. И сейчас он тёк ко мне рекой.

Когда они ушли, пообещав принести новую партию «товара», я отправил Сириуса на разведку в окрестности той самой деревни, где якобы шастали орки.

Оставшись один, решил не терять времени. Кот, которого я мысленно окрестил Угольком, дремал на диване, изредка подёргивая хвостом во сне.

Пошёл на кухню и достал из шаурмы несколько кусков мяса. Кот мгновенно проснулся, потянулся и, учуяв аппетитный аромат, соскочил с дивана. Начал тереться о мои ноги.

Я выложил мясо на блюдце, и Уголёк накинулся на угощение так, как будто не ел целую вечность. Пока он урчал над своей трапезой, я решил заняться делами.

Взгляд упал на кучу электронного хлама, сваленного прямо посреди комнаты. Пора было превратить этот мусор в нечто полезное.

Я сел за стол, разложив перед собой гору проводов, плат, ржавых микросхем и обломков корпусов. Магия Техносов потекла через мои пальцы. Каждая деталь, даже самая убитая, имела потенциал – нужно было только правильно её переосмыслить.

Я начал с сортировки: отделил рабочие элементы от тех, что годились только на запчасти. Платы с выгоревшими чипами аккуратно очищал от нагара, не повреждая структуру. Перепутанные провода я распутывал и тестировал на проводимость, пропуская через них слабый магический импульс. Те, что держали заряд, отправлялись в одну кучу, остальные – в другую, для переработки в изоляцию или проводники.

Следующим шагом было создание новых модулей. Из старого процессора от сломанного телефона я выжал небольшой вычислительный блок, добавив к нему пару самодельных конденсаторов, которые сварганил из обрезков металлических пластин. Магия позволяла мне не просто соединять детали, но и изменять их свойства: металл становился прочнее, проводники – эффективнее, а изоляция – практически неуязвимой для внешних помех.

Работу прервал Сириус. Он установил со мной прямую мысленную связь. Это было затратно для него и для моего ослабленного тела, но ситуация, видимо, была экстренной.

«Повелитель, срочно! Требуется ваше вмешательство!»

Картинка, которую передал Сириус, была неутешительной. Он находился за городом, зависнув над небольшим лесным массивом. В центре этого массива, на поляне, стоял деревянный домик – видимо, один из немногих на заброшенной базе отдыха.

В этом домике три тепловые сигнатуры – мужчина, женщина и ребёнок.

А вокруг дома – три более крупных и агрессивных сигнатуры. Орки, которые ломились внутрь.

Отец семейства, судя по всему, подпёр дверь шкафом, но это была лишь временная мера.

«Они не продержатся долго, – доложил Сириус. – Протокол запрещает мне прямое вмешательство в конфликты местных форм жизни. Но также протокол обязывает меня защищать разумную жизнь от немотивированной агрессии. Директивы противоречат друг другу. Мне нужен ваш приказ, Повелитель».

Я нахмурился. Снова дилемма. Вмешаться – значит, нарушить протокол невмешательства и рискнуть раскрыть себя. Не вмешаться – значит, позволить погибнуть невинным.

«Сириус, полное сканирование местности в радиусе пятисот метров. Ищи всё, что может нам помочь».

Картинка перед глазами сменилась на схему. Сириус облетал территорию. И тут я увидел то, что нам было нужно.

Метрах в трёхстах от домика, в гуще леса, стояла заброшенная конюшня, а рядом с ней – старая полуразрушенная кузница.

«Сириус, лети туда. Быстро!»

Дрон бесшумно метнулся к указанной точке.

«Что я должен искать, Повелитель?»

«Тяжёлые металлические предметы. Наковальня или ещё что-нибудь».

Через несколько секунд Сириус передал новую картинку. Внутри ветхой кузницы, рядом с остывшим горном, лежали массивные кузнечные молоты. Ржавые, но всё ещё невероятно тяжёлые.

И в моей голове созрел план. Дерзкий, безумный, но единственно верный в этой ситуации.

«Сириус, ты говорил, что хочешь научиться чему-то новому. Сегодня ты станешь артиллеристом. Бери молоты».

«Принято, Повелитель. Какова цель?»

«Цель – гравитация, мой друг. Мы будем использовать её как оружие».